Пролог
15 декабря 2018 г., 11:18
— Уф, — я наконец вошёл в квартиру и облегчённо вздохнул, — этот тяжёлый день закончился. Наконец, смогу хорошенько отдохнуть.
Я снял запылённое пальто, ботинки, испачканные в осенней грязи, и пошёл мыть руки, да и просто приводить себя в, хоть и небольшой, но порядок. Закончив дела в ванной, доел на кухне остатки вчерашнего плова, запил его чаем с парой бутеров, хапнул пару сарделек и вышел в зал. Хм, а чего бы мне поделать…? Лады, поиграю перед сном чуток. Зашёл в кабинет, уселся за компьютер, который утробным рыком загрузки поприветствовал своего хозяина. Как раз надо продолжить перепроходить Массу. Какая там у меня миссия? Ах да, точно, из-за загруженности всё никак не могу пройти задание по спасению Гарруса-Архангела. Вот сейчас, раз минутка выдалась, и спасём друга лучшего.
***
— Ну, вот и всё, — проговорил я, закончив играть после прохождения нескольких миссий. — О Духи, — как только я посмотрел на часы, то понял, — засиделся… всё! Спать, спать, спать, а то, как обычно, буду под утро ползать варёной креветкой. Я разделся, провёл комплекс упражнений перед сном, улёгся в кровать, накрывшись одеялом, и, слегка повозившись, спокойно заснул.***
Вот я, а вот и Гаррус рядом. Возможность пробиться к нему чуть не стоила мне жизни. Лишь по счастливой случайности (и благодаря каким-никаким умениям) я не умер и отделался лишь парой ранений. По удаче, не смертельных. А враги всё наступают, словно их поставляют с конвейера. Странно, что нападают они волнами, ведь, например, та же «Стая» могла нас уже вынести, выслав с сотню ворка. Но, видимо, мозгов у командования не хватает. И это нам на руку. Обороняемся уже настолько долго, что я сбился со счёта. Не знаю, сколько врагов и дней минуло с тех пор, как я присоединился к Гаррусу. Еда закончилась, и желудок уже устал подавать голодные сигналы. Воды осталось максимум дня на два. Патроны, благо, есть, хоть и очень мало: хватит на пару-тройку волн, не более. Приходится подпускать головорезов поближе, чтобы безопаснее с них клипсы снимать. Пару раз так головы чуть не лишился. Чертовы стимуляторы, на них одних какой день держимся, того и гляди, упадём и не разбудить будет. Нельзя спать! Никак нельзя. В нашей ситуации даже прикрыть на минуту глаза означает больше никогда не проснуться. Надо держаться. Вот ещё одна волна. На этот раз «Светила» решили кинуть новых наёмников. На фоне разномастно и убого одетых головорезов положительно выделялись трое, вооруженных на порядок лучше, чем остальные, да и в шлемах, в отличие от того мусора, что посылали в атаку на нас. — В этих не стреляй, — сказал Гаррус по внутренней связи шлемов. Мне оставалось лишь удивлённо кивнуть: видимо, друг что-то знает… Так, не отвлекаться: сейчас это смерти подобно. Рядом со мной прострекотала очередь, выбив фантанчик крошки из стены позади меня. Слишком близко, слишком опасно. В отместку штурмовик лишился головы. А Гаррус не отстаёт: двоих, неудачно вылезших, он выводит из строя лёгким движением снайперской винтовки. Один выстрел — два трупа. Мастер. Мне даже становится немного завидно. Впрочем, и я кое-чего стóю. Неудачно вылезший качан, и вот ворка теперь без головы, а она весело скачет по полу, разбрызгивая кровь. Это заставляет других наёмников медлить и ошибаться, что нам только на руку. Вот и пара ракетчиков наивно вступили прямо на мост. Черт, поторопился с выстрелом и попал вражине в боковую пластину брони. Но его прицел был сбит, и ракета улетела куда-то в сторону, прочь от нашего укрытия. Пронесло. Добиваю этого и переключаюсь на штурмовиков. Вторая ракета попала метра на два выше нашего окна. Взрыв болью отозвался в голове. Повезло, что отделались лишь лёгким испугом. Слышу шаги за спиной, но не могу отвлечься. Сейчас волна закончится, и Гаррус тоже это знает. Последние выстрелы, и у нас появится пятиминутная передышка… Гаррус сел на контейнер, а я встал у стеныпри этом не забывая пасти мост, а то вдруг кто пальнет. Каждая клетка тела молила об отдыхе, а удобная винтовка превратилась в тяжеленный металлический брусок. Казалось, вот сейчас прямо здесь и упаду. Но расслабляться рано, тем более неприкосновенная троица совсем близко. Только сейчас, увидев их, друг снял шлем и внимательно осмотрел тех двоих людей (мне показалось, что это мужчина и женщина), что вышли чуть вперёд. На их броне не было никаких опознавательных знаков, поэтому я не знал, кто это. В отличие от напарника, а иначе почему бы ему снимать шлем. Когда он сделал это, мужчина и женщина (было видно по комплекции, что я не ошибся) удивлённо выдохнули. Мужчина же позади них проявил полное безразличие. — Гаррус, — проговорили одновременно эти люди и сняли свои шлемы. Это оказались Шепарды: я их сразу узнал. Гаррус неоднократно рассказывал мне истории о их совместных похождениях. — Что ты здесь делаешь? — Да вот, стараюсь не терять сноровки. Тренируюсь помаленьку, — тихо хмыкнул он. — Ты в порядке? — взволнованно спросила Джейн — Бывало и лучше, — проговорил друг. — Но я очень рад вас видеть. На грани, но держимся. — Не представишь нас? — Джон вопросительно глянул на меня. — Друг и товарищ мой, — ответил напарник, — Михелиус. Ко мне, не помню уже какой день назад, прорвался. Мы с ним здорово проредили наёмников. Теперь уж и я снял шлем. Вежливо склонил голову в знак приветствия: — Приятно познакомиться со знаменитыми Шепардами. Даже в такой обстановке, — хмыкнул я, издав тихий смешок, — а этот кто? — указал на молчавшего. — Заид Массани. — неприветливо кивнул человек, снял шлем и пожал руку. Его внешность представляла разительный контраст с молодыми лицами Шепардов: множество шрамов и рубцом избороздили лицо ещё не старого мужчины. На Михелиуса уставились один синтетический и один человеческий глаза. — А как ты умудрился настроить против себя три самых крупных групировки на Омеге? — спросила Джейн с вопросом глядя на друга. — Просто делал свою работу — убивал мерзавцев. — скромно, но устало сказал Гаррус и вздохнул с тяжестью в голосе. — Прорваться, конечно, мы прорвались, но выбраться будет сложнее, — сказал Шепард после обмена рукопожатиями. — Однозначно. Хотя этот мост спасает нам жизнь. На нём бандиты, как на ладони. Словно в тире. Но, конечно, это и в обратную сторону работает. Если попробуем пробиться так — нас попросту перебьют. — Но ведь нельзя просто сидеть здесь и ждать! — воскликнула Шепард. В её голосе звучал чисто женский задор. — Ну, пока нам удавалось сдерживать их, а уж с вами… — Гаррус не закончил. — Мы тут обдумывали, ещё до вас. Будем пока удерживать позиции. Дождёмся, пока не появится брешь, и начнём прорыв. План хоть и не идеальный, но… может, получится, — я рассказал, как мы хотели поступить. — Сегодня прольётся много крови наёмников, — с неким воодушевлением сказал Заид, надевая шлем. Шепы кивнули, улыбнулись и тоже надели свои — Смотри, — я указал на дальнюю часть моста, — снова разведчики. Джейн взяла бинокль и, посмотрев в ту сторону, кивнула и решительно проговорила: «Надо занять позиции». — Как в старые добрые? — с теплом в голосе спросил Шепардов Гаррус. — Как в старые добрые. — одновременно сказали брат с сестрой и пошли занимать удобные точки для отстрела врагов внизу. — Кстати, — прямо перед лестницей вниз Джон остановился и вопросительно посмотрел на Гарруса, — что с нижними тоннелями? — Там всё заминировано и совсем никак не пройти, — сказал друг, надев шлем и заняв позицию. Шепард кивнул и спустился к сестре. За ними спустился и Массани. И вновь продолжается бой. Сейчас уже проще, ведь часть огня на себя берут Шепарды с Заидом. Нам с Гаррусом стало хоть немного, но легче. Пусть этих троих я вижу в первый раз, но их боевые умения поражают, и у врагов нет шансов.***
Немного поодаль за барьеры, составленные из прочнейших бронепластин и ограждавшие зону битвы, вышли саларианец Джарот вместе с кроганом Гармом — главари двух группировок. Они были очень недовольны тем, что их бойцы до сих пор не доставили им голову Архангела. — А как ты теперь справишься вот с этим?! — выкрикнул саларианец и набрал какую-то команду на инструментоне, закреплённом на руке. Вслед за этим гигантский манипулятор доставил к месту сражения какой-то куб, который вскоре превратился… в ИМИРа — огромного робота, вооружённого ракетницей. Его броня была слегка помятой, но ещё целой и крепкой. Похоже, Джарт был настроен покончить с надоедливым турианцем одним махом. К ИМИРу с боку пристроился Гарм, закованный в тяжёлую броню и включивший свои щиты на полную мощность. Как только робот сделал пару шагов по направлению к тому месту, где засел Гаррус, как вдруг резко остановился, повернулся корпусом к ничего не понимающему крогану и резким движением отправил его в полёт обратно к баррикадам, где остался стоять удивлённый саларианец. Затем ИМИР развернулся на 180 градусов и обрушил весь свой шквальный огонь на барьеры, попросту сметая их и разрывая на части всех тех, кому «посчастливилось» оказаться в эпицентре. Наёмники даже не успели ничего понять, а самоуверенных главарей не осталось в живых: только несколько оплавленных элементов брони напоминало о том, что здесь когда-то было укрепление. Но не только наёмники были ошарашены таким смертельным поворотом, но и Гаррус, и я. К нам наверх очень кстати поднялась троица. Увидев нас, Джейн просто расхохоталась. Даже Джон с Заидом улыбнулись. — Видели бы вы сейчас свои лица, — сквозь смех проговорила девушка, — ой, умора! — Так вот, куда ты отлучалась «на пять минут», — Шепард передразнил сестру. — Ну, повеселились чуток, бывает, — задорно развела руками Шеп. — Да-а… эти двое нам особенно нервы портили. Удачно получилось, — с весельем в голосе кивнул Гаррус. — Остались только Свети… — Ложись! — закричал я, расталкивая всех. Пока мы разговаривали, то не заметили, как челнок Светил подлетел к балкону, где мы засели, и выпустил ракету. Успеваю оттолкнуть всех, но не успеваю увернуться сам. Как в замедленной съемке вижу, как ракета врезается в меня и взрывается. Белая вспышка, боль, крики и леденящий ужас. Сознание проваливается в беспросветную темноту…***
— Уа-а, — резко принимаю сидячее положение и пытаюсь отдышаться, — фух… вот это да… — протираю рукой лоб. — Интересный сон был. Жаль, что корот… Я ошарашенно уставился на свои руки. Я ведь не сплю?.. Что случилось?! Почему у меня три пальца?! Рукой касаюсь лица и… начинаю истошно кричать. Я — турианец…
