"Rape me"

Ноющая головная боль заставила Хекдже прийти в сознание. Открыв глаза, он ничего не смог увидеть, кроме непроглядной темноты. Кусок ткани, завязанный в узел на затылке, не пропускал ни единого луча света. В надежде снять мешающую повязку, Хекдже дернул руку, заведенную за спину, но, к сожалению, здесь его подстерегала еще одна неприятность: плетеная веревка крепко сжимала оба запястья, прожигая под собой кожу при каждом новом движении. Уткнувшись лицом в мягкую поверхность перед собой, Хекдже попытался стянуть все ту же повязку без помощи рук. После нескольких безуспешных попыток и преодоления адских болей в висках ему все-таки удалось сдвинуть ткань на несколько сантиметров вверх. Яркий свет застелил глаза, подавая в мозг новую партию болевых импульсов; Хекдже прошипел, сомкнув зубы. Окно с задернутыми шторами еще пропускало последние блики заходящего солнца, светясь огненным пламенем в единичных щелях между гардинами. Хекдже повернул голову влево и увидел дремлющего в кресле Хичоля. Он уже не был одет в строгий костюм как прежде: на нем была белая борцовка, плотно прилегающая к телу и вычерчивающая каждый его изгиб, черные джинсы, волосы собраны в мелкий хвост на затылке. Многочисленные шорохи со стороны Хекдже не могли не разбудить Хичоля. Он разомкнул глаза тонкой щелкой, словно подсматривал, проверяя, не оклемалась ли его жертва. - Не прошло и года. Гх, - откашлялся он. – Я уж боялся, ты так всю ночь проспишь. Хичоль, поднявшись с кресла, потянулся. - И все же я благодарен тебе за то, что дал мне отдохнуть. Теперь я полон сил и явно не усну до утра. И, кстати, спасибо за то, что согласился провести со мной время, - он подошел к кровати и присел на корточки прямо перед Хекдже так, что от одной пары глаз до другой оставалось менее тридцати сантиметров. - Я ни на что не соглашался, - промычал Хекдже. - Ты здесь, а это значит, мы договорились. - Ты пожалеешь об этом, ты будешь гнить за решеткой всю свою оставшуюся жизнь, - отчаянно угрожал парень. - Не смеши, - ответил Ким. – Во-первых, здесь никто не будет делать того, что не понравится нам обоим, а, во-вторых, неужели ты до сих пор не узнал, кто я такой? Хекдже судорожно сглотнул. - У меня хватит денег и связей доказать свою невиновность, - усмехнулся Хичоль, глядя прямо в глаза своей «игрушке». – А вот ты... Как будешь жить, когда все узнают, что тебя жестоко имел мужик? М? Что скажут твои друзья, когда окажется, что все это время рядом с ними был педик? Сердце забилось чаще, пульсовая волна еще сильнее отбивалась в висках. Вот он – страх. Хекдже попытался подобрать ноги под себя, и сразу же почувствовал некую слабость, которая заставила его прийти в паническое состояние. В коленях ощущалась какая-то патологическая дрожь, а руки по-прежнему продолжали ныть. Положение Хекдже было крайне неудобное, хотелось, как можно быстрее избавиться от мук каким угодно способом, лишь бы не терпеть. - Больно? – поинтересовался Хичоль. В ответ послышались тяжелые вздохи. - Значит, мы на правильном пути. Я знаю, каково это, - Хекдже взглянул с толикой надежды, что его, возможно, отпустят, раз мучитель понимает, насколько все тяжело. – Хотя нет, откуда мне знать? – резко оборвал Ким. - Мне ведь нравится не испытывать боль, а причинять ее другим. После этих слов Хичоль встал. Он подошел к креслу, где сидел минутами раньше. На подлокотнике лежала странная штуковина, напоминающая хлыст для лошадей. Он взял ее в левую руку, а пальцами правой провел вдоль нее до кожаного наконечника, словно наслаждаясь. Глубоко вдохнул. - Итак, - начал Хичоль. – БДСМ, проще говоря, - игра в доминирование-подчинение. Как ты уже понял, доминировать здесь буду я, а ты, следовательно, подчиняться мне. Иначе, тебя постигнет наказание. - Я не собираюсь тебе подчиняться! – возразил Хекдже. - Ох, - Хичоль подошел ближе, - мы еще на это посмотрим. Хочешь поменять положение? - Не трогай меня! - Ну нет, так не пойдет. Хичоль встал позади Хекдже и взял его за плечи, потянув на себя, поднял. Теперь можно было пронаблюдать такую картину: в центре кровати на коленях стояло обнаженное тело с завязанными сзади руками, съехавшая черная повязка снова закрывала глаза беспомощного парня. Когда он попытался прогнуться чуть назад, чтобы избавиться от чрезмерного напряжения мышц спины, которые беспощадно ныли, его тут же что-то потянуло обратно за шею. Это был ошейник, пристегнутый за металлическую цепочку к прутьям подножья кровати. - Хочешь посмотреть на себя? – шепнул на ухо Хичоль. По Хекдже прошла мелкая дрожь. Он был настолько близок, что, казалось, его горячее дыхание обжигает кожу огнем. Парень сглотнул. Хичоль одним движением руки развязал узел повязки, и та в один миг соскользнула вниз. Несколько секунд Хекдже не решался открыть глаза. Парень больше всего боялся увидеть свое унижение со стороны, а теперь этого невозможно было избежать, поэтому хоть как-то пытаясь оттянуть время, он не размыкал своих глаз до последнего. - Не бойся, посмотри, - снова шепнул Хичоль. – У тебя очень красивое тело. Хекдже резко открыл глаза. Перед ним во всю стену висело огромное зеркало. Парень был шокирован своим отражением и одновременно поражен им. Парень не ожидал увидеть себя именно таким: с черным ошейником в шипах на шее, связанные запястья рук и лодыжки ног. Все выглядело довольно грубо, но очень красиво. От неожиданных чувств Хекдже слегка приоткрыл рот, губы его подрагивали. - Круто, правда? – Хичоль стоял всего в нескольких сантиметрах от Хекдже, держа в руках стек. Парень молчал. Слова не выстраивались ни в какую даже самую простую цепочку. Мысли перепутались, а взгляд нельзя было отвести, и каждый сантиметр тела был обследован. Хекдже ничего подобного не замечал раньше за собой, он никогда так не рассматривал себя в зеркале. - Удивлен чем-то? – прервал раздумья Ким. Взгляд из черные зрачков с озадаченным видом перескочил на отражение говорящего. - Это хороший знак, раз тебе нравится, - ухмыльнулся Хичоль. Он прикоснулся резиновым наконечником стека к шее Хекдже, затем, медленно спускаясь вниз по позвоночнику, провел им до самого копчика. Парень чуть прогнулся вперед и от неожиданности сначала даже вздрогнул. Хичоль дальше повел по бедру до колена, возвращаясь вверх уже по внутренней стороне. - Не смей, - наконец прорезался голос Хекдже, когда до самого интимного места оставалось около десяти сантиметров. - И почему же? – изумленно прозвучал вопрос. – Здесь, если ты забыл, команды отдаю я, а ты их выполняешь. Никак не наоборот. Хичоль невысоко возвел стек вверх и ударил парня по ноге чуть выше колена. - Больно? Молчание. С такой же силой он ударил чуть выше. Боль становилась ощутимее при каждой новой порции наказания. Чем ближе к паху - тем больнее. Когда терпеть не оставалось сил, Хекдже прошипел: - Больно. - Отлично, - заулыбался Ким. – Теперь пойдем по другому пути. Стек взмахом был поднят вверх и, рассекая воздух, резким ударом опустился на плечо парня, прижигая кожу, оставляя после себя наливающийся кровью алый отпечаток. Звук, который издал Хекдже, был похож на рычание. Новый удар пришелся на ареолу соска, отозвавшийся многочисленными импульсами боли по всему телу. Глаза сами по себе становились влажными, поэтому, чтобы себя не выдать, зажмуривались при каждом шлепке. На секунды Хекдже застыл, пытаясь продолжить дышать, боль словно парализовала все тело вплоть до центра дыхания. Что-то теплое коснулось его губ. Сердце застучало быстрее. Открыв глаза, парень был просто ошарашен, увидев перед собой Хичоля, заключившего его в поцелуй. Но не успел Хекдже осознать произошедшее, как Хичоль отпрянул, и новый шлепок пришелся по краю его ребер. Он рефлекторно нагнулся вперед, пытаясь уберечь себя от новой напасти. - За каждое подчинение я буду тебя награждать, - и Хичоль снова ударил Хекдже, но уже по спине. – Выпрямись! - Прекрати все это… - Поздно уже. Мне это начинает нравиться. От нового шлепка кожа на плече треснула, и капли крови просочились над уровнем раны. - Выпрямись! Но Хекдже проигнорировал приказ Хичоля. Из-за скованности руки ужасно затекли и болезненно ныли, словно кто-то играл на нервных окончаниях как на струнках гитары. Мышечная боль совмещалась со слабостью, поэтому терпеть становилось все тяжелее. Красные отметины по телу только усугубляли положение. - Я… не… могу… - Ты так просто сдаешься? Мы ведь только начали, - удивился Ким. - Я не чувствую своих рук. - Мм, вот в чем твоя проблема. Я развяжу тебе руки, если ты будешь исполнять мои дальнейшие приказы. Согласен? Парню ничего не оставалось, как согласиться. Последние силы были на исходе. - Да. Хичоль положил стек рядом и теперь свободными руками развязал злосчастную веревку. Хекдже облегченно выдохнул. Освобожденные руки уткнулись в мягкую поверхность кровати. Кровь снова потекла беспрепятственно по сосудам, а боль постепенно начала заменяться каким-то ненормальным наслаждением, распространяющимся вплоть до самых кончиков пальцев. - Нравится, не правда ли? – поинтересовался Хичоль. – В этом вся прелесть. Сначала ты терпишь, а потом наслаждаешься. Взяв стек, Ким незамедлительно продолжил свое дело. Удар за ударом следовали практически каждые три секунды. Хекдже терпел, прикусывая в очередной раз нижнюю губу. Почувствовался металлический привкус. Парень немного перестарался - губа лопнула. Алые капли запачкали белые простыни. В глазах потемнело, а в голове все закружилось. В комнате было ужасно душно. Вот-вот и Хекдже потерял бы сознание. Но тут чьи-то руки подхватили его за торс и притянули назад, вынудив прикоснуться своим телом к чужому голому телу. Дрожь прошлась от кончиков волос до пят. Одна рука оставалась на животе, придерживая тело, чтобы то не рухнуло вниз. Вторая же, скользя, спустилась вниз и тонкими пальцами обхватила член Хекдже. Парень заметно напрягся. - Расслабься и получай удовольствие, - прошептал Ким. Хватило нескольких движений, чтобы кровь прилила к органу. Венки одна за другой выступали над малиновой нежной кожей. Подкатило возбуждение. Сопротивляться было глупо. Как только член начал пульсировать, Хичоль крепко сжал его. Второй рукой он толкнул Хекдже вперед, что тот, уткнувшись руками в кровать, застыл. Придвинув парня за бедро к себе, Ким расстегнул молнию джинсов, под которыми не оказалось нижнего белья. Хекдже почувствовал прикосновение чего-то теплого, даже в какой-то мере горячего, к одной из своих ягодиц. Влажный палец проскользнул к запретному месту и прошел через кольцо мышц. Хичоль, не торопясь, растягивал стенки, слегка массируя их изнутри. Парень зажмурился, он готов был сгореть со стыда. Он испугался, когда поймал себя на мысли, что ему не противно от действий, а даже приятно. Палец покинул его тело, и на его место пришло кое-что больше по объемам. Несмотря на растяжки, боль на этот раз действительно парализовала тело, глаза распахнулись, и Хекдже увидел себя в отражении. От представшей картины он остолбенел. Слезы накатывались от нескончаемых мучений, импульсы непрерывно передавались в мозг, давя на сознание. Его жестоко имели в зад. В паху сводило жгутом, поэтому еще недавнее возбуждение угасало, что не мог не заметить Ким. Теперь рука не сжимала член, а продолжала перемещаться от основания до конца и от конца до основания. Хекдже с каждым новым толчком стал непринужденно стонать. Боль уходила на задний план, удовольствие выходило на первый. Еще четыре синхронных движения - и Хекдже спустил свою сперму на простынь. Одновременно горячая жидкость потекла по внутренней стороне бедер. Хичоль отпрянул от него. Последнее, что он помнил, было то, как Ким развязал ему ноги и расстегнул ошейник, после чего он крепко уснул. И только после всего этого Хекдже по-настоящему ощутил свободу.