«Привкус Юнминов»

***

Подходя к знакомому особняку, который уже стал вторым домом для малыша, Чимин устало пошел на второй этаж, в поисках спальни. Пока Юнги варил кофе где-то там на кухне, Пак зарываясь под мягкое одеяло, погрузился в крепкий сон, утыкаясь в мягкую, пахнущую Мином, подушку. — Чиминн~а... - не громко позвал младшего Шуга. В ответ кромешная тишина, будто бы никого нет. — Уснул чтоли? - тихо спросил сам себя хён, ставя на поднос чашки с кофе и вкусняшки, которые он купил специально для Чима. Подходя к лестнице наверх, Шуга прислушался, а после, тихо поднялся к спальне. Дверь в большую комнату была немного приоткрыта. Всё ясно, Чимин просто устал и лег спать. Сонно вздохнув, Юнги увидел маленькое, по сравнению с огромной кроватью, спящее чудо, сладко сопящее в подушку. Шуга подошел ближе, нежно поцеловав Чимми в висок, на что тот легонько улыбнулся, видимо во сне и тихо, как маленький котенок, мяукнул. Юнги расплылся в широкой улыбке, снимая с себя мещающую одежду. Казалось бы что Пак не способен на такое, но он решил схитрить и притвориться спящим. Приоткрыв один глаз, Чимин пристально наблюдал за всеми движениями хёна. Айщ, маленький извращенец. Всё еще смотря на Юнги, который ничего не подозревая раздевался. Через пару секунд, Шуга почувствовал, что кто-то за ним наблюдает, и прыгнул на кровать, обнимая со спины обманщика. — Ах ты подлец... - прошептал Мин тому в ухо, после схватил зубами сережку и оттянул её. — Ай, хён... больно же. - проскулил малыш, но ему это нравилось. То, как Юнги больно его кусает, сжимает длинными пальцами талию и руки. Бесподобно... — Врешь... я же вижу что тебе нравится. - за ложь Чима, Шуга стянул с него одеяло и перевернул на живот, наслаждаясь удивленными визгами. Опустив немного боксеры, Мин пялился на манящие булочки младшего, покрасневшие от недавнего наказания за его недопустимое поведения. Пару сильных собственнических шлепков, и Пак уже тает под горячими руками хёна. — Юнги~хёён... - сладко протягивает Чимин, смущаясь от того, как Мин хватает его за упругие ягодицы и шлепает, с каждым разом всё сильнее. Попа младшего неприлично пухлая, прям как его губы, уже вся красная и в следах от настойчивых ударов Юнги. Чимин ожидал, что сейчас хён возьмет и со всей силой выебет его. Но, что-то старшему помешало. Он остановился и слез с кровати, оставляя там только приофигевшего Пака. Юнги услышал странный шум, где-то на первом этаже. — Подожди минутку,котенок... - произнёс Мин и вышел с комнаты. Опускаясь по лестнице, Шуга убедился что там никого нет, и это просто тризвонит какой-то неизвестный номер на телефон Пака. Юнги решил не звать младшего и просто спокойно поднял трубку. — О, Чиминн~и... - первое что услышал Мин, так это до тошноты противный голос. - Я скучал за тобой. Почему тебя нет дома? - Мин стойко молчал. — Кто это? - серьезным тоном спросил Юнги, спустя долгое молчание. На этом звонок оборвался, оставляя в недоумении Шугу. — Опять эти тупые розыгрыши, делать кому-то нечего в час ночи. - огрызнулся Мин, вспоминая что наверху его ждет Чимин. Младший, решил проследить за неожиданно уходящим хёном. Остановившись на лестнице, он всё время наблюдал за происходящим и действиями Юнги. — Хён... - позвал Пак, укутавшись в одеяло, потому что одежду свою как обычно не нашел. — А, ЧимЧим... я же сказал ждать меня в спальне. Всё хорошо? - встревоженно спрашивает Шуга, подходя к малышу. Чим легонько кивнул, мол, всё хорошо, но на самом деле совсем не хорошо. Он спускается вниз и подходит к телефону. Тяжело вздыхая, Пак поворачивается к Юнги, испуганно смотря прямо в глаза. — Малыш, что такое? - Мин подходит ближе и внимательно смотрит на явно не спокойного котенка. Только Чимин хотел было открыть рот, чтобы рассказать всё хёну, как тут резко ему позвонили. — Чиииииммии... - тянет незнакомец, голос которого дрожью проходит по нежной коже Пака. — Что вам нужно? - сглатывает младший, испуганно смотря на Юнги и включает громкоговоритель. — Где же ты? Я соскучился, а тебя дома нет... - эти слова заставляют Чима отключить телефон и прижаться к хёну. — Ты его знаешь? - спрашивает Шуга, обнимая напуганного Чимина. — Этот незнакомец звонит мне с дня нашего с тобой знакомства... Сначало следил за мной, когда я шел в клуб вместе с друзьями, потом якобы тебя похитил, а сейчас он, вероятнее всего ждет меня у меня же дома, или где-то поблизости. - на одном дыхании возмущается Пак, ибо,даже если это розыгрыш, он совершенно не смешной. — Сука... Я уверен что это просто чья-то тупая шутка. Отныне, я буду отвозить тебя на работу и забирать домой. И-ии это не обсуждается. - быстро добавил Юнги, замечая что Чимин уже хотел было возмутиться. Даже если это не розыгрыш, Шуга ни в коем случае не позволит обидеть малыша, ведь... только он может позволять себе причинять боль Паку, и то... Чимину нравится. Поднимая пирожка, укутаного в мягкое одеяло, в котором его даже не было видно, Юнги понес того в спальню, желая закончить начатое дело. Чимин не сопротивлялся, обнимая за шею хёна. Открыв дверь ногой, Шуга кинул малыша на кровать, после, навалился на него в сладком поцелуе. Удовольствие растянулось ненадолго. Юнги вновь вскочил и устранился куда-то в другую комнату. С нетерпением ожидая своего хёна, Пак легонько проводил рукой по своему твердеющему органу. Минута, и Шуга возвращается в комнату с коробкой в руках, пошло улыбаясь. Первым делом, Мин решил поиграться и сильно возбудить младшего, поэтому поставив коробку на столик, залез на кровать. Жадно целуя шею Чимина, кусая ключицы, Юнги рассыпал засосы на его подтянутом животе, заставляя Пака закатывать глаза от блаженства. Мин опустился ниже, горячо облизывая головку члена и рисуя на ней своеобразные узоры, понятные только самому автору. У Чимина сносило крышу, страсть всецело завладела им и малыш, тихо постанывая, руками схватил лицо Мина. Тот, на такие поделки обнаглевшего откинул его обратно в море подушок, потянувшись к коробке. Достав оттуда красивую шелковую ленту черного цвета, Юнги закусил губу и стал аккуратно завязывать ею глаза Чимина. Пак, понимая что его сейчас ожидает, потянулся к старшему, рвано дыша в предвкушении бурной ночи. После ленты, Мин достал с «загадочной коробки» веревку. Крепкую такую, приятную на ощупь. Ставя Чимина на колени, Юнги целовал крепкие плечи младшего, одновременно с этим связывая всё его тело. Ох, ну нравится это Шуге, он просто не в силах отказать своим желаниям. Тем более, по поведению и стонам удовольствия, можно понять что Паку нравится. Очень даже. А правда... Чимин давно о таком мечтал. Чтобы его связали, и вот так грубо и жестко выебали. Чтобы он потерял сознание от эйфории, чтобы завтра не смог встать с кровати. Связав всё тело, старший бросил Пака на кровать, наблюдая за его реакцией. Пухлые губы тряслись от желания и похоти. Тело краснело от веревки, которая впивалась в нежную мякоть, слегка царапая. — Хён,в-возьми меня... - простонал Чимин в губы хёну, когда тот потянулся за поцелуем. Юнги дважды повторять не надо. Почему-то хён передумал и развязал ленточку на глазах младшего. Наверное, его глаза сводили Шугу с ума... Или он хотел видеть лицо котенка. Открывая глаза, Чимин похотливо смотрел на возбужденного Мина. — Ты действительно хочешь чтобы я трахнул тебя, малыш? - игриво спросил старший, желая услышать как можно больше развратных слов с уст маленького чуда. — Аах, да! Покажи мне насколько может быть приятен секс! Не томи, хён... Я больше не могу... - крикнул Чимин, после, начал тихо скулить. От таких слов от Пака у Юнги повисла челюсть. Наконец-то. Именно то, чего так ждал Шуга. Резко схватив подбородок Чимина, хён жадно посмотрел в его глаза, как голодный зверь, нашедший свою добычу, и этой добычей оказался Чимин. Но он не убегал, а только наоборот. И где только такие мальчики водятся? Тот, открывая рот в немом стоне, облизал сладкие губы, закрыв глаза. Шуга резко отпустил Пака обратно на кровать и расставил его ноги максимально широко, пристраиваясь между горячих бедер. Проводя влажным твердым членом по «заветной дырочке» Чима, Юнги издевался над младшим, надавливая на нее, но не входя. Пак скулил, поднимая ноги, а Мин всё никак не наиграется. Закинув ноги младшего себе на плечи, Юнги резко вошел в не растянутый анал, вдавливая Пака в кровать всем своим весом. Вот так, грубо и горячо. Чимин сладко застонал, хватая воздух ртом, ибо от накопившегося возбуждения его категорически не хватало. Температура, кажись подскочила уже до максимума, заставляя обжигаться от каждого прикосновения. Облизывая губы, Юнги резко схватил Чимина и посадил сверху, насаживая на свой член во всю длину. Освободив руки от веревки, ибо было невыносимо неудобно быть сверху, когда не способен нормально двигаться, а так хочется. Чимин упирался маленькими ладошками в грудь Мина, двигаясь быстрее, как он этого хотел. Насаживаясь глубже, Пак кричал от удовольствия, что наверное, весь Пусан слышал что ему сейчас очень хорошо. Губы пересохли, жаждя немедленного поцелуя, на что Чим опускается к лицу Юнги, не прекращая двигаться. Шуга сам понял чего хочет младший, поэтому положив горячие ладони на бока Чима, поглаживая их, хён жарко поцеловал котенка, смешивая их слюну вместе. Закусив язык Пака, старший кончиком своего легонько проводил по ряду белоснежных зубов и нёбу. Переложив руки с боков на ягодицы Чимина, Мин шлепнул по ним разочек второй, хватая руками и сильно сжимая, заставляя Пака двигаться быстрее. Перевернув младшего на спину, Юнги делает пару решительных толчков, зарывая руки в уже влажные волосы Чимина. Пак вскрикивает и прогибаясь, кончает себе на живот, когда Шуга кусает его за шею, входя глубже. Мин долго ждать не стал и с хриплым стоном, кончил сразу же после Пака, наполняя узкое нутро своей спермой. Оба тяжело дыша, устало падают на кровать. Шуга, посмотрев на младшего, увидел что тот уже сладко спит, приоткрыв ротик. Устал, маленький. Наконец выходя с Чимина, Юнги пошел в ванную за мягким полотенцем, вытирая с Пака остатки страстной ночи. Нежно поцеловав своего малыша, Шуга засыпает в теплых обьятиях.

Следующее утро

Будильник вновь надоедливо пищит под ухом, заставляя голубков проснуться и возненавидеть это утро. Бедный сонный Чимин... Тело напоминающее о вчерашнем, не способно встать с кровати. Попа болит так, что даже садиться больно, спину натерла та самая веревка, на бедрах—синяки, будто Пака избили. А ему нравится, хоть и больно. Только они с Юнги знают что на самом деле происходило с похотливым тельцем Чимина. Шуга открыв глаза, сразу же перевел взгляд на младшего. Вся шея, ключицы,даже немного задета грудная клетка, всё это в темно-фиолетовых засосах и красных укусах. Красиво, не передать. Чимину то нравится, однако, футболки и майки сразу же отменяются. Что ж, придется теперь ходить исключительно в свитерах с горлышком чуть ли не по самый нос на ближайшее время. — Доброе утро... - сказал Юнги, проводя пальцем по мягкой щеке Пака, улыбаясь. — Ох... - Чимин попытался встать, но у него ничего не получилось. - доброе... - понимая что работа отменяется, Пак широко улыбаясь, сквозь приятную боль лезет к Шуге для утренних поцелуев. — Зачем тебе нужна эта работа? Вот, побудь лучше у меня, как раз весь дом осмотришь и отдохнешь... - между поцелуем предложил Мин. А у младшего и выбора то особого нет. Домой далеко, на работу еще дальше, а он бедняга, даже встать не может. Весь огромный особняк только для него, да что там особняк... Целый день в царстве Юнги, в том, что он так любит. Это же... Прекрасно! — А ты в студию? - интересуется малыш, когда Мин поднимается с кровати. — К сожалению да, котенок... - в поисках своего белья, проговаривает абсолютно голый Юнги, с красной, от ногтей Чимина, спиной. — Да блять, куда оно могло пропасть? - не выдерживает и громко ругаясь, Шуга поднимает голову на Пака. — Ты в ванной смотрел? - улыбается младший, наблюдая за раздраженным хёном. — Тьфу ты, точно... - вспоминает, что вчера оставил всю свою одежду там, старший выходит с комнаты. Когда Юнги развернулся к Чимину спиной, по лицу пирожка пролетела победная кошачья ухмылка, ибо спина, а так же шея и живот хёна, выглядели похлеще, чем у Пака. Он не мог так просто оставить идеально-белую кожу без своих отметин и следов. Пусть только Юнги увидит свое отражение в зеркале... Спустя пару минут, Мин заходит в спальню уже полуодетым,даже не заметив сюрприза. Пак, как любитель таких сюрпризов, ткнул пальцем на огромное зеркало, которое висело возле места, где сейчас стоит Юнги. Тот, удивленно поднимая бровь, развернулся и посмотрел в него. Комнату накрыло волной трёх этажных матов. На улице еще не так холодно, чтобы можно было носить свитера каждый день... Ну, за то он не один такой. Они с Чимином на пару, в теплое время года будут ходить в свитере с высоким горлышком. Замечательно, что уж сказать. Пак лишь заливисто посмеялся, в ответ на такую бурную реакцию старшего, наблюдая как тот внимательно рассматривает пятна. Подходя к кровати, Шуга потянул ближе к себе Чимина. — Ах ты развратная зефирка... - Юнги уже и сам засмеялся, от того, что только что произнес. Развратная зефирка. Это же надо такое ляпнуть. Успокоившись после минутки бешеного смеха со своих слов, Шуга грустно посмотрел в глаза младшему. Он боялся, что то, что он сейчас имеет, всё это — ложь и обман, и что в скорее Мин это потеряет. Одного только взгляда достаточно, чтобы понять чувства любимого человека. — Хён... - Чимин поднес свою руку к лицу старшего, приподнимая его. Юнги перевел взгляд, полный печали и боли, на Пака. — Я люблю тебя... - проговаривая эти три заветных слова, Чимин боялся ранить Шугу. То, как Мин в строчках песни рассказывал о неудачной любви, было настолько грустным, что, казалось бы, ничего в мире не может быть грустнее. В ответ на такие слова от Пака, Юнги округлил глаза. Ого, неожиданно... — И я не вру. Я правда люблю тебя, хён. Никогда не стану причинять тебе боль и никому не позволю! Правда... - Шуга руками нежно обхватил личико Чимина. - Я никогда не брошу тебя... - раскаивался младший. Еще бы минута, и он стал на колено, делая предложение руки и сердца. Эти слова Пак говорил максимально уверенно, показывая что серьезно настроен. Хотя дрожащие губы, как у человека,который вот-вот заплачет, сдавали его. — Я тоже люблю тебя, малыш... - прошептал Юнги, улыбаясь. Печаль как рукой сняло. Он доверял Паку, поэтому не стал сомневаться в его словах, которые звучали так искренне и по-настоящему, что подарили Шуге надежду. Надежду на счастливую жизнь и взаимную любовь...