Они не те, кем кажутся

POV Джека. Я лежал, глядя в звездное небо, и думал. О том, что происходило за все годы моей жизни. О друзьях, которых я так долго и упорно гнал от себя, сестре, Мериде, семье… И постепенно память начинает ворошить то, что я долгие годы огибал стороной, не желая видеть эти воспоминания. *флешбек* Близнецы Уизли появились неожиданно, но их хмурый и серьезный вид быстро загасил ту радость, что обычно дарил их приход. Фред( я теперь точно знал, что это он, так как у Джорджа почему-то больше не было одного уха), крепко обнял меня, и хлопнул по плечу. - Ты ведь будешь умницей, да, Джеки? – улыбнулся он, пока Джордж расцеловывал Эмму, которую безумно любил. - Конечно. – внутри словно что-то перевернулось, разливая ощущение тревоги. И паники. - Обещай мне, что ты защитишь свою сестру. Обещай… - его голос на секунду дрогнул. – Что ты будешь смелым, хорошо? Помнишь, что я уже забил тебе место своего ассистента, когда ты подрастешь? - Помню, да. А ты скоро вернешься? Фред молчит. Фред очень долго молчит. - Позови, пожалуйста, маму с папой. - Так ты скоро вернешься? Он обнимает меня, и целует в лоб. - Скоро… очень скоро. Ты и соскучиться не успеешь. - Правда? - Конечно, правда. Внутри поселяется спокойствие. Фред всегда выполнял свои обещания. Они оба выполняли. - Я тоже обещаю тебе то, что ты просил. Я буду смелым, и буду защищать сестру до последней капли крови, пусть она и мелкая, упрямая зануда. Фред смеется. Я выхожу, чтобы позвать родителей, но в дверях оборачиваюсь. Тогда я еще не знал, что это был последний раз, когда я вижу близнецов Уизли вместе. *конец флешбека* Глаза защипало, а память, словно в насмешку, подкинула мне минуты Битвы за Хогвартс. *флешбек* Я сначала и не понял, куда попал. Воздух пропах кровью, чем-то паленым, и обильно рассыпаемыми заклятьями. Рядом что-то просвистело, заставив меня отшатнуться, а вот стоявший неподалеку человек, не проявил должной реакции, и в следующее мгновение рухнул к моим ногам. Я честно попытался его поднять, разбудить, привести в сознание, но через три минуты, моя интуиция подсказала, что все бесполезно. Он уже не встанет. Он мертвец. От осознания этого факта меня вырвало прямо ему на мантию. Стало жутко стыдно, и я попытался это оттереть, но пробегавшая мимо девушка, волосы которой напоминали воронье гнездо, оттащила меня в сторону. - Почему ты не на эвакуации? С какого ты факультета? - Я… Я… - Гермиона, быстрее! У нас нет времени медлить! – долговязый рыжеволосый парень, взявшийся непонятно откуда, потянул её за рукав. – Малец, иди эвакуируйся. И пожелай нам удачи. Я послушно кивнул головой, глядя на то, как он подмигнул мне и утащил шатенку прочь. Эвакуация? Но ведь тут мама с папой! Куда же я без них? И ведь я смелый. Я должен побороть свой ужас перед этим местом! Время смазалось в одну сплошную полосу. Сколько времени я провел здесь, шарахаясь из стороны в сторону, постоянно натыкаясь на мертвецов, и несколько раз чудом избежав смерти? Я не знаю. Помню только тот момент, когда в каком-то отчаянном порыве укусил за руку какого-то мужика, зажавшего в угол красивую девушку с рыжими волосами. Момент, когда он отвлекся на меня, стал для неё спасением. Секунда – и враг обезврежен, а я узнал в воительнице сестру Фреда и Джорджа, Джинни. А она узнала меня. - Джек! Как ты тут оказался? – она порывисто обняла меня. - Мама… папа… я должен защищать их. – близость огненно-рыжих волос, даже сейчас пахнущих цветами, подействовало на мою слабость активирующе. – Мне страшно, Джинни! Когда все это кончится? Когда все станет как раньше? Она растеряно гладила меня по волосам, а я искренне пытался побороть свои рыдания. Только безуспешно. В принципе, от десятилетнего ребенка сложно было ожидать чего-то другого, но в тот момент я этого не осознавал, и эти слезы жутко меня раздражали. - Подожди меня здесь, Джек. Спрячься за эту колонну и подожди меня здесь. Я скоро вернусь. - Джинни, куда ты? Не оставляй меня! Не бросай меня одного! - Все будет хорошо, Джек. Я очень быстро вернусь, вот увидишь! Она куда-то убежала, зовя гриффиндорского декана, а я послушно спрятался за колонну, наблюдая за сражением оттуда. И тут я и увидел Это… Моя мать. Она отчаянно сражалась с какой-то безумно хохочущей женщиной, и, к моему огромному чувству сыновей гордости, почти одержала победу, но… - Авада Кедавра! - НЕТ! Дальше все смутно, как в тумане. Я кинулся на убийцу своей матери, колотя её так сильно, как только мог, и теперь, с высоты прожитых лет, могу сказать, что от мгновенной смерти меня спас только фактор моего внезапного нападения. Она отшвырнула меня в сторону, и, споткнувшись на каком –то камне, послала заклятие не в меня, а в колонну. Колонна задрожала, и в следующий момент, непонятно откуда взявшийся Фред Уизли вытолкнул меня из - под траектории обвала, приняв весь удар на себя. Звуки исчезли. Остался только один – безумный хохот этой ненормальной, носящей звучное имя Беллатриса Лестрейндж. Её смех – мой худший кошмар. Смех, и безумно горящие глаза, в глубине которых плещется сжигающий все на своем пути черный огонь. Появившаяся Джинни силой оттащила меня от завала, так и не дав освободить Фреда. Я все еще не верил, что ему уже нельзя помочь. Через пару мгновений она отправила меня домой, где меня с нетерпением ждала испуганная сестра. Мне безумно хотелось убежать, как можно дальше, дать волю своим слезам, но… - Не волнуйся, сестренка. – я из последних сил натянул улыбку на лицо. – Кушать хочешь? *конец флешбека* Дальнейшее мелькало быстро. Ссора с Джорджем, орущим мне о том, что все из-за меня, и что лучше бы умер я, а не Фред, и в порыве отчаяния запустившего в меня Круцио, которое я воспринял как должное. Только благодаря появлению матери, обезумевший Джордж не успел запытать меня до смерти, хотя потом я приходил в себя почти три месяца, в клинике св. Мунго. Отец, погрузившийся в пучину алкоголизма, пропущенные похороны, визит Джинни, извиняющейся за поведение Джорджа… Только вот я был согласен с Джорджем. С самого начала. Вмешайся я вовремя – мама бы не погибла. Вмешайся я вовремя – Фред был бы жив. Вмешайся я вовремя – Беллатриса была бы мертва гораздо раньше. Это я один во всем виноват. Мне нет прощения. Я задремал незаметно для себя, но быстро проснулся. Мне снова снилась Беллатриса, заливающаяся своим безумным смехом, и сверкающая горящим в глазах безумием. - Джек, все хорошо? Походу, я еще и кричал во сне. Черт. - Да, Рапунцель, все хорошо. - Ты какой-то бледный… - Тебе кажется. Спи. - Спокойной ночи. - Тебе тоже. И снова мне снилась Лестрейндж. Только в этот раз она убивала мою мать. Медленно, с истинно садистким удовольствием. А вторая, которой и не было то вовсе, изо всех сил держала меня, чтобы не дать бросится к маме. - Только ты во всем виноват. Без тебя было бы гораздо лучше! Беллатрисса рассмеялась, и превратилась в Джорджа. - Ты должен понести наказание! Круцио! *** POV Рапунцель. Чтобы там не говорил Джек о том, что у него все в порядке, это было не так. Он снова начал кричать во сне. Просил какую – то Беллатриссу перестать, звал маму… Невдалеке послышались голоса. Я прислушалась… - Флинн! Мерида! Ну слава Богу! Пока я наслаждалась объятиями любимого человека, проснулся Иккинг. И сразу же кинулся к приятелю, дела которого, судя по всему, были совсем плохи. И самое ужасное – разбудить его никак не получалось. - Отойдите! – скомандовала Мерида, присаживаясь рядом и доставая палочку. Секунда – и вот она уже упала рядом с ним, крепко сжимая одной рукой палочку, а другой – его руку. Я дернулась было вперед, но Флинн не пустил меня. - Нет, Пунци. Она в его сознании. Нам остается только надеяться. *** POV Мериды. Я попала в темную комнату, в углу которой… - Джек? Да, это был Фрост, лет эдак десяти. Вид у него был обреченный и испуганный. - Привет. Ты меня не обидишь, да? - Что? Нет, конечно нет… С чего ты взял? - А Джек обижает… он запер меня сюда и не выпускает... - А… где сам Джек? - Там… - он неопределенно махнул рукой. – Но не суйся к нему сейчас. Он сходит с ума. Как только он сойдет с ума – ребенок как-то печально улыбнулся – меня не станет… И его не станет… Будет только темная его часть. - Почему? - Он не справился с призраками прошлого. – глаза его мимолетно блеснули желтым. – Скоро мы станем одним целым, а ты останешься здесь. Навсегда. А если останешься навсегда, то скоро умрешь. Правда будет весело? Я закричала и выбежала прочь из этой ужасной темной комнаты. Сердце колотилось как бешенное. Я осмотрелась, и моя челюсть приросла к полу. Главный зал Хогвартса. Только… Куда ни глянь, были трупы, а посреди всего этого… - Фрост! Он обернулся. Его глаза горели желтым, а волосы начали чернеть. - Ну здравствуй, Мерида. Пришла, чтобы поглумиться надо мной? Чтож, ты станешь первым номером моей программы… - он поднял палочку. – Круцио! Боль была чудовищная. Я стиснула зубы, чтобы не закричать, а он подошел ко мне, и присел рядом. - Больно, не правда ли? И знаешь, это такое удовольствие – причинять её.. особенно тем, кого ты ненавидишь. Ты просто средоточение всего… Твои волосы… Они рыжие, как у Джорджа. И такие же объемные как у Лестрейндж. И душа твоя, она такая же прогнившая… - Джек… - Круцио! И снова эта ужасная боль, разрывающая тебя на части. И снова. И снова. И снова… Силы уже почти оставили меня, как вдруг пришло понимание того, что если я сейчас умру, то все будет кончено. Не только со мной, не только с ним, а с миром в принципе. Умру я – он придет в себя, убьет остальных... Что будет потом, я даже думать не хотела. - Рыжим… был и Фред. И Джинни рыжая. И все Уизли… а их мать убила Лестрейндж, помнишь, мы учили по Истории? Я не слишком надеялась на успех, но, кажется, выбрала правильную мишень – он отшатнулся и грохнулся на колени. - Фред… да, он был рыжий… И ты рыжая… И он… И Джордж… Наказание… Я должен понести наказание… - он словно забыл про меня, разговаривая сам с собой. Кончик его палочки уперся в висок своего владельца. - Авада… - Нет! Откуда у меня взялись силы встать и выбить у него палочку, я так и не поняла. Тело продолжало ныть от боли, в голове гудел набат, но мне нужно найти способ вывести его наружу! Больно… черт возьми, как же больно… Нет, я не мазохистка. Мне хочется тепла. Нежности. А еще, как бы по идиотски это не звучало, мне хочется побыть слабой. Последнее желание, кстати, исполнилось. Крайне невовремя. Мне просто стало все равно. На все. Абсолютно. И поэтому, когда ошарашенный моим поступком Фрост спросил « Зачем?», я просто разревелась, и сообщила ему, что он может делать что хочет, как хочет, и когда хочет, а я больше не могу, я устала и мне все надоело. А в следующее мгновение, я поняла, что больше не нахожусь в его подсознании. Слезы лились рекой, тело колотила дрожь, рука продолжала сжимать палочку, а сил не было. Никаких. Совсем. Только боль. Только отчаяние. Что случилось с Джеком? Я не знала, и сейчас меня это не волновало. На меня накатила капитальнейшая усталость, и я мгновенно погрузилась в сон.