Близкие люди

Бармен принёс тарелку с креветками, заученно вежливо поинтересовался, не надо ли ещё чего «господину шиноби», и переключился на нового клиента. Саске придвинул к себе закуску, отпил из кружки темного пива и бросил взгляд на вход в бар. Кажется, в четвёртый раз за последний час. Наруто всё не было, жаб его с записками — тоже. Это могло означать две совершенно противоположные вещи: или он вот-вот подойдёт, или всё настолько плохо, что не до посыльных. Тяжело облокотившись о слегка неровную стойку, Саске взял одну креветку и принялся безучастно вертеть ее в пальцах. Бодро стуча деревянными гэта, мимо проплыла улыбчивая официантка: — Что, опаздывает твоя красавица? Надушенный короткий рукав кимоно мазнул по плечу. — Придёт, — коротко обронил, словно приговор, Саске. Не объяснять же ей, что разведывательная миссия класса «В» для джоунина Узумаки Наруто — почти пикник. С его запасом чакры и набором техник даже думать нечего о провале. Конечно, случаются неприятности, и миссия уровня генина-выпускника может превратиться в задание уровня АНБУ. Но против Наруто выстоит разве что объединённая армия Каге… некоторое время. Поняв, что уговаривает сам себя, Саске скривился. Мимо него кто-то не очень трезвый протопал в сторону чёрного выхода, ощутимо толкнув в спину. Оцарапанные рёбра заныли: ранили легко, но неудачно — клинок был отравленный, заживало долго. Миссия оказалась полным дерьмом. Но он не звался бы Учиха Саске, если б не завершил её успешно. Команду потрепали, но они уцелели. «И ты, идиот, обязан…» Нет ничего хуже дурного предчувствия у шиноби. У хорошего шиноби с богатым опытом. Он досадливо цыкнул языком и раздражённо скинул попытавшуюся запрыгнуть ему на колени приблудную кошку. Неприятно, оглушающе, может, потому что вошедший не церемонился, а может, от выматывающего ожидания — Саске невольно вздрогнул всем телом, — хлопнула уличная дверь. Захотелось оглянуться, но ещё раз разочароваться?.. В животе и так поселился мерзкий комок и неприятно сосало под ложечкой. Рядом кто-то грузно присел. Окатило тускло-жёлтым и мутно-рыжим, чистой синевы там было на самом донышке. — Хоть бы обернулся, что ли. Такая знакомая чакра… Саске медленно, словно скучающе, повернул голову. Наруто устало ворошил пятерней сальные волосы; бледный, осунувшийся, в пропылённом грязном жилете. Брезгливо сморщившись, провёл по заросшей щеке ладонью, вздохнул: — Ну привет. Наверно, Саске смотрел на него, как на призрак Мадары, потому что Наруто добавил несколько озабоченно: — Выглядишь не ахти. — На себя посмотри. — Да чего там глядеть, и так ясно, — ухмыльнулся невесело. Синяки под глазами, морщинки вокруг рта. И руки мелко подрагивают. Всё это отмечалось неосознанно, само. — Дерьмовая миссия. Развернувшись всем корпусом к другу, Саске ухватил того за расцарапанную щёку. — Узумаки, ты придурок. — Я тоже рад тебя видеть, тебайо, — невнятно произнес тот. — Какого черта? — нахмурился Саске. Лицо Наруто изобразило вялое «что?». — Ты мог прислать жабу и пойти отсыпаться в гостиницу. — Ага. — И помыться. Воняешь как помойка. — Ну, знаешь ли… — Нет, не знаю. — Отстойная тут гостиница! Матрацы с клопами. Двери гнилые, и вообще!.. Щёку пришлось отпустить — на ней остался яркий розовый отпечаток. Страшно было признавать, но даже такой физический контакт ослабил напряжение. Саске захотелось провести по лицу рукой: обычно это немного успокаивало ноющие мышцы — тянул за щёку он от души. Если бы мог позволить себе большее, он бы позволил. Большее настолько, чтобы не возникало вопросов. Ни у Наруто, ни у самого Саске. Саске поднял руку, привлекая внимание бармена. — Жратва посущественней есть? Ханья — Наруто как-то раз предположил, что он мог быть потерянным в детстве братом Морино Ибики: такой же огромный, квадратный, надёжный мужик, только с пузом — тяжело посмотрел на едва не падающего с табурета Узумаки и кивнул. — Спрошу у жены, должно было остаться с ужина. И скрылся за стеной, отгораживающей жилую часть от заведения. — Не отказался бы выпить, если честно, — признался Наруто, отводя благодарный взгляд. — Бери саке, — Саске подцепил особо крупную креветку, — не больше пары чоко, иначе я тебя не донесу. С пива развезёт моментально. Наруто, в отличие от Джирайи, о котором в своё время немало рассказывал, почти не пил, и перспектива тащить пьяного товарища Саске напрягла моментально, хотя возможность надраться самому казалась всё заманчивей. — Если что, меня донесут клоны. И тебя тоже. Креветка в пальцах неприятно спружинила и выскользнула на стол, едва слышно причмокнув панцирем. Саске передёрнуло от отвращения — слишком уж звук и ощущение напомнили ему о незапланированной резне на прошедшем задании. — Тоже пьяные, хочешь сказать? — Он придвинул тарелку к другу. — Что-то мне расхотелось. Пока Ханья не принёс нормальную еду, сметай. Наруто хмыкнул, кивнул и взял одно розовое скрюченное тельце. — Неприятные воспоминания навевают, да? И закинул в рот. Проклятье, а вот интуиция у Наруто всё ещё была на высоте. Узумаки, который не орал дурным голосом какие-то глупости или байки, перешедшие по наследству от учителя, и не жестикулировал, как васаби намазанный… а вот так понимающе усмехался и озвучивал чужие ощущения. У него на миссии тоже что-то произошло? Подперев щёку кулаком, Саске наблюдал, как друг уминает, молча и методично, горку ракообразных. Выдохшееся пиво в кружке смыло неприятный привкус во рту, возникающий от мыслей-ассоциаций. Очень хотелось разучиться думать и ощущать, но джоунин без мозгов — это очень плохая идея. Появился Ханья с двумя глиняными мисками. Рис, рыба и немного салата. Неплохо быть на хорошем счету у владельца заведения. Но за еду надо будет заплатить, так же как и за саке. Стянув с себя протектор, Наруто бросил его на стойку, словно избавляясь от головной боли, и, поблагодарив хозяина, принялся ужинать. — Когда остаёшься один и нельзя просить помощи, спасаешься только верой в себя. Но и эту веру в себе надо откуда-то черпать, — задумчиво произнёс Наруто через некоторое время. — Из чего-то или… из кого-то. Саске не выдержал, поднялся — затёкшее тело протестующее заныло, перебивая мрачное и дохлое, разлившееся на душе — и бросил к оплате ещё пару монет. Прихватив принесённый токкури, хлопнул Наруто по плечу: — Пошли. Снаружи воздух полнился ароматом яблок и дождя, в свете фонарей блестели лужи, мелькали фигуры прохожих. Поздний осенний вечер, тёмный и холодный, разлился за пределами жёлто-рыжих пятен светильников, обволакивая сыростью. — К чему ты всё это? — спросил Саске, вдыхая сладковатый воздух. После тёплого и душного трактира на улице стало зябко, размякшее тело слушалось неохотно. Каково Наруто, даже думать не хотелось, знать ответ на заданный вопрос — тоже, но молчание отбирало силы. Он обернулся — Наруто плёлся на шаг позади и вертел в руках бандану, словно раздумывая, надевать её или нет. — Защищать деревню и друзей — это здорово. Но… не знаю, это как облака. Они есть, смотришь ты на небо или нет. Не в смысле, не имеет значения, а… — Тебе хочется чего-то ближе к телу. Семью или типа того… — мрачно прокомментировал Саске и сжал в руке гладкий бок токкури. — Да, тебайо! К кому я буду возвращаться. Переводить в плоскость конкретики ассоциативное мышление друга стало настолько же привычным, как есть палочками. Вскипевшая злость дрожью скользнула по коже, заставила сердце биться чаще. — Жена. Дети… — Саке показалось безвкусным, и он закашлялся, когда по горлу и пищеводу прокатилась жгучая волна: хлебнул без меры. — Дети — это зло. — Ну ты по себе-то не суди. И вообще, чего это ты моё саке да прям на улице хлещешь? Друг, мечтающий о простых, нормальных вещах. Саске опустил взгляд, смотря на бурый лист, прилипший к подошве сандалии. Остановился. — Наруто… — Что? — устало отозвался тот, повязывая на лоб бандану и тут же раздражённо срывая. Убеждённо проговорил, нахмурив светлые брови: — Тебе тоже нужен кто-нибудь. — Привязанности тяготят. Ссутулившись, Саске вновь побрёл вперёд. Не оборачиваясь, протянул Наруто токкури. — Ты хотел выпить. Не смотреть. Не думать. Нельзя сделать друга целью. Это плохо закончится, считал Саске и ему было погано... Сухие мозолистые пальцы Наруто накрыли его собственные, потянули кувшинчик. Подул ветер, забирая остатки тепла. Напиться и забыться. Или к шлюхе сходить? Саске отпустил горлышко токкури и спрятал руки в карманах форменных штанов. — У меня нормальный номер. Можешь переночевать там, гостиница на углу. Кинул ключ через плечо… — А ты? …и всё-таки обернулся. Улыбнулся криво, мёрзло: — Пойду найду замену на ночь своему «кому-нибудь». — Так у тебя кто-то есть? — с удивлением и даже обидой вскинулся Наруто. Стальная полоска протектора в его руках смялась бумажным листом. Саске стало жарко, будто саке резко ударило в голову, и он услышал, как кто-то его собственным голосом невнятно спрашивает: — А как же жена и дети? Наруто повязал бандану обратно на лоб. Изогнутая пластина выглядела нелепо, лицо же друга, наоборот, разгладилось. — Кто-нибудь, к кому возвращаться, Саске. Он медленно вдохнул, справляясь с головокружением. И понял, что больше не хочет молчать об этом. — Ненавижу тебя ждать. Не-на-ви-ижу, — почти нараспев, словно произнося совершенно иное слово. — Ну, — повеселел Наруто, — сам говорил — жена, а им положено… — и увернулся от удара. — Возвращаться, Узумаки. Тебе придётся возвращаться. И ему тоже.