Прислушиваясь к песне ветра.

POV Эмили       Мама всегда говорила, что я должна слушать сердце, но мне никогда не было понятно как. Я всегда делала, что хотела, поддавалась любопытству и чувствам. Так-то мы с семьёй жили, скажем, «на отшибе»; вокруг меня всегда были грозные скалы, густые леса, озёра и бескрайний океан. Помню, бабушка как-то запретила мне подниматься на одну из гор, однако я не послушалась, с дуру полезла наперекор бабуле и, конечно же, без травм не обошлось. И все же я не жалею о своём маленьком запретном походе. Чего только стоил открывающийся вид с вершины! Ясное небо в закатных лучах поджарого солнца приобрело пламенный оттенок, а по горизонту растянулась алая полоса. Вдали еле-еле виднелись маленькие кораблики, безмятежно дрейфующие по морсикм волнам. Сердце от восхищения на миг перестало биться, а кожа покрылась гусиной кожей. Любой другой на моём месте тоже не смог бы сдержать изумленного оха. Я слишком близко подошла к краю, уступ начал раскалываться и моё бренное тело полетело вниз. В тот день я могла умереть, разбившись о землю, но всё обошлось благодаря другу детства, получила лишь переломом ребра и ноги. Он, как и все мои родные, ругал меня за то, кем я являюсь, но, в отличии от них, часто был рядом со мной. Джон всегда защищал и оберегал меня от неприятностей, и всё же его это не всегда удавалось.       Помню, как-то в 12 лет мне сказали не идти в лес, но в итоге меня покусала дикая псина, и вновь чудом пережила последствия своего глупого поступка. Припоминаю, как мама перевязывая мне руку, приговаривала: — Вот вечно ты так! То с крыши упадёшь, то со скалы. Ни на секунду оставить тебя нельзя! Ещё и с этим Джонам повелась! Хулиган он, пойми!       А когда в жизни я её слушала? В голове всплывают воспоминания: Вот мне девять и, несмотря на предупреждение мамы, съела какие-то ягоды. Итог — сильно отравившись, пролежала в больнице три месяца, корчась от боли и захлебываясь слезами, но Джон всегда был рядом. В Пятнадцать лет, выпрыгнув с окна, пошла на вечеринку, куда мне запретили идти, но разве я послушалась? Неа, пришла туда и впервые напилась. Напилась до алкогольного отравления и пришлось вызывать скорую помощь. помнится, мы ещё тогда с Джоном поцеловались… Наш первый поцелуй, он не был как у влюбленных парочек, а скорее, как у друзей. Вы же слышали о сексе по пьяни? А у нас был поцелуй по пьяни. Хоть мы и нажрались в дубу, я помню всё в деталях. Как он прижал меня к стене, как легонько соприкоснулись губы, даже не чмокнул. Вот момент я так покраснела и выглядела краснее вареного рака. Его нежные прикосновение стали более нахальными. Сначала был скромный нежный поцелуй, который потом постепенно перерос в более глубокий, страстный и вожделенный. Испытывать эти новые будоражащие чувства было так дико. Мне казалось, что родители будут ругаться и накажут на всю жизнь, поэтому утаила от них такую пикантность.       Примерно через год после поцелуя, Джон признался мне в любви, и мы начали тайно встречаться. Не хотелось слышать лекцию от мамы, как и всякие насмешки со стороны одноклассников. Но несмотря на наш секрет, мы всегда были вместе, и никто не мог прознать о наших отношений. Мы, как обычно, играли в баскетбол, не щадили друг друга в теннисе и всегда старались обогнать друг друга, и в тоже время Джон практически всё время поддавался, что постоянно бесило меня.       Когда мне исполнилось восемнадцать, мы с Джоном всё же раскрыли завесу тайны перед моей семьёй. Мама была жутко рассержена, а отцу, в общем-то, было плевать. На тот момент бабушка уже почила этот мир, но я уверенна, она тоже сказала бы что-то наподобие: «Я против, ведь он ужасен!» или же «не водись с ним! Он проклят духами». Это было с одной стороны забавно, а с другой даже бесило, но я любила свою бабушку за её странности. Где-то через пол года, после признания, мы с Джоном сняли квартиру и начали жить вместе. Казалось, нашему счастью не было границ! Я была счастлива, проводя каждый божий день с ним. В мой день рождения, когда стукнуло двадцать один год, возлюбленный сделал мне предложение, и теперь мы помолвлены.       Сейчас я иду по дороге домой. С работы отпустили пораньше. Солнце сияло на улице. Только ветер дул, но я люблю ветреные дни и всегда любила. Захватив в кондитерской тортик, уже было собиралась зайти в подъезд, но услышала тихое жалобное мяуканье. Заглянув за угол, моему взору предстал маленький чёрный котёнок с откусанным кончиком уха и с белым куском шерсти на грудке, который выглядел, как кулончик. Взяв на руки бедолагу, уже вместе мы пришли домой.       Решив что мой возлюбленный спит, тихонько прошла дальше к кухне достав из холодильника молочка, подав его котёнку. Потом направилась в спальню, однако, зайдя туда, вместо радости на меня обрушилась печаль и боль в сердце. Он… Того, кого я так любила… Лежал в кровати с моей некогда называемой подругой… Глаза наполнились горькими слезами. Еле сумев сдержать их, гордо вздёрнула голову ввысь, выдав: — Как ты мог променять меня — верную и любящую девушку — на гулящую шмару. Уходи сейчас же, забирай свои вещи и её уводи! А что насчёт тебя… чтоб духу твоего не было, шлюха.       Всё было сказано спокойно и холодно, но в груди всё сжималось. Поспешно выйдя из комнаты, я устало села на стул, обдумывая всё. Как? Как он мог так поступить со мной? Урод… Мразь… Мне и правда стоило послушаться предостережение родных, когда они говорили, что Джон был мерзавцем… Я, ослепленная любовью, просто не хотела замечать этого, не хотела принимать, что тот, кого я люблю, на самом деле был таким подонком. Внизу послышалось тихое урчание. Это был мой маленький друг, с довольной моськой ластившийся ко мне. Я взяла того на колени и, легонько поглаживая по шёрстке, краем глаза глянула в окно. Тучи сгустились, окрасившись в тёмо-серый цвет, а ведь недавно было чистое голубое небо. Погрузившись в свои мысли, я не слышала вокруг себя ничего, кроме свиста ветра на улице. Жалостливый скрежет крыши раздавался под натиском сильного ветра, можно было даже услышать как она прогибается. Сидела так около получаса, не заметив как ушли те мрази. Кот уснул, лёжа на моих коленках. Единственное, что я слышала — это песня ветра, которая всегда, как нельзя кстати, появлялась в моей жизни в тяжёлые минуты. Нет, я не долго сожалела о поступке Джона и не особо злилась на него. Рано или поздно такое могло произойти, и я рада, что оно произошло сейчас, а не позже… Я прекрасно осознавала, что впереди ещё много-много дел. Будет много неудач и потерь, а может и много хороших знакомств. Я знала что ничего не заканчивается на нём, поэтому, несмотря на рану в сердце, я всегда улыбалась, ведь знала, что скоро всё образумится. Я знала всё это. Я узнала это, прислушиваясь к песни ветра.