1
3 января 2019 г., 11:53
***
В Йотунхейме разруха. Вчера вечером на нас напали асгардцы и уже несколько дней мы ведём войну. Я Локи Лафейсон, принц Йотунхейма и старший сын Лафея. В то время, как мои братья и отец бежали, меня оставили здесь, под предлогом того, что я хороший стратег, и что должен сражаться до последнего, но я знаю, что это просто предлог от меня избавиться. Меня никогда не любили ни отец, ни народ, а всё из-за того, что я йотун лишь наполовину. Несмотря на неприязнь ко мне, отец хвалил меня за успехи в магии и за победы в сражениях. Однако сегодняшняя битва доказывает, что всем на меня плевать. На второй день сражения — наше поражение стало очевидным и я решил отступить, оставив полуразбитую армию на растерзания врагу. В конце концов, мне нет смысла сражаться за тех, кто меня презирал. Я забежал в более и менее целый дом и притаился. Вокруг слышались крики и звон оружия. Я понятия не имел, как отцу с братьями удалось сбежать, возможно где-то во дворце есть какой-то черных ход, ведущий за пределы Йотунхейма. Даже если этот ход и был, то сейчас его уже нет, поскольку асградцы разрушили дворец еще утром. Если оставаться здесь, то рано или поздно меня найдут. Слишком много вариантов развития событий и слишком мало времени чтобы их обдумать. За окном послышались крики воинов, которые приближались к моему дому. Я оказался в западне.***
— Он там! Я видел, как он забежал туда! — кричали асы, подбегая к дому. — Дэйв, осмотри дом изнутри, если кто-то выбежит мы поймаем, — приказал один солдат другому. Мужчина осторожно зашёл в небольшой дом, осматриваясь по сторонам. Из соседней комнаты послышался шорох и, приготовив оружие к бою, солдат заглянул в неё. В углу стоял йотун, который наколдовал в своих руках большой раскаленный шар, и готовился атаковать врага. Парень и среагировать не успел, когда магический шар полетел в него. В ту же секунду дом взлетел на воздух и из него выскочил молодой йотун. По пути расстреливая оставшихся солдат, он побежал на свободное пространство, где ему было удобней сражаться, и где его не смогли бы окружить. Заметив взрыв, асгардцы побежали к месту происшествия. Асы пытались окружить мага, но тот убивал любого, кто приближался к нему. Те, кто подходили совсем близко, откидывались защитным заклинанием или были убиты кинжалами, которыми йотун превосходно орудовал. Однако маг был один против тысячи, так что долго продолжаться такой бой не мог. Уставший йотун еле стоял на ногах, однако продолжал сражаться из последних сил. Крупный асградец обошёл врага со спины, но ему тут же перерезали глотку. В тот же момент другой обезоружил йотуна и схватил за волосы, ударив головой о землю. — Попался наконец, — сказал ас, подняв врага с земли, ударив ногой в живот. — Эй! Ты полегче с ним. Он нужен нам живой, — утихомирил товарища другой солдат. — А что с ним будет то? И зачем он нам вообщем? — уставился на него мужчина. — Это подарочек для принца, — услышав это узник дернулся и хотел было вырваться, но стражник, заметив это, врезал ему так, что тот упал на землю, не в силах встать. Солдаты подняли врага и нацепили на него кандалы. Обессиливший йотун был не в силах стоять и страже пришлось его держать. Бой ещё не был закончен. Пленённый Локи только и мог наблюдать за смертью своих собратьев. Хоть ему и было плевать, но было противно смотреть как асгардцы убивают женщин, защищавших своих детей. Может Лафейсон не нравился воинам, но женщины и старики более и менее уважали его, а дети иногда даже звали поиграть вместе с ними. Это была одна из немногих причин оставаться в Йотунхейме. Недалеко от Локи лежала ледышка, в которой он увидел своё отражение. Без слёз взглянуть на себя было страшно. Черные длинные волосы стали красными от крови, один из рожек надломился и из него вытекала тёмно-синяя кровь. Черные глаза с красными зрачками опухли то ли от слёз, то ли от усталости и долгих боев. Из разбитого носа, по губам и до подбородка, текла кровь. Всё тело было в ссадинах и порезах. Мочка левого уха — оторвана вместе с серёжкой, которая раньше украшала ухо. Собственный вид сейчас начал вызывать жалость и Локи отвернулся. Прошло еще пару часов. Из жителей Йотунхейма остался только маг. Армия Асгарда двинулась к появившемуся из неоткуда радужному мосту. Насколько помнил Лафейсон, он назывался Биврёст. Локи, так же как и всех, повели к мосту. По пути один из стражников окликнул некого «принца». К ним подошёл мужчина, который был немного постарше Локи, но был гораздо выше и крупнее. Блондинистые волосы чуть ниже плеча и ярко-голубые глаза смотрелись красиво, однако мужчина выглядел серьёзным и опасным. В руках он держал на вид очень тяжёлый молот. — Это ещё что? — прозвучал грубый голос. — Мы нашли его когда он прятался в доме, — сказал охраник, приподняв йотуна за волосы, показывая избитого до изнеможения пленника, — Этот урод перебил половину наших людей. — Экзотическая штучка, не так ли? — перебил рядом стоящий страж, — Если привести такое в Асгард, то сколько чести будет! — Нет, — угрюмо сказал мужчина, которого называли принцем, — Отпустите его. — Тор, но это и вправду было бы почётно, — вставил своё слово воин с рыжими кудрявыми волосами и такой же кудрявой бородой, держащий огромную секиру в руках. — Нет, Вольштагг, мы не станем издеваться над врагом, — продолжал настаивать на своем принц, именуемый Тором. — Поступай как знаешь, — ответил Вольштагг и отошёл от своего товарища. — В таком случае, мы от него избавимся, — продолжая держать пленника за волосы, приставив нож к горлу Локи, сказал солдат. В какой-то момент, Одинсон посмотрел на лицо йотуна, который еле стоял на ногах и был готов расплакаться. Обычно враги не могли разжалобить Одинсона, но не в этот раз. Принц дёрнулся и одним рывком оказался рядом со стражей, откинув нож в сторону. Он взял узника за руку и перетянул на себя. — Я его забираю, — сурово посмотрел на охрану Тор, прижимая Локи к себе, — Свободны! Когда стража отдалилась, Одинсон позволил себе выдохнуть. Он повесил Мьёльнир на пояс. Тем временем йотун уже совсем не стоял на ногах и обессиленно висел на Торе. Асгардская армия шла к Биврёсту и им следовало делать то же самое. Потому как парень идти сам не мог Тор подхватил его на руки и понёс к мосту. На удивление Одинсона парень был очень лёгкий, легче чем многие девушки. В отличие от других Ледяных Великанов, этот был ниже Тора чуть ли не на голову и не выглядел таким уродливым. Да и вообще, Одинсону пока слабо верилось, что этот миловидный паренёк смог перебить половину его армии. Как говорил Один: «Внешность обманчива». Подойдя к Биврёсту, Тор вместе с йотуном, прикрыв того своим плащом, сел на коня и отправился домой.***
Я впервые был так близко к Биврёсту. Так же как и магия, меня интересовали другие миры. В детстве мне нравилось читать книги про Асгард и великий Радужный мост, соединяющий наши миры. Хоть асгардский принц спас меня от смерти, но не спас от заточения. Скорее всего, когда мы приедем, меня посадят в тюрьму и это не могло не разочаровывать. Зайдя в Биврёст, мы оказались в космическом туннеле, который мерцал всеми красками мира, буквально через мгновение мы уже были в Асгарде, асов приветствовал страж Радужного моста. — Я видел ваше сражение, Тор, — обратился страж к принцу, — И его тоже. — Ты всегда всё видишь, Хеймдалль, — с улыбкой ответил Тор. Я на секунду подумал, как этот Хеймдалль мог видеть бой если всё время был здесь, и что значит «И его тоже», но спрашивать сейчас не было ни сил, ни желания. Ещё немного проскакав по мосту, мы зашли в город. Золотой, с высокими узорными домами, город цвёл и пах активной жизнью. Все приветствовали принца и его воинов, приветливо махая руками, в ответ солдаты и сам Тор улыбались и махали в ответ. Некоторые кидали нам цветы или лепестки. Здесь то я и заметил еще одно различие между Йотунхеймом и Асградом — асгардцы намного приветливее и доброжелательней великанов. Обычно когда мы с братьями возвращались домой, нас встречали только детишки, играющие на улице, а здесь каждый выбегал на улицу, чтобы просто встретить своих героев. Забавное различие. Я задержал свой взгляд на маленькой плачущей девочке, у которой на дереве застрял воздушный змей. Хоть у меня было мало сил, но создать небольшой ветерок, который смог сдуть змея с дерева, я смог. Радостная девочка подбежала к своей маме. «Детишкам помогаешь» — прошептали мне в ухо. Я посмотрел на Тора, который немного приобнял меня, он смотрел на меня с нежной улыбкой. На меня никто так еще не смотрел, но не стоит обольщаться. Наверное. Через десять минут мы подъехали к дворцу. Нам на встречу вышли царь Один и царица. Тор слез с коня вместе со мной и, наконец, поставил на землю. Я не слушал, о чём он говорил с царём и просто осматривал дворец. Он был намного больше нашего и более красивый. На самом деле, для меня Асгард казался во всём лучше родного дома, и если бы я не был пленником, то был бы рад оставаться здесь. Пока я осматривался, ко мне подошла царица и несколько служанок. — Я Фригга, не бойся меня, — она протянула мне руку с доброжелательной улыбкой, — Я помогу тебе привести себя в порядок. Я не стал противится. Эта женщина внушала доверие одним только своим видом, но я всё же обернулся на Тора, не зная, что делать. Он посмотрел на меня и махнул рукой, мол всё в порядке, иди. Меня повели по длинным коридорам дворца, и в конечном итоге завели к лекарю. Врач с ужасом глядела на меня и мои раны, но свою работу выполнила довольно быстро. И еще одно отличие, в Йотунхейме меня бы просто оставили умирать с этими ранами, в какой-нибудь яме. Как же, всё-таки, здесь всё по другому. Царица пыталась со мной разговаривать, но из-за шока я не мог выдавить и слова. В конце концов, она отвела меня в отдельную спальню, что для меня стало еще большим шоком. Я никак не ожидал, что меня мало того, что не посадят в тюрьму, так еще и как с родным обращаться будут. Со мной впервые обращались с такой нежностью и добротой, несмотря на то что я их враг. Видя мою усталость, Фригга решила оставить меня одного, поцеловав на прощание. Я замер на месте. Почему? Почему она так ласкова с врагом? Я был готов расплакаться, но это было глупо после того, как они мне помогли, однако я смог выдавить из себя слово «спасибо». На что царица улыбнулась и прикрыла дверь в комнату. Я обессиленно лёг на кровать. Кандалы, которые из безопасности с меня не сняли, мне совсем не мешали, хотя ошейник немного давил на шею, но я был настолько счастлив. Даже если это был единственный день, когда со мной обращались так радушно, я очень рад, что оказался здесь.
