4
12 марта 2019 г., 18:54
***
Пропустив стражу вперёд, и зайдя в комнату вслед за ними, Одинсон взглянул на пленника. Если не обращать внимания на опадавшую и быстро вздымающую грудь, то йотун казался абсолютно спокойным, и даже не обращал внимания на гостей. На лице не было ни единой эмоции. Краем глаза он глянул на принца, но тут же отвёл взгляд. Подобрав слова, Тор подошёл к узнику. — Здравствуй, надеюсь, что ты помнишь меня. Не волнуйся, мы не враги тебе, — спокойно начал Одинсон, — Я просто хочу задать пару вопросов. Как твоё имя? — Вам ведь наверняка известно, кто я такой, какой смысл допрашивать меня? — холодно проговорил йотун. — Когда тебе задают вопросы, ты должен отвечать! — пригрозил один из стражников. Принц сурово глянул на него и, махнув рукой, попросил солдат удалиться. Дверь с громким скрипом закрылась. Освободив руки пленника, чтобы тот сел поудобнее, Тор расположился на кресле около книжного шкафа. — Ну, так что молчишь? — йотун поднял голову, но продолжил молчать. Одинсон вздохнул и потёр висок, — Мы ведь одни, ты можешь говорить. — Я Локи, старший сын Лафея и законный король Йотунхейма, — неуверенно представился парень. Немного помолчав, он продолжил, — Точнее был им… вы ведь уничтожили мой дом. — А ты не должен быть благодарен за то, что тебя спасли и оставили в живых? — скрестив руки на груди, сказал Одинсон. — Спасти одного, уничтожив тысячи других, тоже мне герой, — высказался Локи, повышая голос. — В таком случае, где были все остальные? — Лафейсон вопросительно поднял бровь, не понимая, к чему был задан вопрос, — Почему при штурме ты был единственным из королевской семьи? — парень потупил взгляд, но всё же ответил. — Я был отбросом в семье, — очень тихо, почти шёпотом, проговорил Локи, — Поэтому, когда появилась возможность, от меня решили избавиться. Неожиданно Одинсон осознал — Локи не похож на других ледяных гигантов: слишком низкорослый, где-то на голову ниже самого Тора. Черты лица слишком мягкие, и не похожие на великанов. Худое телосложение, узкие плечи, длинные и тонкие руки. Хотя голос был с отличительной чертой йотунов — с небольшой вибрацией, из-за чего их голоса всегда кажутся звучными. Если бы не цвет кожи и рожки, то его спокойно можно перепутать с асом. Одинсон вспомнил своего недавнего знакомого. Одинаковая внешность и единственное различие в том, что Локи — йотун. Ему показалось странным такое сходство, поэтому Тор, привыкший действовать в открытую, решил спросить напрямую. — Слушай, а мы с тобой сегодня не встречались? — Лафейсон, не поднимая головы, спросил, что принц имеет ввиду, — Буквально пару минут назад я повстречал паренька. Вы с ним на одно лицо. Одинсон почти вплотную подошёл к пленнику и, сев перед ним на корточки, пытался заглянуть тому в глаза. Йотун очень старался не подавать виду, что паникует, но получалось ужасно. Было заметно, что дыхание сбилось, а руки сжались в кулаки до побеления костяшек, из-за чего чёрные ногти больно впивались в ладонь. Глаза с расширенными зрачками бегали: то на Тора, сидящего перед ним, то на пол, то на окно. Молчание затянулось, но деваться было некуда. Только парень захотел открыть рот, как в комнату вошла царица. — Сын мой, не думаю, что давить на него хорошая идея, — ровным тоном сказала Фригга. Одинсон подскочил и отошёл от парня. Женщина подошла к своему сыну, и положила свою руку на его плечо, затем обратилась к Локи, — Мы понимаем, что ты оказался здесь не по своей воле, но здесь ты в безопасности. Ты можешь спокойно передвигаться по дворцу. Тор, не мог бы ты подождать нас за дверью. Тор, который стоял позади царицы, посмотрел на парня и, приложив палец к губам, вышел из комнаты. Лафейсон ликовал, что этот разговор об Исгерде можно было отложить хотя бы на время. — Теперь мы можем спокойно поговорить, — улыбнулась Фригга, — Мне очень жаль, что ты потерял семью и свой дом. Асгард всегда стремился к миру с Йотунхеймом, но, видно, мы плохо старались, раз всё обернулось так. Но не будем о плохом. Для нас большая радость видеть тебя здесь. Я лично наслышана о твоих магических способностях, это впечатляет. — Почему вы так добры ко мне? — поинтересовался Лафейсон, — От меня ведь нет пользы. — Ты король, чьё королевство мы разрушили. Кровь на наших руках, — пояснила царица, взяв руки парня в свои, — Твоя жизнь — наша надежда на мир.***
— Надежда на мир? — переспросил я, не особо понимая о чём идёт речь. Фригга продолжала держать меня за руки, когда в комнату кто-то вошёл. Хотя будет лучше сказать — ворвался. Посмотрев на дверь, мы с царицей увидели мужчину, лежавшего на полу в обнимку с дверью. Осознав, что на него глазеют, он быстро опомнился, встал, и извинился. — Прощу прощения, госпожа. Я думал, что дверь закрыта, — протараторил смущенный воин. — А я предупреждал, — послышался чей-то смеющийся голос за дверью. Предположительно, один из мужчин устал стоять ровно, и решил облокотиться на дверь, не подумав, что та — может быть открыта. Поэтому, не выдержав веса, она предательски раскрылась в самый не нужный момент и мужчина предстал пред нами в забавной позе. Ну, не у одного меня проблемы со здешней мебелью. — Как видишь, у нас здесь довольно весело, — прокомментировала эту сцену Фригга, осуждающе смотря её на главного героя, — Я надеюсь, что когда мы вернёмся дверь будет там, где должна быть. — Вы уходите? — поинтересовался я. — Да, и ты пойдешь с нами, Локи. — Куда? — Ты должен встретиться с Всеотцом. Противиться я не стал. В конце концов, я давно мечтал познакомиться с великим правителем девяти миров. В асгардских книжках, которые хранились в нашей библиотеке, были лишь скромные описания Одина, и лишь мельком говорилось о том, что у него есть жена и ребёнок. К примеру, многие йотуны-воины, которые ходили вместе с моим отцом на переговоры в Асгард, рассказывали, что Фригга — была крайне страшной женщиной: низкорослой, толстой и с ужасным характером. Однако на самом деле — это была светлейшая женщина, которую я только мог видеть. Она довольно высокая, с идеально прямой осанкой. Длинные золотые волосы, заплетённые в необычные прически, украшались золотыми брошами и прекрасно смотрелись с бронзовой кожей. Аккуратные черты лица и ровный нос, украшали небесно-голубые глаза, которые всегда смотрели прямиком в душу. Когда она рядом, на душе спокойно и светло. Я всегда с подозрением относился к окружающим меня существам, но Фригга развеивает все сомнения. Она притягивает к себе, как родной человек, даже меня. И, предположительно, многое она передала своему сыну. Тор был её копией: золотые волосы, которые были чуть ниже плеча, бронзовую кожу, голубые глаза. Правда что, его глаза больше напоминали морскую бездну. Ближе к зрачку цвет был более светлым, почти белым, и плавно переходил в голубой, а по краям он был насыщенно синим. Никогда бы не подумал, что чьи-то глаза так врежутся в мою память. Я краем глаза глянул на принца, который шёл слева от меня. Он смотрится очень мужественным — высокий, широкоплечий, красив на лицо. Небось все асградские девы бегают за ним, да и юноши тоже. Не зря же он за мной побежал. Точнее за Исгердом. Тор даже не обратил внимания, что тогда я представился женским именем. Но боюсь, что он раскрыл меня. И вот чего я запаниковал, когда он спросил про нашу с ним встречу? Главное, чтобы шантажировать или запугивать не начал, а там время покажет. Но похоже, он не спешит рассказывать об этом кому-то. И то хорошо. К слову говоря, я быстро смирился с мыслью о том, что отныне живу в Асгарде. Пока мы шли по коридорам дворца, я заметил знакомую мне статую с трещиной на лбу. Я невольно улыбнулся. Забавная однако ситуация получилась. — В приподнятом настроении, как я посмотрю, — прошептал мне на ухо Тор, заметив мою улыбку. Пройдя ещё немного, мы наконец-то пришли. Пред нами находилась огромная дверь, украшенная разными символами и рисунками. Стража отворила дверь и мы вошли в тронный зал, который представлял собой огромный павильон. Позолоченные стены ни чем не украшались. Колонны, стоявшие по всему периметру, больше напоминавшие деталь интерьера, чем часть конструкции. Позади и слева от нас находились двери, ведущие в коридоры. В центре стоял главный трон, а подле него два других. — Здравствуй, — откуда-то сбоку раздался грубый мужской голос. Я обернулся и увидел пожилого мужчину, облеченного в доспехи. Левый глаз был закрыт повязкой, а из-под короны виднелись седые волосы. Мужчина подошёл к нам, потирая свою бороду, и держа в руке скипетр — символ власти и силы Асграда. Я не был уверен, но вроде бы он называется гунгир. В каждом из девяти миров у правителя есть символ власти. В Йотунхейме символом силы был ледяной ларец, но ещё несколько веков назад Один забрал его у нас, поэтому ледяные великаны ослабли и потеряли былую мощь. — Для меня большая честь узреть вас, Всеотец, — с уважением поздоровался я. Один прошёлся по залу и сел на свой трон. — Локи Лафейсон, мы отдаём честь павшему Йотунхейму и признаём тебя его законным наследником. За тобой остается право на трон Йотунхейма, в случае его востановления, и все остальные полномочия. Чтобы остаться здесь, ты должен поклясться, что будешь следовать нашим законам и не нарушать их. — Клянусь. — Клянёшься, что не станешь убивать своих и рисковать жизнью других? — Клянусь. — Клянёшься, что ты будешь беречь девять миров и не подвергать их опасности? — Клянусь. — Клянёшься, что при твоём правительстве Йотунхейм и Асгард перестанут быть врагами? — К-клянусь. — Приветствую тебя, Локи Лафейсон, отныне Асгард — твой дом и убежище, — Один три раза постучал гунгиром о пьедестал трона, завершая свою речь. Тем временем, Фригга подошла ко мне, и ободряюще положила мне руку на плечо. Тор сделал тоже самое, вдобавок подмигнув. — Подайте ему нормальную одежду, — приказал Один близстоящей служанке. — Я думаю, в этом нет необходимости, — сказала царица, подходя к трону, — Локи — сильный маг, изменить одежду, для него не проблема, а так же он может менять своё обличье. — Локи, насколько я помню твоя мать была асом? — спросил меня Всеотец. — Да, я полукровка, — я мельком глянул на Тора, который слегка улыбался, предвкушая раскрытие Исгерда, — Но боюсь, что сейчас я не способен изменить своё обличье. Могу я это сделать позже? — на самом деле я просто не хотел этого делать сейчас. — Ты имеешь право ходить в любом облике — это твоё дело. — В таком случае, может ты хочешь пока осмотреть дворец? — спросила Фригга. — Да, я думаю, это хорошая идея, — улыбнулся я царице. — Тогда, Тор, — обратилась она к сыну, — Не мог бы ты всё ему показать? — Да, с радостью, — улыбаясь, ответил принц. «Только не это» — пробежало у меня в голове, от осознания того, что мне придётся остаться с Одинсоном наедине.
