Сдать экзамен

      Самое обидное то, что он только меня спросил за всю пару. На протяжении всей пары он меня что-то спрашивал, его даже не волновало, что это новая тема и я ее не знаю. Я что-то отвечал, полагаясь на свой ум и сообразительность. Иногда он кивал, иногда улыбался, ему нравилось, когда я размышляю в голос, когда мотивирую свою мысль. Другие студенты и не особо были против, что он меня мучил. Спасибо вам за это…       Под конец пары я был истощен. Мне ничего не хотелось. Прозвенел звонок и я был безмерно рад, но вспомнил, что надо подойти к мистеру Паку. Хосоку это не понравилось, он подозрительно посмотрел на преподавателя. — Ревнуешь? — спросил я. — Нет, — спокойно ответил он. — Подождешь меня? — я счастливо улыбнулся ему. — Извини, но мне нужно бежать. У меня сейчас тренировка, — он начал тормошить Гука за плечо.       Через несколько недель будет футбольный матч между нашим университетом и соседним. Гуки, как и Хосок, уже не первый год занимают лидирующие позиции в нашей команде. Лучшие нападающие, и всё такое. — Я все понимаю.       Так уж и быть. Я один из первых подошел к преподавательскому столу, желая побыстрее с этим покончить. Как всегда, около него собралось много омег, которые теряли от преподавателя голову. Он жестом дал мне понять, что я должен подождать. Осталось только ждать. Визг омег и их смех меня дико раздражал. Уже прошло пять минут, у меня скоро пара, а мне еще с ним говорить. Наконец, я увидел просвет в группе омег, они начали расползаться в разные стороны. Когда никого уже не было, я подошел к преподавателю, он как раз складывал вещи в портфель. Он поднимает свой взгляд. — Неплохая работа. — Спасибо, — искренно отвечаю я. — Вам в какой корпус? — спрашивает он. — В седьмой, — удивленно отвечаю я. — Идёмте, я вас провожу.       Он идет в сторону дверей и кивает головой, что он меня пропускает вперед. Святые печенюшки! А как коленки-то дрожат, сердечко поет, а глазики слезятся. Да я готов здесь станцевать танец пьяного студента от радости, но он не так тогда меня поймет. Он решил меня проводить до корпуса. Это так… Ох…       Выхожу из аудитории, он идет рядом со мной. Во мне проснулся романтик. Рядом с ним я себя плохо контролирую. Запутался в собственных ногах и чуть не говорю «здрасте» полу. Меня ловко ловит мистер Пак. — Чимин… — он хочет что-то добавить, но у него закончились слова. — Извините, — краснею и отвечаю ему. — Бывает. Вы хоть сегодня завтракали? — заботливо спросил он. — Нет, — я запнулся, почувствовал на себе его взгляд и опустил голову. — Вы же видели, как я забежал в аудиторию, думал, что проспал.       Он качает головой. — Судя по вашей бледности, вы в постели мало времени провели.       Только киваю головой и смотрю себе под ноги, чтобы не упасть. Мы миновали лифт, при этом нас двоих передернуло, мы вышли на улицу. Свежий ветерок, теплые лучики солнца и мое сердце поет. — Красивая погода, — мистер Пак слабо улыбается. — Прекрасная, — отвечаю я.       Он подает мне руку, когда мы сходим по лестнице, я никогда не брезгую этим, всегда приятно, когда за тобой ухаживают. Вот что значит «истинный джентльмен». Самооценка говорит мне: «не льсти себе, он не хочет, чтобы ты упал. Потом тебя еще тащить». Как всегда, она вовремя.       Он заводит разговор про мои ответы, мой потенциал, мои возможности и я бы подумал, что все это правда, но он не мог без колких замечаний про мою рассеянность, некую везучесть, чуть не дошел до того, что ответил я хорошо, потому что родился под счастливой звездой. Я закатил глаза. В этом весь он. — У вас есть потенциал, если развивать его как следует, может и выйдет что-нибудь путнее. Нужно много времени и много усилий на это потратить. Три часа в неделю — это мало, — продолжает он.       А что я? Я только «за». Мне тоже мало три часа в неделю его общения, хоть за эту неделю мы с ним и, правда, много встречались. Логика крикнула мне идею, которую я сразу озвучил: — А у вас есть консультации?       Мистер Пак замялся. Мы как раз дошли до нужного мне корпуса и остановились. — Есть, — просто ответил он. — А в какие дни? Я просто могу походить на них, послушать… — Каждую среду, в 16:00.       Я кивнул головой и улыбнулся. Какое счастье-то, я буду ходить на консультацию к нему. Раздался звонок на пару. Чанёль все так же стоял и смотрел на меня, было видно, что он хотел что-то добавить, или меня просто обманывало зрение. Мы так стояли и смотрели друг на друга.       Доктор Зло встряхнул головой и промолвил: — Вам уже пора на пару. — Угу. — До встречи. — Угу.       Правда, у меня высокоинтеллектуальные ответы? Я понял, мне нельзя так много быть рядом с ним, потому что я больше «угу» ничего не могу сказать. Я еще стоял и смотрел на него, а он тоже не решался идти. Неловкая ситуация. Для него она неловкая, потому что он уже не знает, куда свой взгляд отвести, ведь что я на него смотрю и смотрю.       Как-то неловко киваю головой и поправляю рюкзак на плече. — До свидания, — быстро бросаю я и иду в корпус.       Это было какое-то счастье, я не споткнулся, не упал, никого не сбил с ног, так еще и нашел нужную аудиторию. Невероятно просто. Когда я вошел в аудиторию, то сразу увидел своего друга, который так быстро убежал с пары. Сев рядом с ним, я строго на него посмотрел. Вот он не готовился к паре и завалил тест. — Что? — удивленно спросил он.       Я только покачал головой и ничего не ответил. Чтобы я не говорил, до него ничего не дойдет. Начал доставать книги и тетради из рюкзака. Сейчас у нас экономика и преподавателя еще не было. Предмет вел старенький дядечка, который мог уснуть на паре, даже не закончив мысль. Все говорили, что он такой умный, потому что живет со времен основания Корё. Надеюсь, что и правда, с ним все хорошо. — Ты произвел впечатление на нашего Доктора Зло, — заулыбался Тэ. — Да ладно. Я просто все выучил, — я поправил чёлку, которая лезла в глаза. — А сам-то покраснел, смутился, а ручки-то как дрожат, — продолжал издеваться Тэхён.       Я схватился руками за лицо. Да нет. Не горят у меня щеки. Ви засмеялся, я зло на него посмотрел. — Чего ты? — сквозь смех спросил парень.       Я же только молчу и смотрю на доску. Ну, не нравится мне, что люди замечают, как я реагирую на него. — А как же Хосок? — Тэ постарался сделать грустное лицо, но видно было, что он просто из вежливости спрашивает о нем. — Пошел на тренировку, — вздохнул я. — Я не о том, — махнул рукой Ким. — Ты же явно втюрился в нашего преподавателя. А что же теперь с Хоби?       Я закатил глаза и прислонился щекой к холодной парте, а вот теперь у меня и правда щеки горят. — Мы вместе, — ответил я. — Скажи это более уверенно, а то я только услышал, — Тэ начал перетравливать мой голос, — «я сохну по сексуальному преподавателю».       Я легонько ударил его в плечо, сам принял вертикальное положение. — Молчи, — прошипел я.       Тэ только засмеялся. Но затем он только улыбнулся и с пониманием посмотрел на меня. Он покачал головой и добавил: — Друг мой, ты попал.       Я пожал плечами. Конечно, я попал. Еще как. Вдруг я вспомнил про блондина, который говорил с мистером Паком. Тэ все знает, может он и о нём слышал. — Тэ? — М? — Ким осматривал аудиторию в поисках новой жертвы. — А ты знаешь такого Бэкхена? — спросил я.       А еще я страдаю рассеянностью. Я такой невнимательный. В аудитории уже давно было тихо, потому что пришел преподаватель. Он стоял рядом со мной и как раз услышал мой вопрос. Тэ смотрел на меня, а затем поднял свой взгляд на преподавателя и невинно улыбнулся. — Здравствуйте, — кивнул Ким головой. — Бён Бэкхён, ваш новый преподаватель по экономике, мистер Пак, — холодный голос над моей головой.       Я замер. Внутри все похолодело, сердце раз стукнуло и стало прислушиваться к тому, что происходит. Надо как-то проявить признаки жизни. Я же чувствую, как он стоит надо мной, наверное, хочет посмотреть в мои бесстыжие глаза. Что за начало семестра?       Закрываю глаза и считаю до десяти, а затем поворачиваюсь и улыбаюсь, хоть знаю, что мне это не поможет. Преподаватель скрестил руки на груди и неодобрительно смотрел на меня своими голубыми глазами. Та ладно, мистер. Куда мне до вас? Я понимаю, что вы считаете меня конкурентом и ревнуете к Доктору Злу, но давайте смотреть правде в глаза, мне до вас как до Марса на улитке.       Он сверлит меня взглядом, а я все уменьшаюсь и уменьшаюсь в размерах. Такое чувство, что он меня сейчас съест. — Я буду заменять мистера Ли, пока он пребывает на больничном, — мистер Бён, обвел всех взглядом, а затем он посмотрел на меня. — Так что начнем опрос домашнего задания, мистер Пак.       Я сглотнул и понял, что это еще не конец моих страданий. Нет, я как бы неплохо знаю экономику и это мой любимый предмет, но есть у меня одна проблемка. Когда мне кто-то не нравится, или кто-то вот так, как Бэкхён смотрит на меня, я начинаю запинаться и в голове становится пусто. Держись Чимин! — Однажды Герцен беседовал с известным социалистом Луи Бланом. «Жизнь человека — великий социальный долг. Человек должен приносить себя в жертву обществу!» — утверждал Блан. «Зачем?» — спросил Герцен. «Как зачем? Главная цель жизни человека — благосостояние общества». Какую логическую ошибку совершил Луи Блан?       Сначала у меня был шок от вопроса. Я посмотрел на нее, как на инопланетянина. Это относится к экономике? Мозг удивился от моей мысли, а затем напомнил мне, что это было написано в одной книге, что я прочитал накануне, и она точно относилась к экономике. — «Доказательство» Луи Блана — это софизм тождесловия — idem per idem, когда в виде довода приводится тот же исходный тезис, только в другой форме. Герцен опроверг Луи Блана, заметив: «Благосостояние общества никогда и не достигается, если все будут жертвовать и никто не будет наслаждаться», — вот те раз, память у меня и правда хорошая.       Бэкхён вскинул брови и удивленно посмотрел на меня. Видно было, что он не ожидал, что я смогу ответить. — Представим, что страна Б предложила стране А создать новую общую валюту. Наборы ресурсов, которыми обладают страны А и Б, а также технологии производства товаров в этих странах отличаются сильно. Определите, делает ли наличие этого фактора создание общей валюты более или менее предпочтительным для страны А. Объясните свой ответ.       Он так быстро протараторил этот вопрос, что я даже сути не мог понять. Я открыл рот и удивленно посмотрел на него. — Повторите, пожалуйста, — попросил я.       Бэкхён закатил глаза и хитро улыбнулся. — Все вам нужно разжёвывать, — сладко протянул он.       Преподаватель медленно, как для отсталых повторил свой вопрос. Мой мозг начал быстро работать. Где он был на юриспруденции? — Так что? — победно улыбнулся блондин. — Нужно время мне, — прошептал я. — Так и знал, что вы ни на что непригодны, — мистер Бён уже хотел уходить от меня, но я так просто не сдаюсь. — Наличие общей валюты облегчает торговлю и делает ее более стабильной, так как полностью устраняются колебания валютного курса, — да, детка, да я просто гениален, а если честно, сам не знаю, что я говорю. — Существенная разница в наборах ресурсов и технологиях говорит о том, что между странами есть значительный торговый потенциал, и потому выгоды от уменьшения сопутствующих торговле неудобств, транзакционных издержек, велики. Это делает создание общей валюты более предпочтительным.       Тэ тихо застонал от моих слов, он схватился за голову. Много слов и все сложены в непонятные предложения, у него начала болеть голова. Все другие студенты были веселые, потому что это не их спрашивают и это их радовало.       Мистер Бён удивленно на меня посмотрел. Ух, ошибся он во мне, но, как вижу, он не сдается. — Хорошо, — недовольно протянул он. — А если экономический цикл в странах А и Б обычно идет «в противофазе»: когда в А бум, в Б спад, и наоборот.       Моя голова хочет взорваться от таких слов, только вторая пара, только первая учебная неделя, а меня вот так мучают. Я собрался с силами и призвал весь свой ум, чтобы отбить вражескую атаку. — При общей валюте монетарная политика будет общей, то есть стимулирующей или сдерживающей одновременно в обеих странах, — запнулся, потому что потерял свою мысль, все из-за того, что посмотрел на преподавателя и вспомнил карие глаза мистера Пака и покраснел, но ум опять дал о себе знать и призвал меня продолжать говорить. — Однако подъемы и спады в странах не происходят одновременно, и поэтому…       Мне не дали договорить. А я только разошелся. — Достаточно, — сухо сказал преподаватель. — Хотелось бы верить, что вы хоть понимаете, о чем говорите, а не просто вызубрили умные слова с учебника.       Что? Я… Что? Да как он? Мою гордость только что убили, она лежит и истекает кровью. Меня ужасно задели ее слова. Опустив голову, я начал рассматривать свои руки. Тэ взял меня за руку и легонько сжал ее. Он грустно посмотрел на меня и прошептал: — Ты все равно лучший.       Я же бросил на него такой же взгляд и ничего не ответил. Потому что мне было обидно, что я ответил на его вопросы правильно, а он так меня унизил. Или не из-за этого? Или мне просто обидно, что меня воспринимают как зубрилу? Наверное, мистер Пак так же обо мне думает. Я для него просто студент, который неплохо заучивает материал.       Мистер Бён, наша местная модель, начал рассказывать о сути экономики и как ее нужно чувствовать сердцем, что зубрить книги это не выход. Я зло посмотрел на него. Пара продолжалась, и для меня аудитория стала адом. Бэкхён все время бросал на меня взгляды и делал колкие замечания.       Когда прозвучал звонок, я быстро выбежал из аудитории и двинулся в сторону пятого корпуса, в котором у меня должна была пройти информатика. Тэ догнал меня и начал меня успокаивать, но я его почти не слушал. Успокоившись, я улыбнулся Тэ. — Все хорошо.       Еще одна пара и свобода. Информатика по сравнению с предыдущими парами оказалась просто раем для меня. Прошло полтора часа, и я выбежал из аудитории и радостно сообщил другу: — Выходные.       Два дня отдыха и никаких Бэкхёнов и прекрасных мужчин.