Сдать экзамен

POV Пак Чанёль.       Уже изрядно выводит меня из себя его неумение нормально сформулировать мысль. Этот омега был самым большим чудом на этой Земле. И почему я с ним знаком? Судьба не жалеет меня, и мне это не нравится. Терпение уже подходит к концу, и я сейчас взорвусь криком. Ненавижу, когда люди не могут связать и двух слов. — Чимин, я все никак не могу привыкнуть к вашей манере общения, — я тяжело выдохнул. — Вы со всеми так разговариваете или только со мной?       Он только пожимает плечами и улыбается. Не ответит? Или может он пытается выдать мне, наконец, умную мысль? Все, я больше так терпеть не могу! Или он меня просто стыдится? А как застревать со мной в лифте, то ему не стыдно! Как проливать на меня кофе — тоже не стыдно. А как просто ответить на мой вопрос, так сразу краснеет и стыдится! — Чимин! — почти кричу. — Я все понимаю, скромность это хорошо, но почему вы так меня стыдитесь?       Почему я вдруг начал волноваться за судьбу этого студента? Ну, подумаешь, Бэкхён наточил когти на него! Нельзя же всем нравиться. Даже вспомнив нашу первую встречу — я думал, что он попадет в мой черный список, но все миновала, как оказалось, он весьма приличный и не потерян для моего предмета. Да и глаза у него красивые…       Видно, как он нервничает и что-то обдумывает, его носик поморщился, а губы сжались в одну линию. Чимин смотрит на меня, его щеки слегка розовые, и опускает взгляд. Стыдится… Странно. Почему? — Понимаете, мистер Пак… Я уважаю вас как преподавателя и вы очень умны. Вы настолько воспитанный, интеллигентный, вот даже Бэкхён это заметил, простите, мистер Бён. Понимаете, я с вас беру пример и мне ужасно страшно, потому что вы тот человек… Да вы просто идеал! Я хочу, чтобы вы понимали, что уважение к вам у меня просто огромное, и поэтому я не могу нормально сформулировать мысль и говорить, а несу какой-то непонятный бред, который представляет меня не в очень хорошем свете.       С каждым словом я всё меньше и меньше понимал суть его слов. Нет, я вообще-то тщеславен и комплименты мне нравятся, но не от омеги, который все время пытается меня убить. Хотя, если быть до конца откровенным, я не думал, что он такого высокого мнения о моей скромной персоне.       Он закончил свою оду мне и стал судорожно глотать воздух. А я все так же стоял и не мог связать и двух слов. В голове всё не могло сложиться в одну картинку. Он опустил свой взгляд, не желая смотреть на меня. Волосы слегка топорщит ветер. Лучи солнца отражаются от них, и они слегка блестят. Чимин мнет край своей куртки, только сейчас понимаю, какие у него хрупкие и совсем бледные пальцы, то ли ему холодно, то ли он просто слабый от того, что не спал всю ночь. Я встряхиваю головой, надо ему хоть что-то сказать, хоть пару слов, а то не годится мне вот так стоять и смотреть на него. — Мне льстят ваши слова… — он, наверное, жутко неловко себя чувствует — сказать такие слова прямо в глаза, не каждый сможет найти для этого силу. Сам не понимаю, что я делаю, надо держать расстояние, а я… Протягиваю к нему руку, медленно, чтобы не спугнуть, опять проклинаю себя за такой жест, касаюсь его плеча. — Мне приятно, что вы меня уважаете… — он поднимает свой взгляд на меня. У него красивые и умные глаза. Сглатываю и понимаю, что это как минимум выглядит глупо и не по-взрослому. — Мне уже пора. Эм. Встретимся на паре во вторник. Хороших выходных. До свидания.       Ухожу, и чем быстрее, тем лучше. Зачем я прикоснулся к нему? Вот зачем? И он был прав — паркинг в другой стороне. Сжимаю и разжимаю пальцы руки, которой прикасался к нему. Еще чувствую эту прохладу от его куртки. Он просто меня уважает, и все. Прокручиваю в голове все наши моменты, когда мы были вместе. Чимин много смотрит на меня, очень много… И с каких это пор я зову его по имени? Мистер Пак — так правильно.       Не разбираю дороги, иду по инерции, все мои мысли сейчас о моем студенте, который за четыре дня успел почти меня убить и расположить меня к себе. Он умный, и это факт. Мистер Пак… Чимин, много работает для того, чтобы нормально понять тему. Я уже не первый год преподаю и разбираюсь в людях, он тот тип отличников, что знания получают с помощью огромного труда.       Только почему Бэкхёну он не понравился? Странные эти омеги. Но нужно поговорить с ним о Чимине, чтобы он смягчил свой гнев, парень же ни в чем не виноват, кроме того, что уж слишком застенчивый и неуклюжий.       Только сейчас замети, что я стою около своей машины. Сажусь и завожу мотор, он тихо замурлыкал. Провожу рукой по рулю и тяжело вздыхаю. Как же мне не хочется идти на вечеринку к Бэкхёну, уж лучше сто раз застрять в лифте с Чимином. Надавливаю на газ. POV Чимин.       Чувствую, как кто-то гладит меня по щеке. Приятные касания и нежные руки. Я слабо улыбаюсь и поворачиваюсь на бок. Меня продолжают гладить, легонько проводят по волосам, мне это нравится. — Чанёль… — протягиваю я. Почему-то мне показалось, что это его руки гладят меня.       Слышу смешок и знакомый голос: — Мимо, Чимин.       Я резко открываю глаза, резко сажусь на кровать и с ужасом смотрю на своего друга, который уже заливался смехом. Он сидел на краю кровати, в облегающих чёрных джинсах, белой футболке, которая была украшена блестками, она была сильно обтягивающей и открывала вид на ключицы, его черные волосы были зачёсаны и слегка подведённые глаза завершали образ. — Испугал ты меня, — я зеваю и тру глаза. — А ты куда?       Тэ закатывает глаза и качает головой: — Я же говорил, что сегодня вечеринка. — Извини, забыл, — делаю невинные глаза. Сейчас начнется важный разговор. — Заходил Хосок, — Ви явно откладывал главную тему. — И? — Я сказал, что ты не пойдешь на вечеринку, потому что устал. А он начал что-то бубнить, — он махнула рукой. — Он-то точно идет, и это не обсуждается. Он просто обязан присутствовать на празднике веселья.       Я тихо засмеялся и лег обратно на подушку. — Никогда не понимал твоей логики, — я запнулся. Надо первым начать, этот вопрос меня очень волнует. — Почему ты сказал Чанёлю, что у меня нет парня?       Парень задумался. Он отвел от меня взгляд. В комнате стояла тишина и было слышно, как цокают часы. Они меня и раздражали, и успокаивали одновременно. — Чимин, — он встревоженно посмотрел на меня. Ласково взяв мою руку в свою, Тэ продолжил говорить. — Ты у меня молодец и взрослый мальчик. Я же вижу, что у вас за отношения с Хоби. Все время решаешь за него, все время думаешь за двоих. Я ничего не говорю, он прекрасный парень, которого не так просто найти в этом темном и злом мире. Ему нужен омега, который будет первым в их отношениях, но ты не такой, — он поправил мою чёлку которая лезла мне в глаза. — Тебе нужен мужчина, именно мужчина, а не мальчик. Ты у нас красавец. Тебя нужно любить и носить на руках. А я же вижу, как ты относишься к Доктору Злу и вижу, как он становится для тебя дорогим. Вы прекрасная пара. Вот я решил, что ты уж сильно стеснительный, а он уж сильно упертый, а я такой весь прекрасный — помогу вам сойтись.       По телу разливается тепло от его слов. Так приятно иметь такого друга, что всегда придет тебе на помощь, никогда не предаст и постоит за твою честь. Мне становится безумно не по себе от его слов, как он все же печется за меня и как любит. Но смущает одно — он очень высоко думает обо мне. Как я его люблю! Сильно обнимаю его, и даже это не покажет всей моей любви к нему. — Задушишь! — хрипит он. — Извини, — отпускаю его из объятий и вытираю слезу, которая скатилась с уголка глаза. — Что-то попало в глаз.       Он тихо смеется и взъерошивает мне волосы. — Спасибо огромное, — искренне говорю ему, и улыбка касается моего лица. Он только пожимает плечами. — Вот только, что делать с Хосоком? — Убить, — серьезно ответил Тэхён.       Я тихо застонал и прикрыл глаза, вот опять он включил свое саркастичное «я». И почему он не может серьезно ответить на мои вопросы? — Что? — удивился друг. — Я не всегда могу нормально тебе что-то говорить, — но, увидев мое выражение лица, он быстро добавил. — Я его подготовлю к важному разговору с тобой. Ты должен с ним расстаться.       А я точно должен это делать? Я же его люблю! Люблю? Ох, моя бедная голова. — Давай ты пока не будешь готовить его ни к чему. — Почему? — удивился Тэ. — Я… Я… — осматриваюсь по сторонам в поисках ответа, но понимаю, что надо сказать правду. — Зачем я мистеру Паку? — Как зачем?! — Ким вскочил на ноги, он сжал пальцы в кулак и зло начал мне говорить. — Тебе дать посмотреть видео, зачем ты ему нужен?! — Не надо, — тихо прошептал я. — Да вы созданы друг для друга! — начал вырисовывать в воздухе разные фигуры, которые должны мне объяснить, как мы с ним подходим. Все шло к тому, что он мне целую ночь будет объяснять какие мы с ним хорошие. — Хорошо-хорошо, я тебя понял, — лучше с ним согласится, а то он от меня не отстанет. — Так что расстаешься с Хосоком и начинаешь флиртовать с мистером Паком, — изрек Тэ, он уже был совершенно спокоен. — Флиртовать? — я думал, что до этого никогда не дойдет. — Ну, не книжки читать! — Тэхён скрестил руки на груди. — Сведу вас вместе. — Хорошо, — тихо сказал я.       Хотелось еще что-то сказать, но, посмотрев в сторону его половины комнаты, я заметил одну вещь. На рабочем столе стоял аквариум, в котором плавала черная рыбка. Удивленно посмотрев на своего друга, я указал пальцем в сторону предмета и тихо прошептал: — Рыбка?       В глазах Тэ зажглись фанатичные огоньки. Он подошёл к аквариуму и начал за ним наблюдать: — Ты подал мне идею завести рыбку. Вот, знакомься — Роберт Дауни младший.       Я упал обратно на кровать и начал смеяться. Вт вздохнул, мол, ничего я не понимаю. Он взял со стула куртку и бросил мне: — Я отрываться иду, а ты следи, чтобы мой Роберт не был голодным. — Хорошо, — бросил я.       Растянулся на кровати и закрыл глаза. Теперь можно и подумать. Все взвесить и сделать выводы. Первый вопрос на повестке дня: люблю ли я Хосока? Не думаю, пытаюсь прислушаться к своему сердцу. Тук-тук, тук-тук… Теперь спросим мозг. Да, мы с ним уже три года, и он знаком с моими родителями, у нас много чего общего. А сердце: тук-тук.       Хорошо… Или не очень хорошо. Второй вопрос: хочу ли я, чтобы мистер Пак обратил на меня внимание не как на студента, а как на омегу? Сердце и не надо спрашивать, оно стучит как бешеное, перекрикивая разум, который говорит, что это не правильно. Становится невыносимо жарко при одной мысли о преподавателе.       Я встаю с кровати и подхожу к окну, открываю его и свежий воздух врывается в комнату. На улице уже зажглись фонари и народу было мало. Кто-то сидел на лавочке и наигрывал на гитаре мелодию, приятным голосом пел песню о вечной любви. Я оперся локтями об подоконник и начал смотреть на небо. До меня доносились звуки машин, которые везли своих хозяев в различные места. Не знаю, сколько я так простоял, но когда я отвернулся от окна, то заметила, что в комнате стало совсем темно.       Часы показывали полночь. Зевнул и потёр глаза. Хотелось спать, и очень сильно. Надел пижаму и с блаженством лёг в родную кроватку. Утро вечера мудренее.

***

      Суббота пролетела, как будто ее и никогда не было. Тэ редко появлялся в комнате, у него всё дела и дела. О вечеринке он сказал, что все было хорошо и что у него болит голова. Поэтому за рыбкой я присматривал. Хосок утром зашел поздороваться, он все не хотел смотреть мне в глаза и бубнил под нос, сказав, что они с Гуки идут тренироваться и убежал.       Целый день один… Это просто блаженство. Но под конец я уже совсем потерял расположение духа и сидел на кровати, обхватив подушку и ревел, как ненормальный. Со слезами на глазах уснул. Странное я существо.       Воскресение началось с крика Тэ, он громко говорил по телефону — опять расставался с очередным альфой, которого знал только час. Мой любимый друг всегда говорил, что за час общения с парнем он может определить, будет ли он с ним счастлив или нет, и сколько у них будет детей.       И опять остался я один… С Хосоком не хотелось видеться. Настроение на нуле и чувство брошенности. Как я этого не люблю, хоть кричу, что люблю одиночество. Вспомнив, что в ящичке у меня припрятана коробка конфет, я со счастливой улыбкой подрываюсь с кровати и нахожу свое сокровище.       Нужен был только час времени, коробка конфет и слезливый фильм, чтобы мое настроение оказалось ниже плинтуса. Что это такое со мной? Дальнейший шаг — лежать на кровати и думать о том, что нам не суждено быть вместе с Чанёлем.       Я медленно поворачиваю голову и вижу часы, на которых написано: 19:00. Тыльной стороной ладони вытираю слезы и поднимаюсь с кровати. С меня падают обёртки от конфет и я чешу затылок — я даже не расчёсывался сегодня. Решив, что надо пройтись, для приличия я подхожу к зеркалу и пугаюсь своего отражения. — Надо привести себя в порядок.       Душ, расческа и чистая одежда — и я выгляжу более-менее нормально. Засунув в уши наушники и включив плеер, я вышел на улицу и поежился от холода. Проклиная, что ближайший супермаркет находится очень далеко от общежития, я пытался не обращать внимание на холодный ветер. Вот что значит — осень.       О, Боги! Я увидел вдалеке здание, в котором я куплю вкусняшки. Ускорив темп, я уже за несколько минут стоял возле стеллажей, на которых лежали сладости. Набрав всего понемногу, я вспомнил, что не взял корзинку. С горой сладкого я медленно продвигался в сторону касс. Но тут… — Чимин?       Святые печенюшки! — Мистер Пак, — дрожащим голосом ответил я.