Сдать экзамен

      Неавижу болеть. Лежишь под чёртовым теплым одеялом, ощущая себя так, будто тебя жарят на адских огнях. Ты потеешь, весь мокрый, лежишь и все во рту пересохло. Волосы грязные и спутанные, потому что не рекомендуется с температурой идти в душ, да и слабость во всем теле точно не даст дойти к душу, только доползти. Одежда прилипла к телу, и ты с отвращением лежишь и мечтаешь о смерти.       Голова раскалывается. Все перед глазами танцует. Тебя заставляют пить какую-то гадость, которая зовется «лекарства». В таком состоянии мне бы дали Оскар за прекрасно сыгранную роль «умирающего лебедя». Я наелся таблеток и запил их чаем, куда мой дорогой Тэ, пока я не видел, кинул несколько ложек меда. Теперь я тихо шипел. Ну, вот не люблю я меда в чае. На тумбочке лежали пара плиток шоколада, которые мне так заботливо принес Сокджин.       Моя рука потянулась к моей любимой плитке, я избавил ее от ненужной бумаги и начал поедать. На животе разместил ноутбук, который нагрелся от работы, и теперь мне стало еще жарче под одеялом. Решив, что самое лучшее — это просмотр фильма, я начал искать любую самую тупую комедию, чтобы не утруждать свой мозг.       Я хотел уже нажать «просмотр», как на экран вылезла ссылка и я нажал, вместо заветной кнопки, на нее. Темный экран, а затем стоны, двое альф и омега. Я не мог понять, что же случилось, я только хотел посмотреть фильм про подростков, как вдруг тут такое на экране.       От моих пошлых мыслей меня оторвал стук в двери. Я быстро захлопнул крышку ноутбука и спрятал его под одеяло, потому что стоны не прекращались. Я даже не подумал, что надо привести волосы в порядок или вытереть губы от шоколада, взял и крикнул: — Входите.       Мой ноутбук был шокирован, поэтому прекратил стонать. Да что он, я тоже был немного не в себе, когда двери открылись, и я увидел своего небритого, любимого, самого лучшего в мире преподавателя. — Здравствуй, — он запнулся, видно было, что ему не по себе, — Чимин. — Здравствуй, — на моем лице появилась влюбленная улыбка, — Чанёль.       Ой, Чимин. И что ты только что сделал? А? Кто же своего преподавателя, который старше тебя на… Кстати, а сколько ему лет? Не о том я думаю. Не о том. Виной всему моя температура.       Но тот факт, что я назвал его по имени, никак не отразился на выражении его лица. Мистер Пак вздохнул с облегчением и подошел ко мне ближе. Он думал, что я умер? Пока на этом свете живет Ким Тэхён, никто не умрет без его разрешения. — Присаживайтесь, — я указал на стул, который стоял возле моей кровати.       Он присел на него, поставив пакет на стол и начал смотреть на меня. Я заерзал на месте и невинно улыбнулся. — Как ты себя чувствуешь?       Я почти давился слюной, которую сглатывал. Меня просто удивил его тембр голоса, как он ко мне обращался. Это было не как обращение к простому студенту, на которого он наорал на последнем занятии, а как к… Хорошему знакомому парню. Мое сердце начало быстрее колотиться, и я снова вспотел. Только бы не сморозить что-нибудь откровенно глупое. — Хорошо, — я запнулся, — почти здоров.       В горле как будто кошки начали царапать, я закашлялся. Еще так долго кашлял, как будто мой организм хотел вызвать сочувствие у мистера Пака. Я так кашлял, что, казалось, сейчас мои легкие вылезут наружу. — Вижу, — как-то бесцветно сказал он. — Я принес тебе витаминов. — Спасибо, — прохрипел я.       Вдох, выдох. Кажется, все прошло. Я улыбнулся ему. Он так встревоженно на меня смотрит. Неужели я не безразличен ему? — Чимин, я хотел извиниться, — смотрит прямо мне в глаза, а я смотрю на его губы, они такие соблазнительные… — за то, что накричал на тебя на последний паре. Я был… неправ. — Мистер Пак… — начал я, но он меня перебил. — Чанёль, можешь просто Чанёль.       Я немного шокировано посмотрел на него, а на лице расцвела улыбка. Только бы он не подумал, что я ненормалтный. Чанёль… Ну, вот какое у него красивое имя. Щеки заболели от этой улыбки, но я не могу не улыбаться! — Чанель, в этом и моя вина была, — что я говорю? Ничего понять не могу. Я смотрю на него, что-то говорю, а мои мысли далеко.       Он встает со стула и садится на край кровати. Берет мою руку в свою, смотрит на нее. Я умер. Я точно умер. У меня даже слезы немного выступили. Он поднимает свой взгляд на меня, наклоняется. Господи! Его лицо так близко, я могу увидеть каждую морщину, могу рассмотреть какие именно у него глаза. Я понимаю, что сейчас будет. Только не спугнуть его. Чимин! Ты умеешь целоваться, только не провались.       За дверью послышался какой-то шум, но я особо не обращал внимания на него. Скоро должно произойти то, на что я не мог надеяться. Еще немного. Совсем чуть-чуть. Я зубы сегодня чистил? Я забыл подушиться духами. — Чонгук! Ну, у тебя и срака жирная, — это был явно голос Тэ, который исходил из-за двери. — Тихо сиди и слушай, я вообще на коленях стою, — конечно же, это был Гук. — Что вы здесь делаете? — ну, а это, наверное, уже Хосок подошел.       Чанёль выпрямился и, как и я, начал прислушиваться к голосам. — Мистер Пак с Чимином сейчас… — ответил Тэ. — Ауч. Ким, за что ты меня ущипнул? — возмутился Чонгук. — Чтобы ты отодвинулся от замочной скважины, я должен это видеть. — Я тоже хочу, — подал голос Хосок.       Послышался короткий стук в дверь, но мы не среагировали, а просто смотрели на двери и не понимали, что такое сейчас происходит. За дверью тоже воцарилась тишина, но ненадолго, после нескольких секунд мои друзья начали друг на друга шипеть. — За твоей гривой ничего не видно! — воскликнул Чон. — Они там уже поцеловались? — невинный голос моего бывшего парня.       Я краснел и краснел. Сейчас Чанёль не о том подумает и уйдет. Вот, а что я говорил!       Мистер Пак поднялся с моей кровати и подошел к двери. Он остановился и посмотрел на меня. Улыбка? Он улыбается. Я тоже виновато улыбнулся в ответ, не понимая, что же будет дальше. — Что там видно? — взволнованно спросил Хосок. — Тэ, очки не дать? — захихикал Чонгук. — Там как-то темно.       Конечно, темно. Мистер Пак стоит напротив дверей. Они ничего и не могут видеть, кроме его темных брюк. Мужчина резко открыл двери и на пол упали все мои друзья. — Здравствуйте, — первый пришёл в себя Тэ, который нагло наступил на попу Гука, когда поднимался.       Парень улыбнулась и поправил свои волосы. — А я думал, дверь закрыта, искал ключи, — затем он тихо прошипел, хоть все так же смотрел на преподавателя и улыбался. — Поднимайся, Чонгук. — Моя линза! — воскликнул Чон и поднялся с пола. — Я линзу потерял. Здравствуйте, мистер Пак. — До свидания.       Тэхён схватил за руку Гука, который улыбался и что-то там показывал мистеру Паку. За все это время Чанёль только улыбался и ничего не говорил. Последним на ноги встал Хосок, он поправил свою белую рубашку и невинно улыбнулся. Теперь мы ждали его объяснений. — У нас стены в общежитии тонкие, — спокойно начал он рассказывать. — Поэтому когда кто-то занимается чем-то очень интимным, то очень хорошо слышно, — он замолк, посмотрел в окно, а затем добавил с улыбкой. — Так что ведите себя тихо.       Парень быстро вышел из комнаты, оставив нас, точнее меня, краснеть. Я уже хотел накрыться одеялом и застонать от бесцеремонности своих друзей, как в дверном проходе появился Сокджин с букетом роз. Увидев мистера Пака, парень застыл, затем резко развернулся и ушел прочь.       Чанёль закрыл дверь и посмотрел на меня. А что я? Я пожал плечами и улыбнулся: — Простите их.       Доктор Зло ничего не ответил, он подошел к кровати и сел на прежнее место. Он наклонился ко мне и прикоснулся своими губами к моему горячему лбу. Я чувствовал его горячее дыхание, у него такие теплые и нежные губы. На секунду забыл, как дышать. Он отстранился от меня и встревоженно посмотрел на меня. — Температура есть, — он взял меня за руку. — Я уже на следующей паре буду, — тихо прошептал я.       В горле все пересохло и губы стали сухими. Так захотелось пить. Хотел взять чай, который стоит на столе, но он держит мою руку, а я так не хочу, чтобы он ее отпускал. Придется вот так сидеть. Опять в горле скребет, и я начинаю кашлять.       Чанёль заботливо встает и подносит мне чашку с чаем. Я киваю в знак благодарности и отпиваю жидкость. Хорошо стало. — Может, тебе нужно купить какие-то лекарства? — Нет, спасибо, — улыбаюсь. — Тэхён мне все купил.       Рядом с ним я чувствую себя таким хрупким и ранимым. Как я хочу его обнять. Да. Я очень сильно хочу его обнять. Чанёль начал осматривать нашу с Тэ комнату. Его взгляд остановился на рыбке, он улыбнулся и посмотрел на меня. — Роберт еще жив. А я думал, что вы его голодом заморите. — Он уже был почти на грани смерти, — засмеялся я. — Когда Тэхён хотела накормить его колбасой. — Колбасой? — удивился мистер Пак. — Он сказал, что у него очень печальные глаза, когда он ест колбасу, вот Тэхён и захотел поделиться с ним.       Чанёль засмеялся, а я вместе с ним. Мое сердце выбивает мелодию. Правда. Такое чувство, что рядом с ним оно поет… Как-то пафосно прозвучало.       Дальше обстановка совсем перешла в домашнюю. И опять это из-за Тэ. После рассказа про колбасу, мы уже не так напряженно начали разговаривать. Мы улыбались, смеялись. Может… Может, все налаживается?       Чанёль посмотрел на часы и грустно сказал: — Мне уже пора.       Я хотел сказать что-то, но не смогла. Слова застряли где-то в горле. Не хочу, чтобы он уходил. Я опустил голову и начал рассматривать свои руки. Чувствую его дыхание на своей щеке, его щетину, которая так колется, но мне приятно. И касание его губ к моей коже.       Я поднимаю свой взгляд на него. Чанёль смотрит на меня, я неловко улыбаюсь, и, кажется, сейчас заплачу. Сам не знаю почему. <i>— Они там поцеловались или как? — из-за дверей послышался голос Чонгука. — В щеку, — вздохнул Тэ. — В щеку? В щеку?! Он мужик или нет? — Тихо. Молчи уже, мужик мне нашелся. Кто говорит на своего друга, — Тэ начал дразнить, — Хобичка? — Нормальная кличка, — возмутился Гук. — Хобичка, — повторил Тэ. — Меня кто-то звал? — это был уже голос Хосока.<i> — Пока они там разбираются, — Чанёль взял мое лицо в свои руки и поцеловал в губы.       Нежный поцелуй, но такой желанный. Сердце забилось, как сумасшедшее, в голове пусто и только летают сердечки. Он отстранился от меня и улыбнулся. Я же не мог привести дыхание в порядок. <i>— Нюня ты, Чон, — прошипел Тэхён. — Ну… — Заткнись, Хосок, — в один голос сказали Гук и Тэ. — Молчу, — спокойно ответил парень.<i>       Чанёль посмотрел в сторону дверей, а затем перевел взгляд на меня и подмигнул. — Это будет нашим маленьким секретом. — Хорошо, — ай, мне мало одного поцелуя.       Подаюсь вперед и сам уже целую своего преподавателя. Чанёль проводит рукой по моей шее, а я не могу оторваться от его губ. Мы немного забыли о времени, за дверью уже разворачивалась война между Чонгуком и Тэхёном, но она нам не мешала. — Пора, — все же нехотя, мы оторвались друг от друга. — Хорошо.       Чанёль поднялся с места, мы с ним смотрели друг другу в глаза и, видит Бог, я сейчас самый счастливый на свете парень. <i>— Все! — послышался голос Тэ по ту сторону двери. — Доктор Зло идет на выход. Расползаемся, мошкара.<i>       Мистер Пак вышел из комнаты, оставляя меня одну. Я еще несколько минут счастливо водил кончиками пальцев по губам, прокручивая в голове то, что произошло. Мне и так не было холодно, но сейчас я весь горел.       Двери в комнату открылись, и в помещение вошли довольные Тэхён, Чонгук и Хосок. Они сели на кровать моего соседа и как-то странно начали смотреть на меня. — Что? — я попытался придать своему виду серьезность. — Он тебя в щеку поцеловал, — Гук обнял Кима за плечи, а тот прижался к нему. — Наконец, — вздохнул парень.       Хосок только улыбался и смотрел то на меня, то на друзей. Я неловко улыбнулся. Да. Наконец.