Блядский броник

Руслан шипит в поцелуй, когда Даня проходится кончиками пальцев по ребрам под футболкой почти невесомо, почти до щекотки, пытается перехватить запястье, чтобы либо убрать руку совсем, либо прижать сильнее, но Даня не дает, выворачивается из-под пальцев и вжимает в матрас сильнее, прямо как нужно. Руслан стонет ему в рот, тянет за волосы и плечи ближе к себе, а затем снова чувствует слишком легкое, дразнящее касание пальцев у себя на бедре. Это скорее раздражает, чем заводит, потому что почти щекотно и потому что так мало сейчас. Руслан просто не в том настроении. Он сжимает коленями Даню за бока и прикусывает его нижнюю губу, пытаясь заставить прекратить с ним играть, и пальцы тут же впечатываются в кожу ощутимей, всей ладонью, лезут под штанину шорт. Даня кусается в ответ, а затем вдруг отстраняется, хлопая по бедру. — У меня идея. И слазит с кровати. — Блять, Даня, какая нахуй идея, — злится Руслан, уже чувствуя, как скоро стояк станет болезненным. Он устал, он заебался, и сегодня ему просто хочется трахнуться и отключиться, и данино игривое настроение просто никуда ему не уперлось. Руслан прикрывает глаза рукой, тяжело дыша, пытаясь успокоиться немного. А затем слышит как щелкают какие-то застежки. Знакомые, блять, застежки. Он открывает глаза и видит перед кроватью Даню, заканчивающего возиться с броником. С ебучим двадцатикилограммовым броником. — Нет. — Нет? — хмурясь, переспрашивает Даня, все равно застегивая последние застежки и одергивая броник. — Нет, — медленней и весомей произносит Руслан, поднимаясь на локти. — Ты в нем сдохнешь через десять минут. Нахер. — Не сдохну, — Даня подмигивает и встает коленями на кровать. — Даня, нет, — Руслан упирается ему пяткой в грудь, не давая двинуться дальше. — Я сдохну. Ты и без этой херни тяжелый. — Да не сдохнешь, — отмахивается Даня, обхватывая ладонью голую щиколотку Руслана, мягко пытаясь убрать. Руслан оглядывает Даню в бронике еще раз, убеждается в дебильности идеи снова и упирается пяткой в пластину сильнее. — Нет. Они играют в гляделки пару секунд, Даня смотрит ему в глаза с сомнением, и Руслан почти верит, что убедил его закончить с этой херней. А затем его дергают за щиколотку вниз, Руслан вскрикивает и в следующую секунду оказывается лицом в матрас, с заломленными за спиной руками. — Даня, блять, — шипит он, пытаясь вывернуться из хватки. Даня сжимает его запястья чуть сильнее и усаживается на бедра, вжимаясь членом между ягодиц. — Сука, — краснея, шипит Руслан, утыкаясь лицом в одеяло. Желание сопротивляться, отчего-то, летит в пизду. Даня перехватывает его запястья удобнее одной рукой и ложится на него. Зарывается носом в волосы на затылке, чуть прикусывает загривок и слегка двигает бедрами, рукой забираясь под футболку. Руслан низко стонет. Дышать под чужим весом тяжело, но у него все так же крепко стоит, а желания сопротивляться почти и не осталось. Даня проводит ногтями по животу, заставляя Руслана дернуться и прерывисто выдохнуть, целует в выпирающие на шее позвонки, и, щекоча горячим дыханием ухо, шепотом переспрашивает: — Нет? Руслан поворачивает голову, чтобы зло взглянуть ему в глаза, но понимает, что выходит больше расфокусировано. — Ты долбоеб, — устало отвечает он, прекрасно зная, что Даня не услышит в этом отказа, что он дает ему карт бланш. Он и не слышит, понимает и больше не мучает — самодовольно улыбается и сминает губы в поцелуе. Руслан дышит через раз — Даня слишком, блять, тяжелый, — выворачивает шею, пытаясь не разрывать поцелуй, и на пробу дергает руками, убеждаясь, что Даня держит крепко. В поясницу врезается низ пластины броника. И все это неудобно, практически слишком, но всего наконец так много, что Руслан как-то разом расслабляется, напряжение дня сменяется приятным натяжением в теле. Руслан жадно дышит, когда Даня наконец поднимается с него, отпуская запястья. Он едва ли успевает повести плечами, чтобы слегка их размять, а Даня уже сдергивает с него футболку и рывками стаскивает шорты вместе с бельем. Возмутиться Руслан не успевает — Даня кусает его за плечо, сжимает бока, кусает под лопаткой. Руслан шипит, сминая в пальцах одеяло, броник неприятно проходится по спине и ягодицам, чуть царапая острыми краями. Хлопок ящика тумбочки он почти пропускает. Даня сгибает ему ногу в колене — торопливо, почти грубо, но все равно аккуратно, — и, заломив ему руку за спину, снова ложится сверху, царапая застежками броника спину. Руслан зарывается лицом в одеяло, чувствует данин рот на загривке и скользкие пальцы внутри. Даня кусается и особо не церемонится, и Руслан не знает, уловил ли Даня его настроение или это он так вдохновился броником, но балансирует он на грани грубости сейчас просто идеально. Укусы сменяются поцелуями, а те — снова укусами, броник все так же царапает спину, пальцы сжимают запястья. К пальцам внутри — добавляется третий. Руслан тяжело дышит в складки одеяла, шипя на особо ощутимых укусах и толчках. Спина у него будет завтра как у далматинца. А затем Даня отстраняется, вытаскивает пальцы и дергает за бедра вверх. — Блять, — шипит Руслан, но все равно послушно встает на колени, оставаясь грудью на кровати. Даня за спиной дышит тяжело, возится пару секунд со штанами, и входит резко, поспешно. Руслан стонет, но поддается навстречу, ерзает, пытаясь найти позу поудобнее, но Даня снова берет за запястья и заводит руки за спину. Новое «блять» тонет в стоне, Даня входит резко и сильно, броник царапает ягодицы. Руслана возит лицом и грудью по одеялу, а он кусает губы, пытаясь сдержать стоны. Даня жестит, сжимает запястья слишком сильно, стараясь удерживать Руслана на месте, входит грубо и быстро, выбивая из головы остатки связных мыслей. Руслану дико хочется себе подрочить, он дергает рукой, но Даня лишь сжимает крепче. Руслана хватает еще на пару минут прежде чем сдаться и выстонать задушеное «Даня». Даня резко замедляется, входит плавно и ложится на Руслана, целуя между лопаток, в плечо, загривок. И снова пропадает, выходит из него. Руслан успевает вытянуть затекшие руки прежде, чем Даня переворачивает его на спину, тянет за щиколотки на себя, заводя их себе за спину, и нависает сверху, держа себя на одной руке. Он тяжело дышит, слишком тяжело, и Руслан бы с радостью отметил это, напомнил про ебанный броник, но вот сейчас, прямо сейчас ему просто хочется, чтобы Даня снова вставил. Руслан разводит бедра шире, все еще пытаясь держать щиколотки скрещенными у Дани на пояснице, а Даня лезет целоваться, глубоко и грязно. И лишь мажет членом по бедру. — Да ебать, — отрываясь, раздраженно шипит он, и, глядя вниз, пытается снова, медленней. А затем снова целует, вжимая в матрас, задирая руки наверх и переплетая пальцы. Руслан задушено дергается под ним — броник царапает кожу, задевает соски и член, а еще Даня все еще тяжелый. Даня начинает двигаться медленно, почти не выходя, наращивает потихоньку темп, и Руслан мычит в поцелуй — кожа от броника начинает гореть. Даня напоследок кусается и, отстраняясь, выпрямляется, садится, подтягивая Руслана за бедра к себе. Даня запыхавшийся, он все еще одет и ему пиздецки жарко, а у Руслана проскакивает ассоциация с порнухой с омоновцами и он почти смеется. Даня криво усмехается, и резко поддает бедрами, выбивая из Руслана стон. Он проделывает так еще пару раз прежде, чем Руслан цепляется пальцами за ворот его броника и тянет на себя, пришпоривая в поясницу пяткой. Даня опускается на него, замирая, целует не спеша и основательно и выпрямляется на вытянутых руках. И снова наращивает темп. Руслан поддается навстречу на каждый толчок, пытаясь поймать тот же ритм пальцами на члене, а пальцами другой — пытается цепляться за застежки броника. Ему нужно совсем немного, чтобы кончить, и он тянет Даню на себя. Тот опускается на локти, толкается резко и сильно, целует в шею, прикусывает под подбородком, и на следующем толчке Руслан кончает, заляпывая и живот себе, и данин броник. Даня шипит сквозь зубы, тянет руку вниз, чтобы ухватить за бедро и придержать Руслана в нужном положении, и трахает быстро, короткими неглубокими толчками. Руслан, едва отойдя от оргазма, приподнимается на локте, прикусывает Дане кожу за ухом, заставляя его сбиваться с ритма, и оттягивает зубами мочку. Даня матерится, толкается последний раз и кончает в него. А потом валится всем весом в ебанном бронике сверху. — Блять, — задушено выдыхает Руслан, но пока не пытается выбраться из-под Дани, лишь елозит, стараясь улечься чуть поудобнее. Даня загнанно дышит ему в шею, он мокрый, со слипшимися волосами, и Руслан просто гладит его по голове, пока сам окончательно приходит в себя. Когда он снова дергается, Даня целует его в ключицу и наконец поднимается, давая вдохнуть полной грудью. — Ебать, — тянет он, зачесывая рукой волосы назад и садясь на край кровати. — Я заебался. Руслан слегка пинает его в спину и чешет пальцами раздраженную после броника кожу на груди. И поднимает голову, пытаясь оценить ущерб. — Блять, — Руслан прослеживает взглядом пару набухших красных полос на груди и снова пинает Даню куда-то в бок. Завтра все будет выглядеть просто пиздец. — Нахуй твой броник, дебил. — Ага, — соглашается Даня, снимая броник через голову, и стаскивая следом футболку. — Нахуй.