Привет, сосед!

      Тонкие лучи солнца заглядывают в щель между занавесками и оставляют полосы на стенах. Обычно Юнги спит беспробудным сном. И спал. Пока ему на голову не начало капать с потолка.       Чудесное утро. Но не для Мина, ведь он же такой, черт возьми, удачливый. Его снова топит парень, живущий сверху, уже в который раз. Юнги по привычке одевается и идет к ненавистному соседу, по пути вспоминая все нецензурные выражения, которые он знает. А знает он немало. Тот открывает дверь и, видя недовольную физиономию (невыспавшегося!) Юнги, понимает, что сейчас ему уже точно придет каюк и моментально начинает извиняться. Ну, а Мин уже даже не слушает. Хотя было бы неплохо, на самом деле, прописать ему люлей, но может как-нибудь в другой раз. Наверняка он еще и не один будет.       И вот, к слову, о соседе Юнги (которого Чон Хосок зовут кстати, но это не особо важно). Парень-то вроде и красивый, и не глупый, но такой невнимательный, что просто ужас. А еще веселый до безумия, но это, в целом, тоже не очень-то важно, ведь он с ним и не знаком толком.       Но стоп (!) Что-то (вернее, кто-то) заставляет Юнги одернуться, НАПРИМЕР, парень с голым торсом, проходящий за Хосоком, который, к слову, все еще говорит. Довольно накаченный (а если с Мином сравнивать – то очень даже накаченный) парень, и его Юнги видит впервые. Возникает непреодолимое желание спросить, что это за коротышка.       Хосок последний раз извиняется, прощается и закрывает дверь, и слышно, как говорит, так называемому Чимину (?) поставить чайник. Мин же еще с минуту стоит у двери, хотя ему вроде кажется, что проходит час, и пытается осмыслить, а заодно и переосмыслить сразу то, что он только что увидел.       Так, ну с Хосоком вроде разобрались. Хосок не топит месяц. Два. Может и год уже прошел? А с парнем тем что? Мин, черт тебя, Юнги, какого ты вообще о нем думаешь?       Юнги выходит, хотя в его случае, лучше сказать, выгребается из дома и сталкивается угадайте с кем. И нет, не с Хосоком, хотя лучше бы это был он. Мин не сразу понимает, что вообще в принципе произошло, а когда до него доходит КТО это был, у него начинается одышка (шутка, он просто по лестнице спускался). И лучше бы, опять же, это была шутка, потому что Юнги, блин, нифига не смешно. Так. Ему срочно нужно к Хосоку. К Чимину. Но в квартиру к Хосоку. Мин покупает какую-то еду к чаю. План по захвату мира (Чимина) начался.       Нет. Юнги заходит в свою квартиру и понимает, что не начался. Да и как это он придет такой добрый, хороший, с печеньем в руках, когда они с Хосоком, вроде как, враждуют. Враждует, на самом деле, только Юнги. На всех. Или может прийти к Чону в квартиру и сразу сказать, что он к Чимину. Что они знакомы, а Чимин просто не помнит. А что если Чимин и вовсе скоро уедет. Тогда зачем это все? А что если, а что если, а что если… Юнги окончательно путается. Или действовать сейчас и идти, или сидеть в квартире до конца своих дней. Второй исход его тоже как-то не особо устраивает. Мин мысленно поднимается на этаж выше и думает, что сказать Хосоку. Что вообще можно сказать в такой ситуации? Можно ли сказать, что он пришел извиниться? Зря ругал Хосока. Подумаешь, топил всего несколько раз. А на самом деле решил с Чимином познакомиться. Юнги и правда не замечает, как надевает самую нарядную рубашку в его шкафу (самую простую, на самом деле), не замечает, как поднимается к квартире ненавистного соседа (а ненавистного ли уже?). Замечает только когда звонит в звонок. И когда одергивает руку, становится уже поздно. За стеной шебуршатся, и иначе это не назвать. Дверь аккуратно открывается (что подозрительно не похоже на Хосока), и Мину лучше было бы сбежать именно сейчас, потому что перед ним предстает действительно не Хосок. Парень, вот прям как в тот день, когда Юнги увидел его первый раз, моментально смущается, краснеет и бежит одеваться. Тушуется: — Я думал… мой сосед по квартире… простите. Вы что-то хотели? «Интересно, он всегда такой?» — думает Юнги. Возвращаясь из своих мыслей, отвечает: — Я? Да нет. Просто… — показывает коробку с печеньями. — На чай зашел, — и глупо улыбается. «Дебил, дебил», — была бы возможность, ударил бы себя по лбу. Возможность есть, только не хочется выглядеть еще глупее в глазах парня. Глупее и некуда. — Тогда заходи… те. Я не знал, что он кого-то приглашал, — Чимин отходит в глубь квартиры. — Да-а, я его сосед. — «Да ладно!» — Можно на «ты». «Ну нет, Мин Юнги, глупее улыбки тебе уже не сделать.»       Чимин проводит его на кухню, наливает чай, знакомится лучше, и Мин даже начинает чувствовать себя, по крайней мере, уверенней, чем несколькими минутами ранее и даже забывает в чьей он квартире, пока ее хозяин, в общем-то, не напоминает о себе, вернувшись. Чон Хосок, увидев, кто же сидит в его кухне кроме Чимина, конечно же опешил и даже потерял свое веселье, с которым он на эту кухню вошел. — Ч-Чиминни… а я что, опять забыл выключить воду?.. «Ну надо же, Чиминни…» — режим ревности (?) включен. И к кому же? К Хосоку? Это даже для самого Юнги смешно. — Да нет, все в порядке, он сказал, что зашел на чай. Ты мне не говорил, кстати, что приглашал кого-то. Встреча вышла слегка неловкой… — Чимин потирает шею. — Ну я вообще-то… — испепеляющий взгляд Мина дает знак, что кому-то лучше промолчать. И молчать лучше все оставшееся время.       Юнги счастливо заваливается в свою квартиру. Начало положено, и это уже хорошо. Теперь, конечно, лучше встречаться с Чимином без Хосока. Встречаться, для начала, в самом буквальном смысле. Только как бы все это провернуть..? Мин думает, даже не прекращая улыбаться. Он наверно за всю жизнь столько не улыбался, сколько за сегодня.       В следующий раз Юнги встречает Чимина в немного неподходящее время и немного неподходящем месте. У помойки. Грубо говоря, выглядел тогда Мин «как чмо». Ну он и сам про себя так думал. Пришлось быстро преобразоваться. Хотя бы на ментальном уровне. А Чимин что? Чимин как король. Как принц, хотя бы. Он улыбается и машет ладошкой, которую даже не видно в рукаве куртки. Юнги, почему-то, очень сильно этому умиляется и думает, то ли рукава длинные, то ли ладошка маленькая. — Привет, хен. Мы, кажется, виделись у Хосока недавно. Мин немножечко теряется. А давно он хен для кого-то? Он даже чуть ли не забывает поздороваться. — А-а, да, привет, — и снова глупо улыбается. «Ну это закончится когда-нибудь или нет?» — думает Юнги. Хотя стоп. Это ведь никогда и не начиналось.       Они каким-то чудесным образом расходятся (ну по крайней мере Мину кажется, что чудесным), и он уж думает, что профукал момент, пока неожиданно сам для себя не выдает: — Чимин, подожди. — Почему-то, у Юна даже возник соблазн сказать «Чиминни», но он от этого воздержался. Парень поворачивается и вопросительно смотрит на Мина. — Я… может… — «Соберись, тряпка!» — Мы можем встретиться еще? — быстро выпаливает. Чимин, ну, можно сказать, офигевает от такой информации и сначала даже не находит ответа на такой, казалось бы, простой вопрос. — Ну… я думаю да. Когда? Ступор. Об этом Юнги не подумал. — Когда тебе удобно, наверное. — Мне всегда удобно. Я у Хосока живу пока, не хожу никуда. — Давай тогда послезавтра? — Хорошо. Ты говоришь сосед… — Этажом ниже. — Хорошо, — Чимин солнечно улыбается. — Тогда до встречи! — Он на прощание машет ручкой и уходит. Юнги улыбается тоже и, наверное, полминуты точно продолжает это делать вслед уходящему парню. У себя дома Мин долго размышляет, сколько же Чимину лет, если он такой счастливый и вообще жизнерадостный. Юнги даже думает не подружится ли с Хосоком, чтобы чаще к ним наведываться, раз уж на то пошло. Решил пока не дружить. А то вдруг он Чимина вообще разочарует на этой их «встрече». Мину приятнее думать, что это свидание, хотя он и сам знает, что Чимин просто добрый, хороший, вежливый мальчик.       На следующий день Юнги бежит в магазин и усиленно начинает готовиться. Морально. А когда наступает то самое «послезавтра», готовится он уже обычно. И, честно говоря, он не готов. Мин волнуется, ладошки потеют и вообще. Это же Чимин. Чи-мин. В его квартире. Маленькой, неуютной (наверняка для Чимина окажется), серой и холодной. Но ведь Юнги же в ней как-то живет. С горем пополам, но живет. Размышления мигом прерываются со звонком. Приходится в быстром темпе взять себя в руки, обтереть ладошки о брюки и идти открывать. Чимин стоит на пороге, конечно же все так же солнечно улыбается и приветствует Мина. «Господи, какой же ты красивый», — хочется сказать, но говорится простое и емкое «Привет». Краткость — сестра таланта. Это не оправдание. Все, за что Юнги боялся, не произошло. А он даже сам не знает, за что боялся. Чимина очень хочется называть солнечным мальчиком на постоянной основе. Еще больше хочется называть своим солнечным мальчиком. Да уж.       Через неделю удушающе красные губы Чимина на губах Юнги. Как так вышло, не знают оба. Мы можем вернуться к началу, где называли Мина неудачником. Только ему к началу возвращаться не хочется. Ему нравится. До звездочек в глазах. Нравится то, что есть сейчас. То, что происходит сейчас. И чувствует он себя пипец каким удачником. Юнги пересчитывает пальцами каждое ребрышко Чимина. В его руках он кажется таким хрупким. Хоть и с прессом. — Давай не сейчас, — еле слышно шепчет Чимин. — Вдруг Хосок вернется. — Вернется – выгоним, — хриплым голосом отвечает Мин. И продолжает.       Ну а что. Вернулся. Юнги такого поворота, конечно же, не ожидал. Он надеялся на более удачное продолжение в его пользу. Получилось в пользу Хосока. К счастью, только для Хосока. Но и это неточно. Мин смотрит на него испепеляющим взглядом. Впрочем, как всегда. — Всем привет… — весьма неловко. — Привет, хен! «Вот же какой», — думает про Чимина Юнги. Да и про Хосока так же думает. Стоит там в сторонке и злобно думает. — Ну, чем вы тут, ребята, занимаетесь? — Разговариваем, — Чимин не спасает ситуацию вообще. Но для Хосока, этого кажется достаточно. — Давайте чаю попьем. Хен, ты купил мои любимые печенья?       Стоп. Хосок же примерно как Юнги возрастом. И оба они для Чимина хены. Шестеренки в голове Мина не сходятся. Механизм не срабатывает. Хосок рассказывает обо всем. Рассказывает про себя. Про Чимина. Про Чимина особенно интересно. — Ой, а кстати, он тебе не говорил, что он мой племянник? — обращается к Юнги. Тот, ну, немножечко удивляется, можно сказать. — П-племянник? Ну и сколько же такому племяннику лет? — тут ему становится очень интересно, хотя на самом деле и знать не особо хочется. — А, он просил не говорить, но ему восемнадцать. Понятно, почему просил не говорить. И лучше бы не говорил. Мин даже не знает на кого злиться. На Чимина злиться не получается. Он же пуська. Особенно когда смотрит вот так. — М-м, — честно все, что может ответить Юнги. — А что? — Да так, просто интересно. Старше выглядит. Чиминни помалкивает. И пусть. — Ну да, есть такое. К нему даже студенты подкатывают, а он всего лишь школьник. Юнги один из таких. Оказывается. На самом деле обидно, что он не единственный. Ну а чего он хотел. Этот вечер заканчивается действительно не в пользу Мина. На прощание смеряет Чимина взглядом и говорит: «Потом напишу». Для Чимина это кажется чем-то страшным. <sms> Yoongi-hyung: — Ну и что? <sms> Jimin: — Что… — Я боюсь теперь, Юнги-хен. <sms> Yoongi-hyung: — Ну и правильно. — Ты не мог сразу сказать? — Почему я должен узнавать это от Хосока? — Посадишь еще меня. — За соблазнение несовершеннолетних. — Совершеннолетнего* — Я больше никого соблазнять и не хочу. <sms> Jimin: — Да не посажу я тебя. <sms> Yoongi-hyung: — А кто вас знает, несовершеннолетних? <sms> Jimin: — Ну Юнги-хен. — Я же тебе, во всяком случае, не врал. — Ответь пожалуйста. <sms> Yoongi-hyung: — Никакой полиции в этом деле. <sms> Jimin: — Конечно. <sms> Yoongi-hyung:— И никакого секса до 19. <sms> Jimin: — Ну не смущай меня.