Live. For me

      - Почему мне кажется, что ты прощаешься, Лео? - Раф уже не мог сдерживать слез.        А Лео не прощался. Он просто хотел, чтобы его маленький брат вновь был в безопасности. Хотя безопасность для них было лишь словом. Леонардо боялся так только один раз. Они были еще детьми и играли в "гонку за лидером". Раф всегда хотел быть выше, чем Лео. Такова его суть. Но в тот момент он, истекая слезами, просил Лео забрать его домой. Маленький Раф еще не понимал, что станет правой рукой своего брата. Как и не понимал, почему брат стал таким жестким. Маленький Раф всегда думал, что проблема именно в нем.       Вот только Сплинтер всегда думал иначе. С тех самых пор, как малыши начали ходить, крыс постоянно наблюдал соперничество между Леонардо и Рафаэлем, хотя, на тот момент, не было и речи о лидере для черепашек. Один восхищал своим хладнокровием и принятием тяжелых решений. Постоянно сглаживал конфликты и старался поддерживать равные отношения между братьями. Наставлял их на правильный путь. Другой, в свою очередь, был преданным, словно пёс. Дарил тепло, хоть и достаточно часто обжигал им. Поддерживал интересы братьев, хоть самому это было вовсе не интересно. Просто старался быть как можно ближе. С годами все эти качество только становились крепче, и Сплинтер еще не раз усомнится в правильности своего выбора. Он всегда знал, что Рафаэль станет прекрасным лидером, если усмирит пожар, поселившийся в его сердце. Пожар, который сжигал бунтаря изнутри. И никто не мог понять почему. Даже сам бунтарь.       Возможно, чтобы узнать причину, все и должно было произойти именно таким образом. Возможно, это судьба. Однако, судьба, все же, не понятное трактование последствий бытия. Кто - то говорит, что все предначертано, кто - то - что всегда есть выбор, и свою судьбу можно вершить самим. Что из этого правда неизвестно никому. Как бы то ни было, судьба или последствия выбора, но все вело именно к этому дню. Дню, когда черепашки мутанты ниндзя стали людьми, хоть их назвать так достаточно сложно.       Инъекция мутагена вызвала дичайшую агонию. Кости ломались и срастались заново, внутренности блуждали в поисках своего места, температура тела то поднималась, то вновь опускалась. Боль, которую испытывали братья, казалась им ни с чем не сравнимой. Это не было похоже на то, как Донни вправлял им суставы, как, он же, зашивал раны наживую. Но это было необходимо. Не только для того, что Раф заново смог ходить, но и во благо всей семьи.       Парни пробыли в бессознательном состоянии около суток. Наблюдающая за происходящим Караи, даже начала склоняться к мысли, что ребята и вовсе не проснутся. Слабый пульс, температура тел все снижалась, хоть куноити и укрывала их всевозможными одеялами, дыхание замедлялось. Это время для девушки было весьма мучительным. Ожидание, оно всегда убивает, особенно если это ожидание может увенчаться крахом всего.       Первым открыл глаза Леонардо. Тело требовало пробуждения, но разум находился в нирване. О таком спокойствии можно было только мечтать. О таком спокойствии Лео просил высшие силы очень давно. А нужно ли дальше что - то делать? Нужно ли бороться? Может эта самая ниравана и заберет страдающую душу лидера? Может так и должно быть? Ведь он не может быть лидером, не может вести за собой братьев. Они сильные и справятся без него, как уже доказали. Лео ослаб, он сам нуждался в поддержке... Как же ему хотелось сдаться в этот момент! Но, повертев свою тяжелую голову по сторонам, бывший лидер увидел своих пробуждающихся от агонии братьев, которые тоже не понимают, что происходит. Он увидел, наконец, лицо, покрытое слезами, своей возлюбленной, к которой были настолько смешанные чувства, что он не мог понять: хочется ему убить эту тварь или впиться поцелуем в ее губы. Все было смешано.       Нирвана потихоньку отступала, память возврашалась кусками. То слишком ласковым прикосновением, то била словно молотком. Всплыло все. Караи, Сплинтер, предательство, разбитые братья и решение... Решение, которое должно изменить их жизни. Лео, с трудом, поднял руку перед лицом...       - Пять пальцев вместо трех, интересно, - наконец произнес он вслух.       - Боже, Лео, я так боялась, что вы не очнетесь! - нисколько не стесняясь своих чувств, Караи схватила руку Леонардо и поднесла ее к губам. Слезы так и стекали по ее щекам. Радость видеть любимого переполняла. Хоть и был он уже абсолютно другой. Уже не тот зеленокожий мутант, а высокий шатен, прекрасного телосложения. Только глаза остались те же. Карие.       - Как мои братья? - отдернув руку, произнес Лео. Слабость потихоньку покидала тело, и он смог подняться.       И он увидел, как его братья. Потерянные. Вспоминающие. Память так же резко им била, как самому Лео. Он видел, как они устали. Видел, как они устали от потерь. Видел, что они не хотели просыпаться, как и он сам. И только в этот момент Лео понял, как же им необходимо пробудиться. Отомстить за отца, за то, что с ними сделали. В этот момент кровь в его жилах вспенилась от ненависти, которую он никогда раньше не ощущал. Он сделает, что угодно, чтобы вернуть доверие братьев. Что угодно, чтобы семья вновь стала единой. Что угодно, чтобы отомстить за отца, брата и самого себя. Он встал на тот путь, который чужд его обучению. В это раз он даст бой. Чего бы это ни стоило.