Рисунок кровью

      Изуку, поднимаясь за лидером по узкой лестнице на крышу, прожигает взглядом сутулую спину, иногда отвлекаясь на разглядывание шрамов, выглядывающих из-под пепельных волос, и на неравную борьбу с раздражением. Он нервно хмыкает, не снимая капюшона, в отличие от союзника, и только сильнее натягивает темную ткань из-за дискомфортного ощущения.       Стоит массивной двери открыться, холодный порыв ветра сразу же бьет в лицо, заставляя тяжело выдохнуть и зажмуриться.       Первое, что бросается в глаза — ухмылка мужчины, опирающегося на ржавые перила многоэтажки. Странно причмокивая, он внимательно рассматривает прибывших и тихо посмеивается многочисленным мыслям. Докуренная сигарета с большой высоты падает на асфальт, потухая, после чего поставщик Лиги отходит от края, разминая шею.       — Ох, вы так изменились. Особенно ты, Мидория, — хитро улыбается злодей, начиная внимательно разглядывать парня с лисьим прищуром.       — И Вам здравствуйте… Давно не виделись.       — Да, тебя с твоими тренировками и не застать, — после сказанных слов слышится протяжный свист со всех сторон, а следом оглушающий грохот в небе, из-за чего темноту озаряют яркие огни. — О, уже началось.       Изуку переводит взгляд на небосвод, горько наблюдая, как сотни фейерверков разрываются под звездами, а люди кричат от радости и веселятся, позабыв обо всех заботах. Тяжелый вздох резко срывается с дрожащих губ, а ногти впиваются в ладони с жутким остервенением, оставляя кровавые отметины.       — Почему именно сегодня? — переведя дыхание, спрашивает парень.       — Мидория, неужели воспоминания мешают здраво мыслить? Это ведь так банально, — закатив глаза, снова закуривает мужчина. — Если хочешь спрятать нечто важное, то прячь на видном месте. А сегодня герои особенно беспечны, — выдохнув густой дым, он мягко улыбается.       Фыркнув, Изуку отходит в сторону, пряча ладони в карманах. Борясь с головокружением и умело скрывая ухудшающееся состояние, он облокачивается на холодную стену, прислушиваясь к разговору. Томура же сильнее горбится, зло смотря исподлобья и провожая союзника недовольным прищуром.       — Ты… сделал, что тебе поручили? — все же устало спрашивает.       — Меня недооценивают, как жаль. Конечно, я выполнил Ваш заказ, лидер. Только я не понимаю, зачем столько тел? Что задумал Главный?       — Не суй нос куда не следует! Выполняй приказы молча, — чуть ли не крича, срывается Томура. — И да, у тебя новый заказ. Трупы больше не подходят.       — Понял, — тихо отвечает мужчина, проходя мимо Шигараки и незаметно беря свернутую во множество раз бумажку, уходя с крыши.       — Ну и что за тайны? — раздраженно спрашивает Изуку, хмурясь и медленно поднимаясь с помощью перил.       — Ничего особенного, Учитель просто играется со зверушками, — безумно тянет лидер, вновь закидывая руку на плечо союзнику. — Пойдем, нам нужно возвращаться.       Мидория только тяжело вздыхает, опуская взгляд в пол. Монотонные шаги по лестнице, но уже вниз, и настолько медленные, что мысли начинают активнее копошиться в голове, напоминая червей в разлагающей плоти. С каждым этажом звук улиц становится громче, как и сердцебиение юного злодея. Раздраженно и грубо скинув с себя чужую руку, Изуку проходит сквозь толпу, сталкиваясь со многими плечами и игнорируя противные возгласы.       Томура только тихо посмеивается, следуя за союзником, но тоже раздражаясь из-за огромного столпотворения людей. Желание сжать пять пальцев на шее прохожего и услышать желанные хрипы распирает все сильнее. Он даже прикрывает глаза, представляя любимое зрелище. Вот только людей становится все больше, а праздник вспыхивает с грандиозным размахом, из-за чего голова начинает гудеть от грохота.       — Какого черта здесь столько фанатов Всемогущего, — шипит Шигараки рядом с ухом сегодняшнего напарника, сдерживаясь, чтобы не сорваться и не привлечь к себе еще больше ненужного внимания.       — Из-за тебя я тоже здесь, так что мучайся молча, — равнодушно отвечает Мидория, после поворачивая голову на писклявый голос, покрывающий всю улицу.       Широко улыбаясь, на огражденную защитным барьером сцену выходит герой с задорной прической и подходящим ярким костюмом. Он радостно кричит в микрофон, отчего два злодея синхронно кривятся в отвращении.       — Добрый вечер, мои дорогие! Вам же интересно, кто будет в первом поединке? Да?! Тогда больше шума и я утолю ваш интерес! Наш дорогой и талантливый старшеклассник — Эйджиро Киришима! — крича в микрофон, он показывает в один угол сцены, а после короткой паузы в другой. — И-и-и второй — Кацуки Бакуго! Мальчишка с огромным потенциалом между прочим! И я даже не преувеличиваю! Оба учатся в одном классе. Так что же будет сильнее: каменные кулаки или жаркие взрывы?! Прошу любить и жаловать!       Уже заведенный Кацуки ударяет кулаком о свою ладонь, создавая небольшой взрыв для наглядности, пока его взгляд полыхает так же, как и его причуда. Как только подается сигнал, со сцены раздается сильнейший взрыв одновременно с грохотом салюта. Затаив дыхание, зрители внимательно смотрят за ходом событий, столпившись вокруг барьера, по которому расходится вибрация от причуд.       Капюшон плавно соскальзывает с головы, чего Изуку даже не замечает. Он с пожирающим взглядом наблюдает за боем и бывшим другом. На лице подростка расцветает жуткая ухмылка с ноткой кровожадности, поскольку факт того, что Бакуго остается верен детским привычкам, немного веселит. Взрывной юноша до сих пор начинает бить с правой руки.       Изящные движения без волнений. Абсолютно ничего лишнего: четкие и острые, быстрые и грубые. Он прекрасен в бою. Пот стекает по коже, а губы сохнут от жара мощной причуды. Кулаки разбиваются об острый камень Эйджиро, но оскал все равно устрашающе тянется. Киришима старается не отставать от товарища. Заостренные благодаря причуде руки с крепкой поверхностью отбивают атаки, защищают и умело комбинируют в бою. Но все же взрыв оглушает, отчего красноволосый оступается и падает, ведь именно Кацуки среди сверстников искуснее всех владеет яркой причудой, зная тонкости во всех подробностях.       Поэтому он и считает себя лучше других, сильнее других. Победа озаряет его, враги с противниками скулят от боли в ногах. Бакуго привык к данному ощущению, принимая как должное. Но сейчас он подает руку товарищу, помогая подняться и самодовольно хмыкает, выходя под аплодисменты с площадки. Все же некоторые люди достойны исключения, но совсем немногие.       Мидория продолжает внимательно наблюдать, не обращая внимание на злое кряхтение уставшего лидера. Отмазку он и позже может наплести, сейчас трудно отвести взгляд от друга детства, хочется докопаться до истины. Черты блондина позабылись, потому память сейчас освежается, таща за собой никчемные воспоминания.       Звонкий голос ведущего выводит из транса, приковывая к себе внимание:       — Давайте поздравим сегодняшнего победителя! Бакуго хорошо постарался, не правда ли?! Он будет отличным студентом UA. Давайте же похлопаем ему!       Вздернутый нос и удовлетворенная улыбка на слегка красном лице бесят до жути, но самое раздражающее среди всего перечисленного — смех и признание, аплодисменты людей. Мидория злится под плотной маской равнодушия и уже собирается уходить, как громкий и пронзительный крик останавливает.       — Чертов Деку! — оглушительно орет Кацуки через всю толпу, роняя приз. — Стой, кусок дерьма! — жутко злясь, он смотрит прямо в лицо бывшему однокласснику, будто взрываясь внутри после чужой ухмылки.       — Ха… — тянет смешок Мидория, смотря, как тот спрыгивает и пробирается через толпу.       Ухмыляясь, он натягивает капюшон обратно, опуская голову и теряясь в толпе.       Людей становится все меньше, а холодные порывы ветра заставляют кожу покраснеть. И вот двое единомышленников уже подходят к окраине города, как напряженную тишину нарушает старший.       — И что за хрень недавно произошла? — зло проговаривает каждое слово Шигараки, останавливаясь и пристально смотря на подростка.       — Просто встреча с бывшим одноклассником, — вяло отзывается Изуку, хоть неприятный осадок после длинного дня и терзает душу.       — Как я понимаю, правду мне выбивать силой? Может попробовать поиграться с зубами? Или языком? Они явно лишние, — кровавые глаза пропитываются садистским блеском, после чего старший не сдерживает жуткий смешок.       — Не поможет, ты же знаешь, — вздыхает Мидория, пряча ладони в карманах, чтобы согреть окоченевшие пальцы. — Хочу в одно место заглянуть, возвращайся без меня.       Томура еще долго смотрит вслед уходящему подростку, прежде чем скрыться в темном лесу, поджимая сухие губы.