Мотивация

Девиз Гермионы: "Не ищи мотивацию для себя — становись мотивацией для других!" «У человека всегда бывают два мотива для всякого поступка: один, который красиво выглядит, и второй, подлинный.» М.Д.Пирпонт

— Вставай! — громко сказала Гермиона и потянула на себя одеяло, укутывающее Рона с головы до ног в один большой кокон. — Ну-у-у, ещё пять мину-у-у-точек, — протянул Рон, пытаясь натянуть одеяло обратно на себя. — Это уже четвёртый раз «ещё пять минуточек», — передразнила Гермиона и с силой дёрнула одеяло. Рон ещё только потирал глаза, когда в него прилетел комок из свёрнутой спортивной формы. — Одевайся и пошли! Ты сам согласился. Тихо посылая Мерлина и весь его перечень нижнего белья куда подальше, Рон пытался сообразить, зачем он на всё это согласился. У входной двери его уже ждала Гермиона — как всегда, бодрая и веселая, несмотря на раннее утро. Она разминала шею, наклоняя голову в разные стороны, затем немного потянула ноги, покачивая бёдрами. Рон не мог не залюбоваться супругой, но, встретившись с ней взглядом, быстро приступил к завязыванию шнурков на кроссовках. Пока они шли быстрым шагом до парка, в котором ежедневно бегали, Рон вспоминал тот вечер, который привёл к этим ежеутренним забегам. * * * Когда четыре месяца назад на Рождество Рон развернул подарок Гермионы, он был в восторге: тёмно-синий свитер с ярко-золотой буквой «R» сильно отличался по качеству от тех бордовых, что дарила ему мама. Но радость была недолгой: Рону свитер оказался мал. Он тянулся и трещал в плечах, плотно обтягивал руки и живот, из-за чего слегка укоротился. Четыре месяца Гермиона следила за питанием мужа, посадив его пусть и не на самую жёсткую диету, но всё же ограничила в питании. Рон покорно ел приготовленные Гермионой отварные овощи и тушёное мясо без специй, а в магазине просил Джорджа не выдавать его, съедая минимум по две шоколадные лягушки в день. Когда Гермиона не увидела ощутимых результатов, она решила, что пора добавить и физические упражнения. Тогда она придумала, что совместный бег с утра будет полезен обоим. * * * Они вышли на дорогу, ведущую прямо к парку, и мелкой трусцой побежали по ней. Рон искренне считал, что не виноват в том, что Гермиона сняла мерки не с него самого, а с его старого свитера, и страдал, что вот уже целую неделю каждое утро Гермиона будила Рона на ненавистную пробежку. Тяжело дыша, Рон бежал и вспоминал нормативы Аврората. Там, на курсах авроров, он с лёгкостью выполнял все физические упражнения на тренировках и был в прекрасной форме. Но для этого у него была мотивация: он хотел с отличием закончить курсы и быть если не лучшим, то отличным аврором. А физические упражнения помогали ему быть сильным, быстрым, ловким. После того, как он семь лет назад оставил Аврорат, его физические нагрузки значительно сократились, а множество вкусных обедов и возможность есть сладкое прямо на рабочем месте в магазине Волшебных Вредилок привели к тому, что некогда худой и долговязый парень с кубиками пресса и сильными мышцами рук превратился в мужчину с небольшим брюшком. Они бежали рядом рука об руку, и только там, где дорога немного сужалась, Гермиона вырвалась вперёд, а Рон слегка отстал. — Как же ты раньше ловил преступников, если сейчас даже меня обогнать не можешь, — тяжело дыша, произнесла Гермиона и ускорилась, намного обгоняя Рона. — Так они всё больше авадами кидались, а не бегали, — ответил Рон, но бежать быстрее не стал. По правде говоря, он мог бы с лёгкостью обогнать её и перегнать, оставив Гермиону далеко позади. Но Рон решил, что у него должна быть мотивация для пробежек, а красивая, упругая и так завораживающе покачивающаяся из стороны в сторону попка Гермионы, на которую он мог пялиться сколько угодно и не получить за это ни одного замечания, как раз сгодится для такого дела. Рон улыбнулся, глядя на попку бегущей впереди Гермионы, и подумал, что раз уж вчера дети остались на ночь у её родителей, то почему бы им после совместного бега не принять душ тоже вдвоём. В качестве мотивации.