Эд учит Освальда танцевать

У каждого добропорядочного мэра есть уйма обязанностей. Он должен уметь подписывать или отклонять те или иные решения городского совета, умело распоряжаться муниципальным бюджетом, составлять программы развития города, разрешать конфликты, возникающие в обществе между разными слоями населения, а также уметь приподносить себя в лучшем свете. А для этого нужно вести себя, как истинный джентльмен: знать правила этикета за столом и во время беседы, а также с легкостью применять эти знания на практике. Освальд, получив в свои руки должность мэра Готэма, вознамерился стать порядочным государственным служащим во всём. Он уже многого достиг на этом поприще: оказал всяческую помощь общественным объединениям и организациям, а также уже успел понаобещать народу много изменений, которые определённо принесут обществу пользу. Но вот, когда новоизбранный мэр казалось бы справился абсолютно со всем, его новой проблемой стал стремительно приближающийся рождественский вечер для представителей высших слоёв общества. И чтобы проявить себя там в лучшем виде: нужно не только мило побеседовать с каждым приглашённым гостём и произнести воодушевляющую речь в начале вечера, но ещё и продемонстрировать искусство владение одним из бальных танцев с какой-нибудь чрезвычайно богатой светской дамой. А вот с последним у мэра были серьёзные проблемы. Проблема заключалась в том, что ни вальсом, ни фокс-фортом, ни тем более танго до этого момента он никогда не интересовался, да и в целом ни разу ни с кем не танцевал. Лёгкие покачивания под приятную музыку с покойной матерью не в счёт. Освальд решил срочно восполнить большущий пробел в своём танцевальном образовании. Сделать это можно было только лишь с чьей-то помощью. Он остро нуждался в наставнике, который бы поддерживал его и направлял бы, с которым он бы быстро достиг необходимого результата в самые короткие сроки. Но где же такого найти? Воспользовавшись своей властью на должности мэра и главного криминального босса города, Освальд быстро собрал список лучших танцоров и досье на каждого из них. Но чем больше он их просматривал, чем больше всматривался в лица танцоров, чем больше читал информацию о них, тем сильнее ощущал, что готов вообще отказаться от этой затеи. Нет, он сразу нашёл более-менее подходящих кандидатов, но как представил, что придётся доверить своё личное время и своё тело кому-то совершенно незнакомому, то его всего буквально бросало в дрожь. Урок танцев теперь виделся ему каким-то отвратительным действом, ну, или как минимум неправильным. Время шло, Освальд сомневался и ничего не делал. Примерно в таком состоянии в один из предрождественских дней его и застал Эдвард. Заместитель прекрасно был осведомлён о том, чем занят мэр последние дни, но вмешиваться поначалу не решался. Но увидев, как мучается друг в сомнениях, Нигма уже не смог оставаться в стороне. - Освальд, - осторожно позвал Эдвард. Кобблпот сидел на диване в гостиной в своем излюбленном чёрном костюме, задумчиво уставившись в одну точку. - Да, Эд? - отзывается Освальд, но, кажется, не покидает мир своих раздумий. - Я знаю, сейчас ты немного озадачен подготовкой к рождественскому балу... - не глядя на него, быстро тараторит Эдвард. - Но я могу предложить тебе свою помощь. Освальд всё ещё не проявлял особого интереса к словам Нигмы. - Он может быть для тебя старым знакомым, но с ним ты всегда открываешь что-то новое. Вполне можно прожить и без него, но с ним жизнь становится в разы проще. Кто он? - Нигма как обычно говорит загадками, считая это самым простым и удобным способом выражать свои мысли. - Учитель, наставник, - с небольшой задержкой тянет Освальд безразличным тоном. - Но какое отношение это имеет... Он не договаривает, наконец, возвращая свое сознание в реальный мир, и удивлённо смотрит на друга - Постой, - Кобблпот кривит губы в некоем подобии улыбки. - Ты хочешь стать моим учителем... по танцам? - Да, ведь танцы твоя основная проблема сейчас, - Эдвард рад, что Освальд озвучил всё сам. - Не так ли? - Так-то оно так, но... Я не думал, что ты умеешь... что ты можешь научить танцам, - пытается пояснить свои мысли мэр. Эдвард делает шаг ближе к мэру, уверенно улыбаясь ему. - Я совершенно точно умею танцевать вальс, и приложу все усилия, чтобы научить тебя тому же. Освальд завороженно смотрит на своего, казалось, талантливого абсолютно во всём друга, а потом осторожно кивает и неуверенно улыбается. - Тогда... Давай попробуем. Освальд уже несколько раз успел пожалеть о том, что так быстро согласился, тем самым подписав себе столь извращённый приговор. Но Кобблпот и не подозревал, что учиться танцам с Нигмой будет куда сложнее, чем с любым едва знакомым человеком. Эдвард снял пиджак и растянул галстук, чтобы было удобнее показывать движения. В процессе объяснения базовых принципов танца, он невольно взъерошил волосы на голове и теперь выглядел одновременно мило и сексуально. Освальд, которому раньше удавалось абстрагироваться от всех непонятных чувств к лучшему другу, окончательно проебался. Он чувствовал себя ужасно глупо и неловко, потому что просто пялился на Эдварда, наслаждаясь звуком его голоса и пропуская все мимо ушей, вместо того, чтобы повторять и запоминать. "Идиот" Но дальше стало еще хуже. Они начали практиковать движения в паре из-за чего Освальду пришлось снять свой пиджак, который, по мнению Нигмы, стеснял движения в плечах. И мэр, в ту же секунду, будто потерял свою защиту от всех внешних "угроз", и от чересчур привлекательного Эдварда в том числе. Заместитель неожиданно подхватил мэра и закружил в непринуждённом танце по гостиной. Освальд торопливо перебирал ногами, совсем неуверенный в том, что делает хоть что-то правильно, косясь на вполне довольного всем Эдварда, который тихо напевал какую-то рождественскую мелодию. В какой-то момент, правая рука Нигмы оказывается на талии Кобблпота, осторожно поддерживая того. Освальд смущается, опуская взгляд на их ноги, и спешно подстраивается под ритм своего учителя. Спустя время Эдвард замолкает, и Освальду кажется, что лучшего шанса спросить того когда и с кем он освоил вальс не представится, но Нигма тут же начинает петь другую песню, чуть более лиричную. То-ли из-за ритма песни, то-ли по каким-то личным причинам, но Нигма решил сократить расстояние между ними чуть больше положенного. Теперь Кобблпот ощущает на своей макушке чужое тёплое дыхание, что слегка ворошит волосы. Освальд вздрагивает всем телом, когда и левая рука Эдварда плавно спускается к его талии, придавая их танцу более интимный характер. Мэр оказывается вынужден перенести свои руки на плечи партнёру, сводя к минимуму расстояние между ними. Кобблпот не знает, куда перевести свой взгляд: отвернуться невозможно, смотреть в сторону от Эдварда тоже не вариант, ведь он находится слишком близко. Остаётся последний вариант - смотреть на эти выразительные скулы, губы, растянутые в спокойной улыбке, и шею, полностью открытую теперь из-за расстёгнутой рубашки. Но Освальду не нравилось ничего из этого, потому он решил просто закрыть глаза, по памяти повторяя заученные движения и молясь нигде не ошибиться. Ведь в противном случае, Нигма может начать всё по новой. - У вас хорошо получается, мистер Кобблпот - нарочито официально проговаривает Эдвард прямо Освальду на ухо, что вызывает у последнего лёгкий диссонанс: довольной деловой стиль общения и похвала, переходящая в горячий шёпот. - Я бы сказал, очень хорошо - руки заместителя медленно скользят чуть ниже талии, опускаясь на ягодицы. Освальд напряженно выдыхает и жмурится сильнее. Последнее чего бы он сейчас хотел, так это смотреть на Нигму. Мэр сильнее сжимает пальцы на плечах своего учителя. - Освальд, скажи мне.... - голос Нигмы постепенно утихает, но в него добавляются хрипловатые нотки. - ... Я хороший учитель? Мэр оказывается буквально зажатым между молотом и накавальней: с одной стороны слегка прохладные пальцы Эдварда, творящие полный беспредел, а с другой его отчего-то очень разгорячённое тело, хотя они всего лишь разучивали вальс. - Эд... - выдыхает Освальд, не зная, что сейчас нужно сказать, но смутно подозревая, что он всё-таки должен прекратить эту сладостную пытку. - Эд... ты хороший учитель. Эдварда этот ответ, очевидно, не сильно устроил. Потому он склоняется лицом еще ближе к лицу Освальда и касается губами уха своего ученика. - Насколько хороший? - он неожиданно сжимает пальцы, притягивая Освальда к себе, и тяжело выдыхает, задевая дыханием кожу Кобблпота, тем самым вызывая у него табун мурашек. Освальд не выдерживает и издает свистящий звук, прежде, чем все-таки отталкивает от себя чрезвычайно настойчивого учителя, наконец, открыв глаза и делая несколько шагов назад. Перед ним всё тот же привлекательный Эдвард, который из-за своего напряжённого дыхания и сильно потемневшего взгляда стал выглядеть слишком эротично. Освальд рад, что открыл глаза именно сейчас. Произойди это хотя бы на пару секунд раньше, он вряд ли бы заставил себя остановить это. - Ты очень хороший учитель, Эд, - честно отвечает Освальд, поправляя сильно помявшийся жилет с рубашкой на себе. - Но я пока не уверен, что мы можем так быстро перейти от отношений "учитель-ученик" к чему-то большему... Освальд и сам был удивлён своим словам. Он говорит разумные вещи с весьма серьёзным видом, но по сути лишь нагло врет самому себе, потому что он прекрасно понимает, что уже давно был бы рад перейти к новому этапу в их отношениях, но не подаёт виду. И когда Эдвард с неохотой соглашается, попутно неся что-то про излишнюю увлеченность танцем, то кивает и решает обозвать случившееся простой ошибкой. Пока что. Когда приходит время рождественского бала, Освальд неожиданно понимает, что все-таки кое-что усвоил из одного-единственного урока с Нигмой. Потому что он умудряется станцевать вальс с тремя разными дамами под три совершенно разные мелодии и практически не ошибиться, не считая того, что он пару раз оступался, сбивая танец с ритма. Но, в целом, да. Эдвард действительно помог ему, обучил его и результат был на лицо. Все бы хорошо, если бы не вышедшая из-под контроля сексуальная энергия его заместителя и открывшаяся природная податливость Освальда перед более доминантным лицом - это сыграло с учителем и учеником злую шутку. Освальд много думает об этом, на протяжении всего вечера, пропуская мимо ушей все поздравления. А потом растягивает губы в смущенной и глуповатой улыбочке, игнорируя непонимающие и удивлённые взгляды окружающих. Он мысленно решает, что ему определенно понадобиться ещё один урок танцев от Эдварда Нигмы.