Avancer

      За час до наступления Нового года Гермиона оказалась в трёх километрах к северо-западу от небольшой деревушки Аберфро. На побережье Англси бывать прежде ей не приходилось, но местные пейзажи очаровали волшебницу с первого взгляда. Освещённые луной и звёздами, покрытые снегом холмы выглядели величественно, а чёрные воды Ирландского моря сливались с небом так, что невозможно было отличить где одно переходит в другое. Привыкшая жить в шумном Лондоне, до тех пор, пока Минерва не уговорила её работать в Хогвартсе, Грейнджер влюблялась в каждый уголок своей страны, в котором бывала. Подсвечивая дорогу Люмосом Максима, она размышляла, что недаром люди жили в этих местах в далёком седьмом тысячелетии до нашей эры. Замерев на дорожке к одиноко стоящему на берегу дому, в окнах которого горел тусклый свет, она представила, как в дремучем прошлом на этих холмах росли священные рощи друидов.       Казалось бы, прожив столько лет в Хогвартсе – месте, переполненном магии, пройдя от начала до конца войну, подсознательно возникнет желание поселиться в небольшом городке и держаться подальше от сосредоточений силы. Однако Северус выбрал дом, построенный неподалеку от Барклодиад-и-Гаурес. На карте Британии было не так много точек, в которых сила исходила из земли мощным потоком. Эта являлась одной из самых древних. Гермиона невольно заинтересовалась тем, как она влияла на произнесенные заклинания, сваренные зелья и наведённые чары. Насколько она преобразовала всё находящееся неподалеку?       Впрочем, у неё ещё будет время узнать об этом. Если Северус не прогонит её с порога, и если ей найдется место рядом с ним.       Держа в правой руке палочку, левой приподнимая подол длинной тёмно-синей юбки, Грейнджер дошла до двери и негромко постучала. Подождав с минуту, она постучала вновь. Почти сразу после этого дверь резко распахнулась и на пороге замер хозяин дома собственной персоной.       Судя по всему, МакГонагалл сказала правду. Он действительно не принимал гостей. Иначе зачем, открывая дверь, держал палочку наготове?       — Мисс Грейнджер? — Когда удивление улеглось, он с долей раздражения и усталости спросил: — кто сказал вам, где я живу?       Преодолевшая расстояние от Хогвартса до дома мужчины, нашедшая в себе силы и смелость заявиться к нему, Гермиона не хотела вести беседу на пороге.       — Здравствуйте, мистер Снейп, — коротко улыбнулась она и взглядом указала вглубь дома. — Я могу войти?       Снейп молча отошёл в сторону. Он словно во сне наблюдал за тем, как Грейнджер снимает подбитую мехом мантию и вешает её в прихожей, как она трансфигурирует сапожки в туфли на низком устойчивом каблуке и несмело переминается с ноги на ногу. Должно быть он заснул в уютном кресле у камина, выпив виски, и всё это лишь плод его фантазии.       Тем не менее, он закрыл дверь и восстановил защитный контур, после чего рукой указал на гостиную. В его доме не было ни праздничных венков, ни веток омелы, ни ёлки. Единственное, что можно было отнести к празднику, – свечи, расставленные на каминной полке, столике и подоконниках. Следуя в комнату за незваной, но желанной гостьей, Северус поспешил застегнуть рубашку, три верхние пуговицы которой были расстёгнуты. Он досадливо искривил уголки губ, вспомнив, что шейный платок из чёрного атласа остался в комнате наверху. Впрочем, скрывать шрам от Грейнджер не было смысла. Она видела его шею и в более плачевном состоянии. Давая девушке осмотреться, он подошёл к столику, стоящему рядом с креслом, призвал второй бокал и наполнил оба огневиски.       — Мисс, я не уверен, что смогу составить вам должную компанию в эту праздничную ночь, — протягивая бокал, он изогнул в усмешке уголок губ. — Я собирался дождаться полуночи и отправиться спать, но…       — Я пришла, потому что мы не закончили разговор, — прервала его Гермиона.       Шумно вздохнув, когда он вскинул бровь, она отвела взгляд, затем потёрла переносицу. Медля, прошлась по комнате, а потом остановилась. Наконец, напомнив себе, что глупо нарушать уединение человека, чтобы потом молчать, она решилась. Подойдя к Снейпу, она посмотрела ему в глаза.       — Северус, вы… — подумав, что глупо было обращаться на вы к человеку, которому собираешься признаться, Гермиона запнулась. Но через пару мгновений продолжила: — ты говорил, что тогда в Визжащей хижине я могла поступить, как угодно. Но я не могла. Я не хотела жить в мире, в котором не было тебя.       Когда слова были произнесены, она замолчала. Ожидание хоть какой-нибудь реакции мужчины отняло последние силы. Опустив взгляд, она выпила несколько глотков огневиски, дабы прогнать мерзкое напряжение, сковавшее тело. Но вместо слов Северус поднял руку и нежно, едва ощутимо провёл тыльной стороной пальцев по её щеке.       — Знаешь, о чём я сожалею? — тихо прошептал он, наклоняясь к губам Гермионы. — О том, что под моим потолком не висит омела.