Позволь вкусить твоей крови.
12 декабря 2018 г., 22:11
Едкий лунный свет освещал шагающего по лесной дорожке парня, его серьезное и задумавшееся выражение лица изредка не было видно из-за медленно движущихся туч.
Полутьма не мешала ему свободно передвигаться по лесной тропинке, ловко избегая преград, в виде лезущих в глаза ветвей с листвой. Он знал это место как свои пять пальцев.
Знал не только место, но и всех ночных обитателей, от вечно ругающихся оборотней до милых ведьм. Знал их повадки. Знал, что ведьма Очако нарезает круги под ночным небом по четвергам. Знал, что оборотень Бакуго делает обход своей территории через каждые два дня, чуть не заходя на чужую местность.
И он точно знал, что здесь никого быть не должно.
Это его законная территория.
Всё, что было столь любезно передано его отцом, начиная с людской деревни, и заканчивая восточной частью леса и замком, принадлежащем вампирам.
Вспоминая свой дом, становилось противно, а при упоминании людей появлялась неимоверная жажда и сухость во рту.
Он по привычке облизнул верхнюю губу, обнажая миру свои клыки.
Первой его мыслью стала их кровь, такая теплая, плавно расползающаяся по его телу, взбудораживая его внутренности и наполняя вены собой.
Кровь для него была неимоверно вкусной, желанной и одновременно недосягаемой.
Мысли о кричащих от ужаса людях, об их гримасах, стоило им только завидеть вампира, об их наполненных ужасом глазах, сразу же выбивали желание найти и насытиться столь желанной пищей.
Обычно, всегда и везде, его мысли были наполнены страданием. Собственным или чужим.
Не было того колокольчика, который заставит его перестать задумываться о прошлом и выведет из пучин отчаяния. Даст отвлечься и забыть о содеянном, о том, что вспоминать он никогда не захочет.
Глаза были затуманены, разум погружен в самого себя, ноги шли будто автоматически. Внезапная преграда в виде чьей-то ноги заставила парня упасть лицом вниз на землю.
Хи-хи.
Парень резко встал и начал оглядываться по сторонам, выискивая причину своего падения и самого нарушителя.
— Я наверху. — Послышался голос с ближайшего дерева.
Подняв голову, он увидел силуэт, скрывающийся за большими ветвями.
Ноги шаловливого незнакомца, подставившего подножку вампиру, были полупрозрачными, такими же, как и его руки и все тело, включая голову.
«Ох, призрак.» — Подумал Шото.
***
Еще маленький, даже по меркам людей, вампир внимательно следил за действиями своего отца. Он учился раздвигать клык по собственному желанию, а не по инстинктам и реакции на кровь. Парнишка побежал к своей матери, с одним интригующим его вопросом. — Мам, а чья кровь самая вкусная? Девушка (она слишком молодо выглядит, чтобы назвать ее по-другому,) резко обернулась на детский голосок. — Что? — озадаченно спросила она. Маленький вампир слегка помялся, а румянец проступил на его щеках. Озадачил ее не только сам вопрос, но и неожиданное поведение сына, ранее не интересовавшегося досаждением матери вопросами, тем более, про вампирские вещи. — Просто… Я… Я хотел узнать, ведь кровь бывает разная по вкусу… Так какая самая вкусная? Рей (а именно так звали молодую мать) наклонила голову вбок, задумчиво глядя наверх, в поисках ответов у ночного неба. Девушка пристально наблюдала за плывущими мимо облаками, за тем, как луна исчезала, а потом снова появлялась, излучая свой дивный свет. Луна словно игриво пряталась. — У призраков. Да, луна в это время года была словно призрак. Ее любимый ночной призрак, светивший ей одной в тяжелое время. Вопрос заставлял задуматься, а ответ и вовсе погрузиться в себя. — Почему? Девушка с мягким взглядом посмотрела на своего сына, грустно улыбаясь. — Ты когда-нибудь видел призрака? — получив отрицательный кивок, Рей продолжила: — А я видела. Мысли приятно кружили голову, а взгляд снова направился к ее излюбленной луне. Мальчик терпеливо ждал продолжения истории, стараясь не торопить рассказчицу. Но мелкая дрожь предавала его, показывая его нетерпеливость. — Они манят своей загадочностью, кружа голову. Их стало намного меньше, и, к тому же, они прячутся. Их кровь достать невозможно. Они, как запретный фрукт, который все никак не получается попробовать. Луна для девушки была столь же прекрасной и загадочной, как и стали призраки для ее сына. — А я смогу увидеть призрака? Устремив взгляд на своего маленького собеседника, она заметила неподдельный интерес и искры в глазах. — Конечно, вампиры живут долго. Будь терпелив. Маленький вампир что-то решал в своей голове, тщательно обдумывая. — Тогда, я найду и попробую на вкус кровь призрака. Это желание стало для Шото мечтой, или же маленьким смыслом жизни.***
Грубая рука легла на плечи девушки, не жалея силы сжимая. Она вскрикнула от боли и прекратила свой рассказ о призраках. Мальчишка встревожено встрепенулся, его взгляд забегал по комнате, будто выискивая помощь. — Так это ты рассказываешь ему небылицы. Голос был наполнен ненавистью, глаза сузились, свысока наблюдая за гримасой ужаса на лице вампирши. — Отец, нет, я сам попросил маму. Одного взгляда хватило, чтобы мальчик перестал говорить и задрожал от собственного бессилия. Девушка успела освободиться от ослабившейся хватки, и отошла назад, загораживая сына. — Это лишь рассказы, они ему не повредят. Мужчина в черном длинном плаще безразлично взирал на свою избранницу. — Он не пьет кровь. Рей тревожно посмотрела на Шото, только заметив его более обычного бледную кожу и выступающие бедра. Мальчик отвел взор на окно, подмечая незабываемую красоту заходящего солнца. — Почему? Вздрогнув от ожидаемого вопроса, он не смотрел на мать, а наблюдал за искорками света. — Хочу попробовать кровь призрака. Внезапно, Энджи схватил мертвой хваткой белоснежные длинные волосы, волоча девушку за собой, вниз. Шото остался на своем месте, понимая сложившуюся ситуацию и ожидая наказания. Встав по ближе к окну, он увидел то, что заставило бы его поседеть, а его предков перевернуться в гробу. Словно ведьму, Рей привязывали к столбу веревками, а под ее ноги сложили сухие ветви. Медленно, словно в бреду, Шото спустился на площадь перед замком, отлично просматриваемую из его комнаты. — У тебя время до восхода солнца. Думаю, не стоит тебе говорить, что будет, если ты не выпьешь человеческую кровь до того момента. Отголоском слышался хруст веток, прежде, чем удушающее влияние вампира спало с обоих. — Беги, и исполни свою мечту. Голос матери был словно спусковой крючок для его отчаянного начала поиска. — Хоть я и не умру под лунным сиянием, но я прожила достаточно, чтобы насладиться им. Лучи солнца уже начали поблескивать через лесную чащу, заставляя вампира нервничать. Он бродил уже более пяти часов, но все безуспешно. Возникло желание броситься обратно в замок, упасть на колени перед отцом и вымаливать прощения, говоря о своем будущем послушном поведении, надеясь на милость. — Только бы встретить, только бы встретить… И он встретил. Шото облизнул клыки, смутно вспоминая обучения отца. — Надеюсь, я смогу встретить … — голос такого же маленького мальчика прервался, когда он заметил второго присутствующего здесь, возле большого клена. — Позволь мне выпить твоей крови. Шото надеялся, что ему не придется заставлять кудрявого мальчика силой, что ему не придется быть таким же, как отец. — Н-нет… Выбора не было. Кудрявый мальчуган поспешно открыл бутылок со святой жидкостью, чуть проливая ее на себя. — Не подходи. — Мне придется. И ему пришлось. То утро навсегда запомнилось им обоим. Шото получил шрам на левой стороне лица, а кудрявый мальчик потерял жизнь. Когда вампир убегал обратно к матери, он заметил веснушки и застывшие изумруды в глазах.***
Еще одной причиной для того, чтобы запомнить это утро, был горевший труп его матери. Он без сил упал на колени, не желая воспринимать действительность. — Время вышло.
