Оши, там ЧАЙ ждет тебя и меня.

День. Солнце светило довольно-таки сильно. Оно пыталось прорваться сквозь плотно зашторенную занавеску. Инк и Эррор спали на двухспальной кровати. Они обнимались. Довольно таки милая поза. Наш белёсый скелет Омега приоткрыл свои (заводные) прекрасные очи. Он быстро прошелся взглядом по комнате, и не заметив ничего нового, он приподнялся на локтях. Мда… Память и вправду играет злую шутку. Особенно с Инком. Он кое-что забыл… Он забыл про течку. Инк потихоньку начал закрывать свои глаза. Но вовремя опомнившись, быстро встал, и побежал в ванну искать блокаторы. Инк забежал в ванну, и начал шариться в аптечке. Спустя долгих пять минут, Инк ничего не нашел. Точно! Инк же их не купил! Вот опять память подводит. — Инк? Доброе утро любимый.- сказал сонно Эррор, но почувствовав слабый запах клубничного зефира, исходящего от Инка, он напрягся. — Инк, с тобой всё нормально? — спросил настороженно Эррор. Инк стоял в ступоре. Услышав глухие шаги, исходящие из их спальни, Инка как ледяной водой окатило. Он понёсся к открытой нараспашку двери, и сделав все нехитрые махинации, закрыл дверь. Он начал постепенно отходить в ближайший угол. Уперевшись в стенку, Инк начал медленно сползать по ней. В дверь постучали… — Инки? Ты там? У тебя что-то не так? — говоря на грани возбуждения от столь манящего и вкусного запаха. — Инки~…- прохрипел Эррор. Ну что-же. Инк сам виноват. Сам кашу заварил, сам расхлебывай. Инк принял решение. Он начал подходить к двери. Странно, но чем ближе Омега к двери, тем отчетливей чувствуется очень приятный запах, темный шоколад с дикой вишней. Он прикоснулся к отмычке и провернул против часовой стрелки. Он открыл дверь, и чуть вышел из-за порога, огляделся. Впереди никого не было, но отведя взгляд в угол около двери в ванну, он увидел Оши, который сидел с закрытыми глазами и томно вздыхая. Открыв глаза, Эррор увидел еле стоящего на ногах Инка. Эррор моментально встал и прижал Инка к стене. Оба томно дышали, хотя еще ничего не делали. Оши впился своими «губами» к «губам» Инка. Эррор просился впустить его языки (их 5) в ротик к Инку. Инк недолго думав, приоткрыл ротик, впуская языки Оши. Их языки переплетались, словно показывали какой-то танец. Оши отстранился от Инки. Их соединяла тоненькая дорожка слюны, от желтого к синему, а по середине был зеленый. Но вскоре и Она порвалась. Эррор туманным взглядом посмотрел на Инка, дабы убедиться в том, что он не против «этого». Оши взял Инка на руки и понес в спальню. Кинув Инка на кровать, Эррор стал нависать над ним. Оши стянул шарф Инка, оголяя его гладкую, белёсую, с черными узорами шею. Насмотревшись ими, Эррор придвинулся ближе к Инку, и начал лизать Эрогенную точку любимого. Проводя языками, копируя узоры, он оставлял дорожку синеватой слюны. От Инка послышался первый тихий стон. Эррор впитав как губка этот звук, понял где будет лучше. Вот второй стон раздался от Инка, но уже более громче. Эррору нравилась эта симфония звуков. В ход пошла рубашка Инка и Эррора. Оши кинув их к шкафу, смотрел на идеально гладкие рёбра любимки. Ох, эти узоры, они завораживали Эррора. Глюк Приблизился к рёбрышкам Инки, и начал уже более быстрее вырисовывать эти незамысловатые узоры. Инк уже до хруста костей выгинался и уже не стонал, а прикрикивал от удовольствия. Глюкоза отстранился от рёбер Инка, и начал зубами стаскивать шорты Чернилки, а тот в свою очередь стиснул зубы. В помещении становилось жарче. — Оши, не медли… — сказал возбужденный до предела Инк — Нетерпеливый ты какой-то~ — сказал с усмешкой Эррор, отбросив шорты Инка в сторону. Оши, можешь пААХ~ — попытался сказать Инк, но он застонал в голосину из-за того, что Оши начал надрачивать неон любимого. Вверх-вниз, Вверх-вниз, скользила рука Оши по члену Чернилки. Иногда Оши прикрывал головку. Инк же оплачивался Эррору своими очень громкими стонами. Момент Икс. Инк кончает на ладонь Оши, издавая долгий и протяжный стон. Уже уставший Инк громко и прерывисто дышал, как и Эррор. Эррор снял с себя шорты и откинул их в кучку одежды у шкафа. — Инки, котёнок, сейчас будет немного больно — сказал Эррор как-бы успокаивая своего Истинного. Эррор вводит в Инка один палец. Затем второй. На втором Инк не выдержал, и начал сам насаживаться на пальцы. В ход пошёл третий палец. Вот на третьем пальце, Инк зашипел от боли и перестал двигаться. Спустя минуту растягивания, он приступил к главному. Глючный подставил свой неон к проходу Инка, и начал медленно входить. Войдя до основания, Эррор ждал, пока Инк не даст кивок или какой-нибудь другой знак. Эррор держался, он бы уже давно вдалбливался в очень узкого Инка, рвя его изнутри. Последовал кивок от Инка. Эррор медленно начал двигаться. Пока мы можем слышать только болезненное шипение Инка, и чуть слышное рычание от Эррора. Пока что боль перекрывала слабо ощутимое удовольствие. Шики боли постепенно переходили в громкие крики Инка, что сжимал крепко простынь, и рыки Эррора становились все громче. Эррор уже успел разогнаться до уже нормальной скорости. Инку было этого мало, и он сам двигался бедрами в такт с Оши, тогда Эррор входил еще глубже, что заставляло Инка громче кричать. Оши понял намерияни Инка, и начал двигаться быстрее. Вот Эррор разогнался уже до бешеной скорости, Эррор глядел на личико Инка. Полуприкрытые глазки и открытый ротик, с которого был виден радужный язычок Инка. Это они делали еще час. Вот решающий рывок, и Инк кончает, а затем и Эррор кончает в Инка. Его семя попало на рёбра и душу. — Оши…- сказал хрипло художник который глубоко вздыхал и томно выдыхал. — Что, котёнок.? — ответил Эррор, восстанавливая дыхание. — Я тебя люблю… — сказал Инк и сразу же отключился. — Я тебя тоже, котёнок- сказал это Эррор, поцеловал Инка в лобик, тоже уснул. Через 9 месяцев, у их рождается двойня: ПаперДжем и Градиент. Семья живет счастливо и по сей день.