Анабель

Это лето выдалось таким же знойным как в год знакомства Томаса и Аннабеллы. Солнце палило днем так, что от духоты и жара не спасала даже ночь. Ранним утром Томас ловил рыбу. Анабель с детьми играла на берегу озера у дома. Она взглядом поднимала небольшие ветки и они рисовали на зеркальной воде. Пятилетние Пелагия и Тэрон с восторгом наблюдали. Они были неразлучны. Дети смеялись, Пелагия разводила руки в стороны и представляла, что она птица, а Тэрон становился на четвереньки и начинал рычать как медведь. Анабель любила играть вместе с ними. И хоть растить их было тяжело, она никогда не жалела, о том, что они есть. - Вы чудо, которое послала мне мама,- говорила она детям. Материнство изменило Аннабеллу. Ее глаза стали немного уставшими. Волосы она теперь собирала в пучок или заплетала косу. Но в глазах все так же горело зеленое пламя. - Вы распугали мне всю рыбу, - заигрывая с малышами, сказал Томас. Он изменился больше всех. Из мальчика, который с трудом стрелял, годы сделали хорошего охотника. Он чувствовал лес, он дышал им, он знал его так хорошо, что мог бы пройти его вдоль и поперек с закрытыми глазами. Анабель видела его любовь к лесу. Иногда она просила его подстрелить такую дичь, на выслеживание которой уходило несколько дней. И Томас с упоением исполнял ее просьбу. Когда близнецам исполнился год, Анабель могла оставаться с детьми надолго. А Томас, где знаком был каждый шорох. - Мы просто играли, папочка, - дети налетели на Томаса. Анабель с любовью смотрела на него. Она могла одним взглядом поднять из глубин озера всю рыбу, но ей нравился довольный вид Томаса, когда он приносил свой улов. В кустах мелькнула непонятная тень. - Томас, ты это видел? - Нет. Ты о чем? - Мне кажется, в кустах стоит старуха. И она очень похожа на... бабушку. - Не ходи туда, Анабель, не нужно. - Томас, я в безопасности. Она не причинит мне зла. Уведи детей в дом, - ее голос звучал так мягко и спокойно, что Томас не стал спорить.Аннабелла побежала в лес, туда, где была старуха. Но старухи больше не было. Лишь на траве стоял кувшин с черной водой. Девушка взяла кувшин, посмотрела в воду. На несколько секунд она окаменела, а затем выронила кувшин и он разбился. Видение в черной воде было четким и повергающим в ужас. Она видела прикованного цепями Томаса. Он кричал от невыносимой боли. Палач пронзал его тело раскаленным докрасна железом. Она видела себя горящую заживо. Она видела своих убитых детей, все так же крепко держащихся за руку. Анабель словно ударила молния, тело покрыл липкий холодный пот, руки и ноги дрожали. Взгляд стал совершенно безумным, зеленые глаза стали еще больше. - Томас, Пелагия, Тэрон... нет! Я не могу этого допустить! - Анабель, милая, что с тобой? - Томас выбежал ей навстречу. Вид девушки испугал его. - Что там случилось в лесу? - Они убьют нас. Они убьют нас всех. - Анабель, объясни. - Томас, они убьют тебя! Они убьют наших детей!!! - крик Аннабеллы превращался в истерику. Эмоции переполняли. - Тише, тише, моя милая, - Томас крепко прижал ее к себе. Все такая же она была: невысокая, худая и очень эмоциональная. -Анабель, никто никого не убьет. Мы все решим. Главное - успокойся, - Томас смотрел ей прямо в глаза. В них горело зеленое пламя. Что-то дикое и неудержимое было в них. - Верь мне, пожалуйста,- слова Томаса были словно елей на истерзанную душу. Его небесно-голубые глаза успокаивали, а руки, крепко обнимающие, создавали невидимую защиту. Весь день сегодня они провели вместе. А к вечеру все было решено. - Уводи детей. У нас нет выбора. Здесь мы в опасности. Уходите далеко в горы. Чем дальше, тем лучше. Уходите так далеко, чтобы ни одна живая душа не смогла туда добраться. - Анабель, идем вместе. Я не оставлю тебя. - Нет, Томас. Я должна быть здесь. Они придут за мной. Я хочу быть готова. Хочу знать, что вы в безопасности. Когда все закончится - я найду вас! Обещаю! - Как ты найдешь нас? Лес бесконечен. - Мать всегда найдет дорогу в своим детям. Где бы они ни были. Как невыносимо больно было прощаться! Анабель обнимала Пелагию и Тэрона весь день, пока они не уснули. Такими родными они были. В них хотелось раствориться. Но с Томасом им будет спокойнее. Он вырастил ее, заботился как родной брат. Он знает этот лес лучше всех на свете. Да. Так будет правильно. Дети мирно спали в свое кроватке. Анабель сидела на коленях Томаса. Пальцы тонули в его русых волосах. Каждая клеточка ее тела умоляла не отпускать его. Слезы текли по щекам Анабель и капали на грудь мужчины. - Я люблю тебя, Томас, - дрожащим голосом прошептала девушка. Томас не ответил. Он только сжал в руках ее тело так, что стало трудно дышать. Этот поступок сказал Аннабелле намного больше, чем любые слова. Они оба знали -эта ночь станет последней. Время беспощадно летело. Нужно было идти. Незадолго до рассвета Анабель разбудила Пелагию и Тэрона. Мальчик сладко потягивался и зевал, а девочка сонно терла кулачками глазки. - Родные, вы пойдете с папой. Он найдет нам новый дом. - А ты мама? Ты с нами не пойдешь? К горлу подступил ком рыдания, слезы просились наружу. Анабель посмотрела на небо, сделала глубокий вход и улыбнулась детям. - Нет, мой родной мальчик. Я ненадолго задержусь здесь. Обещайте слушать во всем папу! Дети послушно кивнули. - Анабель, все готово, - выдавил из себя Томас. Девушка крепко обняла его. Ее тело нервно вздрагивало, но плакать при детях она не могла. - Уходите, иначе я не смогу вас отпустить, - Аннабелла опустилась на траву спиной к детям. Томас взял вещи и все оружие. Пелагия и Тэрон, дружно взявшись за руку, пошли за ним. Их детские голоса раздавались все дальше и дальше. Лесное озеро опустело и лишь птичьи голоса разбивали мертвую тишину.