Всего лишь дети

Сегодня было воскресенье, но Карла, против обычая, не привлекла своего сына к нудной и долгой уборке. Сегодня было воскресенье и к Эрену пришла в гости Микаса. Они дружили ещё с самого детства, с того дня, как Гриша вместе с маленьким Эреном навестил дом Аккерманов - осмотреть больную мать девочки. Понятно, что пока взрослые шептались о постельном режиме и огромных, как стена Мария, названиях лекарств, дети забились в уголок и тоже начали шептаться - о чём-то своём, наивном, ребяческом. Тогда-то они и подружились, тогда-то и взяли в привычку ежедневно убегать из дома друг к другу. Карла тихо усмехнулась, вспомнив, как Эрен вскочил, опрокинув стул, и бросился к двери, когда услышал тонкий, хрипловатый после болезни, голос Микасы. Она целый месяц не вставала с постели из-за сильнейшей простуды, а её товарищ места себе не находил от волнения - ему кое-как растолковали, что о встречах придётся забыть, пока Микаса не поправится. Когда она зашла, поправляя повязанный на шее красный шарф, Карле пришлось даже прикрикнуть на Эрена, который чуть не сбил девушку с ног, налетев на неё, как ураган и стиснув в объятиях. Потом... После молниеносно выпитого чая Эрен схватил подругу за руку и со словами "Мам, нам с Микасой надо поговорить!" потащил её в свою комнату. Девушка, едва успевая за его быстрыми шагами, извинилась и тут же скрылась за дверью вслед за Эреном. Карла не стала их останавливать - в конце-концов, дети месяц не виделись, пусть наговорятся. Прошло полчаса, а приготовленный обед начал тем временем остывать. Чего они там застряли? Специально, что ли, ждут, когда вся еда замёрзнет? Ну уж нет, кто-кто, а Карла Йегер такого не допустит! Пора и честь знать! Женщина скорыми, но тихими шагами подошла к двери и услышала по ту сторону какой-то странный звук, похожий на прерывистое дыхание. Решительно нажав на ручку двери, Карла распахнула её и... Эрен прижимал к себе девушку, запускал пальцы в чёрные блестящие волосы, обхватывал губами бледную шею, оставляя ярко-алые следы. Лицо Микасы покрывалось румянцем каждый раз, когда парень прикусывал нежную чувствительную кожу, но брюнетка не сопротивлялась этим дразнящим ласкам. Пальцы Эрена скользнули от волос вниз, расстёгивая пуговицы на рубашке Микасы - одну за другой, а та, вцепившись в смуглые плечи любимого, вскрикнула от наслаждения, когда одна рука шатена стала поглаживать её поясницу, а другая проникла между ног... Карла аккуратно прикрыла дверь. Что она только что увидела? Её сын никогда не говорил ей о том, что он с кем-то встречается, а тем более - занимается такими вещами в свои пятнадцать лет. В пятнадцать! Они же, два подростка, ещё о взрослой жизни и думать не должны. Им ещё и свадьбу играть рано, не говоря уже об интимной близости. Только вот Эрен... У него было такое счастливое лицо, когда он смотрел на Микасу. Он смотрел на девушку, которую искренне любил и он искренне хотел сделать её своею. И Микаса смотрела на него взглядом взрослой любящей женщины, счастливой от осознания того, что она может быть рядом со своим возлюбленным. Кто из них сейчас вообще думал о морали или каких-либо общепринятых среди благочестивой молодёжи правилах? Стоит ли женщине делать вид, что всё в порядке? Стоит ли... Карла задумчиво окунула полотенце в жестяной таз. Нет, она была совсем не против отношений Эрена и Микасы. Микаса - серьёзная, спокойная, хозяйственная, замечательная девушка для сына Карлы. Да и он сам, парень, который всегда с трудом сходился с людьми, постоянно волновался о ней, поправлял шарф на её шее и проводил с ней гораздо больше времени, чем со своей семьёй. А потому, если они и правда будут счастливы... ...то пусть занимаются тем, что им нравится. *** - В следующий раз так долго не болтайте, - ворчливым тоном сказала Карла, садясь за стол и расправляя отстиранное полотенце на коленях, чтобы не испачкаться во время еды. - Весь обед в ледышку превратится, пока вы там наговоритесь. Микаса покраснела и уставилась в тарелку. Эрен слегка дёрнул плечом и ясно улыбнулся: - Прости, мам. Но мы ведь уже не дети, чтобы так нас опекать. Карла посмотрела на сына, фыркнула, но ничего не сказала. Всё равно эта парочка для неё - всего лишь дети. Пусть они и стали так неожиданно взрослыми на её глазах.