- Я вообще-то замужем!

Нельзя устать тебя любить, Такое — не надоедает! И лишь тебе тепло дарить, Которого никто не знает.

      Она была полностью довольна своей жизнью.       Сейчас она сидела на диванчике в хорошем ресторане, где играла спокойная мелодичная музыка, и тихонечко пила свой апельсиновый сок. Вокруг иногда проносились официанты, методично постукивая каблуками, а за соседними столиками сидели повзрослевшие одноклассники и неторопливо поддерживали беседу, рассказывая друг другу, как у каждого сложилась жизнь, изредка посмеиваясь, вспоминая старые школьные годы. От такой уютной атмосферы у девушки потяжелели веки: она поставила сок на стол, опрокинулась назад, кладя голову на спинку дивана, и задремала. - Маринетт! - отдалённо услышала она радостный, смутно знакомый голос, до сих пор пребывая в дреме, - Маринетт, - повторился он вновь, однако уже теряя весь свой восторг, - Маринетт Дюпен-Чен, просыпайтесь немедленно, или я за себя не отвечаю! - грозно произнося это, обладатель голоса потряс её за плечо, напрочь прогоняя остатки сна.       Вскочив с места, девушка, а по совместительству бывшая героиня Парижа, уже собралась рвать и метать, но увидев кто перед ней стоит, тут же расслабилась и весело улыбнулась: - Алья, как я рада тебя видеть! Я так скучала, - сказала Маринетт подруге и крепко обняла её. Сезер совсем не изменилась за все эти годы, разве что черты лица стали взрослее, и извечная рубашка с джинсами сменились на лёгкую водолазку с клетчатой юбкой. - Ах ты соня, я тоже очень сильно скучала... и давно хотела вернуться во Францию, навестить тебя или даже просто написать, но всё как-то не получалось выкроить время... - она заметно расстроилась, видно, очень переживала по этому поводу. - Да, я понимаю, учёба в Америке, наверное, занимает много времени, так что не стоит извиняться. - Нет, все равно, прости меня, надо было найти хотя бы минутку и позвонить своей лучшей подруге, - корила себя Сезер, - Обещаю, что больше такого не повторится, - она снова задорно улыбнулась и, уже окончательно придя в себя, хитро посмотрела на Маринетт, - Ну давай, рассказывай самое интересное, как дела на личном фронте? Встречаешься с кем-нибудь сейчас? - Маринетт лишь рассмеялась от такого нелепого вопроса. - Сначала ответь мне, как у вас с Нино обстоят дела, - Алья от упоминания имени её возлюбленного встрепенулась и отвела взгляд в сторону, будто бы не двадцатитрёхлетняя женщина, а школьница, ей-Богу. - Мари, я как раз хотела тебе сказать, - она выдержала театральную паузу, - он недавно предложил мне съехаться, стоп, спокойно, не кричи, я ему сказала: "Я подумаю", так что не радуйся пока. - Но почему? Это ведь так здорово, - начала Маринетт, но потом в мозгу что-то щелкнуло, и она поняла, - или ты...? - Нет, это не то, просто я считаю, что ещё рано и... - девушка не договорила, так как увидела что-то очень интересное, что-то, что её шокировало. Маринетт проследила за взглядом подруги, - Ничего себе, это же Адриан-тот-который-Агрест с ребёнком! И с Хлоей, - поражённо ахнула она, глядя на них, - Сколько же много я пропустила! Маринетт, как ты...- вновь не смогла закончить свою фразу Сезер, потому что на её глазах брюнетка, смотрящая на школьный объект обожания, расплылась в блаженной улыбке. - Бедная, ты до сих пор по нему сохнешь, - сочувственно посмотрела на Маринетт давняя подруга, ничуть не сомневаясь в своих словах. - Боже, Алья, конечно же, нет! Я вообще-то замужем! - сказала она и продемонстрировала обручальное кольцо на безымянном пальце левой руки. Эмоции Сезер были просто неподражаемы: она то открывала рот, то закрывала, словно рыба, бледнея и краснея одновременно. Девушка многое ожидала узнать нового о своих бывших одноклассниках, но это уже перебор. А главное - от лучшей то подруги! После этого немого спектакля, она всё же собралась с мыслями и еле выдавила из себя: - Когда? Кто? - Года так четыре назад... Я тебе писала, но ты была настолько занята журналистикой, что и не заметила, не волнуйся, я не в обиде. Кто? Ну муж мой, Кот Нуар, знаешь такого? Алья потупила взгляд и простояла на месте, словно вкопанная, минут пять, переваривая полученную информацию, а потом взвизгнула, как ненормальная, на весь зал, бросаясь Маринетт на шею. - Охренеть не встать, ну ты даёшь, Мадам Нуар! Давай, колись, я хочу все подробности, и это не обсуждается, - журналистка, готовая услышать чуть ли не всю историю её жизни или хотя бы той части, когда её не было рядом, навострив уши, уставилась на подругу в ожидании.       В то время Адриан-тот-который-Агрест уже давно перестал вникать в Хлоин рассказ и старался незаметно коситься в сторону Маринетт. Он совершенно не удивился, когда краем глаза увидел рядом с брюнеткой Алью, но, услышав громкий взвизг последней, Адриан, как бы не в значай, подошёл к ним поближе и начал прислушиваться к разговору, что не осталось незамеченным для бывшей Дюпен-Чен. - Для начала, Алья, я хочу поделиться с тобой маленькой тайной, - специально громко прошептала Маринетт, - Я беременна, - Адриан лишь усмехнулся, гладя по белобрысым волосам первенца, а Алья, радостно захлопав в ладоши, вновь принялась обнимать свою подругу. - Мари, я так рада за тебя, - счастливо сказала она. - Спасибо, дорогая, но это не главная новость, об этом даже мой муж знает, - ответила девушка, демонстративно смотря на Агреста, однако Сезер не обратила на это внимания, - у меня двойня!       Маринетт чуть не засмеялась в голос, когда лица Альи и Адриана одновременно вытянулись в струнку. Последний, первый отойдя от шока, с широчайшей и наиглупейшей улыбкой на лице ринулся к брюнетке, взял её вместе с ребёнком на руки и молниеносно выбежал из ресторана. - И что только что произошло? - спросила в пустоту Алья и непонимающие уставилась на место, где секунду назад сидела её подруга. - Агресты произошли, - Сезер подпрыгнула на месте, когда позади неё внезапно оказалась никто иная как сама Хлоя, - Вот ведь... Обещали же больше так не делать! Каждый раз одно и то же: то один предложение сделает, то другая забеременеет, то ещё что-нибудь, а их и след простыл, надоели... - хмыкнула она и ушла в сторону Натаниэля, который в свою очередь приобнял её и нежно поцеловал в висок, полностью игнорируя громкий крик: - Как же много я пропустила!