Возлюби ближнего своего

      В конце концов, Джэхен привык. Он привык к своей натуре, к тому, что ничего кроме зла он не приносит, к тому, что где он — там и смерть. Но сейчас все равно все ощущалось по-другому. Он не мог никак осознать, что этого человека больше нет в этом мире. Куда он попал? В рай, ад или, может быть, чистилище? Во всяком случае, даже если тот в аду, им не суждено встретиться, потому что туда Джэхен вернётся ещё не скоро, да и там не быть им вместе, ведь он демон, а Тэен лишь душа человека, который отправился в Ад по его вине.       Уже полвека прошло со смерти Тэена, и Джэхен все ещё не может забыть его. Как только он закрывает глаза, то видит окровавленное тело парня, который умирал прямо на его руках, пытаясь что-то сказать в самый последний момент. Что-то, что Джэхен еле-еле разобрал.       Чон самолично хотел изничтожить самым жестоким образом того, кто сказал, что демоны ничего не чувствуют, что демоны не могут влюбиться, потому что он на личном опыте убедился, что все это полный бред.       Ещё больше добивали люди, которые кричали, что их любовь умерла, что они больше не знают, как жить. "Что ж," - думал Джэхен, - "Вы хотя бы умереть можете, а я вынужден видеть его лицо каждый раз, как закрываю глаза, вечность."

***

      Ещё через пару веков Джэхен смог вернуться в Ад, как закончил выполнять то, что ему поручили, то, зачем он и отправился в человеческий мир.       А Ад не изменился. Каким он был с начала мироздания, таким и остался по сей день. Чон на самом деле даже рад был снова оказаться тут. Ведь мир людей слишком шумный, грязный, а некоторые подлости не снились даже самому Люциферу. На самом деле, по мнению Джэхена, Ад ещё Рай по сравнению с миром людей, как бы абсурдно это не звучало.       Демон разместился вальяжно в своём кресле, слыша отовсюду стоны мучеников и усмехаясь. Но усмешка пропала с лица, когда он подумал, что среди этих стонов могут быть и стоны Тэена, потому что за связь с демоном его, скорее всего, сюда и отправили. Теперь же эти стоны и крики не звучали так сладко, как это казалось, а больше раздражали Чона, из-за чего он раздражённо вздохнул и прикрыл глаза. Но тут он услышал голос одного из своих слуг. — Господин, к вам пришли, могу я запустить посетителя, или вы ещё отдыхаете? — покорно встав на колени перед демоном, спросил слуга, бывший когда-то властным демоном, но наказанный за свои гадкие действия. Да, в Аду тоже есть свои законы. — Я думаю, вы будете рады его видеть...       Чон видел, как на лице того появилась усмешка, но не понимал, от чего это. Не желая что-либо спрашивать, он махнул рукой, чтобы тот пускал гостя, а сам удалился.       Но каково же было его удивление, когда он увидел, кто именно к нему пришёл. Он подскочил с кресла и подошёл к гостю, осматривая его с ног до головы, поворачивая, даже принюхиваясь. — Тэен?! Но как, как ты стал демоном? — в неверии произнёс демон, которому до сих пор казалось, что его дурят, что это мираж какой-то. — Это долгая история, и сомневаюсь, что ты захочешь услышать её полностью. Тем более, что ты сам должен знать, как люди становятся демонами, и через что им надо пройти ради этого, — сказал парень, который совершенно бессовестно уселся на кресло демона, который был выше его по положению, и вытянул ноги вперёд. — Знаю, но на это нужно почти тысячелетие, а ты умер всего двести пятьдесят лет назад, — кивнул Джэхен, садясь напротив него. — То, что тебя мариновали столько, не значит, что все настолько медленно меняются, — усмехнулся парень и сверкнул глазами, сметая с Джэхена всю одежду, — теперь ты так походи. А то ишь... Безнаказанным думал будешь? — Боже, что за детский сад? — закатил глаза Чон, щелкая пальцами и возвращаясь себе одежду. — Ты будто сюда мстить пришёл и нисколько не соскучился. Я ведь и обидеться могу. — Ага, тебе что, всего пару веков, чтобы на такие штучки обижаться, ай, Джэхен-а, я думал, ты взрослый мальчик, — посмеялся демон, но потом сразу стал серьёзным и притянул к себе в объятия парня. — Конечно, соскучился, дурак.

***

      Казалось, это конец. Казалось, что все будет хорошо и дальше, ведь Тэен рядом, он никуда не убежит, но случилось другое. За свои деяния на земле, за то, что он издевался и над встречающимися ему ангелами, которые не несли ему угрозы, он был приговорён к заточению и казни.       Тэен посещал его каждый день, не отходил от его клетки почти ни на шаг, пытаясь протиснуть свою руку сквозь прутья решётки, чтобы дотронуться до руки демона, но каждый раз, когда он пытался это сделать, прутья решётки жгли его руку, заставляли покрыться её красными лопающимися волдырями. И каждый раз, как бы он ни пытался преодолеть эту боль и дотянуться, он с криком отрывал руку, когда оставались миллиметры. То же самое происходило и с Джэхеном.       Ожидание смерти никогда ещё не было настолько пугающим. Около столетия назад, до возвращения в Ад, он даже обрадовался бы, если его решили бы тогда казнить. Ведь тогда вечность казалась ему слишком большим и тяжёлым бременем. Но почему этот приговор свалился на него сейчас, когда он по-настоящему счастлив? Видно, такова его судьба.       Но однажды у них получилось соприкоснуться обоженными, изуродованными руками. И это был день казни, когда его выводили из клетки, чтобы отправить в Рай, где приговор и будет исполнен. С одной стороны он был отчасти рад, что не увидит Тэена там, потому что не хотел, чтобы тот мучался так же, как и он до встречи с ним в Аду. Но с другой стороны, Тэен тот, кого он хотел бы увидеть в последнее мгновение жизни.       В тяжёлых каналах, не дающих никак использовать свою силу, Джэхен стоял и ждал, пока ангелы спустятся за ним. Но эти кандалы были ничем по сравнению с тем, что в числе демонов, которые его стерегли, был и Тэен. Тэен, который поцеловал на прощание, думая, что так будет легче, но нет. Из-за этого стало тяжелее в сотни и тысячи раз им обоим.       Его не волновало ничего больше. Ему все равно было, кто его вёл и куда, какие ангелы его сопровождали и какие пытки на нем применяли следующие пятьдесят лет. Всё равно ему было и то, что эту мучительную казнь над ним совершал Доен, тот, кто был парнем друга Тэена когда-то. Единственное, что помнил демон до самого последнего вздоха, — последний поцелуй Тэена, отчаянный и горький. Последний образ, который возник в сознании демона перед самой смертью, — счастливо улыбающийся Тэен.