Мстители и принцесса Стив

Пустая бутылка, раскрученная Питером, наконец-то начала останавливаться. Подвыпившие Мстители, за исключением Стива и Тора, внимательно следили за стеклянной тарой, уповая на то, чтобы она не попала на них. Питер в последнее время научился мастерски играть в подобные игры и придумывать довольно дерзкие задания или вопросы. Паучок слишком быстро учился, хотя, стоит ли удивляться, учитывая, кто его учитель? От Тони парень перенимал все самые паршивые черты его характера, вдобавок к этому попадая под влияние чокнутого Уэйда Уилсона. Единственное, что удерживало Питера от движения по наклонной — Стив Роджерс. Одного взгляда кристально-голубых глаз хватало, чтобы Питер начинал каяться во всех грехах и зарекался больше так поступать. Капитан обладал над мальчиком чудовищным влиянием. Бутылка указала горлышком на изрядно подвыпившего и расслабленного Тони. Тот фыркнул и расправил плечи, готовый ко всему, даже к вторжению инопланетных уродцев. Он был уверен в себе, как и всегда, впрочем. — Правда, — сразу определил Старк, поскольку предыдущие два раза у него был Вызов. И оба он блестяще выполнил, стоит отметить. С воистину старковским размахом. Бартон до сих пор неуютно ерзал на стуле, поскольку Тони собственной рукой засунул ему в штаны несколько кусочков льда. Хорошо хоть, что не прямо в задницу. Клинт бы не пережил. — Ну, давай, пацан, спрашивай, — Тони отпил немного виски, самоуверенно переглядываясь с Питером. Тот улыбался приблизительно так же, как и Старк, прекрасно зная, что именно спросить. Как-никак, он ждал этого целый вечер. Один единственный вопрос, который должен был многое изменить и прояснить. — Мистер Старк, как вы относитесь к капитану Роджерсу? — все же задал вопрос Питер, самодовольно сверкая глазами. Честно, он понятия не имел, как именно отреагирует Старк, но он ведь не настолько слепой, чтобы не заметить, как его названный отец постоянно дольше обычного задерживается взглядом на фигуре капитана, следит за ним, пока никто не видит, и едва не в рот смотрит. Мальчишка был уверен, что Тони по уши втрескался в Стива и собирался помочь этим двоим. Потому что сам капитан, видимо, тоже был неравнодушен к великому гению. А простодушие Паркера не позволило бы ему оставить все, как есть. Только вот атмосфера разом помрачнела после вопроса. Старк саркастично вскинул брови и посмотрел на застывшего, пятнами краснеющего Стива. — Опа, какой поворот, — усмехнулся гений. — Роджерс, это ты подговорил пацана задать идиотский вопрос? Кажется, я говорил, что то, что мы трахнулись один раз, ничего не значит. Это был просто секс, трах на один раз. Я не интересуюсь лабораторными экспериментами прошлого столетия. Стив окаменел. Все его мышцы разом напряглись, грозясь лопнуть. В воцарившейся тишине было отчетливо слышно его слишком тихое, свистящее дыхание. Большие и сильные ладони сжались в кулаки с такой силой, что сидящий рядом Питер увидел дорожки крови, стекающие по коже прямо на пол. Он уже сотню раз пожалел о том, что задал вопрос. Он помочь хотел, сделать так, чтобы эти двое были вместе, а не делать Стиву настолько больно. А в том, что капитану больно, Питер не сомневался. В его голубых глазах плескалось такое отчаяние, что не почувствовать его самому Паучок не мог. — Стив, — тихонько позвал он, разрывая полог гнетущей тишины. Тот дернулся от звука его голоса и повернулся, чуть улыбаясь уголками губ. — Простите, но больше играть я не буду, — сообщил он хриплым голосом, в котором чувствовалась адская боль. Поднявшись, он захватил с собой недопитую бутылку пива и пошел прочь. Всегда прямая, сейчас его спина была сгорблена. Стоило Стиву скрыться, все посмотрели на Старка. Тот удивленно вскинул брови, понятия не имея, с чего все вдруг на него обозлились и одними глазами готовы были на куски порвать. — И чего глазками стреляете? — спросил он шутливо. — Продолжаем, или как? — Какое же ты дерьмо, Тони, — процедила Наташа, выходя вслед за Стивом. — Я такого от вас не ожидал, мистер Старк, — вторил ей Питер, разочарованно выдыхая и тоже покидая гостиную. Остальные последовали их примеру, оставляя Тони в гордом одиночестве в окружении пустых бутылок. Тот пьяными глазами осмотрел комнату и, фыркнув, продолжил прикладываться к бутылке, не обратив внимание на изменение в атмосфере. Питер же спустился на нижние этажи. Он хорошо знал Стива, поэтому знал и то, что душевную боль тот преодолевал физической, тренируясь едва ли не до потери сознания. Остальные Мстители не вмешивались, давая Питеру шанс самому поговорить с капитаном. И мальчишка был за это благодарен. Все же, это случилось из-за него. Стив колотил боксерскую грушу с таким остервенением, что долго она явно не будет способна продержаться. Он часто и прерывисто дышал, голыми руками отрабатывая удар за ударом. В зале отчетливо пахло кровью, поскольку капитан до мяса содрал все костяшки и продолжал издеваться над собственными руками, даже не кривясь от боли. — Стив, — робко позвал Питер, входя в зал. Роджерс дернулся и замер, словив грушу руками. Скорее всего он ждал, что за ним пойдет Тони, но Железный человек был слишком пьян, чтобы вообще иметь возможность передвигаться. — Лучше тебе сейчас не находиться рядом со мной, Питер — могу покалечить, — оповестил Стив. — Калечь, я заслужил, — Питер не был бы против. Он виноват. Он причинил боль тому, кого никогда не хотел ранить. Паркер готов был сам сотни раз получать, только бы не видеть боли в голубых глазах. Стив был больше, чем отец, для него. Он помогал, он учил, он поддерживал, он направлял. Был рядом в любой, даже в самый дерьмовый период в жизни. — Если бы я не спросил… — Я бы не узнал и дальше продолжал тешить себя надеждой на что-то, — оборвал капитан. — Поэтому я должен сказать тебе «спасибо». — Но ты ведь…! — Питер, забудь, ладно? Все хорошо, так и должно быть. — Черта с два! — выругался мальчишка, упрямо надувая губы. — Он тебя глазами пожирает постоянно! Ловит каждое движение! Это не может быть правдой! — Не выражайся, — привычно заметил Стив, чуть улыбаясь и устало опускаясь на маты. Его руки все еще кровоточили, и Питер попросил Джарвиса доставить аптечку. — Тебе просто показалось, Питер. Тони такой, какой есть. Он не привязывается к людям. Я знал, на что шел, когда… Он не договорил, но Паркер понял и сам. «Когда переспал с ним». Парень хотел спросить, когда это случилось, но не стал. Стиву и так было слишком больно, и как боль унять, Питер не знал. Он опустился рядом с капитаном на маты и принялся обрабатывать его раны, промывая содранные костяшки и перебинтовывая их. Стив не издал ни звука, даже не зашипел. Он словно вообще был не здесь. Взгляд был пустым и отрешенным. И Питер не выдержал, утыкаясь лбом в сильное плечо, тихо выдыхая: — Прости. Стив в ответ улыбнулся, приобнимая мальчишку и коротко целуя в лоб.

***

Проснувшийся утром Старк обнаружил три неприятных факта. Первый, ему было ужасно хреново, словно вчера он выжрал не один литр алкоголя. Второе, Джарвис всячески пытался подгадить ему по неизвестной причине и отказывался даже разговаривать. Он насыпал соль в кофе Тони вместо сахара, якобы случайно вылил ему на голову целый графин воды и регулируя температуру душа, снизил до минимума, из-за чего Старк едва инеем не покрылся. И, наконец, третье, Мстители показательно игнорировали его и отворачивали головы. Даже Питер. — Какого хрена происходит, объяснит мне кто-нибудь? — спросил Тони. — С чего неожиданный бойкот? Я вчера во время игры задавал слишком безумные задания или как? В ответ молчание. И только Питер коротко попросил: — Джарвис, пожалуйста. — Как скажете, мистер Паркер, — отозвался тот вежливо, хотя самому Тони отвечал так, словно резко стал снежной королевой. Посреди кухни появилась голограмма с изображением. Гостиная, сборище Мстителей, куча пустых бутылок. Горлышко указало на Тони, и Питер задал вопрос: — Мистер Старк, как вы относитесь к капитану Роджерсу? Тони дернулся, напрягаясь. Голова неожиданно отдалась болью, словно кто-то только что ударил его по затылку. В горле пересохло, потому что дальше последовало, после затянувшегося молчания: — Опа, какой поворот. Роджерс, это ты подговорил пацана задать идиотский вопрос? Кажется, я говорил, что-то, что мы трахнулись один раз, ничего не значит. Это был просто секс, трах на один раз. Я не интересуюсь лабораторными экспериментами прошлого столетия. После голограмма исчезла, оставляя Тони стоять посреди кухни с открытым ртом и постепенно приходящим осознанием того пиздеца, который он вчера устроил по пьяни. В жизни Старка, к сожалению, было много дерьмовых моментов, в которых он чаще всего сам был виноват, но вот это — это апофеоз, черт подери. Вчера он окончательно похерил свою жизнь без малейшего шанса на исправление ошибки. Это было самое дерьмовое, что он мог сказать в пьяном угаре. И хуже всего были не сами слова, а то, что он намеренно соврал человеку, которого любил больше, чем себя, — черт возьми, это говорит о многом! — боясь показать настоящие чувства. Он буквально смешал с грязью Роджерса своими словами, выставив его шлюхой, с которыми он раньше коротал время каждую ночь. Только вот шлюхой Стив не был никогда. И Тони больше всего на свете хотел получить его, боясь в ту ночь даже коснуться не так, как нужно. — Вы довольны, мистер Старк? — издевательски поинтересовался Питер. Тот некстати заметил, что мальчишка все больше становится похожим на самого гения. Тони раскрыл было рот, но заткнулся, потому что на кухню вошел Стив. Заспанный, в растянутой майке и хлопковых домашних штанах, с растрепанными волосами. Старк бы полмира отдал, чтобы видеть его первым каждое гребаное утро. — Доброе утро, — поздоровался Стив, зевая и поднимая голову. Тони едва не умер в тот момент, когда капитан посмотрел на него. Потому что когда-то яркие голубые глаза были пустыми. Роджерс улыбался, механически растягивая губы в улыбке, но глаза его были тусклыми. Его словно убили изнутри, разорвали на куски. И Старк сделал это своими руками. — Стив, — жалобно, задушено позвал Тони, делая шаг навстречу, но Стив дернулся, отступил, не подпуская. — Мистер Старк, — он чуть наклонил голову, а Тони едва пополам не согнулся от того, как кольнуло внутри. Даже палладий не доставлял ему такой боли, как собственная глупость. Его жрало заживо осознание того, что он натворил. Стоило попытаться приблизиться еще раз, между ним и Стивом вырос Питер. Решительный, абсолютно точно собирающийся надрать задницу своему отцу. Тони бы улыбнулся и пошутил про сыночка, защищающего свою мамочку, но сейчас атмосфера не располагала для шуток. Один Тор чего стоил. Асгардец явно был не на стороне Старка, держа наготове молот. — Стив, давай поговорим, — попросил миллиардер. — Вы, кажется, все сказали вчера. Есть, что добавить? Есть, черт подери! От первого до последнего слова сказанное Тони — полная ложь. Никогда в жизни он так не думал. — Стив… — Простите, мистер Старк, — Стив отвернулся, направляясь к холодильнику за молоком. Тони смотрел ему в спину и чувствовал себя самым большим кретином на свете. А еще это вежливое до зубовного скрежета «мистер Старк» раздражало. Но сейчас Тони сдался, потому что расклад был не в его пользу. Так просто к Стиву его не подпустят.

***

Жизнь для Старка превратилась в настоящий ад. Даже в плену он не чувствовал себя так дерьмово. Там хотя бы знал, что делать, а здесь даже проблеска мысли не было. Стива ревностно охраняли, словно музейный экспонат. Даже Питер и тот встал против него, зыркая большими глазищами всякий раз, как Тони мелькал на горизонте. И хуже всего было не это. Хуже всего было равнодушие. Чертово равнодушие Стива. Его поддельно вежливый тон, натянутые улыбки и холодный тон. Тони словно не существовало для него. Он мог даже внимания на него не обратить, хотя они стояли на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Тони убивало это. Хотелось рвать и метать, только вот разорвут его, если он хотя бы попытается Роджерса коснуться. Наташа даже как-то пушку на него направила. Стив ей всегда нравился больше, чем Тони, поэтому жалеть миллиардера она бы явно не стала. А Тони загибался, словно его снова отравлял палладий. Он так привык к теплому голосу Стива каждое утро, к его недовольному пыхтению, когда кто-то использовал бранные слова, к тихим, мимолетным улыбкам и светящимся голубым глазам. Как наркоман, Тони подсел на Стива. Наблюдать за ним стало привычкой, потребностью. Находиться рядом, слышать голос тоже. Тони наблюдал за капитаном каждый день через камеры слежения под язвительные комментарии Джарвиса. Его собственное изобретение и то восстало против него. Второй Альтрон, честное слово! — Вместо того, чтобы наблюдать, могли бы попытаться все исправить, — заметил искусственный интеллект слишком саркастичным голосом. Надо бы перепрограммировать его, чтоб неповадно было. Тони как раз наблюдал за тем, как капитан принимает ванну, блаженно растянувшись во весь рост по шею в пене. Его голова была чуть откинута назад, глаза прикрыты. Влажные волосы липли к щекам и лбу. Стив казался еще более молодым сейчас. Старк откровенно любовался, едва не впечатываясь лицом в экран. — Заткнись, Джарвис, — процедил гений. — Если бы не устроили оборону Стива, я бы давно попытался сделать хоть что-то. Ты даже меня на его этаж не пускаешь! Хотя я твой создатель! — Капитан Роджерс импонирует мне больше, — признался Джарвис. Тони не сомневался. К Стиву все слетаются, словно мухи к меду. Барнс, Сэм, Наташа. Даже Халк как-то проникся к капитану симпатией и выполнял его приказы во время миссий. — Продажный засранец, — процедил Старк беззлобно. — Впусти меня к нему на этаж, Джарвис. — Зачем? Озвучьте вескую причину. — Точно перепрограммирую, — рыкнул Тони. — Извиняться буду. С размахом. Я сдохну, если еще хотя бы день буду терпеть этот театр игнора. Джарвис не ответил, но даже по его молчанию Тони понял, что паршивец доступ не откроет. А если гений попытается взломать собственную систему, она в ответ попытается его обставить. Он дал Джарвису слишком много воли, за что теперь вынужден расплачиваться. Программа стала слишком развитой и самостоятельной. — Давай же, Джарвис! — едва не взмолился Тони. — Я не могу больше. Он мне нужен, пойми ты это, а вы устроили тут Берлинскую стену между мной и Стивом. Джарвис снова не ответил, а Тони наблюдал за тем, как капитан встает из ванны, представая во всей своей первобытной красоте. У миллиардера аж дыхание сперло. Он вспомнил так отчетливо, каково это — касаться тела Стива, слышать его надрывные стоны и заставлять его выгибаться. Тот секс был самым лучшим в жизни Тони. Хотя нет, не секс. Это было чертово занятие любовью. Трахался Тони жестко, даже не позволяя к себе прикасаться. — Доступ разрешен, — оповестил Джарвис механическим голосом. — Постарайтесь снова все не испортить, мистер Старк. Мстители в стороне не останутся. Господи, сколько у Стива, оказывается, охранников нашлось. Все норовят честь принцессы защитить. Тони словно из лап драконов капитана вырывать собрался, честное слово. Свободного прохода, однако, Джарвис ему не обеспечил. Ну точно, продажная программа! Вопрос с этим нужно будет как-нибудь решить. Хотя, Тони думается, что ни черта он делать не станет. Это ведь Джарвис, а он ему нравится. Как-никак детище Тони Старка, лучший друг, можно сказать, хоть и искусственно созданный. К тому же в глубине души Тони понимал, что заслужил все это: и чертов бойкот, и равнодушие Стива. После такого мало было бы даже в рожу заехать, чего капитан не сделал. Тони бы сделал, если бы на него такое дерьмо выплеснули. Поднявшись из своей лаборатории на лифте без особых происшествий, поскольку никому из Мстителей тоже покататься не захотелось, Тони оказался на этаже Стива. Каждому из Мстителей в башне был отведен отдельный этаж, который они могли обустраивать, как захочется, и жить в свое удовольствие. А что, Старк ведь не жадный. Главное, чтобы не громили, на остальное ему плевать. И если остальные Мстители самовлюбленно принялись обустраивать свои этажи, то Стив ничего менять не стал, оставив все, как задумывал Старк. К тому же Роджерс здесь почти не появлялся, проводя все время либо на миссиях, либо в гостиной. Сюда поднимался только поспать или же принять ванну. Как Тони заметил за последнее время беспрерывного наблюдения за капитаном, воду тот любил до безумия. Старк ощущал себя чертовым ниндзя. Ну, честное слово. Он, взрослый мужик, зарабатывающий миллионы и надирающий задницы пришельцам и плохим парням в железном костюме, сейчас едва ли не пытался со стеной слиться, пробираясь в комнату к Стиву. Кому рассказать, со смеху попадают. Не хватало только костюма соответствующего и всяких игрушек ниндзя — и был бы полный набор. Тони тихо ступал по плиточному, холодному полу босыми ногами, оглядываясь в полутьме, поскольку в большей части этажа не горел свет. Тонкая полоска виднелась лишь из-под двери Стива. — Далеко собрались, мистер Старк? — знакомый голос едва не добавил Старку седых волос на голове. Он дернулся, хватаясь за сердце и отчаянно пытаясь отдышаться. Да что ж за день такой, черт подери? Сразу Джарвис, теперь вот его собственный сын, по-турецки сидящий на кожаном диване. Питер не выглядел особо довольным от созерцания собственного отца. Хмурил брови и кусал губы. Но враждебности от него Тони не чувствовал. — Так, ты следующее препятствие на пути к моей принцессе, что ли? — шутливо спросил Тони. — А пугать так зачем? Для большего пафоса? — Какой принцессе? — Питер захлопал глазами, при этом выглядя чрезвычайно комично. Тони даже прыснул от смеха ненароком. Потом до Паука, конечно, дошло, о ком речь, и он снова нахмурился. — Думаете, это смешно? — фыркнул Питер. — Я вас к нему не пущу. Вы уже достаточно натворили, а ему больно, вообще-то. Тони тяжело вздохнул. Кажется, даже этого ребенка придется убеждать в том, что свою вину он осознал и теперь пытается все исправить. Очередной квест. У Старка скоро глаз дергаться начнет. Неужели все серьезно думают, что он настолько сволочь? Нет, причины так думать, конечно, есть, но Тони же исправился, стал лучше. Да он вообще просто лапочка! — Так, малец, — Тони подошел к Паркеру и опустился рядом с ним на корточки, — раз вы все дружно решили проверить меня на прочность, объясняю еще и тебе. Я свою ошибку осознал целиком и полностью. Я не настолько ублюдок, Питер, пойми это. Ты ведь наблюдал за мной, пока я наблюдал за Стивом, пронырливый ты Паук! Должен был заметить. — Я заметил, — недовольно согласился он. — Верил, что вы его любите, а вы ему такое… — Да неправда это, понимаешь? — невольно сорвался Тони и тут же приглушил громкость — не надо, чтобы Стив обнаружил его раньше времени. — Я был пьян в стельку и едва ли вообще соображал, что говорю. Боялся, что раскроют меня, потому и сказал. Тот раз со Стивом… это было лучшее, что я пережил, хотя тебе об этом знать вот уж точно не надо, мелкий еще. — Не мелкий я, — надулся Питер, смотря на Тони из-подо лба. Большие глаза выражали недоверие, но одновременно Питер безумно хотел верить своему непутевому папочке. И он боролся между двух зол, считая, что будет лучше. Он хотел защитить Стива, это Тони понимал. — Вы правда любите его? Вопрос прозвучал настолько искренне, что Тони попросту сдался. До чего же милый ребенок. Откуда только на голову свалился? Ах да, Тони же сам его на эту самую голову и нашел, а теперь вот выкручивайся. — Да, черт возьми! Да! — признаваться было тяжело даже Пауку. Обличать чувства в слова — это то, чего Тони всегда был лишен. Не научили, видимо. Даже матери он тогда не сказал ничего, перед тем, как потерять ее навсегда. Но Тони был из тех, кто умел создавать все, что угодно. В том числе и себя. Выковывать так же, как он выковывал части своих костюмов. Питер улыбнулся и неожиданно кинулся обнимать Старка. Тот вот вообще этого никак не ожидал, поэтому застыл, чувствуя сильные мальчишеские руки, стискивающие шею. — Пацан, задушишь же, — прохрипел Тони, неловко похлопывая Паука по спине и пытаясь сделать лишний вдох. — П-простите, — Питер отпустил своего родителя. — Если опять все испортите, я вас… свяжу, вот! — Ужас, как страшно, — Тони притворно испугался и потрепал Питера по голове. Паркер скрылся, стоило только гению отвернуться. На потолке осталась тонкая нитка паутины. Тони пробурчал что-то о том, что она потом не отмывается, и направился дальше. Второй квест был пройден. Остался, судя по всему, только один. Главный босс, так сказать. А ведь Тони никогда не был фанатом компьютерных игр, будь они неладны! Правда, он немного ошибся с последним квестом. В комнате Стива, судя по голосу, был пресловутый Джеймс Барнс. — Может, все же согласишься уехать со мной, Стиви? — чуть хрипло спросил сержант, и у Тони неприятно заскребло внутри. Ему дьявольски не хотелось, чтобы Стив уезжал. Без него и Мстители-то не Мстители. Это как без Соколиного глаза, который служил талисманом. Стив устало вздохнул. Старк не видел его лица, но предположил, что у того мешки под глазами и чуть ярче выделяющиеся скулы. Как и сам Тони, он плохо спал после злосчастного инцидента. — Не знаю, Бак, не знаю, — ответил он. — Я не могу все бросить и уехать. — Ты это из-за Мстителей или из-за своего обожаемого Старка? — Баки злобно рыкнул. Да, кажется, сержант все еще не проникся к Тони теплыми чувствами. Впрочем, это у них взаимно. Они друг друга терпели только из-за одной небезызвестной блондинки с голубыми глазами. — Он не мой, ты же знаешь, — Стив чуть усмехнулся, но усмешка отдавала горечью. «Вообще-то твой, Стиви, целиком и полностью», — подумал Тони, откидывая голову назад. — Не твой, но ты все еще на что-то надеешься, я прав? — Барнс продолжал злиться. Казалось, будто ему прямо сейчас хочется сжать голову Тони своей бионической рукой и расплющить ее. Старк даже сглотнул. Голова ему все еще была дорога, учитывая, что ей он собирался делать много интересных вещей со Стивом, поэтому продавать ее дешево он уж точно не собирался. — Да, — слишком уж тихо выдавил из себя Стив, и Тони сильно вздрогнул с головы до пят. Слышать было приятно, как и осознавать, что Стиву не полностью на него плевать. Это уже хоть что-то. Кажется, он слишком громко выдохнул, поскольку Барнс неожиданно напрягся, поворачиваясь в сторону двери. Черт бы побрал этих суперсолдат с их супер ушами! Тони и дернуться-то не успел, как рожа Барнса оказалась перед ним, а в лоб многозначительно целилось дуло пушки. И откуда у этого придурка пушка взялась? Спит он с ней, что ли? — Спокойно, Холодное сердце, не кипишуй, — отозвался Тони шутливо, хотя его жизнь явно была далека от безопасности. — Хочешь подраться — вали в зал, не надо мне башню разносить. Баки презрительно фыркнул, скалясь и конкретно так все сильнее нажимая на курок, но сильная рука Стива перехватила его запястье. — Баки, прекрати, — попросил капитан, но тот не отреагировал. — Бак! Барнс недовольно повел плечом и отошел от Старка, не переставая, впрочем, злобно зыркать серыми глазами. Тони улыбнулся в ответ, как умел только он. — Береги нервы, сержант, если остались, конечно. От очередной попытки убийства спас Стив. Он убедил Джеймса успокоиться и уйти. Тот нехотя послушался, покидая этаж, а капитан в свою очередь устало посмотрел на Тони. — Зайдешь? — спросил он совершенно спокойно, словно между ними не было никакого разлада. Это Тони всегда вводило в ступор. — Ну, вот я и проник в башню принцессы, — заметил Старк со смешком, оказываясь в обители капитана. Стив удивленно посмотрел на него, а в его глазах впервые за эти несколько недель появились эмоции. Цвет стал таким же ярким, как привык видеть Тони. — Просто тебя охраняли от меня все это время круче, чем принцессу Фиону из Шрека, поэтому пришлось изрядно потрудиться, чтобы попасть к тебе. Роджерс захлопал ресницами, видимо, переваривая сказанное Тони, после чего невольно прыснул от смеха и растянул губы в широкой улыбке. Не натянутой и вымученной, а искренней. Он всеми силами пытался сдержать смех, но не получалось, поэтому Стив то и дело прикрывал рот ладонью, заглушая короткие смешки. Со стороны выглядело комично, но Тони откровенно залип, потому что Стив смеялся редко. Он ведь воплощение морали Америки и ее законов, поэтому ему по статусу не было положено смеяться. — Ты старался попасть ко мне? — сквозь смех спросил Роджерс, смотря из-под упавших на глаза волос. Взгляд показался Тони слишком ранимым. Непривычно для самого несгибаемого человека, которого гений встречал в своей жизни. Но это лишь доказывало, что Стив не машина, созданная для войны. Он человек, самый искренний и всего лишь старающийся воевать за правое дело. — Ага, — согласился Тони, пробегаясь глазами по так хорошо знакомым ему чертам лица и контурам сильных рук. — Зачем? — теперь Роджерс выглядел серьезнее. — Если хочешь поговорить о том, что ты сказал… не нужно. Я понимаю, Тони, и не злюсь. Тогда… я знал, на что иду. Старк другого ответа и не ждал. Это же Стив. Всех прощает, всем находит оправдание, ни на что не надеется. И при этом выглядит, как бог. За ним толпы женщин бы бегали, стоит только пальцем щелкнуть, но Стив был слишком далек от этого и слишком неуклюж, чтобы собирать свой фанклуб и тащить красоток в постель. Он даже целовался-то от силы четыре раза. И в тот первый раз Тони будоражила мысль о том, что капитан — нетронутый цветок, который ему посчастливилось сорвать. — А стоило бы, — заметил Тони, осторожно подходя ближе. На этот раз Стив не дернулся, пытаясь отступить. Лишь чуть напрягся, но продолжил смотреть прямо в глаза. Ни на секунду не отвел взгляда. — Вообще-то, я пришел извиниться. — А ты умеешь? — с неподдельным удивлением спросил Стив, и Тони едва не прыснул со смеху. С другой стороны, было досадно, что все так убеждены в его сволочизме. — Не умею, — честно признался Старк, вызывая улыбку капитана. — Но попытаться-то можно? — Можно, если ты действительно хочешь. — Хочу, — Тони подошел ближе, чувствуя, как дыхание Стива горячим воздухом оседает на губах. Это будоражило кровь, как и слишком близкое нахождение рядом объекта помешательства. Тони бредил им, как и своими костюмами. Роджерс притягивал к себе, словно огромный магнит. Ну, они же полные противоположности, а противоположности, как известно, притягиваются. — Зачем? Я ведь сказал, что понимаю. Ты не любишь с кем-нибудь сближаться, поэтому… — Ты ни черта не понимаешь, Стив, — Тони покачал головой и резко схватил Стива за ворот футболки, притягивая к себе. Тот не противился, хотя с легкостью бы мог переломать гению пару костей. Все же без костюма их силы не были равны. Губы Стива были мягкими и чуть влажными. Такими, как Тони помнил. И целовать его было чересчур сладко, но так чертовски правильно, что задумываться об остальном не хотелось. Тони просто сжимал в пальцах футболку капитана, не позволяя тому двинуться с места, и водил языком по его губам, дожидаясь, пока кэп чуть приоткроет рот, чтобы можно было углубить поцелуй. И самое потрясающее было то, что Стив вскоре стал чуть неумело участвовать в процессе, сплетая свой язык с языком Тони. Его горячие руки оказались на спине миллиардера, стискивая ткань байки. — Я люблю тебя, Роджерс, — выдохнул Тони, отрываясь от Стива. — А то, что я сказал тогда — просто пьяный бред. Еще с того раза ты у меня из головы не выходишь. Надеюсь, это можно считать извинениями? Или мне стоит добавить еще что-нибудь искрометное? Если что, я могу. Стив смутился так, что покраснела даже шея, и уткнулся лбом Тони в плечо. Его слегка потрясывало. — Только ты так умеешь, Тони, — по голосу Старк мог бы сказать, что Стив улыбается. — Извиниться, при этом даже не сказав «прости». — У меня много талантов. — Я заметил. — Прости, — все же выдохнул Тони, и Стив посмотрел на него так, что удержаться было невозможно. — Прощаю, — капитан на этот раз первым потянулся за поцелуем. Спиной пробираясь к постели, они медленно стягивали друг с друга одежду. Тони водил ладонями по широкой спине, вгоняя Стива в краску, а тот же в ответ чуть царапал ногтями и шаг за шагом продвигался к кровати, пока не ударился внутренней стороной коленей, заваливаясь спиной назад. Тони оказался сверху, уперевшись руками и правым коленом, рассматривая распростертого под ним полуобнаженного Стива, очаровательно краснеющего для того, кому чуть больше сотни лет. Старк помнил первый раз между ними. Тогда была страсть и вышибающее воздух желание, горячащее кровь. Сейчас было что-то другое. Более тонкое, но осязаемое где-то внутри. Но и тогда, и сейчас, было одно и то же чувство — любовь. Тони действительно любил, как никогда и никого. — Уверен? — на всякий случай поинтересовался Старк. — Боже, Тони, замолчи уже! — протянул Стив, касаясь пальцами ширинки джинсов. Его это смущало, но упрямства Роджерсу было не занимать, поэтому он продолжал исправно расстегивать молнию, чуть приспуская джинсы и сглатывая. Тони усмехнулся, проделывая то же самое со штанами самого Стива. Стянуть их было легче, только дернуть вниз, поскольку они были на резинке. Нижнее белье ушло следом, а Роджерс остался потрясающе беззащитным и обнаженным. Кто бы подумал, что герой Америки может выглядеть вот так. Но все же он идеально смотрелся в постели, под Тони. Уложив Стива ближе к изголовью кровати, Старк снова поцеловал его, пытаясь чуть расслабить и отвлечь от того факта, что на секс Тони все же надеялся, поскольку прихватил смазку и презерватив. Холодный гель из шуршащего пакетика закапал на пальцы. Стив шире расставил ноги, позволяя Тони пристроиться между, и замычал сквозь поцелуй, когда скользкие пальцы проникли в него, мягко двигаясь и растягивая. Он отвык от этого странного, но очень приятного ощущения, поскольку кроме Тони не спал больше ни с кем. И Старку было лестно, что и первый, и второй раз достанутся ему. Для него, как пресыщенного жизнью человека, это было необычно. Стив дышал часто и прерывисто, вскидывая бедра и самостоятельно насаживаясь на пальцы. Его тело вздрагивало, когда Тони задевал нужное местечко внутри. Он выгибался в спине, становясь на лопатки, выстанывая имя Тони и судорожно глотая ртом воздух. Звук его голоса выбивал из Старка остатки разума, разгоняя кровь, горяча ее. В голове стояла завеса тумана, а внизу живота сладко ныло и сжималось. Тони мог бы сорваться, но кусал щеку изнутри и держался, как мог, растягивая тугие мышцы. Его волновало удовольствие Стива в первую очередь. Собственную выдержку он решил проверить на прочность. — Неплохо смотришься, Роджерс, — со смешком заметил Тони, припадая к выгодно подставленной сильной шее, кусая, вылизывая и целуя, покрывая метками каждый сантиметр кожи. — Я убью тебя, — прохрипел Стив, зарываясь пальцами в волосы Тони, но не пытаясь как-то управлять его действиями. Просто поглаживая кожу головы и за ушами. Тони едва не заурчал, как кот, спускаясь поцелуями с шеи на ключицы, покусывая их, цепляя губами соски, втягивая в рот и играя с ними языком. Стив тихо поскуливал и продолжал гнуть спину, пунцовея еще сильнее и шире раздвигая ноги. Тони только поражался растяжке и продолжал толкаться пальцами в жаркое нутро, чувствуя, что двигаться становится легче. Смазка хлюпала, стекая по бедрам Стива и пачкая простыни. — Неа, ты от меня без ума, — самодовольно хмыкнул Тони, добираясь до идеального, напряженного пресса, слишком сильно вцепляясь зубами, оставляя на светлой коже четкий след с каплями крови. Стив удивленно вскрикнул и резко выдохнул. — Ты меня съесть пытаешься? — Честно, не отказался бы. Добравшись до довольно крупного члена с яркой и влажной от смазки головкой, Тони фыркнул, не удерживаясь от комментария, столько женщин потеряли возможность словить кайф от такого члена, и аккуратно обнял головку губами, пропуская глубже в рот. Минеты он не приветствовал — только если их не ему делали — но Стив был исключением. Его Тони с удовольствием бы вылизал с ног до головы и не поморщился. Оказавшись с этим моралистом в одной постели, Старк понял разницу между сексом и занятием любовью. Секс — это просто сбросить напряжение. Тебя не особо порой заботит, что именно чувствует партнер. Хочется просто вставить и кончить. Со Стивом же Тони хотел оттянуть удовольствие, даже если самому уже было больно. Хотелось слушать надсадные стоны и хрипы, тихие мольбы и сорванное дыхание. Видеть, как сменяются эмоции на лице. — Попросишь меня, Стиви? — хрипло выдохнул Тони, вынимая пальцы и нависая над тяжело дышащим Роджерсом, пытающимся собрать глазки в кучку и рассмотреть лицо Старка. — Извращенец, — с улыбкой отозвался Стив. — Ну, кто-то же должен, — заметил Тони, коротко касаясь припухших и красных губ. — Так что? Стив вспыхнул, хотя, казалось бы, уже немного поздновато, и руками обвил шею Тони, притягивая того к себе. — Пожалуйста, — выдохнул он прямо над ухом, и тормоза Тони отказали полностью. Короткий толчок, смешанные стоны, и Старк внутри. Ему чертовски хорошо, как не было никогда. Стив дышит над ухом, не разжимая рук, ногами сжимает бедра Тони, толкая в себя. Миллиардер пытается чуть отдышаться, ловя цветные круги перед глазами, и начинает двигаться. Сначала медленно, размерено входя и выходя почти полностью, но постепенно темп увеличивается. Роджерс падает на подушки, выгибаясь в спине и без стеснения постанывая от каждого толчка. Тони крепко сжимает его бока, натягивая на себя. Ему жарко, внутри все горит и плавится. Он мнет кожу Стива пальцами, оставляя красные пятна, целует его шею, ключицы, изредка дотягиваясь до губ, следит за его лицом и самодовольно ухмыляется. Тони не следит за временем, сбивается со счета, потерявшись где-то на третьем разе. Голова потрясающе пустая, а тело приятно ноет. Стив спит рядом, перевернувшись на живот и обнимая подушку. Волосы растрепаны, кожа чуть влажная от пота, а ближе к копчику — россыпь белесых капель. Ягодицы прикрыты тонким покрывалом. Он тихо сопит. За окном рассвет. Кажется, они проспали всего два или три часа, занимаясь сексом всю ночь. Зверски хотелось есть. Выпутавшись из покрывала и стараясь не разбудить Стива, Тони встал с постели. — Решил сбежать? — остановил его хриплый голос со смешинкой. Стив открыл глаза, сонно рассматривая Тони с ног до головы. И это учитывая то, что одежды на последнем не было, а вот похвастаться чем — да. Не тело самого Стива, конечно, но весьма неплохо. — Всегда хотел быть первым, кто видит тебя по утрам, — заметил Тони, усмехаясь. — Очаровательно выглядишь. — Спасибо, — буркнул Стив, потягиваясь и приковывая взгляд Старка к своей пятой точке. — Тони… я люблю тебя. Вчера, кажется, не сказал об этом. Миллиардер застыл, переваривая услышанное и одновременно переводя взгляд с лица Стива на его распрекрасную задницу. Роджерс при этом тихо посмеивался, пытаясь запечатлеть весьма забавное выражение лица гения. — Кхм, кажется, сегодня мы никуда отсюда не выберемся, — Тони поспешил вернуться в постель, касаясь губами обнаженного плеча Стива. Он собирался продолжить их ночное занятие, когда из динамика донесся знакомый голос: — Может хватит уже? Вас вся башня слышала. Романов. Стив со стоном упал лицом в подушку. — Завидуем молча, — ответил Тони и велел Джарвису выключить динамики, камеру и полностью изолировать этаж от посторонних вмешательств. Как ни странно, но тот послушался, а по его голосу можно было понять, что он рад. Эту игру Тони явно выиграл, получив самый лучший трофей.