Том 1.Неожиданное знакомство

      Белый мелкий снег заметает городок по имени Снежнеград. Снег собирается сугробами, куда сейчас прыгают дети — монстрята, а взрослые монстры ругают их и прогоняют, чтобы не разметали снег. Из окон видны другие жители, которые сидят и болтают с семьёй, играют…       И всю эту красотищу я наблюдаю, идя по Снежнеграду UnderTale’а — оригинальной вселенной, без которой все остальные Сансы, не Сансы. Треская наст, я размышляла о той записке, которую мне приколол на дверь какой-то незнакомец. Причём почерк был ровный — ровный, будто у этого человека рука натренирована делать что-то подобное. Плюс ко всему этому листочек был прикреплён швейной иглой.       И вот, я уже около того самого бара (Того самого Мюнхгаузена) со старенькой и весьма потрёпанной вывеской «У Гриллби». Почему потрёпанной? Потому что дети здесь уж чересчур шаловливые, и они то снежками кидаются, то грязью, или чего хуже начнут затевать игры под этой вывеской. А взрослые еле-еле успевали отгонять проказников.       Слегка отворив дверь, я испугалась и уже хотела отскочить, мне было страшно так, что аж живот скрутило, а ноги начали предательски покачиваться. Я боялась, что это ловушка и меня поймают, а повторить ситуацию с Найтмером мне очень уж не хотелось. Я уже хотела отказаться идти туда, но в ответ лишь получила звонкую пощёчину от самой себя. «Хватит быть трусихой, вперёд! Я должна узнать, что творится!» — эта мысль появилась в голове сама по себе, не по моей воле, будто во мне есть кто-то другой. Я решила послушаться эту мысль и решительно отворила дверь в бар.        Оказывается, внутри царил полный уют, а где-то за прилавком слышался треск головы Гриллби (Огонь при горении немного трещит). Но всё же мне было не по себе, и я оглядывала каждый уголок, в поиске опасности. Монстры смотрели на меня, как на какого-то сыщика, что проявилось опять. Я нашла в правом верхнем углу бара небольшую дырочку, через которую была продета зелёная нитка. Мне это показалось подозрительным, но всё же я попробовала дотронуться кончиком пальца до шёлковой ниточки. А зря…        Меня словно током ударило, как я испарилась. На секунду я оказалась в тёмном пространстве, но через мгновение я уже летела на белом фоне куда-то вниз. Я закрыла руками глаза от страха, мысленно зовя свою метёлку. Но здесь будто мысли блокировались. Я уже хотела смириться, как почувствовала сильный удар об какой-то пол. С дрожащими ресницами я открыла глаза, и увидела что лежу в пустоте, такой же, как и у меня, только без предметов. Через несколько секунд я уже смогла чувствовать боль и горячую кровь, стекающую по моей щеке. Но я просто забила на всё это и хотела встать, чтобы попробовать выбраться, но и тут у меня ничего не получилось, меня окружило много тех же зелёных нитей, которые через секунду уже крепко держали меня, связывая руки.        — Хи-хи, ты такая глупенькая, раз попалась, дорогуша, — эхом послышался девчачий, немного глючный голос из пустоты. Я насторожила уши, и стала нервно поворачиваться туда- сюда, оглядываясь. Но в мою ногу впилось что-то тонкое и острое, что заставило меня скорчиться и перестать ёрзать. Я тихонько запищала от боли.        — Не двигаться, или ты хочешь ещё пару булавок и игл себе в тело? Или ты так хочешь отдать свой глазик мне? — это был тот же самый голос, только более грубый и искажённый. Я опустила глаза и начала думать, что это сон, от которого просто сложно проснуться, и это просто шалит Кошмар.       Стоп! Голос очень мне знаком. В этот момент у меня под шарфом что-то зазвенело, словно колокольчик. Меня передёрнуло, но всё же я вытянула:         — Ф-Фатал?        — Верно, моя сестричка, это я. — снова послышался голос, но хозяина его до сих пор не было. Меня очень задело её обращение ко мне. Что она имеет в виду?        — Я тебе не сестра! Хватит уже так называть меня, или это такой способ добыть себе второй глаз вместо корявой пуговицы?! — меня будто переклинило, а боязнь ушла. В глазах сверкнули молнии. Сказав эту фразу, я опять же пожалела, так как в меня полетело две булавки, одна из них, которая задела плечо, а другая впилась в край шеи, после чего опять послышался чей-то звон. От острой боли дыхание сбилось.        — Плохая девочка… — прошипела Фатал, и наконец, явилась на мои глаза. Она не изменилась: всё та же жёлтая толстовка с фиолетовым воротником, розовая клетчатая юбка и чёрные, словно отполированные туфли. Один глаз её был ярко — зелёным, а другой был зашит коричневой пуговицей.        — Я видела тебя. Ты водишься с приспешниками Судьбы… — прошептала Фатал и убрала все окружающие её иглы, катушки и булавки — и кажется, он тебе понравился., — глаз Фатал угрожающе сверкнул и заставил меня похолодеть. Я никогда не видела таких глаз, на которые даже взглянуть страшно.        — Что? Про кого ты говоришь? — спросила я у Швеи.         — Про Хоупа, глупая! Он использует тебя и бросит, словно какую-то вещь, — прошипела Фатал, зажмурив глаза, — поэтому я и пришла за тобой, так как я не хочу подвергать тебя опасности.         — Ты всё врёшь, врёшь, врёшь! Он хороший, а ты плохая. — сделала «философский» вывод я. Мне не хотелось слушать это дальше, поэтому я постаралась разорвать нити руками, зубами и ногами, но тщетно.         — Эх, ты не изменилась за четыре года. Пойми, Мариса! Мир не таков, каков тебе хочется! — Фатал положила ладони на мои плечи, а я подняла своё заплаканное лицо, и снова увидела эти глаза. На этот раз они не жуткие, а скорее добрые? Я ничего не понимаю!        — Elle regarde ma main.Elle s'accorde une pause — я тихонько начала петь песню, которую я тоже не помнила, где прочитала и впервые спела. -J'appelle à mon destin. Mon cœur lourd se repose Je ne sens que le bien. Et le mal se suppose.Le lien- Фатал застыла. Затем она приоткрыла воротник и достала маленький кулон в форме сердца, на котором было написано «Лучшие друзья». Она открыла его и стала всматриваться в какую-то фотографию.        — Ты. прекрасно поёшь, но помнишь ли ты, от кого ты услышала эту песню? — она приблизилась ко мне и засунула руку под шарф, от чего я начала сопротивляться. Но тут же я застыла, когда увидела, что Фатал достала из-под шарфа точно такой же медальон, как и у неё. В памяти блеснула какая-то искорка, но она мало чем помогла мне.        — Разве ты не помнишь, Мари? — единственный глаз Фатал стал наполняться слезами. — разве ты не помнишь, как нам было хорошо, пока я не сошла с ума, и меня заставили глотать эти таблетки! — настроение Швеи моментально изменилось и она достала из кармана толстовки баночку с красными таблетками и изо всей силы шандарахнула её об пол, от чего она звонко разбилась. Осколки разлетелись по воздуху при этом свистя, а таблетки рассыпались. Но вдруг, один из осколков вонзился мне в висок, от чего я жалобно и болезненно захрипела, а в глазах стало темнеть. Я повалилась на спину, и последняя фраза, которую я услышала, была такова:        — Твою мать, что я натворила?! — меня кто-то начал трясти за плечи и бить по щекам — Алло, ундина? Да, это я! У меня есть повреждённая! Скорее, блять, готовься, я скоро буду.- Затем я потеряла сознание.       Темнота … Опять, душераздирающая, но тихая темнота. В таких обстоятельствах можно легко сойти с ума. Мне надоело испытывать чувство жертвы, жертвы, которая никогда не останется в покое. Мне наскучил этот мир полный опасностей, тревоги и смертей! Я хочу вернуться к себе!       После этих резких слов я резко распахнула глаза. Я начала тревожно водить глазами туда — сюда, а лицо было в холодном поту. Только после нескольких минут я начала задумываться о том, где нахожусь. Я лежала на чём-то мягком, что скорее всего было кроватью. Я лежала под капельницей, а один глаз был чем-то закрыт. Я тогда плохо соображала, поэтому особо на это внимание, не обратила. Вдруг дверь моей палаты заскрипела, и в неё вошла Swap Андайн. На моё удивление я её помнила, хотя в голове сейчас была каша, и понять ничего толком не получалось.        — Т-ты уже проснулась? Хорошо… — Андайн что-то отметила в своём блокноте — ты лежала так около трёх недель, а Фатал не уходила из лаборатории, так что ты м-можешь попробовать в-встать и пойти к ней. Она стоит за дверью.- Фатал? Она здесь? Выходит, она сделала это не нарочно? Я кивнула и потёрла череп, он болел. Опустив глаза, я стала вспоминать, что произошло, но ничего не получалось. Возможно, швея расскажет мне об этом.       Я убрала одеяло и попыталась встать. Первая попытка оказалась не очень удачной, и я бухнулась на кровать. Андайн вздрогнула, но ничего не сказала. Я попыталась ещё раз, и кое-как встала на ноги и пошла. Я уже хотела выйти за дверь, как Андайн сказала мне:        — После этого придёшь сюда, я сниму с тебя бинты и проверю тебя — я решила уже не слушать, а направиться прямиком к Фатал. Мне уже надоело одно, и тоже: бой, травма, розовые сопли. Меня всегда переклинивало от такой мысли, что не было исключением и сейчас. Глаз словно пронзило что-то острое, но я была не в состоянии сейчас корчиться, поэтому просто прикрыла на долю секунды глаза.        — Мариса! — завизжала как ребёнок Фатал и резко обняла меня. Ведёт себя, как ребёнок, хотя ей уже шестнадцать лет. То есть, она старше меня на три года.        Я никак не отреагировала на объятия, и продолжала стоять с неподвижным лицом. Я всё ещё не могла смириться с мыслью, что всё будет таким… однотонным! Всегда! И что-то мне не давало проявлять эмоции, меня будто кто-то останавливал.        — Эй, ты чего? — обеспокоено спросила Фатал, когда я не обмолвилась ни словом и не ответила на объятия. Она подумала, что я такая же, как и тогда? Хах, она действительно глупая. «Зачем она нам нужна, а? Просто раскромсай её!» -послышался злобный голос внутри моего разума. «Неужели я начала сходить с ума?» -успела только подумать я, как одноглазая опять начала меня теребить.        — Да что с тобой не так?! — вслед за этой фразой последовала звонкая пощёчина, и я упала на колени, но никак не отреагировала.- Почему ты стала такой безразличной и без эмоциональной?! Это не та Мариса, которую я знаю!         — Тебе то какое дело? Просто заткнись! Ты действительно думаешь, что я зависима от тебя? Я больше не такая, поверь.- мой разум что-то начало заполнять, чему я не могла противиться. Было жутко больно, будто кто-то старается сломать мне голову и проникнуть туда. — Теперь есть только Луиза! — сказала я не своим голосом. Мне на мгновение показалось, что мной кто-то управлял, и мне стало до жути страшно. Я ударила себя по щеке, и боль прошла. Я быстро поднялась и стала умолять Фатал о прощении        — Прости, прости, прости! Я не знаю, что со мной происходит!        — Ничего. Может, я действительно выбесила тебя? — Фатал горько улыбнулась — Я тебе больше не нужна… — Фатал не дав вставить мне слова, ушла, а точнее убежала. А я просто осталась с выставленной вперёд рукой. Ох, как мне тогда было стыдно! Что же я наделала? А точнее: кто это сделал за меня?        — Я идиотка, мразь, скотина — обзывала я себя. –Зачем, зачем?! — я заорала так громко, что даже Андайн услышала и прибежала на мои крики.        — Г-господи, что произошло? —        — Блять, ничего не случилось! — мои глаз начала дёргаться. Бесит! Бесит одно, и тоже! -Зачем только Фатал принесла меня сюда! Лучше бы я сдохла в мучениях! — я проорала это настолько громко и мучительно, что Андайн закрыла уши, которые, к сожалению, у неё есть. Звёзды! Я лечу с катушек!        «Просто уничтожь эту жалкую вселенную! И твои объекты заморочек исчезнут. Разве ты не помнишь то время?» — опять этот голос. Он просто разрывает мой разум! Я точно сошла с ума!        — А-а-а! Пускай это закончится! — голова адски раскалывалась, будто мой череп скоро взорвётся. Я судорожно обхватила руками голову и стала корчиться от боли.- Зря я тогда не совершила суицид!        — Чт. С-суицид? — учёная сильно заикалась, видать, испугалась. Она подбежала ко мне и начала осматривать меня, на что я лишь оттолкнула её.        Как же задолбали эти вопросы! Везде только они! Как с таким жить можно? Вдруг, возгласы учёной — ундины пропали. Царила мёртвая тишина. Боль прекратилась, а я облегчённо вздохнула. Я сидела в каком-то чёрном пространстве.        — Хей! Ты так и будешь лежать дальше, или мы зря свалили? — послышался голос уже наяву. Этот голос… Он был в моей голове!        — Риторический вопрос! Если это из-за тебя моя голова плавится, то я буду лежать так и дальше. — ни чуть не испугавшись ответила я. Испытывала уже такое. Передо мной парила полупрозрачная девочка лет двенадцати — тринадцати. Она сидела и поправляла свои каштаново — рыжие короткие волосы, и строго смотрела на меня фиолетовыми глазками.        — Ты хочешь, чтобы я тебя вернула туда? — девочка усмехнулась и села. — Радуйся, что я тебя не заставила убить кого-то. Ведь мне нужна душа, а то призраком быть неинтересно, а жить в вашем человеческом мире трудно. — честно говоря, эта девочка мне кого-то напоминала. Да, опять.        — Хорошо, допустим, тебе нужна душа. Но почему именно я? — девочка устало зевнула. Видимо, её тоже бесят вопросы.        — Честно говоря, я не знаю. — девочка прикрыла глаза и почесала затылок. — Мне просто нужна душа, а для этого нужна энергия.        — Ла-а-адно. Я могу создать тебе душу без убийств, но перед этим представься. — сразу после моей просьбы девочка стала на меня смотреть, будто спрашивая «Ты идиотка, или как?»        — Ну здравствуйте! — полупризрак всплеснула руками. — Я — это ты. Я была создана в результате твоего перевоплощения в монстра! Ты думаешь, что твоя человеческая душа испарится, или как? Я всё та же Луиза, тринадцатилетняя испанка! — я ошарашенно на неё посмотрела, а она цыкнула. В смысле она –это я?        — Капец, ты вроде бы шпионка, а о себе толком ничего не знаешь. — посмеялась надо мной Луиза. — И да, я знаю, что происходит с твоей душой, когда ты создаёшь души другим, так что, не надейся. — Чёрт! Что она ещё знает! И да, когда я создаю души другим, моя душа покрывается ненавистью — чёрной жижей, и трескается. Я понимала, почему Луиза не позволит мне этого сделать. Если я умру, то умрёт и она, а ей это, по ходу, не нужно. Почему она выглядит здоровой? Всё очень просто: я ношу искусственную оболочку, которая очень сильно жмёт, но, к счастью, это терпимо.        — Ладно, я подумаю, как можно дать тебе душу. Но прошу, не плавь больше мою голову! — я не собиралась кого-то убивать. Я сделаю всё что угодно, от греха подальше.        — Договорились. — Луиза протянула мне руку для рукопожатия, которое закрепляло наш договор. Я быстро схватила руку и покачала её вверх-вниз, создавая что-то в виде рукопожатия. Всё было честно.       » Терпение, доброта, храбрость, справедливость, честность. Осталось ещё двое»