Завтра больше не будет

«Вы знаете, всё человечество завтра погибнет, — думает парень, сидя на белом совсем недавно окрашенном поребрике и смотря на всех этих жалких людишек, которые носятся и суетятся, как обезумившие — пытаются найти спасение от конца света, который должен настать ровно через двенадцать часов, по прогнозам совета учёных; он сидит с банкой прохладного пива в руках и всё время с ироничной ухмылкой поглядывает на небо, где виднеются очертания планеты, которая вот-вот должна столкнуться с Землёй, — гравитация — к чёрту, да и пропадёт электричество. Херня, я не досмотрел серию «Игры престолов»!» — всё так же размышляет парень, смотря вслед какому-то мужчине, что, убегая, чуть не упал, споткнувшись о его ноги. Неизвестно, с кем он говорит сейчас. Может быть, со всеми этими людьми, которые смотрят на него, как на сумасшедшего, только потому что он не носится, как они, по улицам с криками о конце света. Может быть, говорит он с Богами или Богом, словно только он один понял эту шутку, которая немного у Них вышла из-под контроля. А может быть, говорит сам с собой, подводя итог тех мыслей, которые появились у него в голове за последний час… На самом деле никому эти мысли и выводы не нужны. Всех сейчас заботит апокалипсис… Ну, знаете, всякие там смещения плит тектонических, ураганы и ливни, но никак не умозаключения бывшего работника офиса, который умирать не боится. Столько суеты… Совсем с ума все посходили с этим концом света. Да ведь все эти люди не больше, чем клопы на всей картине огромной вселенной. Они все эти годы проживали без риска, не смотрели дальше своего газона у пригородного домика или запыленных штор в квартирке. А сейчас вдруг поняли, что надо встать и устроить вселенский хаос, ведь они Богам за тысячи лет нормативы не сдали. И сейчас вот такие санкции от них в виде Антарктиды, которая растает из-за планеты, что через полдня разобьёт на мелкие кусочки всю Землю. «Зато… — вновь задумывается парень, делая очередной глоток пива из алюминиевой банки, — войны все прекратятся, террористы умрут, и провалятся в лаву все правительства! Наконец-то! Почему это именуют «концом»? Разве это не спасение?..» Парень не хочет орать, бегать за мнимым спасением, которое на самом деле вряд ли поможет. Он не собирается ныть, как сейчас это делают миллиарды всей планеты. Он понимает, что спасать ему нечего и спасаться ради чего-то ему тоже не надо. Он умрёт с усмешкой на лице, потому что он единственный, кто понял в финале этой комедии, что хотя бы пред концом нужно жить так, словно это последний день, и пусть потом за это посадят. Он единственный, кто понял, что люди это не мыши, не вши, что жить люди должны в нужном месте, с нужными людьми, а не там, где получится. Че Хёнвон понял всех Богов, или кого-то ещё, поэтому послал всё и вся к чертям, желая хотя бы в последний день отдохнуть от того, что отравляет его жизнь. Брюнет послал свою работу, делавшую из него жалкий офисный планктон, потому что теперь его уволить никто не сможет; он на свободу обменял мечты о работе за кордоном, потому что они всё равно не сбылись бы; Хёнвон оставил свою тупую бытовуху и вечно орущую девушку, потому что она ему больше не нужна. И только громогласная весть о конечной фазе для планеты, доносившаяся из радио в это утро, позволила ему сбежать на край света. И теперь он, сидя на белом совсем недавно окрашенном поребрике, попивает охлаждённое американское пиво, посмеиваясь над всеми людишками, которые так и не поняли простых истин. — Эй, — лёгкий пинок приходится по хёнвоновой лодыжке, и это, как, собственно, и голос, заставляют его открыть глаза, — есть ещё? — худощавый блондин лениво тыкает пальцами в банку, держа вторую руку в кармане немного свободных брюк. Хёнвон медлит с ответом, засматриваясь на этого парня. Что-то в нем такое… Что-то, что так выделяется из этой картины напуганных людишек. — А сам чего не возьмёшь? Продавцов ведь нет, — Хёнвон не торопится доставать банку, чтоб отдать её незнакомцу. — Ну так до магазина квартал переть, — какой наглый парень, Хёнвон, значит, сам ходил за этим пивом, а этот думает так легко достать банку с напитком? Блондин садится рядом с Че, говоря, что его зовут Минхёк. Неизвестно зачем, но этот Минхёк рассказывает, что город этот его, если честно, достал, и только что он оставил в аэропорту своего, похоже, бывшего парня. А сам он улыбается по счастливому и посмеивается, рассказывая всё это. И Хёнвон понимает, почему этот Минхёк кажется ему ярким пятном среди этой бунтующей паники. Просто… Он тоже жил до конца света не с теми и не там. И с самого начала об этом говорили минхёковские глаза. Хёнвон, усмехаясь своим мыслям, кидает Мину рюкзак с банками холодного пива. — А давай угоним сейчас какую-нибудь яхту и двинем на какие-нибудь острова? — вдруг спрашивает Минхёк спустя полчаса молчания под шум безумного народа. — Последний день, как-никак. Хенвон сначала пожимает плечами, а потом согласно кивает и поднимается с поребрика, протягивая руку Минхёку… Пробираться через яростную толпу, которая под каждым камнем пытается найти своё спасение, трудно, но так забавно, на самом деле. Он теряет Его, а потом всё-таки находит! Но достать до парня уже почти невозможно, ведь их друг от друга отбрасывают волны шумной толпы и их паника. А времени у них становится всё меньше! Только это их впервые пугает за этот день. Они понимают: только рядом друг с другом смогут пережить по-настоящему этот конец света. Поэтому идут дальше к берегу моря, взявшись за руки крепко. На той яхте неизвестного человека, которую они вроде как угнали, парни уплывают недалеко от берега, пропадая в закате, но этого хватает им для того, чтобы они забыли об апокалипсисе и стали наслаждаться только друг другом. Они понимают всецело своё счастье, ведь только они смогли сбежать одновременно, забыв о своих прежних жалких жизнях. Пусть и в последний момент, но они изменились, а значит, со всем этим миром не уйдут в никуда. Сохраняя катастрофически малую близость между друг другом, они понимают, что нашли то, чего не хватало им всё это время. Два безумных парня, которые смеются над концом света, которые его не боятся, которые только что нашли своё счастье… Возможно ли, что с них начнётся новая история чего-то? Может быть, это будет небольшая история их безумного счастья, их чувств. А может быть, это будет история о только их начале, ведь до сего дня они и не жили в общем то… А сейчас, находясь друг с другом, чувствуют эту жизнь всем телом, головой и душой. — Обними меня — через минуту конец, — шепчет Минхёк, посмотрев на свои часы в последний раз. И Хёнвон обнимает крепко-крепко, чтобы умирали они только вместе… …Но, похоже, финал печальный отменяется. Очертания огромной планеты, которая вроде бы была так близко к Земле, расплываются в облаках, окрашенных в краски заката, а по радио, которое до сих пор почему-то играет сообщают, что планета-убийца по неизвестным причинам сменила свой курс…