Переспать с первой любовью.

— Киришима-сан, — Мидория всхлипывает у неё на плече, — неужели я и правда такая страшная? — Не говори глупостей, Изуку, — Эйджиро ласково её приобнимает и гладит по волосам. — Просто твой Тодороки богатенький мудак. Такие любят играться чувствами невинных девушек. — Каминари-сан сказала, что у меня не будет парня из-за того, что у меня нет груди, — всхлипывает Изуку, всё так же доверчиво прижимаясь к чужому плечу. — Тоже мне, — фыркает Киришима, — нашла кого слушать. У Денки сиськи силиконовые, вот она теперь и строит из себя цацу. Но Мидорию нисколько не успокаивают эти слова, и она тихонечко всхлипывает. Отношения с Шото были сложными и тяжёлыми. Казалось, ему от неё нужен был только секс, и то не частый. Они повстречались-то всего около двух месяцев, и он был первым у Изуку. Это были единственные более-менее серьёзные и долгие отношения в жизни Мидории. — Твой красивый мальчик слился, потому что наигрался, — у Эйджиро в жизни опыта побольше будет. — Давай лучше ещё выпьем. Сегодня мы празднуем, что этого мудака в твоей жизни больше нет и ты свободна для новых отношений! — О, нет-нет, — Изуку отстранилась, слегка пьяно пошатнувшись. — Я и так много выпила, Киришима-сан, мне завтра на учёбу. — Слушай, — Эйджиро уже впихивает ей в руку бокал с вином, — учиться тебе ещё долго, а от негативных чувств нужно избавиться сейчас, иначе так и будешь страдать. Лучше напиться сегодня и отпустить Тодороки, чтобы не ходить зарёванной всю неделю, а то месяц и того хуже — полгода. И Мидория покорно выпила бокал. И ещё один, хмелея сильнее и чувствуя некоторую лёгкость и свободу. Они посидели так ещё полчаса, за это время Эйджиро кому-то что-то яростно писала на телефоне, как сказала сама — бывшему. Изуку особо не придала этому значения. Сама порывалась написать Тодороки, но телефон из её рук несколько раз выхватывали. — Ты очень красивая, Изуку, — Эйджиро подсаживается к девушке ближе, — такая милая и скромная. Может, пора попробовать в своей жизни что-нибудь новое? — Новое? — Мидория хмельна и несколько заторможена. — Новые ощущения, — Киришима ведёт пальцем по нижней губе Мидории, смотря прямо в глаза. — Немного безумства никому не помешает. Изуку непонимающе хмурится и даже не отсаживается, когда Киришима присаживается вплотную, одной рукой обнимая за талию, другой сжимая небольшую грудь. — Кири… — слова Мидории тонут в нежном и осторожном поцелуе. Изуку удивлённо таращится на Эйджиро, чувствуя нежные прикосновения рук, действительно наслаждаясь лёгким и таким мягким поцелуем. — Девочки тоже могут делать друг другу приятно, — подмигивает ей Эйджиро перед тем, как вовлечь в более страстный и сильный поцелуй. У Изуку не будет сил сопротивляться. Где-то глубоко внутри бьётся чувство неправильности и неестественности происходящего, но оно полностью погребено под выпитым алкоголем. — Тодороки мудак, не способный тебя оценить, — говорит Эйджиро, отрываясь от мягких губ. Но снова целует Мидорию, в этот раз с языком, полностью подавляя и подчиняя. Она тянет футболку Изуку вверх, задирая на груди и приподнимает бюстгальтер, освобождая небольшие груди. — Нет, — тут Мидория тушуется, отстраняясь и смущённо прикрывая грудь. Сердце стучит где-то в висках, тело горит и просто изнывает. — Я просто сделаю тебе приятно, — миролюбиво говорит Эйджиро, поворачивая Изуку лицом к себе и отстраняя её руки, осторожно отстёгивает лямочки бюстгальтера сверху, расстёгивает застёжку сзади и, так и не снимая футболки, тянет вниз и на себя, снимая обычный тёмный бюстгальтер. — Это неловко, — Мидория вновь прикрывает грудь руками. — Всё в порядке, — Эйджиро тянет верх красного платья вниз, обнажая свои большие груди и, беря руку Мидории, прижимает к одной из грудей. — Можешь потрогать мою. Изуку смущается. Это более, чем неловко. Чужая грудь даже не помещается в её маленьких ладошках. Непроизвольно, Мидория сжимает её, чувствуя мягкость и упругость. — Ты умничка, — Киришима склоняется к небольшим грудям Изуку, сперва опаляя их своим дыханием, а затем прихватывает зубами левый сосок. — Ах, — Мидория вздрагивает, чувствуя как второй сосок сжимают пальчики Эйджиро. Ничего не говоря, Киришима начинает ласкать её грудь, жадно облизывать, посасывать розовые соски, нежно оглаживать полушария, слушая сбивчивое дыхание. Изуку краснеет и млеет, неловко выгибается, откидываясь на спинку дивана. Эйджиро меняет положение, одним коленом опираясь на диван и старательнее лаская чужую грудь. Киришима никак не реагирует на то, что в замке поворачивается ключ, а в следующую минуту в её студию входит неожиданный гость. — Кац-чан? — Мидория напрягается, скользя мутным взглядом по Бакуго, который появился совершенно внезапно и даже дёргается, но Эйджиро не отпускает, лаская её груди, будто ничего не произошло и никакого нарушителя их уединения нет. Бакуго по-волчьи смотрит на Мидорию, скалится, но близко не подходит. — Ты вовремя, — между делом говорит Эйджиро, расстёгивая пуговичку на джинсах Изуку и тянет собачку, её рука тут же минует трусики и средним пальцем она касается клитора. — Ах, — Мидория выгибается, нервно напрягаясь и хватаясь за диван, как за спасательный круг. — Всё хорошо, Изу-чан, — ласково говорит Киришима, несильно покусывая чувствительный сосок и пальцами лаская клитор, чувствуя, что Изуку уже стала влажной. Мидория нервно держится за диван, смотря только на Кацуки, глаза её подёрнуты дымкой желаний и она довольно жмурится, выгибаясь и кусая губы. Ей слишком хорошо и горячо. Но всё равно будто чего-то не хватает. Бакуго же продолжает стоять статуей на месте, чувствуя, как в венах вскипает злость. — Потерпи чуток, — Эйджиро быстро чмокает Изуку в губы и стягивает с неё джинсы с бельём и носками. — Что ты делаешь? — голос у Мидории дрожащий, низкий, глубокий, полный постыдного желания и влечения. Эйджиро только ухмыляется, разводя её ноги как можно шире, ласково поглаживает половые губы, слегка раздвигая в стороны и оборачивается на напряжённого Кацуки, смотрящего на неё глазами убийцы. — Правда она красивая? — весело смеётся Киришима и садится на колени перед Мидорией. — Киришима-сан, — Изуку дёргается, но выворачивается сильнее, чувствуя влажный жаркий язык там. — Не надо… Но Эйджиро только хихикает, велев так держать ноги и начинает старательно ласкать клитор, втягивая заветную жемчужину в рот, вызывая более громкие нервные стоны, но не доводит дело до конца и оборачивается на Бакуго. — Эй, Изу-чан, ты когда-нибудь делала минет? — Что? — Изуку тяжело дышит, нервно сводя ноги вместе и подрагивая. — Давай научу, — лукаво подмигивает она и, схватив Мидорию за запястье, тянет на себя, заставляя встать и ведёт к Бакуго. — Что ты делаешь? — низко и хрипло рычит Кацуки, но смотрит только на обнажённую грудь подруги детства. — Хочу научить Изуку правильно работать ртом. Ты только посмотри на него, — и Киришима оборачивается к Мидории, проталкивая два пальца в приоткрытый рот и тянет вниз, заставляя открыть его больше, водя по влажному языку. — Такой горячий и невинный ротик. Не хочешь, чтобы она тебе первому отсосала? — Ты ебанулась? — глаза блондина испепеляли. — Если ты не хочешь, мы найдём на ком научиться, — пожимает плечами невинно Киришима. И Бакуго знает, что эта блядь точно свои слова воплотит в реальность, не сегодня и не завтра, а может посреди недели или когда выпадет удобный случай. Он скользит взглядом по обнажённому телу Изуку и нервно сжимает челюсть. — Отличный выбор, — хвалит его Эйджиро, садясь перед ним на колени и рукой накрывая пах. — Ох, у тебя там яйца, наверное, уже окаменели. — Иди нахуй, — раздражённо выдыхает Бакуго. — Изуку, давай сюда, — Эйджиро тянет её за запястье и усаживает рядом. — Погладь его здесь. И подрагивающая ладошка ложится на член Кацуки, и Мидория тут же испуганно смотрит ему в лицо. Но Бакуго лишь теснее сжимает зубы, ничего не говоря. — Это всё странно, Киришима-сан, — неуверенно говорит Изуку, осторожно поглаживая возбуждённый член через ткань брюк. — Потрись о него щекой, — Эйджиро с каким-то маниакальным восторгом за всем наблюдает со стороны. Мидория неловко ведёт плечом и прижимается щекой к пульсирующему члену, прикрывая глаза на миг и неловко трётся щекой. — Умница, — Киришима отстраняет её и расстёгивает штаны, спуская их до колен вместе с бельём. — А теперь погладь. — Но… — Мидория мешкается, она даже член Шото никогда в руках не держала. — Вот так, — Киришима демонстративно оглаживает пенис Кацуки, размазывая выступившую смазку. Изуку робко повторяет, чувствуя, что член будто обжигает её пальцы и отдаёт сильной пульсацией. Он такой твёрдый и напряжённый, что становится не по себе. — А теперь смотри и запоминай, — Киришима пододвигает её в сторону и, одной рукой поглаживая член, языком обводит влажную головку, водя языком развратно и уверенно, а затем заглатывает и начинает медленно посасывая, двигать головой. Мидория просто уставилась на Эйджиро не в силах поверить, что Киришима способна полностью заглотить член Кац-чана. Он ведь такой большой и объёмный. Как он вообще помещается у неё во рту? Но Эйджиро энергично двигает головой, умело заглатывая до самого основания и будто бы не испытывая никаких неудобств. Киришима прекращает резко, приближаясь к Мидории и давит ей на затылок, тут же горячо и жадно целуя в губы, вторгаясь языком и вызывая нервный вздох. — Теперь ты, — говорит Эйджиро, отодвигаясь в сторону. Изуку неловко занимает место Киришимы и вновь оглаживает член. Теперь рука скользит лучше и быстрее. — Языком, — подсказывает Эйджиро. Мидория мнётся, но, неловко вытащив язычок, осторожно лизнула головку. — Увереннее, — шепчет Киришима. Изуку краснеет и старается повторить движения Эйджиро, но выходит совсем плохо. — Бери в рот, — подсказывает Киришима. И Изуку покорно слушается, пытаясь заглотить всё и сразу. Бакуго нервно сжимает кулаки, да так, что костяшки пальцев бледнеют, когда его член оказывается во влажном ротике. Но Мидория совсем неловкая, царапает его зубами, вызывая недовольное шипение и толком заглотить не может, даже половина члена в её рту не помещаются. Мидория тут же отстраняется, чувствуя рвотный позыв. — Эй, Изуку, постарайся не касаться зубками и высуни язычок, — раздаёт советы мастер минета. Мидория нервно кивает и вновь пытается взять в рот. В этот раз более аккуратно. — Посасывай, как конфетку, — Эйджиро заходит ей за спину, раздвигая ноги Мидории шире и проталкивает пальцы в лоно. — Киришима-сан? — Изуку дёргается, но её держат. — Не можешь сосать, просто полижи, — говорит Эйджиро ложась на спину, голову просовывая между ног Мидорию и за бёдра тянет её вниз, заставляя присесть. — Ох, — Изуку уткнулась лицом в пах Бакуго, влажный горячий член прижимается к её левой щеке, но сейчас Мидория полностью сосредоточена совершенно на других ощущениях. И язык Киришимы вновь ласкает её клитор. — Делай Кацуки приятно, — велит Эйджиро. И Мидория, содрогаясь, старательно вылизывает головку, а затем и весь ствол, снова неловко заглатывает и пытается двигать головой. — Ты бесполезна, — Бакуго хватает её за волосы и членом упирается в щёку. — Не берись за то, что не умеешь, тупая бесполезная дура. — Не будь груб, Кацуки! И ей нужно научиться делать всё хорошо, а то очередной Тодороки её бросит, — поясняет Киришима. — Должен же быть у Изуку стабильный секс. — Ах ты сука, — Бакуго, отталкивает Изуку в сторону и, хватая Эйджиро за волосы, ставит на ноги и тащит к столу. — Больно, — шипит Киришима. — Хочешь сделать из неё такую же шлюху, как и ты? — Кацуки валит Эйджиро на стол, с силой сжимая упругие груди. — Не только тебе можно трахаться в своё удовольствие, мужлан, — Киришима пинает его в коленку. Бакуго недобро ухмыляется и, зайдя с другой стороны, хватает Эйджиро ладонью за горло, но не сжимает. — Ты не исправим, — смеётся Эйджиро и послушно открывает рот. Кому, как не ей знать грубость и нежность Кацуки. Бакуго с рыком входит на всю длину, чувствуя, как смыкаются губы возле самого основания члена. Он до безумия любит трахать Эйджиро в рот, доставая до самой гортани, когда она вот так лежит на столе. Местами он даёт ей возможности глотнуть воздуха, чтоб уж совсем не померла. — Что уселась? — он недобро смотрит на Мидорию. — Иди и смотри. Изуку послушно поднимается на ноги и подходит к столу, во все глаза смотря на то, как грубо и жёстко Кацуки трахает в рот Киришиму и даже немного робеет. Думая, что Эйджиро сейчас неприятно, Изуку подходит к ней с другой стороны, оглаживает бёдра, задирает низ короткого платья ей на живот и тянет кружевные трусики вниз. Киришима послушно раздвигает ноги, чтобы Мидории было удобнее. Изуку мешкается, смотря неуверенно на Бакуго, а затем наклоняется и старается как можно нежнее и ласковее языком касаться чужого клитора. Мидория чувствует себя более, чем странно. Она всё ещё пьяна и возбуждена. А ещё тут Кац-чан и одно это кардинально меняет всё! Она готова делать всё, что угодно, чтобы он остался доволен. Кацуки с жадностью наблюдает за Мидорией и в какой-то момент теряет интерес к Киришиме и способе её наказания, поэтому почти бесшумно обходит стол, подходя к Изуку сзади и довольно грубо хватает её за бёдра. — Кац-чан? — Мидория выпрямляется, но Кацуки низко рычит, хватая её за волосы и заставляет вновь вернуть голову в исходное положение. Он трётся членом между половых губ и входит в лоно Мидории. — Хаа, — Изуку вся напрягается, чувствуя в себе член Бакуго и жмурится. Он не даёт ей и шанса привыкнуть, тут же начиная двигаться. В Изуку тесно и жарко, она туговата, и Бакуго даже удивлён. Нет, он знал, что она не девственница, Тодороки всем растрепал. Но Кацуки думал, что Шото трахал её намного чаще, а она такая… будто и вовсе нетронутая. Мидория жмурится, внутри неё тысяча фейерверков, и она, стараясь сохранить равновесие своего разума, пытается вновь сделать Эйджиро приятно. — Давно не видела тебя таким страстным, — сладко тянет Киришима, приподнимаясь на локтях. — Ты же специально мне написывала, — Кацуки хотелось войти в Мидорию как можно глубже, сильнее, чтобы ощущать её острее. Чёрт, его просто выворачивало от чувства ощущения в ней. — Я знала, что ты не оставишь без внимания, — подмигивает Киришима. Бакуго рычит, тянет Изуку за волосы назад, заставляя прогнуться в пояснице и вколачиваясь в неё сильнее. — Будь понежнее с Изуку. У неё слишком мало опыта, — просит Эйджиро, чувствуя, с какой силой пальцы Мидории впиваются в бёдра Киришимы. Бакуго рычит, выходя из Изуку, резко разворачивая лицом к себе и подхватывает под коленками вновь входя в женское тело. Изуку хватается за плечи Бакуго и выгибается, не сдерживая стона. Так острее она ощущает его движение, к тому же теперь у неё есть возможность смотреть ему в глаза. Но Мидория кончает почти мгновенно, видя перед глазами разноцветные фейерверки и обмякает. Даже с Тодороки никогда не было так хорошо. Бакуго что-то бормочет себе под нос, сажая Изуку на стол, прямо над Эйджиро и уже подхватывает под бёдра красноволосую, входя в неё. — Кацуки, — сладко тянет Эйджиро, хватая Изуку за бёдра и заставляя её принять удобное положение, чтобы губами вновь припасть к клитору. — Киришима-сан, — Мидория выгнулась, закрывая глаза и не открыла их даже тогда, когда Бакуго вновь схватил её за волосы, приближая её лицо к себе, жадно и грубо целуя в губы. Изуку застонала, хватаясь за плечи Кацуки и пытаясь сохранить равновесие. Внутри Бакуго вскипала лава. Одной рукой он впился в бедро Эйджиро, а вторая переместилась на маленькую грудь, которая пряталась под его большой ладонью. Чёрт, он сейчас кончит. Изуку даже не успела толком вскрикнуть, когда её за волосы снова потянули вниз, заставляя чуть ли не лечь на Киришиму, и большой член Кацуки на всю длину вошёл в её рот. Изуку почувствовала, что задыхается, но Кацуки понадобилось несколько фрикций, чтобы излиться в неё. Изуку, кашляя и смаргивая слёзы, проглатывала густое семя. Когда Бакуго отстранился, Мидория обессиленно завалилась набок, пытаясь отдышаться. — Кацуки, ты жесток, — недовольно фыркнула Киришима. — Изу-чан пока мало что умеет, с ней нужно помягче. Эйджиро помогла Изуку сесть, слизывая сперму с подбородка Мидории и тут же вовлекая её в поцелуй. — Как же, — скалится Бакуго. Несколькими часами позже они будут лежать на расстеленном диване. Изуку будет спать под боком Кацуки, свернувшись калачиком, а Киришима прижиматься с другого бока, положив голову ему на грудь и смотря на спящую Мидорию. — Боже, мы её измаяли. Она совсем без сил, — но Эйджиро была довольна проделанными трудами. — Какого хрена вообще Деку? — раздражённо рыкнул он. Это не первый его секс с двумя девушками. Раньше с ними часто развлекалась и Денки — любительница свяжитеменяпокрепче и выебитеменяпожёсче, которая нашла себе парня, который в полной мере удовлетворял все её мазохистические потребности. — Ну, мы с Изуку давно общаемся, она хорошая, только связалась с мудаком Тодороки. Мы выпили и поболтали. Так что… — Но ты всё равно решила с ней потрахаться, — Бакуго было невозможно заговорить зубы такой ерундой. — Ну если честно, я просто решила, что кое-кому будет неплохо хотя бы раз переспать со своей первой любовью, — созналась Эйджиро. Кацуки тут же напрягся. — Откуда ты узнала? — он ведь точно никому не говорил. — Я же говорю, Мидория выпила и начала про тебя говорить. Она… Ой, постой, — Эйджиро коварно улыбнулась, — ты тоже был влюблён в неё в школе? — То есть… — Бакуго покосился на спящую девушку. — Ты устроила всю эту хуйню ради Деку? — Мне она нравится, — честно сказала Киришима. — Я бы хотела с ней встречаться, но Изу-чан слишком правильная и вряд ли согласится на это. Я даже не представляю, как завтра буду ей всё объяснять, когда она протрезвеет. — Не надо, — хмурится Бакуго. — Я сам ей всё объясню.