Несломленное Небо

Пожалуй это утро по праву считалось самым лучшим в жизни киллера. Проснувшись, как всегда, рано, Реборн стал наблюдать за любимым, что спал у него под боком, доверчиво прижимаясь к нему во сне. Перебирая пряди волос мальчишки, что использовал его как огромного плюшевого мишку, бывший аркобалено чувствовал, как что- что приятное разливается по телу, и дурацкая улыбка, как назло, не хотела покидать лицо. Испытывать такие чувства впервые оказалось неожиданно приятно. От действий репетитора проснулся Тсуна, до которого не сразу дошло что происходит. А вот когда память услужливо подкинула события вчерашней ночи, да и то как он себя вел, захотелось сгореть со стыда. Так что единственным решением было спрятаться под одеяло с головой, что рассмешило репетитора, который наблюдал за столь занимательной сценой и эмоциями на любимом лице. — Доброе утро. — ухмыляясь, произнёс Реборн, ему очень нравилась и в тоже время забавляла такая реакция его неба, особенно если учесть, то как он себя вел вчера. — Доброе. — вышло как жалобный писк, но всё же Тсунаёши высунул голову из-под одеяла, правда пока видно было только глаза. — Я надеюсь на скорое продолжение сегодняшней ночи. — ухмылка даже не собиралась покидать репетитора. — П-П-П-Продолжить? — кажется, цветом своего лица Тсуна мог соперничать с самыми спелыми помидорами. — Да, малыш, продолжения. Эта ночь была великолепной, особенно если учесть, что это был твой первый раз, поэтому надеюсь на скорое продолжение. — Тебе понравилось? — Да. Но еще больше мне нравится, когда ты не стесняешься проявлять свои чувства и проявляешь инициативу. Особенно, как вчера. — Прекрати, пожалуйста, меня смущать. — Хорошо, но тебе уже пора вставать. — Но ведь сегодня же выходной? — Тренировки все равно никто не отменял. — донеслось уже из ванной. Пока Тсунаеши наконец-то наслаждался жизнью, Емицу и Ноно строили свои планы. Являясь главой CEDEF, Емицу был ответственным за безопасность всей семьи. И Саваду старшего напрягало, что от репетитора его сына нет никаких вестей, да и все его отчеты не дают нужной информации. В компетенции Реборна как репетитора не приходилось сомневаться, ведь тот всё доказал, сделав из наследника семьи Каваллоне достойного десятого босса. Но всё же смутные сомнения поселились в его душе, ведь киллер, сам того не ведая, мог спутать все планы Девятого. Поэтому, для большей уверенности, что всё идет как надо, Емицу решил отправить в Намимори своего лучшего и проверенного человека следить за сыном и докладывать обо всём ему лично. Нужно контролировать ситуацию, чтоб этот сопляк ничего не натворил. Размышления мужчины прервал стук в дверь: — Входите. — Вызывали, Глава? — Да. У меня для тебя задание. — Какое? — Ты должна будешь следить за моим сыном. Стать его тенью и докладывать мне лично о каждом его шаге, о каждом неправильном вздохе. И попытайся не попасться Реборну, нам не нужны проблемы с ним, хотя за ним, по возможности, тоже лучше следить. Ты всё поняла? — Да. — Тогда свободна. Вся Вонгола жила уже какое-то время как на иголках, постоянно ожидая удара с любой стороны. А всё из-за этой чертовой Варии. От раздражения Емицу сжал кулаки, и был слышен скрежет зубов. Эти чертовы сосунки не хотели подчиняться. Пока босс этих психов был закатан в лёд, они вели себя тихо, и на них никто особо не обращал внимания. И, как выяснилось, очень даже зря. Офицеры оказались, на удивление, верны своему боссу и даже смогли освободить того из ледяной тюрьмы. И теперь, когда их нечем прижать, заставить плясать под дудку девятого их будет очень трудно. Освобождение Занзаса ставило палки в колёса планам Вонголы Ноно. Хотя даже счастливое освобождение приёмного сына Девятый умудрится использовать в свою пользу. Уж он что-нибудь да придумает. Ноно и Емицу никому не позволят портить их планы. Вария являлась элитным отрядом убийц. Вонгола часто использовала их как устрашение, чтобы приструнить другие семьи. Все офицеры были с чудинкой и немного двинутые. Боссом стада таких психов являлся Занзас Скайрини, приёмный сын Девятого Вонголы. Хотя о том, что Заназас являлся приёмным, тот узнал не сразу. Просто старикашка не умеет прятать нужные документы, хотя в общем-то из-за этого и произошло восстание. Восстание, в ходе которого Занзас был заморожен в лёд посмертной воли Ноно. Девятый даже ничего не почувствовал, когда замораживал своего сына, пусть и приёмного. Хотя для босса Вонголы обладатель пламени Ярости являлся лишь ещё одним способом достижения нужных ему целей. Офицеры Скайрини, по совместительству являющиеся его хранителями, не бросили своего босса. Варийцы были верны и преданы только их небу, и это существенно портило жизнь Ноно, он их опасался, и как оказалось не зря. Эти ублюдки нашли способ и смогли растопить лед посмертной воли, что по сути мог сделать только тот кто его использовал. Девятому оставалось только ждать, когда приёмыш узнает про нового наследника и поедет разбираться с ним. Девятый почему-то был свято уверен, что его приёмный сын не захочет отдавать кресло босса неизвестному сопляку. Идеальный шанс показать заморышу с улицы его место в этом мире. Вот только планы Ноно трещали по швам с самого освобождения Занзаса. Вария не проявляла никакой активности, что знатно нервировало. Босс Вонголы лично постарался, чтобы информация о новом наследнике дошла до его приёмного сына. Но и тут Варийцы не проявили никакой активности, и это бесило. Офицеры Варии знали своё дело и отлично работали, не смотря на отсутствие босса, так что о наследнике они знали давно, но ничего не предпринимали, пока не освободят босса. Поэтому, после его разморозки, осталось только собрать побольше информации и проверить её лично. Чем и занялись офицеры сразу же после освобождения своего неба. Занзас, после просмотра собранной информации, отдал приказ отправиться одному из хранителей и лично проследить за новым наследником, но не попадая на глаза тому и его репетитору. Тем кого отправили следить за наследником был бывший аркобалено тумана Вайпер, но предпочитал тот представляться как Марммон. Бывший аркобалено взял с собой одного из людей своего отряда, довольно сильного тумана, но слишком меланхоличного и язвительного Франа. Пара дней слежки ничего не дали, разве что у будущего десятого в хранителях находилось трое бывших аркобалено, которые, кстати, стали замечать за собой слежку. Но что-то здесь было не так. Мальчик хоть и выглядел более-менее нормально, но его через чур сильно опекали, да и пламя неба в нём чувствовалось едва ли, и то если искать специально. Поэтому туману Варии ничего не оставалось, кроме как узнать всё лично у репетитора и хранителей новоиспечённого будущего Десятого, и нужно ещё записать разговор, чтобы Занзас мог всё услышать и увидеть лично. Лучше, конечно, было бы ещё и с мальчишкой пообщаться, но это может подождать, а время — деньги. Дождавшись, когда дома останутся только бывшие аркобалено, Марммон явился на порог дома Савад со своим учеником, спрятанным под иллюзией, который должен был записать всё. В это время хранители Тсунаёши ни о чём не подозревали и решали, как изменить тренировки их будущего босса. В самом разгаре спора их прервал звонок в дверь, и, когда Реборн её открыл, то был удивлён и боролся с желанием захлопнуть дверцу прямо перед носом пришедшего. — Нам нужно поговорить, Реборн. — туман решил не тянуть кота за одно место, и сразу перейти к делу. — Что ты здесь забыл, Вайпер? — даже киллер не ожидал, что умеет так рычать. — Время — деньги, а за бессмысленные разговоры с тобой мне не платят, поэтому я хочу как можно скорее справиться с заданием Занзаса и свалить отсюда. — Занзас? Вы смогли его освободить? — Да. Так ты впустишь меня, или мы так и будем разговаривать на пороге? Верде и Фонг были приятно удивлены, когда вместе с Реборном в гостиную зашёл ещё и Вайпер, хотя удивление быстро сменилось серьёзностью и настороженностью. — Что ты хотел, Вайпер? Пожалуй, этот вопрос интересовал всех собравшихся.