Глава 1
14 декабря 2018 г., 18:45
Пролог
Ты не поймёшь, что такое страх, пока твой ребёнок не закричит в темноте.
Дубовая роща шумела своими листьями, ощущалась прохлада, исходящая от родника, который умелой рукой кудесника был вызван прямо из недр земли. В центре круга жарко горел огонь, весело потрескивая и поедая сухие ветки. Слышалось завораживающее песнопение, ветер трепал длинную бороду певца. Наступал праздник Самайн, наступало время вершить суд, совершать жертвоприношения и проводить религиозные церемонии. Песнопения резко прервалось, и в центр круга к костру вышел главный друид, подняв над головой руки со сжатым посохом, приковывая к себе взгляды. - Возрадуемся, ибо сегодня наступил день, когда к нам приходят наши предки. И что бы боги отпустили их, принесем богам жертву. К друиду подвели двоих мужчин, их лица были низко опушены, лица разглядеть было невозможно. Друид обошел каждого со всех сторон и удовлетворенно вздохнул. Сильные, гордые, но лишенные воли по его указу, воины. Боги будут довольны. - Привяжите их к жертвенным столбам! - приказал друид, оценив жертвы. Воины его племени беспрекословно выполнили его указ, привязав мужчин к столбам, расположенным посредине огромного, но еще не зажженного костра. - Огня! – потребовал друид, когда воины вышли из круга, выровняв и замкнув круг будущего костра. В руку жреца ложиться факел, который освещает его лицо и накладывая на него маску смерти. Движением руки он возвращает волю жертвам, они не боятся смерти и теперь гордо смотрят на своих врагов. Друид бросает факел к ногам врага, и огонь начинает быстро пожирать сухие ветки, добавляя света и освещая лица прикованных и приговоренных к смерти мужчин… Детский крик разорвал ночную тишину, заставляя маму проснуться и испуганно прибежать к ребенку в комнату и заключить его в свои нежные и надежные объятия. - Тише, успокойся, - ласковым голосом мать пытается утешить напуганное ночным кошмаром дите, - это всего лишь сон. Ребенок долго не может успокоиться, его сон был так реален, а лица такие знакомые. Детское тельце вздрагивает от пережитого ужаса и еще теснее прижимается. - Мам, можно я сегодня буду спать с тобой? – просит ребенок женщину, на что она только подхватывает ребенка и несет в свою спальню. Глава 1- Вы женаты, гражданин майор? - Нет еще. - Считайте, что повезло.
Рогозина сидела на очередном совещании в министерстве, с трудом удерживаясь, чтоб не врезать по холеной физиономии Колосова. Ее нервы за последние два месяца сдавали, особенно сильно это ощущалось в последнюю неделю. С тех самых пор как сына начали мучить ночные кошмары. Два месяца назад она была полностью уверена, что вот оно счастье, рядом любимый человек и сын. Что еще нужно? Но случай решил по-другому. И виноват в этом сидящий напротив нее мужчина, из-за его тупости она теперь снова живет в аду. - Галина Николаевна, где вы витаете? – вопрос Султанова заставил ее вынырнуть из своих мыслей и заметить, что в кабинете остались только трое: она, хозяин кабинета и Колосов. - Простите Руслан Султанович, задумалась, - отозвалась Галя и посмотрела на замминистра, - думала о последнем деле. - А теперь придется подумать и еще об одном, - обрадовал ее замминистра, передавая папку с новым делом, - как раз ваш профиль. Рогозина быстро пролистала дело и удивленно уставилась на Султанова. - Вы шутите? – она даже потрясла папкой. - А я похож на клоуна, Галина Николаевна? – с ехидством спросил генерал-майор. - И кого я туда отправлю в качестве подсадной утки? – не менее ехидно поинтересовалась Галя. - У Антоновой с Майским скоро свадьба, Соколова в отпуске и так ее пришлось отзывать в сентябре. Амелина на роль жены не подойдет, тем более что нужна пара с детьми. - А Вы на что, Галина Николаевна? – замминистра был не приклонен. - Как я знаю, у детей начинаются осенние каникулы, так что возьмете своего Бориса, Круглова в качестве мужа, и-и-и, вперед и с песней, подальше Вашего шалопая от Москвы, а в частности от ФЭС. У меня до сих пор некоторых сотрудников, при упоминании о ФЭС и детях, трясти начинает. - Руслан Султанович, - влез в их разговор Колосов, - можно я поеду с Галиной Николаевной в качестве мужа? Оперативник я бывалый, у меня все равно нет еще своей команды, а так хоть навыки не забуду. У Рогозиной даже глаза полезли на лоб от такого предложения. «Если Султанов даст согласие, то я не медленно напишут рапорт об отставке» - решила Галя, с замиранием сердца ожидая вердикта, Руслан Султановича. Султанов вначале посмотрел на Колосова, а затем на Рогозину, выражение лица полковника ему не очень-то и понравилось. - Нет, - принял решение замминистра, правильно опасаясь за жизнь Колосова и душевное здоровье Рогозиной, - этим делом будет занимать ее команда, тем более что это слаженный коллектив и чужих не любит. И потом операцией будет руководить именно Галина Николаевна, и старший по званию в ее подчинении – это как минимум абсурд. Галя облегченно выдохнула, готовая расцеловать Султанова. Расстроенный Колосов вышел из кабинета, оставляя замминистра и полковника одних. Руслан Султанович тут же принялся объяснять ей суть и подноготную дела. - Разрешите идти? – спросила Рогозина, когда они закончили обсуждения. - Да, свободна, - разрешил генерал-майор, но когда она уже была в дверях, остановил ее, - постой. Я понимаю, что тебе не с кем оставить сына, но я прошу, ограничь его появление в ФЭС. - Руслан Султанович, я постараюсь, но обещать не могу, - улыбнулась Галя, вспоминая, как Борис и Ванька, при помощи девочек Антоновой, чуть не разнесли контору, изводя своими выходками Селиванова и Васнецову. - «Эх, жалко девчонок рядом с Бориской нет, а то они быстро поставили бы Колосова на место» - пронеслось в голове у Рогозиной, как только она вышла из кабинета и заметила ожидавшего ее Колосова. - Галя, давай поговорим, - остановил он ее, схватив за руку. - Руки! - коротко бросила женщина, выдергивая свою руку из его. - Нам не о чем говорить. Я уже устала это повторять. - Я хочу познакомиться с моим сыном, - в который раз за последние два с половиной месяца сказал Михаил, удивляясь с каким упорством, она отрицает очевидное. - Миша, сколько раз тебе говорить, - Галя склонилась к его уху и прошипела, - у меня нет твоего сына. Оставь меня и МОЕГО сына в покое. - Я это так не оставлю, - прошипел он в ответ, - не хочешь по-хорошему, я буду действовать через суд. - Да, пожалуйста, - дала свое разрешение Галя, - себя дураком выставишь, и от меня с Борисом отстанешь. Так что флаг Вам в руки, Михаил Степанович, а сейчас пропустите меня, мне работать нужно. Отодвинув его плечом со своего пути, Галя направилась к выходу, доставая на ходу зазвонивший телефон. - Привет, Юля, - ответила она звонившей, - что-то случилось? - Здравствуйте, - живо откликнулась Соколова, - тут такая история, Галина Николаевна. В деревне моей тетки вот уже третий год пропадают люди, местные ничего не делаю, а тетка беспокоится за нас с Ванькой, поскольку пропадают именно приезжие с детьми. - Постой, - оборвала ее Галя, - деревня Колобки Пензенской области. - Да, - удивилась Юля, - откуда Вы знаете? - В министерстве, наконец-то, отреагировали на письма местных жителей, - усмехнулась Галя, прекрасно понимая, что если к концу расследования от деревни, хоть что-нибудь останется, то это будет чудо. – Это дело теперь у нас. Так что жди нашего приезда. - С Бориской? – спросила Юля, рассмеявшись, прекрасно угадав улыбку в голосе начальницы. - С ним, с Кругловым и Лисицыным, - обрадовала капитана Рогозина. - А можно без Лисицына? - плаксивым голосом спросила Юля, которая в очередной раз рассорилась со своим майором. - Нельзя, - отрезала Галя, - кто будет местных спасать от наших с тобой разбойников. Круглов один не справится. - А в качестве кого вы приедете? – спросила Юля, тяжело вздохнув и смирившись с неизбежным приездом Кости. - Я, Николай Петрович и Борис, как семейная пара, - ответила Галя, в сердце которой горела надежда на примирение с ее майором, но разум твердил другое, - сегодня заберу Бориску из школы, а завтра мы уже будем в Колобках. - А Лисицын в качестве кого приедет? – Юлю больше всего интересовал именно этот вопрос. - Не поверишь, - Галя не знала, как сообщить капитану новость, - в общем, когда мы обсуждали дело с Султановым, было принято решение отозвать тебя из отпуска. - Галина Николаевна, Лисицын приедет как мой муж? Да? – прервала ее Соколова. - Да, - выдохнула Рогозина, - прости. - Ладно, справимся, - мрачно отозвалась Юля, - Ванька по-крайней мере будет рада. Хорошо, что в деревне не знают, что я не замужем, а то бы пришлось придумывать другую легенду. - Умолчала? – понимающе спросила Галя. - Ага, - подтвердила ее догадку Соколова, - вот скажите мне, почему нам так с Вами не везет в любви? - Не знаю Юля, не знаю, - печально ответила ей Рогозина, - сама себе постоянно задаю этот вопрос. Давай до завтра! - До завтра, Бориске привет! - Иванне тоже. Юля положила трубку и вздохнула. Чего-чего, а такого она не ожидала. Прошло почти два месяца, как они с Лисицыным расстались. И все это долгое время она провела тут, у тетки. Ей было больно. Она скучала, но не хотела чтобы Иванка видела ее мучения. Соколова так и не поняла, почему Костя так взбесился. Все шло хорошо. Она вернулась из больницы к нему домой. Ванька была на седьмом небе от счастья, что ее любимый дядя Костя теперь вместе с ними. Но через некоторое время все изменилось. Лисицын стал раздражительным, придирчивым, ревнивым. Часто стал устраивать ей сцены после того, как Юля выезжала на труп не с ним, а с Майским. - «Но почему он ревнует?» – в энный раз спрашивала себя Соколова, глядя через окно во двор, где ее сорванец носилась с собакой. Ответа на этот вопрос у нее не было. При последней их встрече они дико поссорились и девушка решила уехать в отпуск подальше от Москвы. Она надеялась все обдумать и решить, что ей делать дальше. С улицы раздался громкий смех. Соколова очнулась от своих грез и посмотрела на дочь. Малышка от хохота каталась по земле, пачкая старые джинсы и футболку. Последняя явно досталась ей от майора. Переведя взгляд на пса, Юля поняла причины такого веселья. Несчастное животное представляло собой живописный вид. Бакс, немецкая овчарка, стоял посреди двора, одетый в спортивный костюм, явно советских времен, на ушах пса красовались резинки-бантики ярко розового цвета, а за ошейник были воткнуты цветы. Бедная псина стояла и смотрела на смеющуюся девочку большими грустными глазами, и не могла и шагу сделать. - Ванька, перестань мучить Бакса, - крикнула Юля, выйдя на порог дома, - пользуешься тем, что он тебе предан и не обидит. - Ну мам, весело ведь, - стала оправдываться чертовка, глядя на мать своими голубыми глазами. - Тебе весело, а вот ему - сомневаюсь, - покачала Юля головой, сдерживая улыбку. Бакс действительно выглядел потешно. Но нельзя было подавать виду, что ей весело, иначе ее непоседа превратит пса в неизвестно что. - Ладно, так и быть, я его раздену, - проворчала девочка и принялась снимать наряд с Бакса. Бедный пес, едва почувствовал, что свободен, тут же начал от радости носиться по двору, заливисто гавкая. – Мам, чего он? - Радуется, что от тебя избавился, - поддела девочку Соколова, подходя к ней и обнимая. Малышка насупилась и стала еще больше похожей на своего отца, когда тот злился или обижался. Даже сопела точно так же. - Котенок, не надо дуться, я пошутила, - прижала капитан к себе свое сокровище. Ей не хотелось, чтобы дочурка расстраивалась. Ей и так досталось, а в последнее время…. - Эй, неужели Соколова собственной персоной? – раздался мужской голос со стороны калитки. Мать и дочь обернулись и увидели возле забора молодого мужчину лет тридцати, в потертых джинсах и выцветшей рубашке. - Толик? – в голосе Юли послышалось не только удивление, но и досада. Этого мужчину ей хотелось видеть меньше всего. – А ты что тут делаешь? - А я недавно приехал. Решил отдохнуть, - ответил Анатолий, открывая калитку и проходя во двор. – Давненько мы не виделись. Как поживаешь? - Нормально я поживаю, - отозвалась Соколова, чувствуя, как ее чадо напрягается. - Я смотрю, ты с отпрыском, а мужа не видать, - улыбаясь во все тридцать два зуба, - может, погуляем? - Толик, у меня нет никакого желания тебе снова объяснять, что между нами ничего не может быть, - устало ответила Юля, сжимая плечико Иванки, которая как-то странно притихла. - Да ладно тебе, - отмахнулся мужчина и подмигнул Ване, - слышь, пацан, ты ведь не против, чтобы я стал твоим новым папой! И тут случилось то, чего больше всего боялась Соколова. Ванька ужиком вывернулась из ее рук и с диким воплем индейца племени ФАС набросилась на врага. - У меня уже есть папа! – девочка повисла на мужике и тут же впилась в его руку своими крепкими и острыми зубками. - Ааааа! – заорал Толя и попытался стряхнуть эту собаку Динго. – А ну слезь с меня, маленький уродец. Тут уже не выдержала Юля. Одним быстрым движением кулака была отделена от обидчика, а второе движение пришлось по мужскому достоинству. От неожиданности и резкой боли тот задохнулся и согнулся пополам, не зная за что держаться. И рука, и пах, адски болели. - У меня есть папа! - Иванна продолжала яростно сопеть. – Еще раз протянешь руки к маме, я на тебя Борьку натравлю. - Вань, успокойся, - Юля попыталась утихомирить свою ревнивицу, - иди в дом, я сейчас тоже приду. Проследив за тем, как дочурка скрылась за дверями, повернулась к стоящему на коленях Анатолию. - В следующий раз я тебя спасать не буду, - сказала она мужчине, - а если сюда явиться еще и ее дружок, то можешь сразу отсюда бежать, куда глаза глядят. Не веришь, могу дать номер телефона знающих людей. - Она? – прошипел Толик, с удивлением посмотрев сторону дома, и в окне увидел голубые глаза, которые подозрительно и недоверчиво смотрели на него. - Она, - кивнула Юля и усмехнулась, - она моя дочь и это еще не все, на что она способна. Соколова развернулась и направилась к дому. Когда она скрылась внутри, Толик с трудом поднялся и зло посмотрел на дверь. - Ты еще пожалеешь, - просипел он и, покачиваясь, вышел из двора. - Мам, я хочу к папе, - Ванька стояла в проходе, уставив руки в боки и требовательно смотрела на маму, - почему он к нам не приезжает? - У него много работы, - попыталась выкрутиться Юля, не желая снова вспоминать их последнюю ссору, - к нам далеко ехать, вот он и не может приехать. - Не ври, - Ванька замотала головой, - он бы тогда звонил. И вообще, я домой хочу, к папе, близняшкам, Волчаре и Бориске. - Да увидишь ты скоро своего женишка, - выпалила Соколова, понимая, что теперь не отвертится от дочери. – Приедет твой Бориска. - Правда? – малышка недоверчиво посмотрела на маму. – А папа? - И папа тоже, - вдохнула Юля, - и тетя Галя с дядей Колей. - Урааааааааааааа! – маленький тиран заскакал по комнате, радостно выкрикивая. – Папа приедет! Соколова лишь смотрела на свое чудо, с грустью думая о том, во что может превратиться их совместное пребывание и проживание. Снова ссоры и сцены ревности. А может, нет? Может, он перебесился? На все свои вопросы ответы она получит уже очень скоро. А пока ей нужно приготовится к приезду гостей, особенно к навале двух исчадий ада.
