Проснуться, вспомнить и забыть...

Дом, милый дом… – Мама! Нет, я не хочу идти в гости с тобой к твоей подруге. Почему каждое лето ты берешь меня с собой? Мама нахмурилась. – Следите за своим тоном, мистер Поттер! Я ваша мать и имею право хоть на капельку уважения с вашей стороны! Вот сейчас тебе, Сохатый, прочитают лекцию о том, как нужно себя вести в приличном обществе. Потом накинут аркан на шею и, как ягненка, поведут в гости – распивать чаи и любезничать с маминой подругой, выслушивая при этом все сюсюканья с ее стороны. «Ах, Джеймс, ты так вырос!» «Какой же ты красавчик, Джеймс, не побоюсь сказать, что за тобой все девушки бегают». Нет, миссис Клави, девушки за мной не бегают – это опасно для их здоровья. Спорим, Сохатый, сегодня тебе скажут, что ты уже такой взрослый, и не приглядел ли ты себе девушку? Вот почему ее волнует моя личная жизнь? А! Она ж с того момента, когда я в школу пошел, мечтает женить меня на своей племяннице… А то, что она меня старше на целый год и училась в Слизерине, что для меня, гриффиндорца, совершенно не приемлемо, миссис Клави как-то не волнует. Не а, миссис Клави, не получится, я уже решил, что единственная, с кем я хочу провести жизнь, явно не ваша Розмари, а некая мисс Эванс. – Так что, милый мой, ты сейчас же приведешь себя в порядок и пойдешь со мной. Я знал, что все так получится. Привести себя в порядок? Нет ничего проще – причешем волосы пальцами рук. Сменим домашний костюм на что-нибудь другое? Всегда, пожалуйста. Вон те брюки очень даже ничего. – Эй, Сохатый, опять собрался к миссис Мегере? – насмешливо спросил Сириус, фривольно расположившись в кресле. – Как же все-таки хорошо, что с позапрошлого лета меня избавили от этой нудной обязанности. Бродяга, а в нос не хочешь? Я слышал у собак нос – это самое чувствительное место. – Хочешь меня заменить? – Упаси меня Мерлин! Я похож на идиота? Сириус вскочил с кресла. – Извини, Бродяга, но если честно, то да. А вот теперь попробуем уйти с поля боя, пока меня оттуда не вынесли вперед копытами. Не успел. В голову полетела подушка. Вскоре в ход пошли и мелкие заклинания вроде ватноножного или смехочар. С ватными ногами Сириус повалился на пол, а мои волосы приобрели зеленоватый оттенок. – Джеймс! Сириус! Немедленно перестаньте! Вы же уже взрослые люди. Мама объявилась на пороге моей комнаты. Ее вид не предвещал нам ничего хорошего. Машинально мы приняли ангельское выражение лица – «мы ничего не делаем, ничего не видели». Получилось плохо. – Так, молодые люди, мы идем к Лизи все вместе. И никаких возражений. Мама была непреклонна. Ну, хоть можно будет поболтать с Бродягой. А, идея! Пусть миссис Мегера Лизи свою Розмари на Сириусе женит, а меня оставит в покое. Когда мама ушла, Сириус скривился. – Вот черт! Ты меня, конечно, извини, Поттер, но порою я не вижу разницы между своей матушкой и твоей. Что правда, то правда, вот поэтому стараюсь мамочку не злить. Не забыть бы вернуть волосам первоначальный цвет. – Одевайся, Бродяга, нас ждет серьезное испытание. – С удовольствием, Сохатый. А пути к побегу нет? – с надеждой спросил Сириус. Если бы такой путь существовал… я бы давно его использовал. – Кстати, Джеймс, как у тебя дела с Эванс? – на автомате спросил Бродяга, в наглую надевая одну из моих рубашек. Как дела с Эванс? С Лили? Все отлично – в выходные свидание. – Отлично, Сириус. Вот раздумываю, что бы ей сказать в эту субботу. Бродяга хлопнул меня по плечу. – Будь проще, Джеймс, скажи всего три простых слова. Написать шпаргалку? Или сам догадаешься? Не надо. Догадаюсь. – Ты уверен, Бродяга? – Я-то что? Я на Эванс жениться не собираюсь, – философски заметил Сириус. – Пошли, Сохатый, миссис Мегера и мисс Слизеринка ждут нас. – Пошли, – тем более, куда я сейчас денусь? Миссис Клави действительно нас ждала. Стоило нам появиться в камине ее гостиной, как она тут же возникла буквально из воздуха. – О, Кетлин! Как я рада, что ты решила зайти ко мне на чашечку чая! С тобой твой чудесный сынок и его друг? Ничего чудесного я не вижу. – Розмари, иди сюда, Джеймс и Сириус заглянули к нам. Ну, вот теперь держись. Из соседней комнаты выплыла девушка в розовой кофточке. Тот год, что я не видел ее, явно пошел ей на пользу. Она стала намного миловидней. Возникает логический вопрос, что же делает школа с детьми – вон как они расцветают после окончания этого ужасного заведения. Хм, а тогда, что со мной-то станет, если я сейчас в самом расцвете сил? Сириус обреченно покачал головой. Для него Розмари Клави хоть была симпатичной, но все же училась в Слизерине и очень дружила с его младшим братишкой Регулусом, которого Бродяга прямо-таки «обожал». Так что это для него, видать, дело принципа. К тому же, повторюсь, она старше нас на год. – Говорят, Джейми, – защебетала миссис Клави, разливая по чашкам чай, – ты уже год встречаешься с какой-то красоткой. Встречаюсь, миссис Мегера, встречаюсь. Сириус, спасай! – Не скажешь, кто она? Мама улыбнулась и отхлебнула из своей чашки. – Лили Эванс, – на, получай! – моя однокурсница. Спокойствие, только спокойствие. Убийство карается по закону, Сохатый. Ты ж не хочешь попасть в Азкабан таким молодым? – Она хорошенькая? Это допрос? – Очень, миссис Клави, – ответил за меня Сириус, – она очень хорошая и красивая. Спасибо, Бродяга. Я прощу тебе сейчас все, что ты успел натворить. – Сириус, а ты? – огонь перекинулся на Сириуса. – Надеюсь, благороднейшему семейству Блэков не придется долго ждать наследников. Судя по всему, благороднейшее семейство Блэков от Бродяги этих самых наследников не получит. В ближайшее время уж точно. Убейте меня кто-нибудь! Или я не выдержу. Но, к счастью, все плохое имеет обыкновение заканчиваться.