Мастер на час

Донхёк лениво открывает входную дверь и приваливается плечом к косяку, вопросительно выгибая бровь. На нем растянутая белая футболка, что слегка прикрывает округлые бедра. Сползая, она открывает плечо и едва выпирающие ключицы с родинками. На ногах Донхёка — белые носки, которые гармонично контрастируют с загорелой кожей. Кончиками пальцев Донхёк сжимает палочку чупа-чупса и со смачным чмоком освобождает конфету из горячего рта. С усмешкой на блестящих и наверняка липких губах медленно похлопывает круглой сладостью по нижней и ведет чуть в сторону. Парень напротив заметно напрягается, и это видно по длинным пальцам, сжимающим лямку рюкзака. Он смотрит на Донхёка внимательно и скользит кончиком языка по пересохшим губам, которые Донхёк не прочь увлажнить сладким поцелуем со вкусом малины. — Я Джено, — говорит парень, слегка прокашлявшись и выйдя из короткого оцепенения. — Ваш мастер на час. У вас кран потек: чинить будем? — Он кивает в знак приветствия и улыбается уголками губ. А Донхёку так и хочется ляпнуть, что потек не только кран. И он не против, если Джено его “починит”. — А у вас там все такие? — усмехается Донхёк, выделяя последнее слово, и прокручивает чупа-чупс по высунутому кончику языка. — Какие "такие"? — приподняв удивленно бровь, интересуется Джено, но Донхёк не дурак и сразу замечает, как меняется взгляд Джено. Как темнеют и без того черные глаза. Донхёк ничего не отвечает. Засовывает в рот конфету, языком задвигая за щеку, и, оттолкнувшись от дверного проема, поворачивается на пятках спиной к Джено. Замечает в зеркале заинтересованный взгляд на своих ногах и жестом показывает Джено следовать за ним. У Донхёка кожа горит от явного интереса, с которым Джено его разглядывает. У Донхёка губы свербят от желания почесать их о губы Джено, но он делает глубокий вдох и ведет Джено в кухню. Донхёк подпирает поясницей столешницу и облизывает чупа чупс. Следит за тем, как Джено, доставая инструменты из рюкзака, выкладывает их на стол и едва не давится воздухом. Джено стягивает черную худи через голову и остается в одной растянутой борцовке. Она открывает отличный вид на подкаченные руки, которые Донхёк с радостью бы потрогал и не только пальцами. А потом он переводит взгляд на крепкую шею, по которой Джено проводит ладонью, и прикусывает кончик языка, чтобы не завыть в голос. Джено наверняка замечает на себе взгляд Донхёка и одаривает его улыбкой. В уголках его глаз прячется солнце, а Донхёк рассыпается на кусочки. Чтобы отвлечься, он возвращается к готовке, которой и был занят до прихода Джено. Он включает конфорку, возвращая на нее едва остывшую сковороду, и перемешивает половником тесто для блинов. Смазывает сковороду и выливает на нее порцию теста. Донхёк увлекается готовкой, совсем забывая о Джено, но хватает обернуться через плечо в поисках полотенца, как деревянная лопатка выпадает из руки. Донхёк с интересом склоняет голову набок и облизывается. Джено в очень интересной позе справляется с краном под раковиной. Он целиком и полностью поглощен работой; Донхёк более чем уверен в этом, а потому беззастенчиво пялится на обтянутые черной джинсой ягодицы. Донхёк отвлекается, чувствуя запах подгоревшего блинчика, и чертыхается, отправляя тот точно в мусорную корзину. Выливает на сковороду последнюю порцию теста и отставляет миску в сторону, чтобы потом помыть. Когда последний блинчик отправляется на тарелку, Донхёк выливает из бутылки воду в чайник и нажимает кнопку. Достает из холодильника банку шоколадной пасты и вываливает в пиалу. Отправляет ее в микроволновку, а сам, опираясь на локти, облизывает ложку. — Ну вот, все готово… — последнее слово Джено произносит с легкой хрипотцой и Донхёк замечает, как дергается его кадык. Языком Донхёк проводит по ложке, слизывая шоколад, и не сводит взгляд с Джено. — Мой руки, мастер, угощу тебя чаем. — Донхёк усмехается, отталкиваясь локтями, и достает с полки чашки. Мысленно радуется, что Джено не возражает, и думает, что из этого может что-то получиться. Джено Донхёку нравится. А Донхёк в людях не ошибается. Донхёк заливает чай кипятком и ставит дымящиеся чашки на стол. Туда же отправляет и тарелку с блинами. Рядом опускаются пиалы с мёдом и шоколадной пастой. Донхёк тянется за сахаром, что хранит на верхней полке, и вздрагивает, когда чувствует как к его спине прижимается горячее тело, а в нос забивается едва ощутимый запах пота, и Донхёк различает нотки бергамота и лайма. Джено достает с полки сахар и отставляет на стол, а Донхёк, зажатый между горячим телом и столешницей, развернувшись, поднимает голову. Ловит на себе внимательный взгляд Джено и понимает по глазам, чего от него ждут. Донхёк про себя усмехается, потому что Джено немного рыцарь, но врать себе, что от осознания этого пальцы на ногах поджимаются, а в животе приятно щекочет, Донхёк не спешит. Он кончиками пальцев скользит по рукам Джено, цепляет Джено взглядом и оглаживает широкие плечи. Ведет подушечками по крепкой шее и очерчивает линию челюсти. Второй рукой Донхёк забирается под майку и горячей ладонью прикладывается к животу. Чувствует, как напрягаются мышцы, и царапает ногтем. Джено смотрит на Донхёка внимательно и ничего не предпринимает. Позволяет Донхёку изучать себя и едва заметно усмехается, когда Донхёк тянет его майку вверх, заставляя поднять руки. — Так у вас там все, такие? Или это только мне повезло? — интересуется Донхёк и поддаваясь вперед, цепляет кончиком языка темную горошину соска. Целует возле и отстраняется, укладывая ладони Джено на грудь. — Уверен, что повезло? — склоняясь к уху Донхёка, шепчет Джено и, охватив губами мочку, тут же цепляет ее зубами, а у Донхёка с губ срывается неожиданный стон. Тихий, но Джено наверняка слышит. Донхёк цепляется пальцами за плечи Джено и утыкается носом в шею, когда его внезапно отрывают от пола. Он рефлекторно обхватывает Джено ногами, и там, на коже, где Джено удерживает его за бедра, горит, будто Донхёк получил ожоги. Донхёк чувствует, как его усаживают на холодный стол, и едва не опрокидывает чашки с чаем, отодвигая от греха подальше. Его руки продолжают сжимать крепкие плечи, пока ладони Джено блуждают по его бедрам. Донхёк смотрит внимательно, плавится от приятных касаний и путается пальцами во взмокших волосах Джено. Слегка сжимает и тянет на себя, шире раздвигая ноги. Он губами ведет от подбородка, выше, трется о щеку и кончиком языка щекочет в уголке губ. Сжимает пальцы в волосах чуть сильнее, заставляя Джено откинуть голову назад, и размашисто ведет от впадинки на шее, задевая кадык и прикусывая кожу под подбородком. Отстраняется и улыбается, заглядывая Джено в глаза. От темнеющего взгляда сосет под ложечкой. Донхёка потряхивает внутри от желания касаться, и чтобы касались его. Джено перехватывает его запястья, убирая руки за спину, и держит одной рукой. Пальцами второй обхватывает подбородок, слегка надавливая, и поддается вперед. Горячий язык Джено приятно щекочет во рту, и Донхёк сам не замечает, как начинает постанывать в поцелуй. Джено целует мокро, глубоко и не дает Донхёку отстраниться. Обхватывает губами донхёкову нижнюю, посасывает, оттягивая, и снова целует. У Донхёка горят легкие, горят губы и совсем немного — запястья. Он высвобождает руки из ослабевшей хватки и обхватывает голову Джено ладонями. Направляет на свою шею, запрокинув голову, и позволяет себя клеймить. Джено целует жадно, вылизывает шею и кусает. Оттягивает кожу, посасывает и оставляет гореть яркие метки. У Донхёка в голове пустота; картинки того, как его шея, покрытая метками Джено, будет выглядеть позже плывет перед глазами. Джено отстраняется и обхватывает ладонью лицо Донхёка. Поглаживает щеку большим пальцем, задевая влажные губы, и целует в уголок. Аккуратными касаниями, Джено целует шею, ведет губами по оголенному плечу и шепчет у самого уха, что родинки Донхёка прекрасны, как и сам Донхёк. Донхёк от удовольствия прикрывает глаза, пока Джено выцеловывает его ключицы и шею. Путает пальцы в волосах Джено и прижимает к себе ногами, вжимаясь в Джено всем телом. Джено отстраняется и, обхватив лодыжки Донхёка пальцами, заставляет его расцепить ноги. Ставит пятками на стол и улыбается. У Донхёка спирает дыхание, когда горячими губами Джено по очереди касается его округлых коленок и целует. Ведет поцелуями по внутренней стороне бедра, и Донхёк закусывает костяшки пальцев. Щеки горят огнем, когда Джено ставит его ногу себе на плечо и трется щекой. Лижет у кромки короткого белого носка и ведет мокрым языком дорожку выше. Втягивает мягкую кожу под коленкой и оставляет гореть еще одну метку. Донхёк закусывает губу и тянет Джено на себя. Целует первый, проталкивая язык в рот и кончиком щекочет нёбо. Кусает губы и путается пальцами в волосах. Он медленно отстраняется, оставляя между ними ниточку слюны, и Джено, обхватив подбородок Донхёка пальцами, стирает ее с губ. Донхёк перехватывает его запястье и трется щекой о большую и теплую ладонь. В ушах шумит, а в груди приятно тянет. В глазах Джено горит желание, и Донхёку хорошо от этого. Его хотят. Донхёк это видит. Он тянет руку Джено к пиале с шоколадной пастой и пачкает длинные пальцы. Подносит руку к лицу и усмехается. Нагло, совсем забыв о том, что мгновение назад плавился от чужих поцелуев. Шоколад теплый, стекает по ладони Джено, пачкает запястья и капает на бедра самого Донхёка. Джено смотрит выжидающе, и Донхёк не заставляет себя долго ждать. Кончиком языка слизывает шоколад с запястья, ведет по ладони и скользит между пальцами. Мягкими исцелованными губами обхватывает плотным кольцом сразу два пальца и глядя Джено в глаза, вбирает в рот. Нарочито медленно, миллиметр за миллиметром. Держит Джено взглядом и с удовольствием замечает, как нервно дергается кадык Джено. Как он облизывает губы и горящими глазами следит за губами Донхёка. Донхёк двигает головой, насаживаясь ртом на длинные пальцы Джено, и посасывает с тихими стонами. Выпускает изо рта с причмокиванием и вылизывает остальные пальцы, что измазаны в шоколаде. Донхёка ведет от того, насколько красивы руки Джено. Про себя он называет их искусством. Его длинные пальцы хочется целовать, вылизывать, а лучше — почувствовать в себе. От мысли о последнем Донхёк давится вдохом и чувствует, как тянет внизу живота. Внутри от одной только мысли об этом все скручивает в тугой узел, но он забывает об этом, когда его притягивают к себе, и Джено с тихим рыком впечатывается в его губы. Поцелуй смазанный, неаккуратный и торопливый. Джено заставляет Донхёка улечься на стол, и тот радуется, что блины и чашки с наверняка остывшим чаем стоят в стороне. Донхёк кусает себя за запястье, потому что Джено размазывает по его бедрам шоколад и начинает целовать. Сжимает ладонями мягкие округлости и мнет в ладонях, заставляя Донхёка выгибаться и глотать стоны. Джено гладит ноги Донхёка, забирается пальцами под растянутую футболку и покрывает поцелуями мягкий живот. Языком щекочет ямочку пупка и тянет Донхёка на себя, втягивая в поцелуй. Ленивый, со вкусом шоколада. Когда они отстраняются, Донхёку кажется, что комната и кухня вокруг плывут. Перед глазами — улыбающиеся глаза Джено, и тот аккуратно гладит Донхёка по щеке, второй рукой поглаживая донхёково бедро. — Сумасшествие, — одними губами шепчет Донхёк и целует Джено в уголок губ. Пальцами поглаживает шею и утыкается лбом в лоб Джено. — Хочу тебя, — в самые губы говорит Донхёк, и улыбка на губах Джено становится мягче. — Сначала я должен сводить тебя на свидание. — Джено отстраняется и помогает Донхёку слезть со стола. Прижимает его поясницей к столу и оставляет еще один поцелуй на плече. — Ты только что буквально вылизал меня всего и говоришь, что должен сводить меня на свидание перед тем как тр… — Его затыкают поцелуем, и Джено щелкает Донхёка по носу. — Я не собираюсь тебя трахать, — придвигаясь к уху, говорит Джено и, понизив голос, добавляет: — Я собираюсь любить тебя. До тех пор, пока ты не сорвешь голос. У Донхёка ноги подкашиваются от представшей в голове картины и, отстранившись от Джено, он твердо выдает: — Сегодня у тебя свидание с самым шикарным парнем этого города, красавчик, — и вовлекает Джено в поцелуй, слизывая с его губ улыбку и думая, что сегодня в его квартире починят не только потекший кран.