after

      Он просыпается ранним утром оттого, что за окном надрывается какая-то настырная пташка. Почувствовав приближение весны, она, кажется, не планировала затыкаться в ближайшие часы, и Чимин недовольно тихо заворчал на крылатый будильник, мешающий ему наслаждаться отдыхом. Комнату наполняют зыбкие сумерки. За окном уже начинало медленно светать, но из-за обложенного тучами неба всё равно город оставался серым, словно призрачным. Ночная темнота нехотя уходила, оставляя после себя только всё ещё зажжённые фонари, отражающиеся неровными пятнами в лужах. Город был тих, спокоен, наполнен прохладой и запахом прошедшего ночью дождя. Чимин слушает щебет, влетающий в приоткрытое окно, и устраивается удобнее в крепких объятиях спящего рядом мужа. Слушает его тихое дыхание и улыбается, чувствуя себя так хорошо и защищённо, что внутри всё тугим узлом скручивает от счастья. Чимин чуть откидывает голову, рассматривая умиротворённое лицо Юнги. Прикусывает губу, сдерживая улыбку, потому что его строгий, собранный и почти всегда очень серьёзный мужчина сейчас напоминал едва ли не ангела. Черты лица смягчились, складка меж бровей разгладилась. Чимин, словно не веря этому, тянется нежно погладить подушечками пальцев чуть выше переносицы и лоб мужа. В коконе из тёплого пухового одеяла и крепких объятий немного душно, но Чимин, несмотря на всю свою нелюбовь к духоте, в жизни не вылезет отсюда первым. Никогда сам не отстранится от горячего обнажённого тела рядом. Любовно осматривая шею, ключицы и грудь Юнги, Чимин невесомо касается их пальцами. Оглаживает и очерчивает каждую плавную линию, едва не умирая от восторга и обожания, потому что… кто бы мог подумать, что у него когда-то будет это всё! Чимин трепетно и нежно касается губами под впадинкой у горла мужа и прикрывает глаза, удобнее обнимая его за талию. Он поверить не может до сих пор, хотя прошло уже несколько лет, что это всё – его жизнь. Полная свободы, спокойствия, возможности заниматься тем, что он любит. И любить того, кого выбрало его сердце. Чимин всё ещё иногда дёргается, вспоминая своё невольное заточение в стенах родного дома, больше всего боясь, что когда-то придётся туда вернуться и снова стать безвольной куклой. Чимин с волнительной дрожью чувствует, как Юнги прижимает его к себе ближе, ворчит что-то сквозь сон ему в волосы и длинно горячо выдыхает. Боже… Как же сильно Чимин любит этого человека! Когда-то он думал, что будет вечно исполнять волю своих строгих и властных родителей, которым было всё равно на его желания и планы. Они сами выстроили для Чимина по их меркам идеальную жизнь. И, наверное, именно за это сейчас хотелось сказать им спасибо. Они просто не знали, что, заставив Чимина пойти учится туда, куда его душа совершенно не лежала, сами вручают в его руки ключи к свободе. Путь к ней был сложен и долог. Полон сомнений и моментов тяжёлой апатии, когда уже не хватало сил даже просто вставать по утрам с постели. Но в итоге он привёл его к Юнги. Чимин улыбается, вжимаясь в мужа теснее. Их история была такой простой, скучной и банальной. Чем-то немного похожей на второсортный сериал, наверное. Никаких резких поворотов в сюжете. Просто Чимин работал в компании Юнги. Он о генеральном знал только слухи тогда, пару раз видел его со стороны. А потом пошёл на повышение и дослужился до начальника отдела. И именно тогда впервые встретился с Юнги. - Ты единственный из начальников, на кого я ни разу не повышал голос, и кто ни разу не подвёл моих ожиданий, - поделился однажды его будущий муж, пока они пили чай в его кабинете. – Если бы все люди работали так… - Было бы скучно жить, поверьте, - смеялся в ответ Чимин. - Или экономилось бы больше нервов, - фыркнул тот в ответ. Их дружба началась так легко. Просто в какой-то момент они стали проводить вместе много времени. Юнги не был женат, а Чимину личная жизнь могла лишь сниться. Так что времени вне работы у них было предостаточно. И через какой-то год Юнги впервые поцеловал его… в щёку. Чимин едва не хихикает, успевая удержать этот глупый и счастливый звук в себе, чтобы не разбудить мужчину рядом. Он нежно поглаживает широкую сильную спину Юнги и нежится в его руках, с восторгом отдаваясь воспоминаниям. Юнги целует его в щёку. Но это не выглядит неловко и неуклюже. О нет. Поцелуй тот разжигает в Чимине желания больше, чем самая откровенная ласка. Он помнит… помнит, как Юнги смотрел тогда – темно и жадно. Он помнит, как горячие сухие губы медленно прижимались к краснеющей от смущения щеке. Как Юнги расцеловывал каждый миллиметр, пока Чимин не вцепился в него, просто потому что на ватных ногах уже не мог нормально устоять. А когда Юнги понял, что ему не будут сопротивляться… Чимин краснеет здесь и сейчас. Юнги, конечно, не состоял в то время в отношениях, но любовником был искусным. Сам же Чимин был настолько невинен и неопытен, что его и один жаркий поцелуй с языком довёл бы до оргазма. Но Юнги знал это. Он знал на тот момент о Чимине всё. Так что невинные ласки, под стать самому Чимину, в тот вечер обжигали его тело. Юнги не позволил его удовольствию закончиться слишком быстро. Юнги, что тогда, что сейчас, думает в первую очередь о нём, а не о себе… - Как же мне повезло с тобой, - шепчет Чимин, вскидывая на мужа взгляд. Он носом трётся о линию его челюсти, касается губами подбородка. У него никогда не хватит слов, чтобы рассказать Юнги, как много он значит для него. Никогда. - Я заберу тебя оттуда, - сказал Юнги Чимину однажды. – Если ты позволишь, я заберу тебя. - Да, - ответил Чимин, едва проглотив ком в горле. Конечно, родители одобрили Юнги. Кто бы сомневался! Только вот они в последнюю очередь думали о благополучии сына. Их волновало, что Юнги был успешен и состоятелен. Они наивно полагали, будто если их сын станет частью семьи Мин, то они тоже. К счастью, Юнги был другого мнения. - Они от меня ни копейки не получат, будь уверен, - сказал он своему уже мужу. Чимин в тот момент стоял у зеркала в их теперь общей квартире. Он устало стягивал с себя белый дорогой костюм, чувствуя себя до предела счастливым в новом статусе мужа для своего самого дорогого человека. Юнги стоял чуть позади в таком же, только чёрном, костюме и улыбался нежно, рассматривая своего немного измотанного супруга. - Думаю, они уже это поняли, - честно признался Чимин, улыбаясь. – Ты распорядился усадить их в дальний конец праздничного стола. Как красиво подчеркнул, что они не особо желанные гости тут, а… - Будто ты против, - Юнги поцеловал его затылок. - Ни капли. Конечно, ни капли. Чимин знает, что, если бы не великая удача, если бы не происки судьбы, сведшие его с Юнги, он бы не выдержал долго этого морального прессинга со стороны семьи. Зато теперь у него новая семья, которая не считает его бездушной куклой, которой можно помыкать. - Маленький, - хрипло звучит над ухом. – Ты чего не спишь? Чимин виновато улыбается, смотря на приоткрывшего глаза Юнги. - Птица мешает, - шепчет он. – Прости, я разбудил тебя. - Это было приятное пробуждение. Мой драгоценный супруг такой ласковый, - Юнги улыбается. Ох, эти его прекрасные улыбки, что делают Чимина таким слабым и на всё готовым! Он тянется поцеловать любимые губы и негромко смеётся, когда Юнги перетягивает инициативу, подминая Чимина под себя. Так тесно и горячо, что голова кругом. Чимин загнанно дышит, обнимая любимого крепче. Губами беспорядочно тычется в его шею и плечо, когда Юнги словно вплавляется в него, становясь одним целым с ним. Он обхватывает крепко ногами бёдра своего мужа и дрожит весь, едва держит себя в сознании, пока Юнги шепчет на ухо ему, какой Чимин у него сладкий, какой замечательный для него, Юнги. В коконе из одеяла и жара их тел можно сойти с ума от духоты. Но Чимин никогда в жизни не покинул бы это место по доброй воле. Он чувствует себя самым любимым, самым свободным, пока Юнги держит его в своих руках. Пока он любит его, всё ещё боящегося призраков прошлой жизни. Пока доверяет ему себя, принимает самого Чимина без остатка, Чимин никогда не сделает первый шаг прочь.