Часть 1
15 декабря 2018 г., 02:51
Юри и сам не знал, почему именно Франция. Просто Вольфрам хотел своими глазами увидеть один из этих знаменитых замков, а ему самому это неожиданно показалось очень романтичным.
Эта идея сама собой пришла ему в голову, когда, затерявшись в толпе, они случайно оказались посреди свадебной церемонии.
В тот раз с ними была Грета. Девочка долго и восторженно отзывалась о процессии венчания, о том насколько красивое у невесты платье и, подытожив, заявила, что хотела бы такое же на свою свадьбу, чем вызвала недовольное бурчание со стороны обоих своих отцов. За спором о том когда, как и за кого выйдет Грета, тема сошла на нет. Но от Юри не укрылось, каким тихим и задумчивым Вольфрам был весь остаток дня.
Новость о невозможности однополых браков в Японии воспринялась им нелегко, хоть он и старательно пытался не подавать виду.
Да и сам Шибуя, говоря прямо, чувствовал некоторое разочарование. За годы, что он и Вольфрам были обручены, мысли об их свадьбе стали чем-то само собой разумеющимися. Иногда он ловил себя на мысли, что даже ждет этого события.
А раз все сложилось так, почему бы и...
«Почему бы и нет», — решается он в итоге, прежде чем поговорить с Вольфом тем вечером.
— Я не заинтересован в земных религиях, — ожидаемо ворчит тот в ответ, но Юри подводит разговор к сути, и он заметно оживляется.
В Шинме нет подобной традиции с кольцами, поэтому Юри терпеливо объясняет Вольфраму все, что знает сам.
Эта затея может показаться глупой, но Вольф воспринимает ее со всей серьезностью, и Шибуя не уверен, хорошо это или плохо.
— У католиков не принято разводиться. Считается, что свадьба — это один раз и на всю жизнь, до самой смерти, — добавляет он ко всему прочему, зная, что стопроцентно добавит себе этим очков. И не может не возгордиться, когда Вольфрам буквально начинает сиять.
На самом деле, сам Юри тоже далек от европейских свадеб и в такие моменты ему, как никогда, не хватает Мураты, который был гораздо надежнее любой Википедии.
К тому же он не уверен, насколько уместно находиться в католической церкви японцу не католику и мазоку из другого мира, наотрез отказывающегося считаться с любой земной религией.
Наверное, настолько же уместно, насколько и нахождение в ней двух несовершеннолетних любовников одного пола.
Они прячутся за задними колоннами, и Юри изо всех сил старается сохранить серьезный вид. Вольфрам смотрит на него непонимающе: он все еще имеет весьма смутное представление о земных свадебных традициях.
«У тебя глаза красивые», — зачем-то неловко бросает Шибуя, как будто на первом свидании. Вольфрам фыркает, но его с головой выдают покрасневшие щеки и то как он молчит, нервно сжимая пальцами край его, Юри, рукава. Шибуя уверен, что ему не нравится находиться среди окружения икон и свечей, чьи каноны предписывают уничтожать демонов, а не совсем наоборот.
На мгновение Юри думает, что здесь вполне может оказаться Конрад. Но тут же отметает эту мысль. Конрад никогда не появляется там, где проходят свадьбы.
Возможно, он даже знает причину.
После произнесения клятвы, пока неизвестная им пара молодых обменивается кольцами у алтаря, Юри успевает надеть кольцо Вольфраму и впопыхах роняет свое, чертыхаясь приглушенным шепотом.
— Мне кажется, здесь не самое лучшее место для подобных слов, — монотонно отзывается его спутник, подбирая с пола чудом не укатившееся кольцо и надевая ему на палец.
Вольфрам кажется совсем спокойным, но то, как его ладонь задерживается на руке Юри, на пару секунд сжимая ее, говорит гораздо больше, чем он мог бы сказать словами.
И пускай он всегда представлял это событие в своей жизни совсем по-другому, пускай здесь нет ни Конрада, ни родителей, Юри чувствует себя по-настоящему счастливым. Несмотря на замечание Вольфрама, или на то, что кольцо в итоге оказалось совсем не на том пальце.
И то, и другое, в конце концов, поправимо.
