Право на счастье

Музыка закончилась, розовые софиты погасли, и сцена опустела. Спустя несколько минут на нее выйдут другие танцовщики. Но никто из них не привлечет столько внимания, столько похотливых взглядов, как скрывшийся в гримёрке Майами Морти. Собрав свою косметику в сумочку, стерев с лица чересчур яркий грим, Майами заглянул в каморку шефа. Большой Морти вел себя учтиво со своими работниками, но если бы кто-нибудь проявил невежливость и не зашёл попрощаться, наказание не заставило бы себя ждать. — Привет, Майами, — дружелюбно сказал Большой Морти. — Уже домой? Не возьмёшь ещё один приватный танец? — Нет, босс. Что-то устаю в последнее время. — Дело твое. Но ты знаешь правила, — Большой Морти повернулся на стуле и выжидательно смотрел на стриптизера. Тот вытащил из трусиков приличную пачку купюр — все, что ему насовали туда во время танца и накидали на сцену — и протянул ее Большому Морти. — Эти деньги пойдут на ремонт гримёрки, — подмигнул Большой Морти и спрятал пачку. — Ладно, — безразлично отозвался Майами и повернулся, чтобы уйти. — Чао, босс, до завтра. — Погоди, Майами, — остановил его Большой Морти, и тот остановился. — Я видел, тебя там этот... придурошный Рик ждёт у выхода. Ты с ним, что ли, мутишь? — Да так, не особо серьезно, — усиленно придавая голосу легкомысленный оттенок, Майами махнул рукой. — Я ему п-понравился, он... он меня на концерт пригласить обещал. — Смотри только, чтоб без ущерба работе! — большой Морти погрозил пальцем. — Вон, Рик-директор вафельной фабрики мне все пороги оттоптал, спрашивает твой адрес, лучше бы с ним затусил. А у этого нищеброда небось денег едва на мороженое хватает. — Да я... мне просто музыка нравится... ничего такого... на пару часов в выходной и все... — пролепетал Майами. Босс презрительно поджал губы, но смилостивился и махнул рукой, отпуская его. — Поступай, как знаешь, но помни, что у тебя контракт. И чем меньше приватов, тем меньше чаевых. Ч-чао, сучка. — Чао, Босс. Вздыхая с облегчением, Майами отправился восвояси к выходу из клуба. Подобные разговоры происходили часто в последнее время, но он старался не думать о них. На сегодня он свободен от «Грязного Морти», от танцев и от своего босса. И от чужих Риков, съедающих его жадными, раздевающими взглядами, тянущих к нему свои руки, чтобы успеть полапать за бедро, пока он движется мимо них по сцене. У порога его в самом деле уже ждал Рик. Майами двадцать раз просил не встречать его с работы, но тот не слушался, ему, видите ли, скучно. На самом деле он просто бесился из-за того, что к парню может кто-то пристать, и следил за ним, как ревнивая жена. Любого другого Рика Майами давно бы уже отшил за настырность. Но с этим всё было по-другому. Они увидели друг друга первый раз в «Грязном Морти», куда Рика приволокли развлечься его приятели. Они заплатили Майами за приватный танец, и мальчишка уволок нового клиента в кабинку. И сразу понял, что тот очарован. Майами был не лыком шит и такие вещи видел сразу. Рики заплатили немало, и он старался, елозя попой на коленках Рика. А тот будто боялся прикоснуться. А потом достал из кармана несколько сотен и спросил, хватит ли этого за ночь. Слегка прифигев от суммы, но притворившись, что сомневается, Морти пересчитал деньги и согласился. Они приехали домой к Санчезу. Старик угостил его выпивкой, показал, где что лежит в ванной... Но когда Майами начал раздеваться, остановил его. Сказал что-то вроде: «Успеется». Включил телек и лег с ним в обнимку на диван. И Морти сам не заметил, как уснул. У них так ничего и не было в тот раз. Утром Рик просто уехал, оставив его спящего в своей квартире. И записку. Вечером он ждал его возле клуба. Сперва Майами думал, что старик ждёт, чтобы он отработал деньги. Но тот просто проводил его до дома. Потом ещё раз. И ещё. А на четвертый раз Морти позвал его зайти, сам не понимая, почему он это делает. Он встречался с десятками Риков, и всем от него надо было только одного. И он давал им это, потому что любил выпивку и всякие удовольствия, которые можно было купить за деньги. А этот странный, «придурошный» Рик всерьез за ним ухаживал. Как будто Майами был не танцором из самого скандального стриптиз-бара на Цитадели. А обычным парнем, представляющим из себя нечто большее, чем разодетая проститутка в блондинистом парике. На следующий день Морти переехал к Рику. Это позволило ему изрядно сэкономить на съёме жилья. С другой стороны, некуда стало водить клиентов. Но ему уже и думать не хотелось о других Риках. Он бы с радостью бросил работу. Но Большой Морти предусмотрительно заключил с ним контракт на целых пятнадцать месяцев, из которых Майами отработал только три. — Что, этот твой сучка-Босс опять забрал у тебя чаевые? — спросил Рик, пока они закоулками пробирались домой. — Агаа, — манерно протянул Морти. — Да ты не переживай, на косметику мне и зарплаты хватит. А за хату платишь ты, папаня. — Давай сбежим, Морти, — сказал вдруг Рик и остановился. Достал портальную пушку и выжидательно смотрел на Морти. — Да ты что, с ума сошел? — вскрикнул Майами. — У Большого Босса связи в Рик-совете, они меня найдут и сдадут ему с потрохами! И буду лишний год тереться жопой об шест! А тебя... а тебя в Рик-тюрьме закроют. Рик спрятал пушку обратно в карман и вжал Майами в стену. Секунду-другую смотрел ему в глаза, а затем начал целовать, одной рукой упёршись в стену рядом с лицом парня, а другой шаря по его телу под шубой. Морти согнул одну ногу в колене и провел ею Рику по внутренней стороне бедра. — Ах ты, сучка, — прохрипел Рик на ухо Майами, отрываясь от его губ. — Хочу тебя... прямо здесь. — Давай, — просто сказал Морти и развернулся лицом к стене, оттопырив зад. Мальчишка был намного ниже своего любовника, и тот схватил его подмышки и поставил на идущий вдоль стены парапет, прижав к стене своим телом. Свободной рукой стянул с него короткие шортики, под которыми обнаружились стринги. Просто сдвинув в сторону шнурок стрингов, Рик расстегнул собственные брюки и упёрся членом в задницу Морти. — Возьми меня, Рик, - тихо сказал Майами, слегка поворачивая к нему голову. Рик харкнул себе в ладонь и размазал слюну по члену. — Да, детка, — пробормотал мужчина, пихая в Майами член сразу на полную. Морти тут же прерывисто вздохнул, подаваясь навстречу, но Рик издевался над ним, не давая двигаться, лишь слегка щекоча ему простату, но не давая полностью желаемого. — Ри-ик, ну хватит мучать, — простонал парень, упираясь руками в стену, стараясь сильнее нанизаться на член. Старик поцеловал его в шею, провел языком по нежной линии плеча. Майами захныкал: — Рик, я не могу уже... давай... — Обещай, что пойдешь со мной на концерт в субботу. И проведешь со мной весь день. А не со своими извращенцами. — Обещаю... блять, Рик, да давай же уже... твою мать, выеби меня, педрила старый! Рик рассмеялся на произнесенную тонким мальчишечьим голосом ругань и наконец начал движения. Сперва плавные и бережные, но вскоре сменившиеся резкими и мощными, которые порвали бы нахрен неопытную задницу. Но для Майами было в самый раз. Он стонал и коротко вскрикивал, ритмично подавался бедрами назад, попеременно расслаблял и сжимал задницу, доставляя партнеру нереальное удовольствие. За такую заботу о своем члене любой Рик, не задумываясь, отвалил бы пару сотен. Но этот Рик был особенным. И имел Майами во все дыры абсолютно бесплатно. Если не считать молочных коктейлей по пять раз за сутки и денег за жильё и жратву. — Давай, детка, порадуй папочку, — шептал Рик на ухо Майами, и тот скулил, насаживаясь на его член. Наверху внезапно открылось окно, и кто-то из Риков крикнул грубо: — А ну, пошли вон, извращенцы! Нет, ну только посмотрите на них, а! «Извращенцы» слегка сжались в ожидании потока холодной воды или удара выкинутым из окна стулом, но их на сей раз простили, и они вернулись к занятию. Морти стонал, как девчонка, которую ебет дружок на выпускном. Его локти и коленки царапались о шершавую стену, но он даже не замечал этого. Рик кончил в него с коротким хриплым стоном, затем помог кончить ему, обхватив рукой его член, прижимаясь к его телу, бившемуся в оргазменной судороге. Затем снял с парапета, повернул к себе лицом и крепко обнял, зарываясь лицом в выбеленные волосы парика. — Морти, ты охуенен... — Почему ты не переспал со мной тогда, в первую встречу? — внезапно спросил Морти, отстраняясь и серьезно глядя в глаза партнеру. Тот удивлённо вскинул брови, как будто не понял, о чём идёт речь, затем вспомнил: — Ты был такой заебанный. Я пиздец как хотел тебе присунуть, но ты выглядел таким уставшим, что мог уснуть прямо на члене. И я вздрочнул на толчке... Морти тоненько хихикнул. Рик тоже рассмеялся. Они оделись и, слегка покачиваясь на дрожащих после секса ногах, отправились дальше. Рик не стал говорить, что потом вздрочнул ещё раз, глядя на спящего Морти, любуясь его уставшим, расслабленным во сне личиком, бледным даже сквозь слой косметики. Закончив и вытеревшись, Рик почувствовал стыд, не только за себя, но и за все свои копии, бесстыдно пользующиеся этим, по сути, ещё ребёнком. Испорченным ребенком, которому больше охота вертеть полуголой жопой на глазах у старичья, чем спокойно ходить в школу в своем родном измерении. И он сам, единственный Рик с проснувшейся совестью, не мог перестать хотеть его, даже после повторного сеанса дрочки. Когда они добрались до дома, уже совсем стемнело. Майами переоделся в обычную жёлтую майку, стащил парик и смыл косметику, превратившись в самого обычного Морти. Только с кругами под глазами от нездорового образа жизни. Рик поцеловал его. Таким он ему нравился даже больше. По-прежнему слегка жеманный, как капризная бабенка. Но все же мало похожий на того Майами, к которому привыкли в «Грязном Морти». Морти отправился на кухню готовить ужин, а Рик — в закуток, служивший ему лабораторией. Одна идея пришла ему в голову, но он пока не хотел делиться ею с Майами. Рик работал менеджером в рок-группе, состоящей из четырех Морти. Принципиальные парни хотели заниматься исключительно музыкой, и их менеджеру частенько приходилось отбивать мальчишек от всяких похотливых Риков. Вероятно, именно из-за этой честности делишки у группы шли не очень хорошо, денег с концертов едва хватало на оплату жилья, еду и другие насущные вещи. Но Морти не жаловались, они готовы были терпеть лишения ради искусства. И Рик терпел вместе с ними. Периодически сваливая через портал за калексианскими кристаллами или на встречу с какими-нибудь борцами за свободу — помочь им в сделке с оружием и поиметь свой процент, который затем потратить на бухло. Рик не собирался предаваться своим вредным привычкам за счёт своих Морти. Пара дней до субботы пролетели, как один миг. Майами отбивался от настойчивых Риков, выпрашивающих свидание. Его Рик-менеджер пас своих музыкантов, чтобы не набухались случайно где-нибудь перед выступлением. В пятницу вечером Рик всучил Майами пригласительный билет на двоих. — Нахуй мне плюс один, Рик? — спросил Майами в недоумении. — Ты хочешь, чтобы я любовника привел или что? — Я тебе сейчас покажу любовника, — пригрозил Рик, замахиваясь. Морти с визгом отскочил, и Рик заржал. — Возьми с собой эту... как ее... которая тебе ногти красит... — Мортишу? Хорошо, спасибо тебе, Рик! Майами был рад. Мортиша была его подружкой, уборщицей в «Грязном Морти», которая действительно помогала ему с мейк-апом. И которая была настолько горда, что ни разу не соглашалась потусить с Майами за его счёт. Морти был счастлив возможности вытащить подружку. Рик получил благодарственный поцелуй в нос и довольно улыбнулся, однако тут же умело скрыл свою радость. — Один несчастный чмок — это все, во что ты оцениваешь бессменный труд твоего папани, Морти? Майами растерянно глянул на Рика. Оставшись без парика и накладных ресниц, он стеснялся себя и был гораздо менее раскован, чем будучи в своем сценическом образе. Рик быстро заметил это и старался показать, что ему нравится Морти в любом виде, но парень по-прежнему морозился. Конечно, он давал и без парика, но по всему его виду было заметно, что он чувствует себя глупо и не может раскрепоститься. Рик решил, что не отступится, и часто специально ждал, пока Морти переоденется, чтобы пристать к нему. Рик положил руки на плечи Майами и надавил на них, заставляя опуститься на пол. Мальчик понял,чего от него ждут, и встал на колени. — Да ты, блять, целка, что ли, — не удержался Рик, и Майами покраснел. А у Рика член стоял от этой робости не меньше, чем от раскованности и опытности обычного Майами. — Давай, детка, сделай папочке приятно, — велел Рик, строго глядя на Морти. У того аж губы дрожали, так он стеснялся. Рик охуевал про себя от того факта, что в одном человеке могут уживаться две настолько разные сущности. Морти прикусил губу, расстегнул пуговицу на брюках Рика, затем молнию. Посмотрел на мужчину снизу вверх, как бы спрашивая, все ли верно. Тот уже света белого не видел из-за стояка и провел рукой по волосам Морти. — Ну же... Морти... Сколько можно ждать, — тихо сказал Рик, стараясь, чтобы голос не срывался. Морти стащил с него брюки до колен и погладил член сквозь белье. При этом он все так же вопрошающе смотрел на партнёра, как будто был учеником, старательно выполняющим задание под присмотром учителя. — Да... Вот так... — выдохнул Рик, прикрывая глаза, но тут же снова открывая их, чтобы наслаждаться восхитительным видом стесняющегося Майами. Тот неторопливо стащил с него трусы и обхватил член своей узкой ладошкой. Рик не удержался от стона, и в его голове мелькнуло, что засранец просто прикидывается стесняшкой, что это просто роль, которую он играет специально для него. Но не насрать ли? Роль, не роль, — зрелище-то чудесное. Мальчик водил рукой вдоль члена, прикусив губу и томно вздыхая, как будто уже сам начинал возбуждаться. Рик с трудом держался, чтобы не вцепиться Майами в волосы и с размаху не засадить свой член ему в горло. Морти поцеловал головку и обвел вокруг нее язычком. Обхватил губами и выпустил. Сделал так еще несколько раз, и Рик окончательно убедился, что его дразнят. Резко выдохнул и схватил парня за волосы. Тот испуганно посмотрел на него, но открыл рот пошире, впуская член. Рик толкнулся, и Морти чуть придушенно простонал. — Давай... сам... по-нормальному только, а то выебу по гланды, — заплетающимся языком проговорил Рик. Мальчик послушно принялся скользить ртом по члену, слегка посасывая и прикасаясь языком. Затем, видя, как мутнеет взгляд мужчины, опасаясь, что он сорвется и приведет угрозу в действие, он попытался проглотить. Горло сжалось вокруг члена, Майами слегка поперхнулся и выпустил его, но тотчас же снова взял в рот. Вторая попытка оказалась более удачной, член Рика оказался глубоко в горле у Майами. Парень был действительно опытной шлюхой и сосал с проглотом, как положено, не выпуская член до конца. Почувствовав, что горло Майами совсем расслабилось, и он уже не давится, Рик позволил себе более активные движения — вытащил член из горла мальчишки и снова пихнул. Майами стойко перенес эти действия, спазм его горла принес Рику только приятные ощущения, и он повторил эти манипуляции снова, все еще держа Морти за волосы и насаживая его ртом на свой член. И вот уже Рик действительно ебал Майами в горло, а тот даже не задыхался, слегка только свел бровки и смотрел партнеру в глаза, уже без всякого стеснения, потеряв под конец всякий стыд. Чувствуя приближение разрядки, Рик вытащил член из горла Морти и кончил ему на лицо, заливая спермой раскрытые губы и высунутый язычок. — Морти, малыш, — обессилевший Рик буквально упал перед Морти на колени. Вытер его лицо своим халатом. И поцеловал его со всей нежностью, на которую был способен. Затем, слегка тревожась, спросил: — По-твоему, я похотливый мудак? Ты думаешь, что мне, как и всем, от тебя только одно нужно? — Ничего я не думаю, Рик, — серьезно сказал Морти без всякой томной тягучести, присущей обычно его голосу. — Я тебя люблю, — и мальчик обнял Рика, прижимаясь к нему по-детски доверчиво, как не делал, наверное, никогда в жизни. На следующее утро они хорошенько повеселились, наряжаясь. Рик особо не парился и просто нацепил свою старую майку с надписью «Flesh Curtains». А Морти достал откуда-то черные кожаные шортики, украшенные клёпками в виде шипов, и маечку с логотипом Роллинг Стоунс. Напялил колготки в сеточку и высоченные шпильки. Начесал парик, сделал здоровенные стрелки и сам стал похож на рок-звезду из прошлого века. Рик просто уссывался, глядя на него, уж больно он попал в образ. И при этом выглядел чертовски привлекательно, аж яйца трещали. Прижав Майами прямо на кухне, Рик выпросил быстрый перепихон на дорожку. Поставил его коленками на табуретку, а животом положил на стол. Спустил с него сетчатое подобие одежды и отодрал без всяких прелюдий. Майами кричал так, что соседи застучали им в стенку. Закончив, Рик звонко шлёпнул Майами по заду и отправил поправлять потекший макияж, а сам, напевая под нос песенку, принялся заваривать кофе. В чашку Морти Рик плеснул молока, а себе, конечно же, водки. Взбодрившись, парочка отправилась на концерт. Мортиша уже ждала их у дверей небольшого клуба со скромной вывеской. Радостно расцеловавшись с Морти, они под ручку пошли за свой столик почти у самой сцены, а Рик упёрся за кулисы, дать наставления своим парням. Клуб был почти полон, лёгкий рок, который исполняла группа, был довольно популярен среди Морти. Но так как билеты были не особо дорогими, а плата за аренду довольно высока, на высокую прибыль, как обычно, надеяться не стоило. Но музыкантам было достаточно и славы. Некоторые Морти презрительно шипели в сторону Майами, и тот сел лицом к сцене, старательно от всех отворачиваясь. Популярность среди Риков, бесспорно, имела и свою отрицательную сторону. Ну, разумеется, помимо самого факта, что мальчишка даёт в задницу всем Рикам без разбору. — Не обращай внимания, — подмигнула ему Мортиша. — Они просто... завидуют. Морти с благодарностью улыбнулся ей, но сам-то прекрасно понимал, что никто ему нисколечко не завидует. Скорее, наоборот. Официант принес им подарочные коктейли. Мортиша была очень довольна, а Майами был рад, что устроил подружке праздник. Тем временем свет пригасили, и на сцену вылетели четверо Морти. Фанаты приветствовали их свистом и хлопками, и концерт начался. Спустя три или четыре песни к Морти и Мортише присоединился Рик. Он чмокнул Майами, но тот демонстративно принялся сосаться с ним, чтобы позлить окружающих Морти. Рик, конечно же, все понял и подыграл, обхватив Майами за бедро и запустив руки ему под маечку. В перерыве Рик снова угостил дам коктейлями, и они весело щебетали, соревнуясь, кто лучше подкатит к Рику. Тот таял от обилия внимания. Но внезапный звонок на телефон Морти разрушил идиллию. — Большой Морти зовёт в бар, — сунув мобильник в сумочку, Майами виновато посмотрел на своего Рика. Тот нахмурился: — Ты мне обещал, пёс, забыл? — Он говорит, что в баре Риков пруд пруди. И все орут и психуют, хотят нормальных танцев. Грозятся, что свалят домой бухать. Босс угрожает, что... заставит отрабатывать по полной, если я не приду. А если не соглашусь, то плюс три месяца к моему контракту, — Морти вздохнул и отвёл взгляд, не решаясь взглянуть на Рика. Тот был взбешён. Дело шло к ссоре, но Рику не хотелось портить концерт. И он вздохнул: — Пиздуй к своим извращенцам. Только чтобы в двенадцать дома был, усёк? А не то я тебя заставлю... по полной. Мортиша хихикнула в кулачок, но тут же стушевалась под тяжёлым взглядом Рика. Майами покраснел и пролепетал: — П-прости, Рик, я честно... ч-честное слово... — Вали уже, а то озабоченные Рики разнесут твой чертов бар. Майами неловко чмокнул Рика в щеку, потрепал по щеке Мортишу и свалил, развязно виляя перед другими Морти своим тощими бедрами в сеточку. Группа отыграла чудесно, и парни решили слегка погулять. Звали Рика, но тот открутился и ушел домой. Не нравилось ему, что Майами отправился на работу в свой выходной. Ещё сильнее ему не нравилась эта его работа. Если бы не «Грязный Морти», он бы никогда не повстречал Майами. Но теперь они жили вместе, и его бесило то, что парень виляет жопой на сцене перед чужими Риками. Своими руками бы придушил каждого, кто хоть пальцем дотронется до задницы Майами. Но у Майами был контракт, а босс Майами якшался с Риками из Совета Цитадели, и Рик держал себя в руках. Незадолго до полуночи Рик, набубенившийся ровно настолько, чтобы отличать стены от пола, вышел из дома и отправился за своим блудным внуком. Слегка пошатываясь, он оперся об стену возле выхода из «Грязного Морти» и принялся ждать. Его терпения хватило ровно на десять минут сверх установленного времени. Рик вошёл в клуб и первым делом зашёл в гримёрку. Там толпились стриптизеры, но Майами среди них не было. На его угрюмый вопрос один из танцовщиков, изящный Морти с пирсингом по всему лицу и телу, указал пальчиком в сторону приватных кабинок. Вне себя от ярости, Рик двинулся обыскивать кабинки. И его поиски увенчались успехом: Майами лежал на коленях у полуодетого Рика, а тот упоенно снюхивал с его голого бедра жирную дорожку белого порошка. При виде своего Рика Майами испуганно вскрикнул, скатился с чужих колен и потянулся за шубкой, валявшейся на полу. Рик подошёл к нему и схватил за плечи, посмотрел в глаза. — Ты что творишь, ублюдок? — свирепо спросил старик. — Нанюхался, что ли, мелкая тварь? — И-извини, Рик, — Морти шмыгнул носом. — Он предложил, а я так давно этого не делал... — Быстро домой! — рявкнул Рик, швыряя Майами его мини-шортики. — Что тут вообще, блядь, происходит? — подал голос другой Рик, наблюдавший за происходящим со своего дивана. — Я вообще-то за танец заплатил и хочу получить то, что мне причитается. И ещё кое-что сверху. В качестве платы за дохуища порошка, который ты всосал, слышишь, подстилка? Отвали от него, дылда, у нас с ним уговор! Рик сверкнул глазами на Майами, не говоря ни слова, и влепил ему пощечину. Мальчишку даже слегка отбросило назад. Прижимая к щеке ладонь, он гневно посмотрел на Рика. — Отстань... отстань от меня, зануда! Я не твой Морти, какого черта ты мне приказываешь, мешаешь развлекаться да ещё и руки распускаешь? Проваливай, не мешай мне работать! Майами подошёл к сидящему на диване Рику и, покачивая бедрами, повернулся вокруг себя. Слегка наклонился и повел задницей перед носом клиента. Тот радостно ухмыльнулся и показал другому Рику средний палец, а затем шлёпнул Морти по попе. У Рика глаза налились кровью, и он потерял всякий контроль над собой. Схватил Майами за руку и, оттащив его от другого Рика, швырнул на пол. Выхватил из кармана плазменную пушку и приставил ее к башке своего двойника. — Рик, не надо! — с ужасом вскрикнул Морти. Но старик не собирался слушаться: с безумной усмешкой он подмигнул другому Рику и нажал на курок. С дырой в башке Рик повалился на диван. Рик обернулся к Морти, и тот сжался на полу, инстинктивно закрывая голову руками. — Одевайся, — прорычал Рик. Морти повиновался. Рик вытащил портальную пушку. — Если тебе действительно так нравится все это, — Рик бросил взгляд на стол, на котором валялись стодолларовая купюра, свернутая трубочкой, и пакетик с белым порошком, — оставайся, блядь, в этой дыре и тряси своей тупой задницей перед этим стадом баранов. Я тебя никуда не тащу. — Нет! — Майами вспыхнул и вцепился Рику в рукав. — Прости меня, Рик! Рик смерил его долгим взглядом, а затем пихнул в портал. Схватил со стола пакетик и прыгнул следом. Дома Рик велел: — Собирай свое барахло, у нас мало времени. Скоро уборщица найдет труп этого мудака, и, если мы не уберемся к тому времени, нам пиздец. — Да, сэр, — еле слышно вымолвил Морти. Он выглядел весьма жалко: парик съехал, тушь растеклась, одежда помялась, а шубка просто висела клочьями. Морти скинул с себя бабьи шмотки и натянул джинсы, умылся и посмотрел на Рика, наблюдающего за ним со странной усмешкой. — Все, я готов, — смиренно сказал Морти. — Что, даже блеск для губ не захватишь? — подколол его Рик. Майами молча мотнул головой и посмотрел на Рика блестящими глазами. — За нами будут гнаться? — Да, Морти. — Потому что ты убил того Рика? — В основном потому, что я забрал у Большого Морти основной источник доходов. Рик взъерошил ему волосы. — Если бы ты не повел себя, как... мелкая ебливая тварь, мы бы могли обойтись без всяких скандалов и погонь. Завтра были бы... в одном чудесном месте под пальмами. А теперь... — Прости меня, Рик, — снова сказал Морти, чуть не плача. — Но ничего не было, правда... я... я п-просто танцевал! — Да я просто вовремя пришел, блять, сучка ты маленькая. Если все обойдется, придется тебя наказать, — сказал Рик, делая вид, что все ещё зол. — Пойдем, чё покажу. Он повёл Майами в свою лабораторию. Там было темно и ни зги не видно. Рик подвёл Морти к высокому цилиндру, стоявшему в углу, включил подсветку, и глазам изумленного Морти предстал его собственный клон, плавающий в питательном растворе. — Вау, — прошептал Майами, не находя слов. — Он почти готов, Морти, — сказал Рик. — Осталось лишь наполнить его башку твоими воспоминаниями и нарядить в твои шмотки. И подсунуть Большой Какашке вместо тебя. Но теперь нам придется заниматься всем этим черт-те-как и черт-те-где, потому что... В этот самый момент тревожно замигали красные лампочки следящих ботов, установленных Риком возле входной двери. — Вот поэтому, детка, — закончил Рик и стукнул кулаком по кнопке, открывающей цилиндр. Стеклянные стенки разошлись, раствор вылился на пол, и тело клона выпало наружу, Рик подхватил его и перекинул через плечо. Нашарил в кармане пушку. В дверь позвонили. — Бежим, — велел Рик, и Морти прыгнул в портал, а за ним и Рик с клоном на плече. Они оказались в гараже, уставленном всяким научно-техническим хламом, наподобие лаборатории Рика. Учёный аккуратно усадил не пришедшего ещё в себя клона на пол, прислонив к стене, а сам бросился к стеллажам и принялся копаться на полках. — Где это мы, Рик? — спросил Морти, оглядываясь. — Мы в гараже другого Рика. У тебя что, родного Рика никогда не было? — Был... — неуверенно отозвался Морти. — Но он мет варил в подвале, а в гараже только тарелка стояла. Такой кучи хлама я у него не видел. — Ясно, — хмыкнул старик. — Ладно, забираем, что нужно, и валим, пока этот Рик не вернулся. И пока твой Босс не заморочил своих друзей-Риков отследить мою портальную пушку. Рик сунул Майами в руки целую коробку с деталями и проводами, а сам снова взвалил на плечо клона и сделал очередной портал. Портал привел их на берег моря, вокруг росли пальмы, цвели цветы, на небе был закат, а недалеко от них виднелись несколько бунгало, увешанных лампочками. — А где мы сейчас? — Мы на Майами-бич, сученька. Рик кинул клона на песок, достал флягу и пакетик порошка, сам присосался к фляге, а Морти швырнул пакетик. — Это мое измерение, детка. И самый большой и гламурный курорт во всей Америке. Ты не был никогда на Майами-бич? Тут половина народу выглядит, как ты обычно. И почти все занимаются тем же, что и ты. — Я... Я думал, это типа просто стиль такой, — Морти пожал плечами и смущённо улыбнулся. Поднял пакетик, облизнулся на него и сказал: — Думаю, это надо оставить на потом. Когда мы сделаем все дела. Не забывай, у нас же Цитадель на хвосте. — Ты прав, Морти. Пойдем-ка снимем один из тех чудесных домишек. Все, что нам нужно, это розетка. И водка. Дохуя водки. Рик потащил клона к рядам бунгало, Морти шел следом, вдыхая свежий морской воздух и аромат тропических цветов. Договорившись с хозяином бунгало об аренде и захватив несколько бутылок, Рик и Морти пошли в свое временное новое жилище. Там Рик сразу же принялся собирать неведомый Майами аппарат, мимоходом прикладываясь к бутылке, а мальчик, растянувшись на широкой кровати, пялился на него. — Хорош прохлаждаться, — бурнул Рик в конце концов. — Помог бы, что ли. Морти с готовностью соскочил с кровати и в течение последующего часа подавал отвертки, придерживал там, подтягивал тут, в общем, играл самую привычную роль для любого уважающего себя Морти. Затем Рик занялся вещами, требующими исключительно его квалификации, а Морти отправился искать какую-нибудь лавчонку, чтобы прикупить там подходящую одежду для клона. Не голым же его возвращать на Цитадель. Наконец, все было готово. Они уложили клона на кровать. Майами нарядил его в короткую маечку и шорты, больше смахивающие на трусы, натянул на него шикарнейший кудрявый парик, наклеил фальшивые ресницы и накрасил. Шубку найти не удалось, но зато нашелся ядовито-зеленый боа, который Морти обмотал вокруг шеи своего двойника. Затем Рик надел своему Морти на голову устрашающе выглядевший шлем с кучей торчащих из него проводов и скопировал все его воспоминания. Немного подредактировал их на каком-то пульте, тоже собранном им на коленке. И напялил шлем уже на клона, чтобы вставить готовые воспоминания в его девственно-чистый разум. — Готово, — удовлетворенно сказал Рик, стаскивая шлем с клона и убирая весь научно-фантастический хлам обратно в коробку. — Теперь это — Майами Морти. — А... а я кто? — робко спросил настоящий Майами. — А ты — просто Морти. Мой Морти, — Рик наклонился к мальчику и шептал ему на ухо, проводя пальцем по его губам, подбородку и тонкой шейке. Морти прикрыл глаза от ласки и положил голову на грудь ученому. — Ты можешь носить юбку или трусы, можешь надевать сразу три лифчика, можешь побриться налысо, если того требует твое беснующееся подростковое эго. Мне похуй, я выебу тебя в любом обличье. Ты мой, запомнил? — Да, Рик, — прошептал Морти, преданно глядя в глаза Рику, и тот поцеловал его. А затем спросил: — Не хочешь ли... трахнуть самого себя, Морти? — О чем ты, Рик? — опешил мальчик. Рик рассмеялся: — Я бы на твоем месте не упустил возможность узнать, каково это — иметь самую козырную сучку во всей Цитадели. Давай, Морти, не будь ссыкухой. Я ему оставил воспоминание о том, что мы с тобой его сняли на ночь. Придется, правда, хорошо заплатить, чтобы его... твой босс его не пришил, но это мелочи. Я готов сделать тебе такой подарочек. Ну что, согласен? — Я... н-не знаю, — неуверенно протянул Морти. Но Рик не слушал его: — Пора разбудить нашу спящую царевну, а то в тридесятом королевстве ее уже заждались. Рик достал какой-то пузырек и, откупорив, поднес его к носу клона. Тот замотал головой, просыпаясь. Увидел Рика и другого себя и неуверенно заулыбался. — Что со мной случилось? — жеманно растягивая слова, спросил он. Настоящий Майами во все глаза разглядывал клона, первый раз в жизни по-настоящему видя себя со стороны. Тщательно отработанные девчачьи повадки, ухоженная, гладкая кожа, стройные ножки и упругая маленькая задница. Действительно, Рикам, падким на Морти, он должен был казаться прямо-таки воплощением сексуальности. — Да слегка рубануло тебя, наверно, мало спал ночью, — ласково сказал Рик. — Продолжайте, девочки... а я посмотрю. Рик уселся в кресло на противоположном конце комнаты. Его Морти бросил на него изумленный взгляд. Хитрый старик не ему устроил подарочек, а себе. Но парень провинился перед ним, и не ему было выбирать правила игры. Майами перевел взгляд на своего клона, а тот вовсю уже строил ему глазки. Морти несмело улыбнулся и сел на кровать рядышком со своим двойником, и Майами-клон перешел в наступление. Ласково погладил Морти по плечу, провел рукой по щеке. Тот покраснел, но поддержал игру, в свою очередь погладив его по лицу, затем потянулся к нему и поцеловал. Клон запустил пальцы ему в волосы, гладил и перебирал их. Стянул с него футболку. Морти не стал делать то же самое, помня, что сам предпочитал оставаться в минимуме одежды даже во время секса. Достаточно было просто снять шортики. Мальчики целовались, лаская друг друга, и Рик позволил себе одобрительный возглас из своего угла. Они обернулись к нему и игриво улыбнулись, одновременно подмигивая, и Рик не сдержался — расстегнул молнию на брюках и вытащил уже вовсю стоящий член. Мальчишки продолжили облизывать друг друга, а Рик наяривал на это прелестное зрелище, стараясь не кончить раньше времени. Морти тем временем совсем раскрепостился и вел себя, как привык. Засовывал пальцы своему партнеру в ротик и сам облизывал его пальцы, прикрывал глаза и сладко постанывал, слегка изгибаясь от прикосновений умелых рук, так похожих на его собственные. Гладил чужие ноги и проводил рукой между ними, задирал короткую маечку и целовал сосочки Майами-клона, щекотал их языком. И тот точно так же постанывал и вздыхал, реагируя на каждое движение. Рик балдел в своем кресле и уже готов был кончить, не дожидаясь основного блюда. Но его Морти вдруг пришла в голову идея получше. Наклонившись к уху своего клона, он прошептал: — Чувак, тебе же все равно, давай лучше сделаем приятно типу, который за все это платит? — Не вопрос, чувак, как скажешь, — шепнул в ответ Майами. Они сползли с кровати и, одинаково виляя бедрами, подошли к Рику. Тот удивленно смотрел на них, даже дрочить перестал, и они захихикали, переглянувшись. Встали перед ним на коленки и стянули с него штаны с нижним бельем. Морти начал гладить внутреннюю поверхность бедер мужчины, а Майами убрал его руку с члена и положил на него свою ладошку. Посмотрел Рику в глаза и потянулся поцеловать его. Рик бросил быстрый взгляд на своего Морти, и тот нежно улыбнулся ему, как бы сообщая, что все в порядке. И Рик расслабился. Всего месяц назад у него не было ни одного Майами, а теперь его ублажают целых два одновременно. Морти начал вылизывать бедра Рика, добираясь языком до мошонки. Майами же водил языком по члену, то опуская ресницы, то стреляя взглядом Рику в глаза. Затем взял член в рот и начал неторопливо сосать, лишая мужчину остатков разума. Спустя несколько движений клон Майами оторвался от члена и потянулся к другому Морти, они поцеловались, вылизывая друг другу рты, при этом не забывая в две руки надрачивать Рику. Не отдавая себе отчета в своих действиях, Рик схватил своего Морти за предплечье и притянул к себе, жадно впился губами в его губы, затем затащил его к себе на колени и продолжал целовать, сжимая его ягодицы своими руками. Майами, оставшись не у дел, слегка растерялся, но потом все понял и, смущенно улыбаясь, протянул: — Эй, ребятки, я вам тут уже, по-моему, не нужен, отпустите-ка меня домой, а то мне с утра на работу! Не отрывая взгляда от своего Морти, Рик, с которого даже не сняли его халат, сунул руку в карман и нашарил там пару стодолларовых бумажек, протянул их Майами, и тот с радостным кивком спрятал их к себе в шорты. После этого Рик нащупал портальную пушку и не глядя выстрелил. — Чао, ребятки, — Майами кокетливо помахал ручкой, послал воздушный поцелуй и исчез в портале. Но на это уже никто не обратил внимания: Рик был слишком занят. Он встал с кресла, поддерживая Морти под зад, и отволок его на кровать. Аккуратно положил на спинку и принялся ласкать, нависая сверху. Обводил пальцем его скулы и подбородок, целовал шею, прикусывая тонкую кожу. Гладил трепетавшие под его руками впалую грудь и животик. Прикасался губами к губам, с ума сходя от не пойми откуда взявшейся, рвавшей нутро нежности. И смотрел своему Морти в глаза, в которых, как оказалось, утонули и расплавились все звезды вселенной. А некоторое время спустя, уже напрочь забыв о всякой нежности, выбивал стоны и крики из мальчишечьей глотки. Называя его маленьким педрилой и своей любимой сучкой. Впиваясь пальцами в его тощие бедра, оставляя на них синие пятна. Возвращая ему право на счастье, которое тот когда-то давно сам разменял на кучку стодолларовых банкнот.