Биджу на двоих

С прошедшим Новым Годом и Рождеством, дорогие читатели! Я как всегда слоу как в поздравлениях, так и в выкладке новых глав. Приятного прочтения))       Лучи солнца приятно грели блондина через открытое окно, пока он мирно спал. Одеяло наполовину сползло на пол и прикрывало только ноги. Птицы беззаботно щебетали на балконе. Погода радовала многих жителей, ведь было безветренно, а на небе - ни облачка при факте наступления осени. Узумаки мог спать ещё несколько часов, если бы кто-то не поспособствовал пробуждению.       «Кхм-кхм, Наруто, а ну поднимай свой зад и тащи его сюда! - прокашлявшись, заорал Девятихвостый в подсознании голубоглазого. Блондин нагло проигнорировал вызов и продолжил смотреть сон, сладко сопя и изредка всхрапывая. Не увидев своего носителя через пару минут на месте встречи, Лис не выдержал и крикнул так громко, как только умел: - А ну живо сюда, иначе деревню разнесу!»       Несовместимые для парня слова «деревня» и «разнесу» помогли ему быстро проснуться, подскочить на кровати и образовать руками печать тигра.       – Покажись, гад! Я не позволю тебе разрушить Коноху, даттебайо! – зевая, протараторил Узумаки.       Услышав в подсознании громкий смех, Наруто понял, что его разыграли, и устало вздохнул, приняв сидячее положение. Внезапно блондин чихнул, затем закрыл глаза, сделал глубокие вдох и выдох и наконец вошёл во внутренний мир, где его ожидал Курама. В отличие от того времени, когда парень и Девятихвостый только познакомились, здесь стало намного приятнее находиться: вся вода высохла, и пропало ощущение сырости, на трубах исчезли ржавчина и потрескивания, уступив место чистоте и чуть ли не блеску. В последние дни Узумаки общался с другом, не заходя вглубь подсознания, либо говорил с ним лицом к морде, не обращая внимания на окружающую обстановку. Сейчас разговор не был экстренным, поэтому Наруто, не торопясь, шагал по лабиринту, спокойно разглядывая архитектуру места проживания Лиса. За пару минут он достиг решётки и поприветствовал Кураму. Тот ответил взаимностью, но тут же посерьёзнел:       – Ты ничего не хочешь мне сказать?       Блондин принял задумчивый вид, почесал подбородок и стал вспоминать. За это время Девятихвостый успел помедитировать, сконцентрировать чакру в груди от нечего делать и посчитать до шестисот с учётом того, что каждое следующее число называлось через три секунды. Голубоглазый тоже не тратил время впустую: он тщательно обмозговывал каждую деталь, которую, возможно, когда-то упустил, несколько раз садился на пол и вставал, вышагивал по периметру, делая неподдельно серьёзное лицо. Хвостатый устал заниматься битьем баклуш и просто решил следить за действиями джинчуурики. Взгляд его метался из стороны в сторону, из угла в угол, с пола на потолок – и обратно, словно повторяя маршрут блондина. Вскоре и это надоело. Он прикрыл глаза, потянулся и свернулся в клубок, мимолётно подглядывая за своим тупым носителем и удивляясь собственному долгому терпению.       – Вроде как нет, – наконец подойдя к решётке, с улыбкой ответил парень. – А что такое? – почесал затылок он, закрыв глаза.       Лис успел ещё раз глубоко вздохнуть, поэтому воздержался от дальнейших криков. Но всё же добрее от этого не стал:       – Балбес! Ты помнишь, что вчера было?!       Узумаки опешил: ведь действительно, он нагло разбудил друга, умолял его о помощи, а затем резко прервал разговор, даже не поблагодарив. Наруто опустил взгляд на пол, стыдясь смотреть Кураме в глаза. Тот, заметив поведение носителя, лишь хмыкнул. Блондин смахнул со лба проступивший пот, когда в голову пришла мысль о том, как именно загладить вину. Девятихвостый всё это время внимательно следил за реакцией парня и теперь ждал от него ответа.       – Да, я помню и понимаю, к чему ты клонишь… – ответил Узумаки спустя ещё несколько минут. Он поднял руку, махнул ею в сторону, и одновременно с этим движением открылась клетка. Лис недоумённо продолжал следить за Наруто, пока тот спокойно шагал прямо к нему. – И поэтому, пожалуйста… – блондин медленно подошёл к биджу и, положив ладонь на чёрненький нос хвостатого, сказал: - Прости меня, друг, и спасибо тебе за помощь.       Курама растянул морду в улыбке и закрыл глаза. Блондин хихикнул в ответ и повторил действия Девятихвостого. Так они простояли недолго, потому что Лис почему-то поражённо уставился в пространство позади парня. Узумаки заметил этот взгляд только через несколько секунд, когда сам открыл глаза.       – В чём дело? – спросил Наруто, видя, как зрачок хвостатого сузился. Он медленно развернулся, убрав руку с носа друга, и…

***

      Парень спокойно взял в руку листок и пропустил в него чакру. Через пару секунд Орочимару убедился, что у младшего Учихи склонность к стихии Огня больше, чем к стихии Ветра, потому что бумажка сгорела. Что же, пора действовать.       - Саске-кун, ты наверняка слышал о смешивании формы и природы чакры, - прошипел саннин, подойдя к брюнету. Тот лишь кивнул и создал слабый поток энергии на ладони, постоянно вертящийся в одну сторону, который затем принял шарообразную форму, продолжая движение. – Это и есть форма чакры, но она очень слабая… Существует одна техника, которую создал Четвёртый Хокаге, исследуя Бомбу Хвостатого. Я не учил её, зато знаю, что именно требуется для овладения.       - Что за дзюцу? – холодно спросил черноглазый, присев на деревянный стол, стоящий у стены.       Орочимару облизнулся и продолжил:       - Она называется «Расенган». Ничего особенного, лишь плотно закрученная чакра, а если быть проще, то её хаотичное движение внутри шара. Выучишь за три этапа: вращение, удержание и сжатие первых двух этапов вместе. Это и будет форма чакры. Начинай, Саске-кун. Смешиванием с природой займёмся позже, когда завершишь технику.       Змеиный Саннин ушёл в лабораторию, оставив Учиху в тренировочном зале. «Он описал приём так, будто всё проще простого… Ладно, сейчас проверим, - подумал Саске и вытянул левую руку перед собой, повернув ладонь вверх. Открыв канал чакры, он стал выпускать наружу большое количество энергии и закручивать её. - Орочимару охарактеризовал первый этап как простое вращение, а перед этим назвал хаотичным движением чакры. Вращать сразу в разных направлениях… Это будет интересно», - сделал вывод парень и ухмыльнулся, продолжая вертеть энергию на ладони. Наконец он успешно образовал шар. Осталось лишь сделать так, чтобы чакра двигалась не только вправо, но и влево одновременно, а также вверх и вниз. Даже не зная, как должен выглядеть результат, брюнет завершил этап правильно. Энергия стала беспорядочно мотаться туда-сюда, отчего шар потерял форму и рассеялся.       - Закончил этап за десять минут? Что же, Саске-кун, от Учихи я меньшего и не ждал… – чуть ли не пропел Орочимару, заходя в зал и смотря на результат черноглазого. – Продолжай в том же духе. Теперь сделай так, чтобы шар чакры не разрывался от дикого движения внутри. Удачи, - прошелестел он и снова куда-то вышел.       - Тоже мне, учитель хренов, - закатив глаза, хмыкнул парень и продолжил самообучение.       Второй этап оказался чуть-чуть труднее первого, но за пятнадцать минут Саске легко справился с задачей, удержав чакру внутри шара. Осталось лишь ускорить движение энергии и усилить эту технику, совместив первые два этапа. Сколько он ни пытался, ничего не получалось в течение получаса.       - Чёрт! – неожиданно воскликнул Учиха. – Можно ведь использовать обе ладони, - левой рукой образовав шар с хаотичным движением чакры и удержав энергию, правой он смог завершить технику, максимально ускорив и сжав всё внутри, не позволяя Расенгану развеяться. - Пора попрактиковаться! – ухмыльнувшись, сказал брюнет и побежал на одну из колонн, коих в зале было немало.       Одновременно в тренировочный пункт снова вернулся змеиный Саннин и сразу произнёс:       - Ну что, Саске-кун, ты чего-нибудь добился?       В этот же момент младший Учиха со всего размаху врезал по колонне Расенганом. Послышался громкий треск и хруст, после чего парень по инерции пролетел вперёд, подняв за собой пыль. Оглянувшись, брюнет мимолётно улыбнулся, когда понял, что разнёс на куски такой крепкий бетон лишь одним ударом. Хотя Цунаде научила делать подобное кулаком, ничего особенного в этой технике нет. Со стороны дверей послышались редкие хлопки.       - Браво. Ещё никто не завершал Расенган за час. Четвёртый три года мучился, - сказал Орочимару и, кашлянув в кулак от поднятой пыли, продолжил: - Ну, раз тебе всё так легко даётся, начинай, пожалуй, совмещать технику с природой чакры. Так как ты хорошо владеешь стихией Огня, то первые два этапа отсеиваются. Теперь нужно, помимо создания Расенгана, добавлять свой элемент. Даю тебе неделю. Советую использовать клонов, так как полученный опыт передаётся и самому шиноби, а их количество эквивалентно тому, во сколько раз сократится время завершения техники. Пока, Саске-кун…       Оставив парня с этими знаниями, змей вышел в коридор, освещаемый факелами, направляясь к себе в покои. «Невероятно… Вот что значит «гений клана Учиха». Контроль чакры просто невообразимый. Такое чувство… - думал по пути Орочимару, - словно я встретил Цунаде вновь. А скорость освоения техник вообще запредельна. Я не дал ему тренировочный шар, но он даже и без его использования смог изучить дзюцу ранга A. То, что парнишка быстро превзойдёт Итачи, не такая уж и глупая мысль. Но также нельзя забывать и о моём эксперименте над Саске-куном, который, судя по всему, вышел просто идеальным».

***

      - Наконец-то мы дождались гармонии между вами, – произнесла красноволосая синеглазая незнакомка, что была одета в зелёное платье поверх белой безрукавки, появившаяся в подсознании парня. Следом за ней возник и голубоглазый блондин в белом плаще с красным узором в виде огня на подоле.       - Хотя благодарить надо весь твой клан за их прорывы в знаниях фуиндзюцу, - обращаясь к спутнице, подметил он.       Женщина кивнула и улыбнулась. Девятихвостый поражённо смотрел на них и не мог ничего сказать. Наруто удивился не меньше Курамы.       - Вы кто такие? – спросил Узумаки, внимательно рассматривая незваных гостей, после чего почесал затылок и чихнул. Потерев нос, Наруто смущённо оглянулся в сторону Лиса и сообщил пренеприятное известие: - Прости, Курама, кажется, у меня аллергия на твою шерсть… Как-то даже неловко об этом говорить.       - Будь здоров, - ответили все присутствующие.       Девятихвостый уже отдельно продолжил:       - Бриться не буду.       - А ты сам как думаешь, а, Наруто? – задал вопрос светловолосый незнакомец. Эта фраза ещё больше удивила джинчуурики.       - Откуда ты знаешь моё имя? – поинтересовался он у неизвестного собеседника, слегка прищурив глаза, словно пытаясь прочитать ответ на лице.       - Может, хватит играть в «Ответь вопросом на вопрос», ттебанэ? – не выдержала женщина, о которой все успели забыть.       Мужчина в плаще ухмыльнулся и сказал:       - Дорогая, ты сейчас сама задала вопр…       Но его прервал мощный удар кулаком по затылку. Курама и Наруто пороняли челюсти от поведения гостей.       - Кушина, хех… Совсем не изменилась, - озвучил свои мысли Лис, направив взгляд в потолок.       Куноичи, услышав эту фразу, выкрикнула:       - А ты молчи там, животным слова не давали, ттебанэ!       - Чего?! Как смеешь так разговаривать с великим Девятихвостым Лисом, мелкая…       К сожалению, Курама не успел договорить, так как паренёк, увидев надпись на плаще блондина, выкрикнул во всё горло:       - Четвёртый Хокаге?! Но ты же давно умер!       - Ну, почти. Перед смертью я вложил небольшое количество оставшейся энергии Кушины и своей в тебя, чтобы встретиться в будущем. Как я и рассчитывал, всё получилось, и вот мы здесь, перед тобой. А имя я знаю потому, что сам тебе его дал, - с улыбкой на лице ответил Минато, подходя поближе и потирая затылок от боли.       - Я в этом тоже участвовала, ттебанэ!! – нервно скрипя зубами, крикнула красноволосая. Четвёртый, улыбаясь, обернулся к жене и поманил рукой к себе. Она, внезапно сменив агрессию на счастье, подошла ближе и взглянула в глаза Наруто. – Как ты вырос.       - Забыл уже? Я ведь рассказывал тебе, - намекнул Курама.       - В-вы дали мне имя? Неужели… – удивление младшего блондина было уже на пределе. Выражение лица стало настолько неопределённым, что никто не понимал: то ли он хочет улыбнуться, то ли заплакать.       - Да, ты наш с… – договорить Минато не удалось, так как парень, широко улыбаясь, повис у него на шее, при этом свободной рукой обнимая Кушину.       - Ну прямо семейная идиллия, - искренне радуясь, но внешне этого не показывая, произнес Девятихвостый.       - Мама. Папа. Я думал… думал, мне никогда не выпадет шанса назвать этими словами кого-нибудь, – слёзы предательски полились из глаз, но Узумаки продолжал улыбаться.       - Сегодня у тебя есть такая возможность, сынок, - улыбчиво ответил Четвёртый Хокаге, потрепав голову блондина.       Узумаки-старшая закрыла глаза, позволив полностью окунуться в это чувство… чувство полноценной семьи. Но спустя минуту молчания она решилась спросить:       - Н-Наруто… Ты не сильно обижаешься на нас, ттебанэ?       - За что, мам? Вы же не виноваты в собственной гибели, - всё так же счастливо улыбаясь, ответил парень. Родители заметно посерьёзнели.       - Нет, дело не в этом. За запечатывание в тебе Девятихвостого и… отсутствии, когда тебе требовалась поддержка, родительское тепло и многое другое, ттебанэ, - сильно волнуясь, говорила Кушина.       Этот вопрос сейчас стоял для неё на первом месте. Всё остальное уходило на второй план. Узумаки ненадолго задумался.       - На самом деле сначала мне было очень тяжело жить в полном одиночестве, отвергнутым всем населением Конохи. Но когда я познакомился с Курамой, всё пошло на лад, даттебайо! Вас мне действительно не хватало, ведь у большинства детей есть родители, но всегда же… В моей жизни появились те люди, с которыми я могу почувствовать себя кому-то нужным. Так что мой ответ - нет. Я на вас не в обиде, даттебайо! – снова широко улыбнувшись, ответил джинчуурики.       - Спасибо, сынок. Зная это, наши души будут в покое… – шёпотом произнес Минато, закрыв глаза.       Кушина успокоилась и, когда Узумаки освободил из крепких объятий обоих, начала говорить:       - Пока у нас есть время, мы должны тебе кое о чём рассказать. Это касается дня твоего рождения, Наруто.

***

      Сакура неторопливо шагала в библиотеку. Утро для неё вышло приятным, что бывает редко из-за частого недосыпа. Но на этот раз её никто не разбудил, на миссию вставать не пришлось, а значит, можно было спокойно полежать в постели на часик-другой дольше. Заворачивая за угол очередного заведения, девушка увидела вдалеке крышу нужного здания. Но спускаясь по лестнице, она наткнулась на…       - Сакура! Я как раз тебя искала! – сказала Цунаде, попутно хватая розововолосую за руку и таща за собой в обратном направлении от библиотеки. – Идём, у нас много работы!       - Ээ-э, Цунаде-сама, какой ещё работы? Куда вы меня тащите? – возмущалась девушка, пытаясь освободиться от стальной хватки Саннина. Блондинка уже дотащила её до ворот Конохи, затем они свернули налево. – Но… Но у нас же отпуск!       «Чёртов Третий! Заставил меня, занятую женщину в расцвете сил, тратить своё время на мелкую девчонку. Хотя я сама недавно думала о том, что было бы неплохо обучить всю троицу седьмой команды. Неужели старикан всё просчитал?! Невозможно! Ладно, с ним потом поговорю», - так мыслила полдороги Саннин, проклиная себя за то, что вообще зашла в резиденцию Хокаге.       - Из всех троих в вашей команде у тебя самый большой потенциал для будущего отличного ниндзя-медика. Твои знания и контроль чакры выше, чем у Наруто и Саске, - объясняла женщина по пути на тренировочный полигон, слыша нытьё девушки. Сакура уже оставила все попытки вырваться и продолжила идти без дёрганий. – Поэтому я настаиваю на том, что ты должна стать моей временной ученицей. Думаю, Тензо не против.       «Ага, настаиваю, как же… слова-слова-слова… Ох, сенсей, за это вы отдадите мне ящик саке из хранилища деревни беспрекословно», - вопреки своей речи, Саннин думала совершенно иначе.       - Вы знаете настоящее имя моего сенсея? Думаю, потратили немало сил на выведывание этой информации, - усмехнулась розововолосая куноичи, входя с Цунаде на огромное поле, окруженное лесом.       - Твоя стихия – Земля, так? – пропустив мимо ушей последнюю фразу девушки, спросила кареглазая блондинка.       - Ага, а что? – вопросом на вопрос ответила Сакура. Саннин наконец-то отпустила её и развернулась лицом к лицу.       - Просто Вода слабее Земли. Но это не важно, я собираюсь учить тебя уворачиваться ото всех атак противника. Эта задача стоит перед медиком на первом месте. Любой глупец мог бы подумать, что важнее всего лечить товарищей, но, Сакура, как ты думаешь, а кто их будет исцелять, если ниндзя-медика убьют?       Розововолосая почувствовала себя полной дурой, ведь она раньше полагала, что на первом месте - целительные способности.       - Д-да, вы правы, - сказала куноичи в ответ, получив подзатыльник от внутренней Сакуры.       - Итак, пожалуй, начнём прямо сейчас. За этот месяц я подтяну тебя не только в физической форме, но также и в плане оказания первой помощи. Ах да… Судя по отчёту о миссии в стране Камня, тебе придётся учиться выдержке. Не будешь же ты постоянно падать в обморок, видя кровь и расчленёнку?       Зеленоглазой куноичи стало стыдно за свою слабость. Но раз уж Цунаде-сама поможет ей в этом, то беспокоиться больше не о чем. «Саске-кун… Я всему научусь, лишь бы суметь вытащить тебя из лап Орочимару. Держись», - именно так мыслила Сакура, начиная тренировку с новым учителем.       - Не закрывай глаза, когда противник перед тобой! – выкрикнула Саннин, ударяя кулаком девушку. Та пролетела через весь полигон и врезалась в дерево. – Представь, что я – твой враг! Ты должна постараться увернуться от всех моих атак!       - Е… Есть… – с трудом ответила девушка, шатко поднимаясь на ноги.       Через несколько секунд на неё практически с неба, уже с поднятой для мощного удара ногой, стремилась Цунаде. «Интересно, чем занят Наруто, пока я тружусь в поте лица? Наверное, дрыхнет, как и всегда», - задумавшись на несколько секунд, девушка чуть не пропустила атаку учителя, которой та разрушила четверть поляны. Деревья падали на землю, ломаясь и разлетаясь на щепки.

***

      Вышеназванный джинчуурики, сидя в своей квартире на кровати, дослушивал в подсознании рассказ родителей о нападении человеком в маске на Коноху, произошедшем в день рождения Узумаки двенадцать лет назад.       - Вот говнюк, даттебайо! Постой, пап, ты сказал, что это был Учиха Мадара? Но ведь сейчас он в паре сотен миль от Конохи! – говорил Наруто, жестикулируя как ненормальный. - Когда мы с Джирайей и Цунаде уходили в Амегакуре, я приметил кладбище по пути. Не знаю, где именно мы были в тот момент, но я подошёл поближе и разглядел надпись на одной из могил, где значилось именно это имя! – уверенно тараторил он, вспоминая события пятилетней давности.       Минато удивлённо посмотрел сыну в глаза, затем переглянулся с Кушиной и сделал вывод:       - Если труп продолжает лежать в гробу, значит… На деревню напал кто-то, кто прикрывался его именем. К тому же верить тому человеку на слово было нельзя, так как маска скрывала лицо. Но нет никаких доказательств и обратного, судить лишь по внешним признакам также не стоит.       Красноволосая задумчиво отбросила чёлку за ухо и слегка прикусила губу.       - По крайней мере, я уверена, что это был один из клана Учиха. Ведь он извлёк из меня Кураму с помощью шарингана, - тоже сделав вывод, произнесла женщина.       - Точно-точно, даттебайо! Знаете, сейчас у нашей команды отпуск, поэтому можно попросить разрешение у Третьего Хокаге на выход за пределы деревни. Не знаю, каким образом, но нужно срочно узнать, действительно ли Мадара был похоронен или там просто табличка для вида, - придумал парень, даже не обращая на один факт внимания: придётся выкопать из земли гроб.       - Для этого вам понадобится человек, хорошо владеющий стихией Земли, - сказал Минато, начав складывать печати. Закончив, он призвал все те свитки, что подарил сыну на день рождения. С минуту порывшись, блондин вытащил один и развернул его. – Есть и другой способ поговорить с Мадарой, но он очень опасен и…       Четвёртого прервал Наруто, попросивший подождать минутку, так как кто-то извне тревожит его тело.       - Наруто. Наруто, очнись! – пытался дозваться паренька Какаши-сенсей, зайдя в открытое настежь окно и тряся того за плечи.       Он уже минут пять не просыпался. Внезапно Хатаке почувствовал, что теряет сознание. Глаза сами по себе закрылись. Пепельноволосый учитель присел на пол, опираясь на стенку кровати, и окончательно отключился. Через секунду шиноби оказался в странном коридоре, освещённом жёлтыми лампами. Услышав, как кто-то зовёт его по имени, Какаши медленно пошёл на звук. Вдали виднелись три человеческие фигуры… а позади - огромный тёмный силуэт, совсем неразличимый отсюда. Дойдя до зала и увидев всех присутствующих, мужчина остолбенел. Дар речи на мгновение пропал, а когда вернулся, Хатаке попытался вымолвить хоть словечко.       - Сен… сенсей?! – ноги задрожали, а по спине пробежали мурашки. Какаши чувствовал себя так, будто его окунули в ледяной океан.       - Какаши? Это действительно ты? Ничего себе, как вымахал-то, – удивлённо произнес Минато, шагая к бывшему ученику.       - Папа знаком с моим учителем? – не менее удивлённо спросил Наруто у матери.       - Да, - спокойно ответила Кушина. - Он был его сенсеем. Какое совпадение, что Какаши – твой учитель.       - Вы… Как вы… здесь оказались? – потрясённо пробормотал Хатаке, а затем оглянулся и увидел сидящего в стороне Девятихвостого Лиса. – Ничего не понимаю.       Намикадзе положил руку на его плечо и объяснил происходящее. Пепельноволосый хоть и с трудом, но воспринял информацию нормально и быстро её проанализировал. На всё ушло минут десять. Дрожь постепенно унялась, но холодок всё же иногда пробегал по спине. Хатаке обдумал всё по второму кругу и спокойно спросил:       - От меня что-нибудь требуется?       - Да, ты как раз вовремя. Я хотел показать ещё один способ поговорить с Мадарой, при этом нужно использовать кровь троих человек. Откапывать труп не придётся. Практически безгрешный вариант, - начал рассказывать Минато. - Помимо крови, придётся выучить длинную комбинацию печатей.       Сзади стоящие мама с сыном стали замечать, что отец медленно исчезает. Они бросились к нему и сообщили неприятную новость.       - Ничего страшного, чакра уже закончилась, вот и всё. Кушина, ты знаешь печати этой техники, подробности расскажешь сама, я не успею, - говорил он, становясь всё более прозрачным.       - Пап… я был очень рад… встрече с тобой, - со слезами на глазах пробормотал голубоглазый блондин и напоследок обнял Минато.       - Я ухожу к Обито и Рин, - потрепав парня по голове и посмотрев в глаза Какаши, вымолвил мужчина. - Об одном прошу: береги Наруто.       Хатаке кивнул и закрыл глаза. Когда Узумаки-младший выпустил исчезающего отца из объятий, тот сказал, не сдерживая напрашивающиеся слёзы:       - Знай, сынок: что бы ни случилось, где бы ты не встретил серьёзные препятствия… я верю в то, что ты справишься. Я верю в тебя!       И так, улыбаясь и в последний раз оглядывая всех, Четвёртый Хокаге отправился в последний путь. В небытие. Но он навсегда останется в сердцах жителей деревни, несущих его волю. Волю Огня.