В первый раз

      Пепел упал с тлеющей сигареты, рассыпаясь в полёте и растворяясь в огнях ночного города. Сегодня Какаши совершил ошибку, он вспыхнул ревностью, как бенгальский огонь, не контролируя свои поступки и слова. Это было совсем не похоже на него, но после знакомства с ней он менялся так же, как и его жизнь. Год назад он даже и не думал, что в его жизнь так неожиданно ворвётся маленькая розовласая девчушка и изменит всё вокруг до неузнаваемости. Сегодня они поругались, конечно, не в первый раз, но сейчас всё выглядело куда более серьезно, чем раньше. Обычно именно она была инициатором всех ссор, а ему приходилось сглаживать острые углы её характера. Холод пробрался за шиворот темной куртки, заставляя мужчину встрепенуться.       Сегодня он впервые почувствовал укол ревности и не смог себя проконтролировать. Конечно, он и раньше допускал, что совсем юная Сакура может найти сверстника и упорхнуть от него, не думая, что будет с Какаши после. Но эти мимолетные мысли пропадали, стоило им только вновь оказаться в его квартире. Квартира, считавшаяся раньше холостяцкой, с появлением Сакуры, стала максимально уютной. Когда они лежали вместе на твёрдом диване, а её голова покоилась на крепком мужском плече, никто из них не замечал каких-то неудобств. Уже бывшая старшеклассница вдохнула в него жизнь и, наверное, именно поэтому он так сильно боялся потерять эту девушку.

***

      Это был отличный воскресный вечер. Снег большими хлопьями падал на шумный город, окутывая его своим приятным белым цветом. Близился Новый год, поэтому Сакура совсем недавно скромно спросила, не хочет ли он встретить этот праздник вместе. Впервые, за долгое время, ему предложили отметить этот семейный праздник с кем-то, и предложил не просто кто-то, а его любимая. Не раздумывая, Какаши с радостью согласился, а девушка, не теряя времени, предложила сходить в магазин за украшениями, планируя, как можно украсить его квартиру. Идя сейчас рядом с ней, он был уверен, что это и есть счастье.       Какаши нёс в своей руке пакеты с разными гирляндами и елочными игрушками, а вот с другой стороны шло его маленькое чудо. Она держала его под локоть и что-то весело рассказывала о том, как сложно и интересно ей бывает учиться в медицинской академии. Красная куртка с пушистым меховым воротником, которую совсем недавно он подарил ей, отлично сидела, даже лучше, чем на манекене. Он так переживал из-за того, что ей не понравится и не подойдет, что головная боль мучила его пару дней подряд, но увидев счастливые глаза своей девушки, стало легче.       — Сакура? — голос Учихи был удивленным, а черные брови поднялись вверх, когда он обратил внимание на то, кого держит за руку его бывшая одноклассница.       — Саске-кун, здравствуй! — Сакура не убрала руки от мужчины, что, несомненно, его порадовало. — Как твои дела?       — Нормально, — он внимательно посмотрел на руки своих собеседников, а после перевёл взгляд на Какаши. — Не ожидал увидеть вас вместе, думал это всё нелепые слухи.       — Ты всегда мог всё узнать у меня лично, — Сакура либо не замечала, либо целенаправленно игнорировала весь его недовольный вид, предпочитая сохранять приятную атмосферу праздника и какого-то дружелюбия. — Как поживает Итачи-сан?       — Отлично, у него скоро свадьба, — Учиха даже не переводил взгляд на Сакуру, когда отвечал, он как будто старался прожечь мужчину насквозь, может быть даже пытаясь вызвать какие-то чувства у Какаши. — Наруто устраивает вечеринку в честь Нового года, придёшь?       — У меня другие планы, так что, к сожалению, нет, — она улыбнулась своей самой обворожительной улыбкой, как показалось Хатаке. — Но спасибо за приглашение.       Какаши сильнее сжал ручки пакетов в пальцах, а челюсть сильно стиснул, чтобы случайно не сказать чего лишнего. Вся ситуация была из ряда вон выходящая, казалось, даже эмоции не хотели слушаться. Было приятно оттого, что ради него Сакура отказалась от встречи с друзьями, хотя если бы она захотела, он бы не был против. Пока Какаши стоял в своих размышлениях, он даже не заметил, как она отошла от него, но точно заметил, как девушка обняла своего бывшего одноклассника.       — Береги себя, Сакура, — руки Саске непозволительно низко легли на талию девушки, его девушки, крепко прижимая к себе. Чёрные глаза с вызовом посмотрели через плечо Сакуры на мужчину, который стоял и со злобой смотрел в ответ.       — Ты тоже, — обнимая за шею Учиху, она ещё не понимала, какой механизм запустила своим поступком.       Всю дальнейшую дорогу до дома Какаши не смог проронить ни слова, а улыбка, что до этого не сходила с его лица, исчезла, не оставив и следа.

***

      Стоя сейчас на крыше и докуривая вторую или третью сигарету, он уже и не помнил, и вспоминал о том, как больно ему было смотреть на её слезы. Теперь было страшно от мысли, что он смог повысить голос на неё. Но в ту секунду, мысли о том, что Сакура может уйти от него к Учихе, затмили весь трезвый разум, давая волю взбесившимся эмоциям. Он всё ещё помнит тот самый день, когда она рассказала ему про своё разбитое сердце этим мальчишкой. Помнит, как задела его та история и как щемило в груди, когда он представлял, как плохо было маленькой влюблённой девочке. Конечно, как-то по-другому относиться к мальчишке он не стал, это было бы просто глупо, но подпускать его к Сакуре совсем не хотелось.       Представив, что зайдя в квартиру, он почувствует холод, становилось не по себе. За такое короткое время Какаши привык к почти постоянному присутствию девушки. Они старались проводить свободное время вместе, а когда не получалось, поддерживали связь в интернете. Так что, если сейчас Сакура просто уйдет, в его груди образуется такая дыра, которая никогда уже не сможет затянуться. Слишком сильно он привязался к этой розоволосой девчонке и уже давно понял, что его чувства переросли простую влюбленность.       Терпкость сигарет смешалась с горечью слов, которые в порыве злости он выплюнул сегодня. «Что тогда ты делаешь здесь?» Зачем он вообще задал такой вопрос? Для каких целей старался спровоцировать? Ещё пару минут назад он не мог дать ответ на этот вопрос, но не сейчас. Он всегда был достаточно замкнутым человеком, поэтому говорить о своих чувствах ему было сложно. Возможно этими действиями он старался, как мальчишка, «выбить» признание от Сакуры. Особенно ярко он это ощутил, когда вспомнил фразу «Так может тебе будет лучше со сверстником? Или может даже с Учихой?» Да, Какаши определенно хотел услышать о чувствах девушки, поэтому, когда в ответ были тихие всхлипы, он ушёл из квартиры.       Сигарета упала и была потушена подошвой тяжелого ботинка. Он чувствовал, что должен, как можно скорее, вернуться в свою квартиру, пока Сакура не поставила на нём крест. Без неё теперь нельзя, без неё просто невозможно. Шаги ускорялись, а дыхание сбилось. Страх перед тем, что квартира окажется пустой, только подливал масло в огонь, заставляя почти бежать обратно домой.

***

      Они прошли в квартиру в полном молчании, поэтому девушка даже боялась поднять взгляд на мужчину. Встреча с Саске была одной из самых неожиданных. После их неудавшихся отношений Сакура никогда не отказывалась от общения с ним, слишком уж близки они были, чтобы перестать общаться. Тем более между ними всегда было связующее звено в виде Наруто. Она была благодарна Учихе за то, что научил быть стойкой, никогда не сдаваться и не проливать зря слёз. Но когда Какаши начал кричать, она уже не смогла сдерживать свои эмоции. Всё происходило, как в замедленной съемке: он закричал, развернулся и закрыл за собой дверь. Медленно сползая по стене, прикрывая лицо ладонями, Сакура не могла поверить, что всё это происходит с ними, что сейчас она говорила с тем самым Какаши. Но не только поведение мужчины было удивительным, но и поведение бывшего одноклассника было странным.       Что заставило двух самых уравновешенных и спокойных мужчин вести «холодную» войну, она до сих пор не знала. Ревность со стороны Саске казалась просто бредом, а вот со стороны Какаши… Да, хоть он и раньше, вроде как в шутку, говорил про одногруппников и сверстников, но такие разговоры никогда не переходили во что-то более серьезное, по крайней мере с его стороны. Даже по поводу Саске он никогда ничего не говорил и даже не вспоминал, а теперь сразу вот такая ссора. Она всегда старалась показывать, что ей намного интереснее и комфортнее с ним, нежели с другими. Рядом с ним она чувствовала себя и правда шикарно, чувствовала себя любимой и желанной.       Уже не раз она намекала ему, что готова и хочет перейти на новый уровень отношений, но он всегда говорил, что ещё слишком рано. В шутку она называла его «джентльменом», но каждый раз, замечая его в обществе других девушек, говорила, что ему было бы лучше с более опытной особой. Да, именно она всегда начинала их ссоры из-за ревности, а не он.       Вытерев заплаканное лицо, она попыталась встать с холодного пола. Желание уйти к себе домой было слишком велико, а аргументы «за» были очень разумными. Дать ему время всё обдумать, да и самой подумать над всей ситуацией. Нужны ли они друг другу, не попытка ли это забыться с кем-то, с кем просто хорошо и уютно. Конечно, когда они начинали общаться, для неё это было отдушиной, но тогда, на выпускном, она не просто так выбрала его, а не отдых со своими одноклассниками. Тогда ей хотелось узнать, кончится ли их общение или нет. Не кончилось, а наоборот перешло в другое русло, и она никогда не жалела об этом.       Рука остановилась на полпути, так и не дотянувшись до куртки. Стоявшие в углу пакеты, из которых виднелись новогодние игрушки и мишура заставили остановиться. Она вспомнила, как представляла этот новый год в компании с ним. Они сидели бы за маленьким столом с различными закусками, в двенадцать подняли бы бокалы, а после она планировала наконец-то признаться ему в своих чувствах. Вспоминая свои планы, слёзы невольно застили глаза, было страшно подумать, что это всё кончится, так и не начавшись нормально. Нет, она это просто так не допустит. Они должны хотя бы просто поговорить и если это будет конец, глупый конечно, но она поймет и уйдет, не надоедая.       Она ещё раз посмотрела на яркую мишуру и, не удержавшись, взяла ту самую, в которую влюбилась в магазине. Если он попросит уйти, то хотя бы эту безделушку она оставит себе, чтобы по вечерам смотреть и вспоминать только самые лучшие моменты. Добивать себя своими же мыслями и выдумками казалось самым логичным сейчас, нужно было подготовить себя к самому худшему, чтобы потом было не так больно.       Наконец-то накинув куртку на плечи, она потянулась к дверной ручке. Она точно знала, что искать его сейчас надо было на крыше, он часто уходил туда, когда ему нужно было подумать. Но дверь открылась раньше, чем она успела понять, что происходит.       — Уходишь? — закрыв за собой дверь, мужчина наткнулся на Харуно, что заставило вспомнить их первую встречу в школе. Где-то в груди кольнуло, да так сильно, что на несколько секунд стало почти невозможно дышать.       — Да, — голос охрип от волнений, а взгляд был опущен в пол, чтобы не показывать, как покраснели глаза. Она даже не сразу поняла, что сказала, но когда услышала, как Какаши хмыкнул, подняла глаза и начала тараторить, — то есть, нет, не подумай… Я на крышу хотела пойти, найти тебя, но… — Слёзы, накопившиеся в изумрудных глазах, мешали видеть перед собой мужчину, которого она любит.       Его руки сами потянулись к девушке, притягивая к себе, потому что не было сил смотреть, как она снова плачет и снова из-за него. Он держит её за шею, перебирая пальцами розовые локоны в своих холодных пальцах. Сбившееся дыхание обжигало его грудь и заставляло чувствовать себя ещё хуже. Слабый запах её любимого шампуня сейчас щекотал его рецепторы, заставляя тепло разливаться внутри груди.       А она стоит, молчит и даже боится пошевелиться. После всего, что она успела напридумывать и накрутить, просто не верилось, что Какаши может вот так просто стоять и прижимать её к себе. Успокоиться казалось невозможным, плечи дрожали, и это нельзя было никак скрыть. Она ведь все ещё не знала, что он скажет по итогу, но, не смотря ни на что, обнять Какаши хотелось безумно. Подняв руки, Сакура осторожно опустила свои ладони на крепкую спину, на которую она привыкла полагаться за эти девять месяцев. Почувствовав, как теплые губы, через такую любимую им и ненавистную ей маску, коснулись её лба, она почувствовала, как в груди что-то кольнуло.       — Ты знаешь, если бы ты ушла, мне бы безумно тебя не хватало, — его шёпот обжигал и от этого тонкие пальцы сильнее сжали ткань чужой куртки. Нет, она бы не ушла, просто не смогла бы так оставить это всё и забыть.       — Я бы не ушла, — наконец-то она смогла поднять на него свои глаза и сразу же встретилась с таким родным и любимым серым взглядом. Сразу стало тепло и спокойно, не только ей, но и ему.       Он смог убрать от неё свою руку, для того чтобы снять маску и наконец-то коснуться розовых опухших губ девушки. Ещё чуть-чуть и он бы потерял её и никогда бы не смог почувствовать аромат духов и легких прикосновений рук. Но сейчас, она стоит перед ним, обнимает и говорит о том, что не ушла бы от него. Отпускать такую родную и любимую девочку из крепких объятий не хотелось, да и она вроде, как не собиралась вырываться. Его руки стали крепкими оковами, которые сдавливали тонкую талию девушки, заставляя чувствовать себя полностью защищенной.       Какаши так долго оттягивал этот день, боясь, что сможет причинить боль и уже не сможет ничего исправить. Попытавшись отстраниться, он понял, что руки Сакуры держат, словно самые крепкие путы. Она сама углубила поцелуй, а её пальцы, которые до этого обнимали за шею, теперь аккуратно перебирали пепельные волосы. Он сходил с ума от того, как робко, но с присущим ей рвением, она отвечает на все его действия.       Глухой удар об стену, она жмурится от еле ощутимой боли, которая не чувствуется через пелену страсти. Их поцелуй уже не был милым и нежным. Красная куртка, быстро стянутая с плеч Сакуры, лежала на полу, а рядом своё место нашла куртка хозяина квартиры. Крепкие руки мужчины скользили по хрупкому, прижатому к стене, телу, стараясь изучить каждый миллиметр. Губы уже болели у обоих, но оторваться не было ни сил, ни желания.       Мужчина сжал упругие ягодицы Сакуры, поднимая её вверх. Она сразу же обхватила ногами его торс, а руками обвила шею, чтобы хоть как-то удержать своё «равновесие». Тихий стон сразу потонул в страстном поцелуе. Ему хотелось большего, чтобы доказать насколько сильны его чувства. Немного отстранившись от губ своей возлюбленной, он посмотрел на прикрытые изумрудные глаза и покрасневшие щеки. Она выглядела так прекрасно, что Какаши подумал, что вновь влюбился в эту розовласую девушку.       — Сакура, я не смогу остановиться, — охрипший от возбуждения голос резал слух, а сердце стучало так сильно, что казалось его стук можно было услышать в соседней комнате. Он волновался, как мальчишка, но её легкая улыбка поселила в его душе некое спокойствие.       — Я уверена, — проведя ладошкой по холодной щеке мужчины, она попыталась вложить в это действие всю свою нежность и тепло, — потому что я люблю тебя.       Ему показалось, что он ослышался. Весь мир для него сузился до размера этой квартиры, а центром этого мира стала Сакура. Она - маленькая, честная и такая чистая, любит его - такого плохого, израненного и разбитого внутри. Все происходящее казалось сказкой, а то, что она поцеловала его первая, заставило отвлечься от раздумий. Сильнее сжимая её в крепких объятиях, Какаши вместе с девушкой на руках отошёл от стены. Внутри уже горел пожар, который она разжигала в нём своими прикосновениями, поцелуями и даже простым дыханием. Он хотел дойти до кровати, но планам не суждено было сбыться. Уперевшись ногами в спинку дивана, Какаши принял решение, что и твердый диван в её объятиях будет мягкий.       Он аккуратно уложил любимую девушку и навис над ней, поцелуями спускаясь по шее к острым ключицам. Руки уже пробирались под кофту, которая была явно лишняя; хотелось сорвать ненужную вещь с такого любимого тела. Но надо быть осторожным, ласковым, чтобы не напугать девушку в её первый раз. Слабые стоны, доносящиеся до него, только сильнее распаляли в нем желание доставить ей больше удовольствия.       Неопытность сказывалась, поэтому она безумно боялась, но в тоже время хотела этого всем своим нутром. Каждая её клеточка тянулась к этому мужчине, и она не смела перечить самой себе. Но как только вся верхняя одежда была снята и грудь оказалась обнажена, Сакура покраснела и подумала о том, чтобы прикрыться. Переборов чувство стыда и смущения, она потянулась к брюкам и когда бляшка ремня издала характерный звук, она открыла глаза и внимательно посмотрела на него. Этот звук подбросил в её голову мысль, что в ответ на признание не было никакого ответа, только молчание. Положив руки на его плечи, она попыталась остановить мужчину, отодвинув его.       — Всё хорошо? — Какаши смотрел обеспокоенно, боясь того, что сейчас она скажет, что это нужно срочно прекратить.       
— Ты… Что ты чувствуешь ко мне? — на глаза навернулись слезы, было отчего-то страшно. Она понимала, что именно этот мужчина столько времени старался доказать, что на него можно положиться, что для него отношения с ней не для того, чтобы тупо переспать и уйти в закат.       — Неужели ты могла подумать, что я ничего не чувствую? — он ласково улыбнулся и убрал её руки с плеч. Приблизившись к её лицу, начал покрывать поцелуями лоб, щеки и напоследок прикусив нижнюю губу, посмотрел в изумрудные глаза. — Девочка моя, — сделав небольшую паузу и проведя рукой по девичьей талии, он ещё раз целомудренно поцеловал в губы, — я люблю тебя больше всего на свете, — впившись в тонкие губы, она крепко прижала его к себе, в попытке дать ему почувствовать, насколько важно для неё его признание. Теперь уверенность волной накатила на неё и, спускаясь руками по его обнаженной спине, она была полностью готова ко всему.       Они помогли друг другу избавиться от всей мешающей одежды, и теперь были близки как никогда. Сакура чувствовала его возбуждение и от этого руки немного начали дрожать, но его поцелуи и успокаивающий шепот вселяли уверенность. Она выгибается дугой до боли в пояснице, когда он резким движением заполняет её полностью.       Он не начинает двигаться, ждёт, когда она привыкнет, пытаясь поцелуями успокоить. Внутри всё жгло и от этого на глаза наворачивались слезы, а ногтями она царапала широкие плечи. Он же наслаждался тем, какая она горячая и узкая, и хотелось сорваться на бешеную скорость, но нельзя.       Когда Сакура уже смогла почувствовать некое облегчение, она провела ладонями по тем местам, которые недавно старалась разорвать своими же ногтями. Это послужило сигналом, и первый толчок отозвался то ли криком, то ли стоном от девушки. Она чувствовала боль, но не такую, какую ожидала, это был скорее дискомфорт, но останавливаться не хотелось.       Она сама начала двигаться ему навстречу, хотелось большего. Блуждающие руки мужчины заставляли забыть все неприятные ощущения и чувствовать только наслаждение, вперемешку с любовью. Каждое движение заставляет её жмуриться до боли и закусывать губу до крови, чтобы не кричать от удовольствия.       Перед глазами все искрилось, и плыли белые круги, все мышцы напряглись. Какаши вцепился в бедра девушки, как только почувствовал, что внутри неё всё сжимается, предвещая скорый конец. Толчок, и её пробирает дрожь, а с губ срываются тихие всхлипы. Он выходит и изливается ей на живот, боясь пошевелиться. Серые глаза внимательно разглядывают девушку под собой, и он никак не может понять, как она смогла стать еще красивее. Наверное, потому что теперь она полностью его. Какаши взял свою кофту, которая к счастью оказалась совсем близко и стёр белую жидкость. Откинув тряпку, он крепко прижал к себе Сакуру, перевернувшись на спину, и теперь она лежала на нем.       — Я люблю тебя, — голос был тихим, но он чувствовал, что должен был это сказать. Проведя рукой по розовым волосам, он невольно подумал о том, что не может быть в его жизни большего счастья, чем чувствовать мягкость волос и жар её тела на себе.       — А я люблю тебя, — она резко подняла голову и посмотрела на него, её лицо озарила улыбка. Ещё немного помолчав, Сакура продолжила, — ты знаешь, сегодня мы впервые серьезно поругались, а ещё у нас произошёл первый примирительный секс.       — И как тебе? — он попытался скрыть улыбку, поцеловав её в макушку.       — Ты знаешь, может, поругаемся ещё раз, только после того, как украсим квартиру?