Не отпускай меня, Блэк.

— Кто такая Джулиана Сейдж? — спросил Регулус, заглядывая мне за плечо.Я пристально рассматривала то ли альбом, то ли очень большой дневник, и никак не могла его открыть. — Не знаю. Он не открывается! — Можно мне попробовать? — Я протянула его Регулусу. Но сколько он не тужился, но тоже не мог его открыть. — Странно тут вроде замка нету, и заклинания наложенное на него я не чувствую. — Может ножом? — Зачем? — Ножом можно подцепить страницу, и потихоньку отцепить ее от остальных. — Давай. Регулус поколдовал над моей линейкой и через минуту дал мне длинный, остро наточенный нож. Я взяла черную рукоятку и пыталась втиснуть нож между страниц. — Да что ж это такое! — в негодовании воскликнула я, и еще сильнее начала вталкивать тонкое лезвие. — Ай! — не рассчитав силы я полоснула себя по запястью, и теперь тягучие темно-бордовые капли упали на золотую обложку. По альбому будто пошла рябь, а черные буквы начали завиваться в новое предложение «Добро пожаловать, Скай». — Это штука работает на крови? — Не знаю, — ошарашенно смотрела я на альбом. Регулус, резко закрыл альбом, тот принял свой первоначальный вид. Сделав аккуратный надрез на руке, Регулус капнул своей крови на альбом. Буквы заплясали, и нашему взору предстала надпись «Доступ запрещен!» — Он настроен только на тебя, Скай! Я капнула кровь на альбом, и снова вышла надпись «Добро пожаловать, Скай». Открыв альбом, в глаза мне ударила яркая вспышка, а голова резко закружилась. Темнота заполнила глаза. *** Открыв глаза, я огляделась. Я точно находилась не в своей комнате. Это было огромное оранжевого цвета помещение. По всему периметру были черные двери, с золотистыми ручками, на каждой висела желтая табличка. Я подошла к самой первой двери, у которой висела табличка «Детство». Открыв дверь, я увидела бледно-зеленую детскую, на стенах висели веселые цветастые плакаты. А среди игрушек сидела маленькая красноволосая девочка. Я с любопытством подошла. Девочка была худенькая, одетая в розовое платье, которое было заляпано грязью и синей краской. Чертами лица она очень напоминала… меня. Но только у нее кожа была смуглой и глаза васильково-синие, а улыбка была такая заразительная. Пара передних зубов отсутствовало. Девочка играла с игрушечным красным драконом, которого наряжала в доспехи и с усилием засовывала в лапу игрушечный меч.  — Тебе не победить меня, ведьма! Я самый сильный на этой Земле! — грозно говорила она, размахивая несчастной игрушкой. А потом взяв разрисованную куклу, начала орать противным голоском: — А я самая злая! Получи, гад чешуйчатый! — Она начала дубасить игрушки друг об друга. Голова куклы куда-то отлетела, а крыло у дракона повисло. — Джули! — раздался приятный мужской голос. Девочка отбросила от себя игрушки, и спряталась за дверью. Хихикая в ладошку, она с выжидающей улыбкой стала ждать. Вошел средних лет красноволосый мужчина, а потом, обходя комнату, с веселой улыбкой на губах начал приговаривать: — Где же наша Джули? Весь день ее ищу, а скоро обед. Жалко, что она убежала, теперь мне придется одному есть вкусные конфетки! — и игриво поблескивая черными глазами, медленно начал выходить из комнаты. Джули выбежала из своего укрытия, и громко заорала: — Никому свои конфеты не отдам! Ее поймали отцовские руки, и подбросив вверх, начали щекотать. — Ахахаха… Папа, хватит! — Поросенок, ты где так извазюкалась? — Я с Беном подралась, — сложив обцарапанные ручки на груди, гордо засопела девочка. — Джули, девочки не дерутся. А из-за чего ты подралась? — Он сказал, что мне место в Шармбатоне. — А ты разве туда не хочешь? — Нет! Я хочу в Дурмстранг! — по щекам покатились слезы у девочки. — Я уверен, что ты туда попадешь, говорят Венери — очень хороший факультет и… — Но, я не хочу в Венери! — гневно закричала девочка. — Джули, ты совсем запутала своего папу, — нарочито сердитым голосом сказал отец Джули. — Фламма — лучший факультет, пап! — Но туда девочек не принимают! Джули спустилась с рук папы и, топнув ножкой в ботинке, воскликнула: — Я буду там учиться! Побежав по коридору, направилась в другую комнату. Я вышла из этого воспоминания, и зашла в другую дверь под названием «Дурмстранг». Мне предстал учебный кабинет, который начал заполняться студентами. Все кстати мальчики. Вошел очень смуглый с порезами на лице мужчина, и сказал: — Здравствуйте, студенты. У вас будет учиться еще один студент. Сразу говорю, будете обижать, разговор лично со мной будет проходить. — Так точно. — Представляю вам студента - Джулиану Сейдж. Вошла уже подросшая Джули, одетая в серую рубашку и такого же цвета широкие брюки, черную куртку и высокие черные сапоги на небольшом каблуке. Волосы она заплела в косу, которая свисала до талии. — Баба? Сэр, вы издеваетесь? На Фламма учатся только парни! — высказал всеобщее негодование высокий черноволосый мальчишка. А я посмотрела на наглого мальчика и замерла. С губ сорвалось тихое: — Папа. Я сразу узнала презрительный взгляд желтых глаз. Такой взгляд я видела в зеркале, когда бесилась и злилась. Глаза мужчины сузились, и громовым голосом сказал: — Студент Уолш, встать! Вы имели честь в первую очередь оскорбить своего боевого товарища. И только во-вторых уже женщину. Она имеет такое же право учиться, как и вы. Она прошла обряд, и пещеры ее приняли, как и вас. Немедленно извинитесь. — Ну, вот еще. Я не буду извиняться перед какой-то выскочкой, — надменно фыркнул он, сверкая желтыми глазами. — Каждый день будете ходить чистить туалеты! — Не стоит, сэр, принимать такие меры, — проговорила Джули. — Я понимаю, что многие особи мужского пола боятся, что их обойдет «баба». — Это кто еще боится, — прошипел мальчишка, бросая неприязненные взгляды на Джули. — Так, — сурово сказал мужчина. — Мистер Кеган и мисс Джулиана, сели на свои места. Живо! Джули медленно обошла столы, пока не села рядом с блондинистым мальчишкой. — Я научу вас уважать своих товарищей. Сейдж! — Я! — Уолш! — Я! — Чистите сегодня столовую! — Есть! — сказала Джули. — А можно я один все почищу? - насмешливо принтересовался Кеган, вертя рубиновый перстень на среднем пальце. При том улыбка у него стала такой, что даже гиена позавидует. — Уолш, я знаю ваши штучки, так что чистите вместе, а потом вместе приходите ко мне сдавать рапорт. Расселись! Я вышла из этого воспоминания, и направилась к самой дальней двери. Я вошла в дверь с нечетким названием «Скай». В комнате сидела красивая красноволосая женщина лет двадцати четырех. Она качала на руках младенца. — Джули! — вошел взволнованный черноволосый мужчина. — Заткнись, Кеган! Наша капризуля только уснула. — Да? Он подошел к Джули, взяв младенца на руки. На мужественном лице появилась восторженная улыбка. Ребенок открыл любопытные желтые глазки и засмеялся. Я не могла не улыбнуться, по щеке скатилась слеза. С какой любовью он качал ребенка! А потом положил в люльку, что-то напевая. Ребенок потихоньку начал засыпать. Мужчина поманил Джули. Они вышли из комнаты и спустились по лестнице в гостиную. И… это был наш дом! Я узнала мраморные белые полы и жемчужно-серые стены. Все было как и сейчас стоит. Та же мебель, те же картины. Но… атмосфера была тут какая-то другая. Более домашняя? — Что случилось, Кеган? — Нам в офис пришло письмо от… твоего отца. На лице Джули мелькнула растерянность и боль. — Этого не может быть! Он умер! — Посмотри. Джули взяла пергамент, и внимательно прочитала. — Да, это его почерк. И кольцо это наше фамильное. Кеган, это может быть ловушка. — Я это понял. Но тебе не кажется, что наши отцы умерли странной смертью? Мой отец выгнал меня из дома, а увидев малышку сразу смягчился, но переписал все наследство на Скай. А через пять дней его находят мертвым, как и твоего! — А это не могли подстроить… — Нет, в них я уверен, — твердо сказал Кеган. — Ты тоже считал меня исчадием ада, Уолш! Но вот я здесь! — гневно вскричала Джули. - А кому нужен еще тот древний артефакт? Если он работает только на твою семью! — Я ухожу! Здесь адрес указали. — Ты - упрямый баран, Уолш! Знаешь, что это ловушка и все равно прешь туда! — Но надо все узнать. Я не желаю больше оставаться в неведении! — Я с тобой! — Нет. Ты останешься со Скай! — Буду сидеть и носочки вязать к твоему возвращению? Размечтался! — Джули, хоть раз послушай меня! — Но… если ты больше не вернешься… — прошептала со слезами в васильковых глазах Джули. Мужчина вздохнул и, поцеловав ее в губы, сказал: — Если не вернусь, ты знаешь, что делать. А потом резко трансгрессировал. Джули упала на колени и расплакалась. Поднявшись, она побежала наверх. Я последовала за ней. Она спешно начала одеваться, а потом, подумав, взяла из полки бумагу и начала что-то торопливо писать, обливаясь слезами. Положив листики в конверт, она крикнула: — Малькольм! — Да, хозяйка, — появился помолодевший домашний эльф. — Не называй меня так. Ты давно свободный эльф. — Мне так привычней. — Возьми, это письмо. Если вдруг ни я, ни Кеган не вернемся, то схорони его. И когда придет время - отдай его Скай. — Я не понимаю вас. Хозяин сказал вам остаться… — Если с ним что-то случится, а я в это время сидела дома, я себе никогда этого не прощу, Малькольм. Мое решение - обсуждению не подлежит. — Как скажете. Джули подняла ребенка. Тот, проснувшись, радостно ей улыбнулся. Губы Джули растянулись в трепетной улыбке, и, поцеловав малышку, в лоб сказала: — Я люблю тебя, Скай. Хоть, ты меня и не понимаешь, но… Прости меня. А потом торопливо дала её Малькольму. Ребенок начал реветь и орать, требуя внимания мамы. — Нет! Не оставляй ее! Ты ей очень нужна! — спускаясь прокричала я. Но через секунду она исчезла. Все помещение начало смазываться, а я снова провалилась в темноту. *** — Очнись! Скай вставай! — хлопая меня по мокрым от слез щекам. — Не хочу. Я ничего не хочу! — заплакала я. Меня подняли с пола на руки и прижали к себе, гладя по волосам. — Успокойся, маленькая, — поцеловав меня в макушку сказал Сириус. Сириус?! Я открыла глаза и посмотрела на него. Да, это действительно был он. Недалеко сидел Регулус, играя с Малькольмом в шахматы. — А ты как здесь оказался?