Не отпускай меня, Блэк.

***

Что жизнь собой представляет? Почему кого-то затягивает в водоворот событий и он испытывает столько боли и жестокости по отношению к себе — и он по мнению людей почему-то злой? А кто-то всю жизнь бабочек коллекционирует, в ус не дует и живет припеваючи, и в итоге он самый что ни на есть приятный человек. Чаще всего жестокие люди — это самые добрые люди, что были в прошлом, но по их большому сердцу часто стреляют и втаптывают в грязь. В большую мишень ведь всегда проще попасть и уничтожить, верно?

***

Сириус Блэк нервно мерил шагами гостиную Гриффиндора. Его раздражало и задевало незнание, что опять творится у Скай. Уже был вечер, а ее все не было! Утром он пробрался к ней в комнату, но кроме как давно потухшего камина и знобящей прохлады Сириус ничего не обнаружил. Он понадеялся, что как только она вернется, так все объяснит ему, но уже была почти полночь, а ее не было! Сириус видел, что с ней что-то не так. Скай могла весело смеяться и разговаривать с ним, но ее глаза в один миг из искрящихся золотом превращались в две холодные желтые льдышки, в которых застыла смертельная тоска. Он не раз замечал, что она наблюдает за ним, когда Сириус спит. Вроде ничего необычного, но… С таким выражением за любимым человеком не наблюдают! Обычно с таким выражением смотрят на человека, который при смерти. Пытаются запомнить и удержать каждое воспоминание о нем. — Бродяга, если хочешь что-то узнать, то езжай к Скай в поместье, — не выдержал Поттер, который держал Эванс на коленях. Сириус знал, как его друзья относились к Скай. Хоть, они и старались показать свою доброжелательность и радушие ради него, но Джеймс — не доверяет ей, Питер — боится, а Эванс — откровенно недолюбливает и считает, что Скай притворяется. Только Ремус хорошо относится к ней… И то Сириусу не нравится, какие иногда Лунатик бросает на Уолш взгляды. — А я считаю, что нужно пойти к Макгонагалл и просто спросить причины отсутствия Скай, — вклинилась в беседу их Лили. — Сириус, вы вроде встречаетесь, но она даже не сообщила, где находится и почему… По-моему тут… — Эванс, я доверяю своей девушке. Если захочет, она сама все объяснит, — резко осадил ее Блэк. — Бродяга, я не считаю Скай такой, но этот уход разве не показывает ее отношение к тебе? Я имею в виду, что может у нее кто-то есть? — осторожно сказал Поттер. Лицо Сириуса пошло красными пятнами. — Не надо на нее наговаривать. И я не собираюсь выслушивать этот бред, так что уж лучше я отправлюсь в Уолш-Хаус и докажу, что ваши глупые догадки — абсурд! — заявил Сириус, выбегая из гостиной. Огонь в камине вдруг резко дернулся и словно вздохнул. Лили удивленно посмотрела на пламя. Но, оно мирно трещало. Странно, может ей показалось?

***

Сириус припарковал мотоцикл возле кованных черно-серебристых ажурных ворот. Луна освещала заснеженный дворик, а развешенные фонарики на кустах и деревьях красиво сверкали между гибких веточек. Открыв калитку, он неспешным шагом направился к двери. Внутри было темно и мрачно. Блэк прошел через парадную к гостиной, а там… Он не поверил сначала глазам. Картина, которая предстала перед ним заставила его застыть на месте. Темноволосый высокий парень нависал над Скай, сидящей в кресле и нежно целовал ее. Скай страстно отвечала на поцелуй запустив пальцы ему в волосы. Они даже не заметили его присутствия! Гнев, злость, горечь и боль мигом пронеслись по нему, выжигая его сердце… Там, где находилась его татуировка, о ней… Там, где была она… — Здравствуй, Сириус, — наконец заметив его холодно произнесла Скай. Парень сверкая фиолетовыми глазами встал по левую руку от неё. — Может поцелуешь хоть? — горько усмехнулся Блэк. В бликах пламени ее холодная красота показалось ему теперь демонической и опасной. Она закатив глаза, безэмоционально рассмеялась. — Ох, только давай без драматичных глупостей, Блэк. Помнишь в начале учебного года, ты хотел тупо поиметь меня? Так вот считай, что это я поимела тебя! Мы квиты теперь. — Ты что наделала? — тихо спросил Блэк. — Я тебя спрашиваю — ты что наделала, Скай?! Так это была ВСЕ игра?! Нет, ну ты мне скажи, а?! Может я пойму в конце концов! Зачем?! Зачем, ты мне дурила голову? Что нравится, когда людям больно, да? Я не понимаю… Ведь, я тебя любил! — разгневанно кричал Сириус. В глазах Скай мелькнула едва сдерживаемая острая боль, но Блэк этого не увидел. — Я же стерва, забыл? — ухмыльнулась Скай. Сириус твердым шагом подошел к ней и не сводя с нее пристального взгляда прошипел ей в лицо: — Скажи. Скажи, что безразлична ко мне. Что ты никогда не любила меня! — Я не соб… — Скажи! Скай подняла взгляд от пола и глядя ему в лицо, тихо, но проникновенно сказала: — Ты мне безразличен. И я тебя не люблю. Если не видишь, то я люблю другого. И да, я жду от него ребенка! — увидев как вытянулось лицо Блэка, она продолжила: — Как видишь, у меня все отлично. А с тобой было какое-то время весело, но ты мне быстро надоел. А теперь, я задаюсь лишь одним вопросом — как такое ничтожество привлекло меня? — Что ж ты тогда трахалась со мной, Скай? — злобно прошипел Блэк. Внутри все горело. Наверное ему никогда не было так больно… Это желтоглазая стерва снова показывает, что он — ничто. — Интерес был, и все. Ну, а теперь прощай и все такое. Сам реши, что я тебе сказала. Ты же знаешь я не умею прощаться, — со змеиной улыбочкой пропела она. — Ты еще пожалеешь об этом! Ты еще будешь гореть в аду, Скай, — пытался задеть ее Блэк, но понимал, что сейчас не способен это сделать. Она сломала его. — Не бойся, Блэк. Мы еще встретимся там, — усмехнулась она ему в след. Сириус вспомнил, что когда-то он эти слова сказал Скай. Так значит это была месть?! Блэк выбежал на улицу, и быстро вскочил в седло байка. Только быстрая езда, только ветер в лицо и чувство адреналина — способны выветрить из головы мысли о Скай… Скай! Циничная стерва, коварная мразь! Так ловко притворялась, что любит его! Будь ты проклята, Скай Уолш! Пускай тебе будет так же больно!

***

Скай — Он уехал? -шепотом спросила я, пытаясь не биться зубами об стакан с водой. Мерлин, какая я тварь. Каждое сказанное мной слово словно было пощечина не только Сириусу, но и мне. Но я выдержала. Я не подала ввиду и даже не расплакалась при нем. Мерлин, я так не хотела, чтобы он мне поверил! — Да, — сказал Брендан. — Я был не прав. — На счет чего? — Ты действительно прирожденная королева. Раньше, я думал, что это не так, но ты доказала обратное. Я не смог бы отказаться от человека, которого люблю больше жизни. Убил бы всех, но не отказался бы. — Ты меня пытаешься приободрить? — сухо усмехнулась я. У меня было ощущение будто вместо сердца — сияла большая темная дыра. Там было очень холодно. Все тепло уехало на мотоцикле вместе с Сириусом. Сириус… Ты обещал, что никогда меня не отпустишь, Блэк. Зачем ты мне поверил? — Нет. Я прямо говорю, что стану твоими ушами и глазами, и стану самым верным тебе, моя принцесса, — откровенно сказал он. Я перевела взгляд на него, надеясь, что он шутит или подкалывает, но его глаза были серьезны и выражали действительно преданность и уважение. Брендан протянул с поклоном мне свой кинжал. Я недоверчиво посмотрела на него. Я четко поняла, что он от меня хочет. — Не стоит. — Это мое желание. Я хочу дать клятву верности тебе и будущей принцессе, что зреет в твоем чреве, — твердо ответил наемник. Он полоснул себя по запястью ножом, кровь темной струйкой потекла на пол. — Я — наемник второго уровня, Брендан Рейд, клянусь в верности будущей королеве магического трона Ирландии — Скай Элеонор Брай Уолш и всем ее потомкам. Моя клятва — несокрушимее скалы, глубже океана, сильнее ветра, тверже камня. Пока, я хожу, дышу и живу — я буду вечно служить ей. Принимаешь ли ты мою клятву? Я в шоке смотрела на него. Зачем он так? Я не хочу подвергать его жизнь опасности! Но отказ от клятвы — это недоверие к клянувшемуся, а Брендану — я доверяю. — Я — Скай Элеонор Брай Уолш принимаю твою клятву Брендан Рейд. И так же клянусь, оказывать тебе доверие подобно брату, — стараясь выговаривать четко слова сказала я, и тоже полоснула себя по запястью ножом. Через минуту наши ранки затянулись, что означало — клятва в действие. — Зачем, ты дал мне эту клятву? — Ты меня заставила уважать себя, Скай. А это дорогого стоит. Ты даже не проронила ни слезинки, хотя бросила и унизила человека, которого любила много лет. Утром ты узнала, что ждешь от него ребенка, но даже этот фактор не позволил тебе его жизнь поставить под удар, и чтобы сразу исключить с ним общение навсегда, ты сказала, что беременна моим ребенком, хотя я к тебе начал испытывать только дружеские чувства. — Тебе так кажется, Брендан. Я очень слабая… Если бы тебя здесь не было, я бы разревелась и ничего не решилась ему сказать, — слабо улыбнулась я. Но Брендан лишь покачал головой. — Это тебе кажется. Я лишь дал первым клятву тебе из многих твоих будущих подданных. — Почему ты считаешь, что я стану королевой? Там есть претенденты намного опытнее и одареннее меня. — Но не сильнее, моя принцесса. — Не называй меня так. И еще… Почему ты думаешь, что у меня будет девочка? — От мальчиков идут тепловые волны — синего и зеленого цвета, а от девочек — желтого и фиолетового. От твоего живота идут фиолетовые. — Понятно. Я хочу эту неделю перед отъездом в Ирландию побыть одна, Брендан. Не желаю, чтобы мое горе кто-то видел. А при тебе я не смогу оплакать это все. Позволь мне остаться наедине с собой. Брендан внимательно посмотрел на меня, а потом легко кивнув исчез. Глубоко вздохнув, я открыла дверь в комнату Чарльза. Он мирно спал слегка причмокивая губами во сне. Убедившись, что с ним все в порядке, я спустилась вниз в подвал. Там стояло черное пианино на котором были нацарапаны инициалы С.О.Б. Я вспомнила, как любила играть на этом пианино и что оно стояло у меня в комнате, пока двенадцатилетний Сириус из вредности не нацарапал свои инициалы. Грустно улыбнувшись, я провела рукой по глубоким царапинам. Я тогда так кричала, что стекла лопнули. Неужели это было так давно? Сириус… Я даже думать не хочу, как его обидела и оскорбила. Мерлин, какое у него было лицо, когда я ему говорила все эти ужасные вещи! Открыв крышку пианино, я пробежала быстро по клавишам и тихим полным горечи голосом запела: — Прошу об одном! Обняться в последний день, И может сердце покинет тень! Прошу об одном! Я буду любить тебя, Ты мой единственный навсегда, Мне тяжело сейчас… О, нет я не могу. Я больше не могу-у! Прошу об одном! Я к сердцу тебя прижму, И никуда уже не отпущу! Прошу об одном! Обняться в последний раз, И пусть любовь не покидает нас! Мне тяжело сейчас… О, нет я не могу. Я больше не могу-у! — последние слова я откровенно проревела. В голове пробежали картинки — первая встреча с ним, бесчисленные ссоры, неприязнь, обидные слова, авантюры против него, затем откровенная боязнь его, когда поняла, что полюбила вредного черноволосого мальчишку, ревность, которая съедала меня следовало ему появиться с новой девушкой за обедом или словесные перепалки, доставляющие нам обоим удовольствие, ярость, когда он нашел меня избитую после попыток изнасилования Барти, а затем его нежно шепчущее «Я люблю тебя, Скай», восторг от этих слов, безграничная любовь к этому парню, ласковые поцелуи и… Все это я перечеркнула я сама! Сама! Он меня никогда не простит… Я сама себя никогда не прощу за это… За то что лишила его общения с дочерью… Господи, если ты есть, то пускай наша дочь никогда не узнает этой боли! Синара Джейн Блэк-Уолш — будет счастливее ее матери. Это я обещаю…

***

Брендан Неделю спустя. Он никак не мог поверить, что дал эту клятву Скай. Это был странный порыв, не характерный для него, но инстинктом он чувствовал, что все сделал правильно. Адоргенд был в ярости, когда узнал, что он сделал. — Сопляк! Как ты посмел дать клятву, этой девчонке! Она всего лишь орудие, с помощью которого мы будем править. А ты все перечеркнул!!! Брендан со скучающим выражением наблюдал за беснующимся Главой. Он отлично знал план, но Скай итак много пришлось выстрадать. Он думал, что придется играть со слабохарактерной наивной девкой, но Скай — была сильна и хитра. Брендан видел ее в будущем. Такого врага он не хотел иметь. Будучи не глупым, наемник решил, что дружба с ней будет выгоднее — чем грязный шантаж. — Она все равно не поддастся на ваши манипуляции, Адоргенд. Я видел ее… Адоргенд хищно оскалился и тут же попытался давить силой альфы на наемника. — И что ты видел, Рейд? — Для начала не следует на меня давить! Я теперь подчиняюсь не вам, — холодно ответил Брендан. Давление тут же прекратилось. — Благодарю. Она — станет одной из сильнейших правительниц. Это все что я могу сказать. А остальное — я даже не буду вам говорить. Так как для меня сейчас важнее интересы моей госпожи. — А что с не родившейся девчонкой молодого Блэка? По губам наемника скользнула загадочная улыбка. — Интересный экземпляр… Но ей лучше не встречаться со своим отцом в будущем, они будут представлять угрозу для Гильдии. — Что ты хочешь сказать? — Если их семья воссоединится в будущем, то Гильдии — придет конец.

***

Брендан перекинул последние вещи Скай через портал. Где же она? Он так и не видел ее всю неделю, решив уважить ее решение. — И где я буду жить, пока не прибуду ко двору? — раздался холодный циничный голос сзади него. Обернувшись, он шокировано начал разглядывать ее. Скай отрезала волосы по плечи, которые теперь уложены в стиле причесок двадцатых. За неделю она еще сильнее похудела. Но осанка стала царственной, движения властными, а в желтых глазах горел огонь мести. Глаза она подвела дымчатыми черными тенями. Одета она была в длинное облегающее черное платье, справа был длинный разрез аж до бедра. На ноги она одела элегантные черные лодочки. Вроде она не сделала ничего со своей внешностью кардинального, но если бы он увидел ее такой через год, то не узнал бы ее и принял за другого человека. И тут Брендан понял, что сделал правильный выбор. Сомнения напрочь отпали. Это действительно была та королева, которой он будет служить до конца своей жизни. — У вас будет собственный домик на берегу Керри. Он довольно уютен и надежен. Там вы сможете подготовиться к Турниру Достойнейших и быть весь цикл беременности, ваше высочество. — Прекрасно. Думаю, мы можем отправляться? Брендан кивнув, взял руку Скай и еще раз посмотрев на нее увидел на секунду — красивую и сильную красноволосую королеву в золотом платье, и короной из изумрудов и алмазов. — Да, можем.

***

Человек ничем не отличается от зверя. Сделай ему больно и увидишь, на что он способен. Стивен Кинг