Спящий Красавец

Игнесса проснулась от громкого стука в дверь и подскочила на кровати. Однако из-за дверей всего лишь появилась Лиза, нёсшая в руках таз с тёплой водой для умывания. — Какое чудесное утро! — воскликнула девушка, протягивая принцессе махровое полотенце. — В саду поют птички, пчёлки опыляют цветы, альфы гуляют с омегами! Принцесса не чувствовала такой же отчаянной бодрости, как её фрейлина, и она, пытаясь прогнать сонливость, с головой окунулась в горячую воду. Протерев глаза, Игнесса словно впервые увидела новую опочивальню. Кровать, завешенная тяжёлым гобеленовым алым пологом, стены, обитые болотным бархатом, массивная люстра, свешивающаяся на железных цепях, — интерьер словно создали нарочито неуютным и отталкивающим. — Тебе здесь нравится, Лиза? — спросила альфа. — Конечно! — улыбнулась фрейлина. — Такое путешествие, приключение! А скоро ещё и свадьба сыграется! Ох, скорее бы! Кстати, Ваше Высочество, заходил слуга сэра Аврора и приглашал Вас на его урок с принцем Филиппом через час. Я сверила Ваш календарь, и там не было ни слова об уроке магии, так что я сказала, что вы не придёте… — Ты ведёшь мой календарь? — удивилась Игнесса, поднимаясь с кровати и одеваясь с помощью служанки. — Конечно! Так наказала Крёстная Матушка! Так и говорила: «Лиза, я рассчитываю на тебя. Следи за делами моей названой дочери, она такая несобранная!» Ой, простите, Ваше Высочество… — Ты не виновата, Лиза. Но тебе нет нужды вести мой календарь, я сама в состоянии запомнить свои дела. Так когда заходил слуга? — С час назад… — О, астрономия! Лиза, скорее платье! Игнесса поторопилась в оранжерею, где, по словам попавшихся ей по дороге слуг, сегодня проходил урок принца Филиппа. Крытые сады цвели в северном крыле замка — самом ветхом и мрачном. Старые камни стен покрывали мох и паутина, а плитка пола намокла от вековой сырости тёмных коридоров. Тем сильнее оказался контраст с оранжереей, в которую принцесса попала из замшелого жуткого коридора. Яркие экзотические цветы, каких Игнесса за всю жизнь ни разу не встречала, казались волшебными феями, спустившимися на землю с облаков. Пробежавшись по диковинным кустам и деревьям взглядом, альфа не заметила ни Аврора, ни Филиппа, но вдруг уловила их голоса. Тихо ступая по непривычной красной почве, очевидно, также завезённой из заморских стран, принцесса приближалась к источнику звука… — Нет, ты должен прикасаться к лепесткам осторожно, едва-едва… — послышался голос Аврора. Игнесса выглянула из-за куста и увидела, как учитель и ученик склоняются над оранжево-красным цветком с изогнутым стеблем, покрытым шипами. Незнакомое растение в горшке стояло на столе между юношей и мальчиком. — Как будто хочешь их пощекотать… — тихо говорил Аврор. Старший омега коснулся лепестков кончиками пальцев и нежно-нежно провёл по ним подушечками, что-то нашёптывая. По спине принцессы пробежали мурашки, будто маг касался не цветка, а её кожи. — Колючки исчезли! — обрадованно воскликнул маленький принц, хлопнув в ладоши. — Никакие шипы не устоят перед магией доброты, Филипп. Принц радостно рассмеялся, и Аврор расплылся в такой счастливой улыбке, что сердце Игнессы ёкнуло и что-то странное закрутилось внутри живота. Омега гладил цветок, а из его ладоней словно лился мягкий свет, тепло которого альфа могла ощутить и на другом конце оранжереи. Маг продолжал что-то рассказывать ученику со страстью и воодушевлением, а Игнесса не могла оторвать глаз от плавных движений Аврора, от его прекрасного лица, преисполненного умом, от его блестящих на солнце волос и от его сияющих весёлых глаз. — Ваше Высочество! — испуганно воскликнул Филипп, заметив принцессу. — Вчера получила приглашение от вашего учителя, — подойдя к занимающимся, сказала Игнесса принцу, затем подмигнув Аврору. — Но мой слуга доложил, что сегодня утром вы отказались от приглашения, — с недоумением заметил Аврор. — Всего лишь недоразумение, — ответила альфа, — которое, я надеюсь, не отвратит вашей решимости доказать мне реальность магии. — Разумеется, — сдержанно и будто ехидно улыбнулся Аврор. Принцессе стало жаль, что она не сможет увидеть полную доброты и любви улыбку, что была адресована лишь Филиппу. Маг спросил принца: — Ты не против, если сегодняшнюю тему занятия выберет твоя невеста? — Я… я… — засмущался Филипп. Он опасался поднимать взгляд на альфу, и той отчего-то стало стыдно. — Конечно. Пожалуйста, Ваше Высочество. — Спасибо, Филипп, — как можно добрее ответила Игнесса. — Сэр Аврор, вчера вы рассказали, будто самое сильное колдовство на свете — это магия истинной любви. Покажите мне её. Маг сначала округлил глаза, а затем так весело рассмеялся, что даже смущённый ученик вторил его смеху. — Ваше Высочество, Вы, простите, к магии явно не имеете таланта, — прекратив смеяться, ответил Аврор. — Магия истинной любви — величайший источник силы, многократно умножающий способности волшебника. Даже если бы мне посчастливилось найти истинную пару, вы бы этого не поняли по моим заклятиям. Со стороны я казался бы просто чрезвычайно сильным магом. — Так магия истинной любви — это не заклинания или новые способности? — уточнила принцесса. — Скажем, способность заставить кого-то влюбиться… Это лишь увеличение силы мага? — В общих чертах — да, — ответил маг, но по его лицу было очевидно, что такого объяснения недостаточно. — Названия у вас, ребята, очень путанные, — усмехнулась Игнесса. — Магии не хватает строгой систематизации. Представим на секунду, что это единственная её проблема. Аврор обиженно хмыкнул и уже было открыл рот, чтобы начать перепалку с альфой, но вдруг обратил внимание на Филиппа. Тот, весь покрасневший, кусал ногти и старался не смотреть на взрослых. — Ваши Высочества, — спокойным тоном обратился маг к обоим ученикам, — предлагаю вам обучиться простому «фокусу», который вчера поразил принцессу Игнессу. Аврор положил на деревянный стол несколько сухих цветочных стеблей и провёл над ними руками. Растения начали тлеть, а затем яростно загорелись. Проведя рукой в другую сторону, Аврор будто приподнял язычки пламени, и те обратились огненными бабочками, взлетевшими под потолок оранжереи. — Я давно просил научить меня делать бабочек! — радостно хлопнул в ладоши Филипп, но, вспомнив о присутствии невесты, стушевался. — Вы раскроете свои секреты, сэр Аврор? — спросила Игнесса, игриво ухмыльнувшись. — Никаких секретов от вас, — уголками губ улыбнулся омега. — Подойдите ко мне. Аврор выдал по пучку сухих цветов принцу и Игнессе и показал, как правильно держать ладонь над соломой. — Теперь вам нужно сконцентрировать силу огня между указательным и средним пальцем и направить её вниз, — сказал Аврор. — Силу огня? — не поняла альфа. — Проще простого! — гордо сказал Филипп, и цветок под ним начал сам собой дымиться. — Отлично. Ты хорошо усвоил наши уроки разведения огня, — похвалил того маг, и принц расплылся в улыбке. — Как вы это делаете? — спросила Игнесса, подозревающая, что её обманывают. Солома под её ладонью спокойно лежала и не думала тлеть. — Просто представьте, что вы собираете всю злость, ненависть, зависть и, может быть… страсть в ладони, и направьте чувства на цветок, — объяснил Аврор. — Это же бред, — возмутилась Игнесса. — А что дальше? — радостно спросил Филипп. Его солома уже вовсю горела. — А дальше сконцентрируй в ребре ладони силу воздуха и подними ею пламя выше, — сказал Аврор. Пока принц пытался «поднять» пламя, альфа разрывалась между желанием уйти, плюнув на дешёвые магические фокусы, и любопытством. Не могла же образованная принцесса принимать участие в таком… — Попытайтесь сконцентрироваться на ярости, вы ведь воин, — посоветовал ей маг. — Часто помогают воспоминания о поражениях. Уверен, и с вами такое случалось… И держите руку чуть изогнутой. Девушка сложила ладонь так, как показал Аврор, и честно попыталась вспомнить своё поражение. Последний раз это случалось на турнире альф перед всем королевством Игнис. Какое разочарование она прочла тогда в глазах отца… — Получается! — воскликнул Филипп. Принцу удалось оторвать пламя от сухих цветов, и то повисло в воздухе в нескольких дюймах от соломы. Рука маленького жениха тряслась от напряжения. — А теперь примените силу жизни, вообразив форму бабочки и спроецировав её на пламя, — сказал учитель. — Пусть она станет живой, неподвластной вашей магии и улетит на свободу. — Я никогда этого не делал! — забеспокоился Филипп. — Всё когда-то случается в первый раз, — улыбнулась Игнесса. — Не отвлекайтесь, — немного покраснев, одёрнул её маг. Принц размахивал рукой и вперёд, и назад, и из стороны в сторону, но огненный шарик не менял формы, продолжая плясать на одном месте. — Не выходит магия жизни! — в отчаянии стукнул Филипп по столу. — Спокойнее, Ваше Высочество, — строго сказал учитель, и принц, глянув на него и на невесту, смутился и вновь стал грызть ногти. — Что же, пока я не убеждена в реальности магии, — заметила Игнесса, прекратив попытки разжечь пламя. — Нет, верните руку, — попросил омега. Аврор накрыл ладонь альфы своей и сложил её пальцы правильным образом. Кожа мага казалась такой мягкой и горячей, что Игнесса почувствовала резкий приток крови к голове. Ну, и не только к ней. — Вот, я чувствую магию огня в вас! — воодушевлённо заметил юноша. Девушка поняла, что ей нужна отнюдь не сила ярости, а сила страсти. Попытавшись собрать в один пульсирующий комок всё желание к Аврору, принцесса направила его вниз на солому через средний и указательный пальцы и… почуяла запах дыма. — Это вы сделали? — с сомнением посмотрела Игнесса на омегу. — Нет, это сделали вы, — улыбнулся Аврор. — Вы почувствовали мою магию страсти? — подмигнула ему принцесса. Рука мага дрогнула на ладони девушки, но, пока тот не успел её отдёрнуть, альфа накрыла сверху другой ладонью. Омега посмотрел на принцессу широко распахнутыми глазами, словно не понимая, чего та желает. — Я… я… — смущённо шептал Филипп. — Я должен идти на другой урок, извините. Стоило принцу скрыться в тёмном коридоре, как Аврор грубо вырвал руку и с негодованием спросил принцессу: — Что вы себе позволяете перед женихом, Ваше Высочество? — Филипп ребёнок, он ничего не понял, — пожала плечами Игнесса. — Ему не три года, чтобы не понимать значения «магии страсти»! — юноша раскраснелся от волнения. — У магии страсти нет никакого значения, равно как и у любой другой магии, — усмехнулась принцесса. — Я так и не получила весомых доказательств, помимо фокусов! — Что за лицемерие! — взмахнул руками омега. — Вы ведь чувствовали магию огня в вашей руке! — Да вы сами подожгли солому, вот я чувствовала жар! — Зачем мне вас обманывать? Или принца? — Ради должности при короле, — как само собой очевидное сказала Игнесса, — ради титула, ради золота… Причин тысячи. Лишь бы ничему не учиться! К чёрту науку и учение, да? — Вы просто слепы, — нахмурив брови, ответил юноша. — Магию нужно прочувствовать каждой клеточкой тела, поверить в неё каждой частичкой души. А вы… Вы кажетесь умной женщиной, но противопоставляете науку и магию, будто это разные вещи. — Потому что так и есть! Дайте мне доказательств! — Да чего же вы хотите?! — не выдержав, перешёл на крик Аврор. — Чего-то материального и практичного! — тоже перешла на крик альфа. — Сделайте мне верёвку, которую невозможно порвать! Не говоря ни слова, омега достал ещё несколько сухих цветков, выложил их в ряд и провёл рукой, что-то приговаривая. Цветы и стебли будто забулькали, увеличиваясь в размерах, а затем сплелись между собой и замерцали зеленоватым светом. Происходящее всё меньше напоминало базарные фокусы… — Держите! — со злостью протянул альфе светящуюся верёвку Аврор. Игнесса приняла странную вещичку и действительно тут же ощутила её необычную плотность. — Нужно проверить, — заметила принцесса. Она резко развернула омегу за плечи и перекинула верёвку через его запястья сзади. — Эй, что вы делаете?! — не сразу успел среагировать омега. Принцесса подтолкнула юношу к столу и прижала собой, дабы удобнее связать его руки. Она ощутила сладко-терпкий запах его чёрных волос, словно пропитанных ароматом полевых цветов. — Проверяю верёвку, — ответила девушка, когда закончила. — Попытайтесь выбраться. Юноша дёрнул несколько раз руками, но верёвка держала крепко. Воспользовавшись ситуацией, альфа плотнее прижалась к магу, вминаясь грудью в его спину, отчего тот непроизвольно охнул. — Какое упущение, что грудь альфы никогда не касалась вашей спины, — заметила принцесса, легонько проводя пальцами по животу омеги. — Теперь вы убеждены в реальности магии? — спросил юноша, на удивление девушки не пытаясь высвободиться. — Не совсем, — призналась та, зарываясь носом в густые волосы мага. — Я могла бы так же туго связать вас и обычной верёвкой. — Попытайтесь разрезать её ножом. Альфа достала кинжал и отвела связанные руки омеги подальше от его спины, дабы нечаянно не ранить. — Не выходит! — удивилась принцесса, когда нож словно проходил по поверхности волокна, не проникая внутрь. — Теперь разрезать такие путы поможет лишь магия, — сказал Аврор. Маг сделал быстрый жест мизинцем, и верёвка упала с его рук. Со взглядом победителя юноша развернулся посмотреть на альфу. — Вы убеждены теперь? — спросил тот с лёгкой улыбкой. — Теперь больше да, чем нет, — искренне ответила Игнесса. — Тогда наш урок прошёл не зря. Из-за высокого куста в тёмном углу оранжереи за происходящим наблюдала незаметная фигура. Следя за уроком магии, фигура усмехалась, будто продумывая план действий.