Лучший директор Думбльбор

Каждый ученик в Хогвартсе был наслышан о знаменитой Гремучей Иве. Заполонившая своими широкими ветвями все воздушное пространство, она расположилась недалеко от школы и уже несколько лет к ряду отпугивала не только желающих пробраться в Воющую Хижину, но и… вообще всех… Однако мало кто из покалеченных счастливчиков знал о том, что Иву можно было «отключить». Было достаточно нажать на одну из ветвей, чтобы дерево перестало сопротивляться и пустило любого желающего внутрь. Из года в год дети поступали в госпиталь с травмами: переломами, сотрясениями, и, казалось бы, было куда проще и безопаснее, наконец, отключить смертоносную Иву, но Дамблдор всегда выступал против. Какие были на то причины? Что он скрывал, помимо Римуса, переживающего там каждое свое полнолуние? Ответ был до прост до абсурда. Каждое утро, выходя в своем розовом халате на балкон, Дамблдор вставал возле окна, с трудом (в силу возраста) разламывал две лимонные дольки (пятнадцать лет назад делать это было куда проще) и внимательно смотрел вдаль сквозь очки. Он приставал ближе к стеклу, едва не прижимаясь к нему носом, и выдыхал ртом, отчего окно в миг запотевало. Дело было в том, что Альбус не отключал Иву ради своего удовольствия — ему доставляло радость то, с какими истошными, полными боли криками каждое утро, словно сверенные по часам, дети, один за другим, разлетались от пышных ветвей. Они летели по точно намеченной годами траектории и опускались где-то за территорией Хогвартса. Наказание в башне? Прошлый век. В самой безопасной и лучшей школе магии были только самые передовые аэровоздушные наказания с практикой полета и применением спасательных заклинаний. — Утро начинается не с кофе. — Довольный, словно только ради этого стоило жить, Дамблдор опустил внимательный и сосредоточенный взгляд на слипшиеся дольки и только огорченно сплюнул, смекнув, что старость не пощадила и его. Он слыл лучшим директором, и истошные крики были тому подтверждением.