Трудно быть храбрым

Александр Евгеньевич нервно ходил взад и вперёд по комнате. — Даша, пойми, ты ведь уже большая девочка, скоро четырнадцать стукнет! А ведёшь себя как несмыслёныш! Мне твоя мать рассказала, что ты в Германии поймала какую-то воровку! С Саши что взять, она женщина легкомысленная, но ты… Я всегда считал тебя вполне разумным существом… — Папа, прекрати! — возмутилась Даша. — А что же, по твоему, мне было делать? Пускай ворует, да? — Конечно! Это не детское дело! Для этого есть охранники, полиция, наконец, а детям там делать нечего! «Ещё хорошо, он не знает, как Муську бандит чуть не взял в заложницы», — подумала Даша. Она сегодня пришла к отцу в гости — жила она вдвоём с мамой, — и пока жена отца накрывала стол к обеду, Александр Евгеньевич решил немного повоспитывать дочь. — Ты пойми, если соваться во взрослые дела, можно столкнуться с настоящими преступниками! — Пап, а что ты мне предлагаешь? В куклы играть? — Это было бы естественнее для девочки! — Может, мне ещё гладью вышивать? — А что в этом дурного? — С тоски помереть можно. Я же не кисейная барышня! Папа, пойми, сейчас другое время… — Я ничего не желаю слушать про время! Время для таких девочек, как ты, всегда одинаковое! И не смей больше… — Ладно, не буду, — буркнул Даша. Ей было скучно. — Дашенька, Саша — идите обедать! — позвала Людмила Генриховна, жена отца. «Наконец-то», — с облегчением подумала Даша и встала. Вообще-то, она не любила Людмилу Генриховну, но сейчас обрадовалась ей как избавлению от нужных нотаций. После обеда Даша посидела для приличия полчаса, а потом решительно поднялась. — Спасибо, мне пора! — заявила она. — Дашенька, посиди ещё, ты так редко у нас бываешь! — воскликнула Людмила Генриховна. — В самом деле, Дашка, посиди ещё, нам надо кое-что обсудить, — сказал Александр Сергеевич. — ничего с тобой не сделается. «Ещё как сделается, — подумала Даша, — я с тоски помру!» Но всё-таки села. — Какие у тебя планы на лето? — спросил отец. — Мама сняла дачу. — Да? И кто же там будет жить? — Мы с бабушкой. И мама будет приезжать. И ещё мама говорила, что свозит меня в Анталию на недельку. — Видишь ли, мы с Люсенькой собираемся в августе поплыть на теплоходе по Волге. И хотим взять тебя. Как ты на это смотришь? — Нет, папа, на теплоходе я умру! — Почему это ты умрёшь? — возмутился папа. «От скуки», — подумала Даша, а в слух произнесла: — Меня на воде жутко укачивает! Всё время тошнить будет, кому это надо. — Первый раз слышу. Ни ты, ни твоя мама мне об этом не говорили, — обеспокоился Александр Евгеньевич. — Папа, ну ты что, хочешь чтобы мама примчалась к тебе с сообщением, что меня на воде укачивает? — Но насколько я знаю ты ещё никуда ни разу не плавала. — Почему? В прошлом году от речного вокзала… — С кем? — Со школой! — напропалую наврал Дашка. — И тебя укачало? — Не то слово! Так что извини, папа, но на теплоходе я с тобой поплыть не смогу. — Ну, если так… «Подействовало», — с облегчением подумала Даша. Мысль провести две недели в замкнутом пространстве с отцом и Людмилой Генриховной приводило девочку в ужас. — Папочка, мне и правда пора! — взмолилась она. — Ну что ж, пора так пора, я провожу тебя до метро. — Саша, проводи Дашку до дома, тебе же спокойнее будет, — посоветовала Людмила Генриховна. — Да-да, Люсенька совершенно права, я провожу тебя до дома! Они вышли и побрели к метро. — Пап, а где твоя машина? — В ремонте, будет готова через неделю. Даша, а почему ты норовишь как можно раньше уйти? Ты не любишь Люсеньку? Напрасно, она прекрасный человек и тебя очень любит. — Нет, папа, ничего такого… Просто… Ты же знаешь, у меня всегда много дел по дому… — Да, твоя мать превратила тебя в домработницу! — Папа, как тебе не стыдно! Просто мама очень много работает, а я ей помагаю! — Лучше бы ей твоя бабушка ей помагала! Почему надо всё взваливать на плечи ребёнка? — с пафосом произнёс Александр Евгеньевич. — Но бабушка тоже очень много работает! У неё куча учеников! — Она на пенсии, могла бы больше времени уделять дочери и внучке! — Папа, можно подумать, ты не знаешь, какие теперь пенсии, — уже с раздражением проговорила Даша. Иногда, ей казалось, что её отец витает в облаках. — Ну, хорошо, не сердись, Дашка, — проговорил Александр Евгеньевич и украдкой взглянул на часы. — Ты не можешь идти быстрее? — Пап, ты куда-то спешишь? — Да нет, — немного смущённо ответил Александр Евгеньевич. — О! Я знаю! Сегодня футбол! — догадалась Даша. Знаешь, ненадо меня провожать до дома, сейчас ещё рано, ничего со мной не случится. Иди, пап, домой, наслаждайся свои футболом… — Но как же… — Людмиле Генриховне, скажешь, что я встретила знакомого мальчика, который и проводит меня до дома. Подумаешь, проблема! — Даша, врать нехорошо, — как-то неуверенно заметил Александр Евгеньевич. — Нехорошо, но это ложь во спасение, — утешила отца Дашка. Иди, иди, папа, футбол для мужчин-святое дело. Всё, пока! Даша побежала в метро, а Александр Евгеньевич домой, смотреть футбол. Даша с удовольствием спустилась к метро. И первый, кого она увилела, войдя в вагон, был её закадычеый друг и одноклассник. Петька Квитко. — Петька! Привет! — Привет, Лавря, ты откуда? — У отца была. — Ну и как? — Воспитывал. — Ага, понятно. — Петь, а ты чего такой? — Какой? — Как в воду опушенный. — Понимаешь, Лаврецкая, я у бабок был… — У каких бабок? — не поняла Даша. — Ну, у меня есть бабушка по отцу и прабабушка. — Даже и прабабушка? Очень старенькая? — Да я бы не сказал. Она ещё вполне бодрая, но… — Что? Крыша поехала? — Вроде того… Она уверяет, что в их квартире барабашка поселился! — Барабашка? А чем это выражается? — Ну, стуки там у них какие-то, звон цепей, скрипты, писк… — Писк? Так скорее всего у них там мышь завелась, а не барабашка. Надо туда кошку запустить, и все дела! — Думаешь? А может правда? Я как-то не подумал, — обрадовался Петька. — А ты что решил? В барабашку что-ли поверил? — Нет, ты же знаешь, у меня научное мышление! Я просто подумал, что бабки из ума выжили. А где мы кошку возьмём? — Как где, у Муськи, ясное дело! У неё же теперь два кота: Кукс и Бомжик. — А она даст? Она ж на них помешан! — Под мою ответственность — даст. — Слушай, Лаврецкая, давай прямо сейчас мотанем к ней и отвезем бабкам котяру, а? — Можно! Только надо позвонить сначала, а то вдруг Муська на выходные за город умотала. Они выскочил из вагона и побежали искать телефонную будку. Муся окозалась дома. — Мусечка, ты нам одного кота дня на два не одолжишь? — попросила Даша. — Кота? Зачем? — Понимаешь… — и Даша рассказала Мусе, зачем им кот. — Кукса точно не дам, да он и не станет мышей ловить, обленился очень, а Бомжика, пожалуй, бери. Только, Даша, под твою ответственность, ты же знаешь, у него трудная судьба… Кот Бомжик достался Мусе от хозяина, не без её помощи арестованного за тяжкие преступления. — Мусечка, да куда он от туда денется? Петь, на каком этаже они живут? На десятом? Куда он с десятого этажа денется? — С десятого он запросто может упасть в окно! -запаниковала Муся. — Мусь, ты что?..... Продолжение следует…