Мои миры, твое отчаяние. Танец первый

      Гарри открыл глаза и потянулся на кровати. Вчера он умер и теперь снова был жив. Звучит это как-то совершенно странно. Многих бы удивило абсолютное отсутствие радости касательно этого факта. Сегодня ему предстоял долгий и трудный разговор с директором и своим опекуном. Данный факт восторга тоже не вызывал. Еще раз потянувшись, мальчик вылез из постели и переоделся в брюки и зеленую рубашку. Попытался пригладить непослушные вихры расческой, потерпел в этом неудачу, плюнул на все и спустился в гостиную. В креслах сидели Дамблдор и Снейп. Вернее, они в них дремали, а рядом на журнальном столике стояло несколько пустых бутылок вина и два полных пузырька какого-то зелья, по всей видимости, антипохмельного.       — Доброго всем утра! — громко произнес Гарри и сел на диванчик.       Снейп резко подпрыгнул и выхватил палочку из кармана, Дамблдор просто пошевелился в кресле и укоризненно посмотрел на мальчика.       — Из-за вас, мистер Поттер, я не могу назвать даже с натяжкой сегодняшнее утро добрым, — прошипел зельевар, схватывая со стола один из пузырьков.       Альбус расправил складки на мантии, и задумчиво накрутил кончик бороды себе на пальцы.       — Гарри, почему ты решил умереть? — тихо спросил он.       Мальчик хмыкнул. Он был уверен, что его спросят об этом, но также осознавал, что по-настоящему до этого никому нет дела. Это больно царапало душу.       — Вы вчера сами прочли моё письмо. В нем я объяснил все. Не думаю, что там остались какие-то не понятные моменты, — произнес Гарри и зажмурился, увидев, что Снейп отбросил уже пустой флакон и кинулся к подопечному.       — Северус! Немедленно сядь! — прогрохотал Альбус.       Но зельевар уже вцепился в рубашку Гарри и потянул на себя. Мальчик схватился за его руки и запаниковал. На какой-то момент ему показалось, что еще чуть-чуть и его начнут душить. Нечто внутри него зазвенело множеством колокольчиков. Снейп резко отступил назад, будто бы был жутко испуган. Его колотила мелкая дрожь.       — Дамблдор… Дементоры… Где-то рядом… Дементоры… — прошептал он.       Директор удивленно посмотрел на Северуса, потом перевел взгляд на Гарри. Тяжело вздохнул и тихо произнес.       — Мальчик мой, успокойся. Похоже, у мистера Поттера сейчас был очередной стихийный выброс магии. Он просто преобразовался в такую странную форму… С учетом того, что Гарри недавно буквально вернулся с того света, это не удивительно. А теперь, будь добр, сядь в кресло, чтобы мы могли продолжить наш разговор.       Снейп коротко кивнул и упал в кресло, неприязненно сверля взглядом своего подопечного.       — Гарри, в письме было написано много. Я хотел бы некоторой конкретики. «Хорошо?» — ласково спросил Альбус и потер виски.       — Мне не хватало любви, простой человечности… Это больно. И очень мучительно, если вы это конечно можете понять. Я ребенок. Мне бы хотелось небольшой свободы. С самого моего прихода в этот дом, я ни разу не был на улице. Вы посадили меня в тюрьму с человеком, который едва выносит моё присутствие рядом с собой. Этого мало? — ответил Гарри, внимательно рассматривая свои руки.       — Я понимаю тебя, — директор тяжело вздохнул. — Ты сможешь выходить на улицу. Северус сегодня расколдует дверь. И, я думаю, ты можешь уже посетить вместе с нами Косую аллею. Мы купим тебе волшебную палочку и что-нибудь еще, что ты попросишь. Там есть прекрасный магазин сладостей… Рядом с винным… Гарри, ты должен понимать, что твоя жизнь очень важна. Ты надежда магического мира. Его знамение. Из-за твоей смерти могла бы начаться паника. Слишком многие не поверили бы в твоё самоубийство, решив, что это сделал лично Северус по приказу Волдеморта. Теперь ты понимаешь всю глубину возможных последствий твоего поступка?       Мальчик медленно кивнул, немного помолчал, а потом заговорил.       — Я эгоист. Когда никто не любит тебя, единственный способ выжить — это начать любить самого себя. Конечно, не в извращенном смысле. Но все же. Толпа для меня слишком эфемерна, чтобы начать беспокоиться о ней. Никто не проявлял интереса ко мне. Но я могу помочь вам. Когда я умер, я попал в место, которое называется Гранью. Она изменяет всех, кто там находится. Но в ней все видоизменения исходят из желания мистера Смерть. Поэтому, я попросил у него кое-какую информацию. Специфика всех перемен в Грани, по моему детскому мнению, заключается в том, чтобы дать возможность для нормальной жизни при возвращении. Так что информация — это действительно то, что могло бы помочь мне. Меня интересовал Волдеморт.       Гарри замолчал и внимательно посмотрел на своих собеседников. Глаза Дамблдора странно мерцали, а зельевар был напряженным как пружина, готовая вот-вот сорваться.       — Вам известно что-нибудь о крестражах?       Директор вздрогнул, резко кивнул. Снейп удивленно посмотрел на него.       — Альбус, что это? — спросил он у директора.       — Это разделение души на части и заключение их в физические предметы, чтобы создать якоря для духа… тут, на земле… Это, по сути, делает бессмертным того, кто провел подобный ритуал. Если, конечно, не уничтожить крестражи. Никто не делал больше одного. Для его создания нужно совершить убийство. За исключением, я думаю, Тома, который не ограничился одним крестражем.       Гарри кивнул.       — Да. Один я уже уничтожил. Их было шесть. Дневник Тома Реддла, чаша Пенелопы Пуффендуй, диадема Кандиды Когтерван, медальон Салазара Слизерина, кольцо Марволо Мракса и я. Но он мечтал всегда о семи… Думаю, при своём возвращении, он обязательно создаст еще один. Тот, что я уничтожил, был во мне, — мальчик перевел дыхание. — Этот крестраж был безумно уродливым… Это чудовищно превратить свою душу в такое. Сегодня я подробно вам опишу, где искать крестражи, и какая защита на них стоит.       Дамблдор рассеяно кивнул и глубоко ушел в себя. Глаза Снейпа вообще остекленели, он смотрел в одну точку, и, казалось, вообще не моргал.       — Гарри, давай позавтракаем и посетим Косую аллею. Надеюсь, ты не против? А пока нам надо переварить всю информацию.       — Конечно же, нет, профессор. Когда вы соберетесь, позовите меня. Я буду у себя.

* * *

      Гарри первый раз в своей жизни путешествовал по каминной сети, но мог точно сказать, что он ненавидит подобный способ передвижения. Помимо того, что мальчик весь испачкался сажей, так еще и во время приземления умудрился упасть со всего размаха на колени, чем безумно порадовал едкого профессора зельеварения. Дамблдор, как всегда, улыбнулся и пустился в пространственные рассуждения о том, что каминные сети и шерстяные носки почему-то связаны, так как они обладают непредсказуемостью. Слушать подобное не было сил, и мальчик придвинулся ближе к зельевару, перебиравшему возможные психические диагнозы, которые в полной мере смогли бы отразить отклонения директора.       Когда Гарри в пабе Дырявый котёл со своими сопровождающими вышел через тайный проход в Косую аллею, то мальчик не смог удержать восхищенного вздоха. Все воспоминания Тома Реддла были у него, после того как он выпил его крестраж. Но это было все равно не то как увидеть все это собственными глазами. Вся улица была заполнена людьми в длинных мантиях. В небе пролетали редкие совы. А названия магазинов просто поражали воображение.       — Добро пожаловать домой, Гарри! — радостно произнес Дамблдор.       Мальчик широко улыбнулся. В груди было тепло. Это ни с чем несравнимое чувство. На душе стало как-то легко. Это было ощущение счастья. Самого настоящего счастья. Гарри пытался как можно дольше держаться за эти чувства.        - Сначала нам необходимо посетить Гринготтс. Это волшебный банк. Твои родители оставили тебе неплохое наследство. Сейчас мы пойдем и возьмем из твоей ячейки немного денег. Этот банк очень надежное место. Говорят, никто не мог ограбить его со дня основания, — мечтательно улыбаясь, произнес Дамблдор.       Всю дорогу до банка Снейп молчал. Гарри тоже старался выглядеть максимально спокойным, но снова не смог сдержать своего восхищения, когда они оказались перед белоснежным зданием, которое по сравнению с другими помещениями на этой улице выглядело, вроде скалы на фоне камней. А у отполированных до блеска бронзовых дверей в алой с золотом униформе стоял гоблин. Он был на голову ниже Гарри, со смуглым лицом и острой бородкой. Гоблин поклонился, когда директор прошел мимо него. Теперь они стояли возле вторых дверей, на этот раз серебряных. На них были выгравированы строчки:

«Входи, незнакомец, но не забудь, Что у жадности грешная суть, Кто не любит работать, но любит брать, Дорого платит — и это надо знать. Если пришел за чужим ты сюда, Отсюда тебе не уйти никогда»

      Мальчик непроизвольно вздрогнул. С гоблинами действительно шутки плохи. Они были достаточно хитрым и мстительным народом. С кем — с кем, а с ними он бы не хотел быть в плохих отношениях. Так погрузившись в свои мысли, он и не заметил как они дошли до громадного холла.       В нем находились столы, которых было просто огромное количество, а за ними сидело около сотни гоблинов. Они периодически исчезали за множеством дверей, бегали по лестницам с какими-то бумагами, кому-то что-то доказывали.       Дамблдор уверенно подошел к стойке и громко произнес:       — Пожалуйста, мы хотели бы снять деньги со счета Гарри Поттера. Вот ключ от его ячейки.       Гоблин внимательно изучил ключ, хмыкнув, положил его обратно на стойку.       — Прекрасно, — сказал он. — Теперь вас отведут вниз к сейфам. Крюкохват!       Крюкохват внезапно возник у одной из дверей и жестом показал следовать за ним.       За дверью оказался каменный коридор, освещаемый лишь факелами. Гоблин громко свистнул, и к ним подъехала тележка. Только когда в нее уселись все, Крюкохват сдвинул какой-то рычажок, и они быстро понеслись по коридорам. Это было чудесно. Все равно что кататься на аттракционе. Мальчик постоянно крутил головой, мимо проносились то озеро, то дракон, то обычная пелена тьмы. Это захватывало. Наконец-то она остановилась. Директор прытко выскочил из нее и помог выйти Гарри. Зельевар остался сидеть на своем месте с плотно сжатыми губами, которые в данный момент напоминали одну линию.       Гоблин быстро открыл дверь, и Гарри замер. Внутри было много-много монет. В основном там лежали галлеоны, а сиклей и кнатов было поменьше.       — Это точно все мое? — недоверчиво спросил он.       — Если ты не знаешь других Гарри Поттеров, то, думаю, да, — со смехом сказал Дамблдор.       Мальчик взял большую кучку монет и вернулся в тележку вместе с директором, которая тут же резко тронулась вверх. После подъема зельевар сказал, что ему необходимо в аптеку и мгновенно ретировался.       Следующим пунктом их похода являлся магазин волшебных палочек.       Магазин находился в маленьком обшарпанном здании. С некогда золотых букв «Семейство Олливандер — производители волшебных палочек с 382-го года до нашей эры» давно уже облетела позолота.       — Я подожду тебя где-нибудь… Давай встретимся в кафе-мороженом? Я буду там. Хорошо? — улыбаясь спросил Дамблдор.       Когда он вошел в магазин, где-то зазвенел колокольчик и Гарри вздрогнул. Помещение, в котором он находился, выглядело пыльным и пустынным. В углу стоял деревянный стул и он был очень старым.       — Добрый день, — послышался тихий голос.       Мальчик мгновенно оглянулся, увидев перед собой довольно-таки старого человека среднего роста с большими водянистыми глазами. Глядя на него, казалось, что он давно не принадлежит этому миру, и, скорее всего, так оно и было.       — О, Гарри Поттер… Мне всегда было интересно, какая палочка выберет вас… Вы правша?       — Да, — произнес мальчик.       К нему подлетели рулетки и начали обмерять его.       — Знаешь, у твоей мамы была превосходная палочка… Элегантная, хлесткая, гибкая… Ива с волосом единорога… А вот твоего отца выбрала палочка из красного дерева… Одиннадцать дюймов… Сердцевина из сердечной жилы дракона… Прекрасная вещь… Идеально подходила для трансфигурации.       Гарри изумленно посмотрел на волшебника. Прошло столько времени, а он помнил все подробности… Это было необычно, Олливандер одновременно притягивал и отталкивал.       Старик долго разглядывал мальчика, а потом, сдвинув челку у него на лбу, провел пальцем по шраму.       — А это тоже оставила одна из моих палочек… Не знаю даже, продал бы я ему её или нет, если бы знал, кем он вырастет… Том Реддл был ужасным и в то же время действительно великим волшебником. Он сделал то, что не удавалось до него никому… Да… Тис и перо феникса… Тринадцать с половиной дюймов… Идеальная палочка для сильных проклятий…       Олливандер долго смотрел на него, а потом внезапно вздрогнул.       — Знаете, молодой человек, от вас пахнет смертью… У вас одни из ее глаз… Вы прекрасны… Да… Определенно… Я думаю, вы тоже достигните величия… Вот только в чем… Все зависит от вас и выборов, которые вы сделаете…       — Сэр, вы были за Гранью? — нервно спросил Гарри.       — Да, был… Все мастера волшебных палочек побывали там… Невозможно ничего сотворить, не видя истинную природу вещей. Я надеюсь, вы можете понять меня… Давайте все-таки приступим к выбору волшебной палочки.       Рулетки и линейки отлетели от мальчика. Старик даже не взглянул на них. Он подошел к полкам и выложил на прилавок множество коробочек.       — Давайте попробуем эту. Рябина и чешуя русалки, — сказал Олливандер и протянул палочку.       Гарри взмахнул ей, и по комнате пролетела волна жара. Старик мгновенно выхватил палочку из рук мальчика и протянул другую. Эта тоже оказалась не той. Олливандер все продолжал носить Гарри палочки и чего-то ждать, при этом выглядя так, будто бы Рождество наступило раньше срока. Мальчик уже начал утомляться, когда маг принес из кладовки пыльную коробку и снова достал палочку для него. Гарри взял ее в руки и почувствовал волну тепла и радости, раскатывающуюся по всему телу. Палочка выбросила в воздух сноп искр. Это было ощущение принадлежности, но все равно казалось, что ему чего-то не хватало.       — Думаю, это то, что мы искали. Одиннадцать дюймов, остролист… Мистер Поттер, знаете, в сердцевине перо феникса, сестра того же пера, что находится в палочке Тома Реддла… Похоже, судьба связала вас… От Судьбы невозможно уйти… Теперь я просто уверен, что вы будете по-настоящему великим волшебником. Определенно… Я думаю, мы еще с вами встретимся… Да, и помните, любое знание — это сила…       Гарри расплатился с Олливандером, попрощался с ним и в глубокой задумчивости направился в кафе-мороженое Флориана Фортескью. Около директора стояло пять пустых вазочек для мороженого. Видимо, он времени даром не терял. Хмурый Снейп сидел с ним рядом с гримасой отвращения на лице. Видимо, он безумно ненавидел сладости.       — Профессор, я купил палочку. Теперь мы можем пойти дальше? — спросил Гарри, подойдя к столику.       — Ты не хочешь мороженого? Я тут уже попробовал пять видов, и они все прекрасны! — радостно заявил директор.       — Нет, спасибо. Я думаю, что поесть будет лучше всего, когда мы вернёмся в поместье. В нем спокойно и нет такого количества людей. Тем более, вы слишком выделяетесь и привлекаете к себе много внимания. Так что нам было бы лучше вернуться как можно раньше, — произнес Гарри и машинально пригладил челку.       На какой-то момент мальчику показалось, что Снейп смотрел на него с благодарностью, но спустя несколько секунд на лицо зельевара вернулось презрение.       — Куда ты хотел бы зайти? — спросил Альбус, задумчиво крутя в руках ложечку.       — В «Волшебный зверинец» и «Флориш и Блоттс», если вы не против.       Дамблдор кивнул, Снейп, просто молча поднялся из-за стола.       В книжном магазине Гарри завис. Он хотел все и сразу. Он бегал между рядами, набирая книги. В итоге были приобретены «Законы магии», «История развития магических школ», «Высшая магия: начальные ступени», «Защита сознания: основы», «Великие люди магической истории», «Темные искусства: правда и ложь», «Волшебные путешествия, или карта волшебного мира».       Дамблдор удивился такому выбору литературы, но комментировать это не стал.       После этого они направились в «Волшебный зверинец». Снейп также молча нес книги, но выглядел так, что вот-вот его терпению придет конец. В зверинце был безумный гвалт. Там постоянно кто-то шуршал, кричал, шипел, вытягивал трели, каркал…       Гарри сразу направился к стойке продавца.       — Извините, пожалуйста, у вас есть почтовые голуби? — спросил он.       Продавец странно посмотрел на мальчика.       — У нас остался один. Ими мало кто интересуется… Это белый голубь. Стоит 5 галлеонов. Брать будете?       Мальчик расплатился за птицу. Купил для нее клетку с кормом и быстро покинул магазин. Он был безумно рад.       — Гарри, я думаю, нам стоит купить тебе парадную мантию. Ты приглашен на Рождественский бал к Малфоям.       Из Магазинчика Мадам Малкин они ушли еще быстрее. Снейп чуть ли не бегом кинулся к камину в дырявом котле. Видимо, он очень опасался, что директор может о чем-нибудь вспомнить и им придется вернуться назад. Гарри его понимал. Волшебная улица была прекрасна, но все эти походы оказались очень утомительными, а показное шутовство директора никак не расслабляло. Мальчик прекрасно понимал, что это один из способов расположить к себе и отвлечь внимание. Дамблдор был стратегом. Этого у него не отнять. Но Гарри не хотел играть по чьим-либо правилам. Он твердо решил искать собственные варианты.       Оказавшись в поместье, мальчик серьезно задумался о том, как лучше вести себя у Малфоев. Это было очередное испытание, с которым ему предстояло справиться.