Дом, в котором живет сон

ВНИМАНИЕ! НЕ БЕЧЕНО!! (Я писала и публиковала с телефона) Пирамидоголовый никогда не спит. Он видит сны с открытыми глазами, потому что все его существование - единственный непрекращающийся кошмар. Но во снах наяву он в еще большем кошмаре. Во сне он - совершенно один. В темном заброшенном доме, с решетками на окнах и дверях и заваленной печной трубой. Там - следы чужой счастливой жизни. Там не пахнет, как в Сайллент Хилле: смертью, кровью, пеплом. Там пахнет домом, свежей выпечкой и детским смехом. И ему от них - страшно. До невыносимости страшно и грустно. И все, чего хочется в доме - разбить расставленные по окнам цветы, пробить головой стену и уйти, сбежать. А потом убивать, убивать, убивать. Снова и снова, чтобы потопить свой страх в море алой крови и чужих криков. Но стены вокруг из толстого камня, а цветы словно приклеенные и ничем, даже топором, не отрываются. А еще рядом всегда он. Где-то за спиной слышны бесшумные шаги и ощущается невесомое дыхание. Бугимену страшно оборачиваться, потому что он, в отличии от чудовища позади - человек. Давно неживой и озлобленный на мир, но человек. А тот, кто ходит сзади - существо без лица. Он не дышит и не говорит, а ноги его не касаются пола. Он не знает человеческих чувств и может убить даже мертвое. Каждый раз Пирамидоголовый выныривает из сна когда чудовище за спиной нагоняет и кладет свои длинные руки на дрожащие плечи. Бугимен задыхается от страха и идет искать хоть кого-нибудь, кого можно убить в отместку. Но в Сайлент Хилле нет живых, а все мертвые - прячутся в глубоких подвалах, запертые в собственном отчаянии. Гнев и скука снова заводят Бугимена в лабиринты кошмаров и все повторяется вновь. И он не знает, сколько раз уже попадал в заброшенный дом, сколько раз чувствовал прикосновение ледяных длинных пальцев к голой коже плеч, но знает, что с каждым разом его нагоняют все быстрее, подходят все ближе, почти прижимаются к широкой спине, покрытой холодным потом и пепельно-бледной от страха. Каждый раз Пирамидоголовый кричит себе о том, что так не может дальше продолжаться, и каждый раз погружается в липкий омут не смыкая глаз. Когда терпеть больше невозможно и страх парализует настолько, что он даже не может двинуться, Бугимен впервые не вылетает после прикосновения из сна. Ему страшно, он отчаялся и хочет, чтобы все уже прекратилось хоть как-нибудь. Только спустя несколько бесконечно длинных мгновений он начинает ощущать, что длинные руки скользят по напряженному прессу, чуть поглаживая, а несуществующее дыхание касается шеи. Бугимен пытается кричать, но пальцы собственной руки сжимают горло так, что из него вырывается только натужный хрип. В доме Слендера жертвы не кричат. Но Пирамидоголовому ужасно не хочется быть жертвой. Он устал от страха. Он зол. Именно поэтому он разворачивается в стальных объятиях и пытается перехватить инициативу. В нем бурлит адреналин, подстегивающий сексуальное желание, и Бугимену даже приходит в голову мысль о том, что Слендер сексуален в своем огромном росте и непередаваемой худобе. Пирамидоголовый валит на пол своего мучителя и садится сверху, на бедра, которые могли бы не существовать, но ощущение чего-то выпирающего, горячо упирающегося в спину, не оставляет подобной возможности. Только стоит Бугимену опуститься на колени, как отростки из спины Слендера фиксируют его в распятом положении, а длинные руки с легкостью разрывают единственный элемент декора на Пирамидоголовом. Слендер - не человек и никогда им не был, но он трахает Бугимена с особым шармом и идеальной техникой. Red P даже хочет стонать, но в этом доме нельзя издавать звуки, отличные от тяжелого дыхания, поэтому именно им заполняется все пространство и кажется, что помещение вот-вот лопнет от насыщения животной страстью. Бугимен кончает, раз, другой, третий и от этого лишь хочет еще. С каждым разом из него выплескивается пошатнувший его самоуверенность страх, поэтому он даже не пытается считать, сколько еще раз он кончит и сколько раз до безумия себя доведет Слендер. Бугимен выныривает из сна только когда сил даже дышать - не остается. Слендеру дышать не нужно и нечем, но Red P уже задыхается, а владелец дома явно не намерен затрахать многочасового любовника до смерти. Поэтому Бугимена отпускают и позволяют уйти, раствориться посреди темного помещения. Слендер знает, что это ненадолго и что совсем скоро, как только Red P снова сможет дышать, он снова погрузится в сон наяву и они поиграют в догонялки с ожидаемо приятным концом.