Нет. Я же не кончила

«Алые волосы падают по твоей чрезмерно элегантной спине, они немного вьются к концам и выглядят так, что от одного их вида можно умереть, Коё. Но не думай, что я теку по тебе. Просто женская зависть подобной прелести. Я смотрю на себя в зеркало, осознавая всю сложность и непонятность данной ситуации. Это вообще нормально? Спать с женщиной, которая своей красотой может руководить той же мафией, являясь членом вооружённого агентства детективов? Разумеется, да». Йосано поправляет лямки бюстгальтера под своей рубашкой — они съезжают с плеч и становится максимально неудобно. Она находится среди прекрасных статуэток кицунэ, досок, облегающих стены, и рядом с прекрасной женщиной, что стягивает с себя кимоно. Странно, Акико никогда не видела свою партнёршу без этого элемента одежды, ведь Коё не раздевается, когда трахает её. Для той это слишком неправильно, но сейчас женщина с алыми волосами и превосходными манерами чрезмерно беззащитна и слаба с виду. Йосано не в состоянии стоять на месте. Она улыбается отчасти безумно, маленькими шагами приближаясь к Озаки и обнимая её сзади, шепча на ухо как-то слишком тихо, но ясно: «Сегодня сверху я, рыжая сука». Коё в ответ лишь смеётся и расслабляется, ведь девочки не умеют грубо. Акико касается её сосков и мягко массирует холодными пальцами. Это продолжается не так уж долго, скорее, напротив, заканчивается слишком быстро. Ведь она так открыта и спокойна, податлива и отчасти нежна, что этим нужно пользоваться. И это нужно делать. Йосано тянет свою партнёршу на кровать, представляя, что распилила её бензопилой к херам собачьим, но это второстепенное, верно? Они на кровати. Женщина с тёмными волосами облизывает свои пальцы и осторожно устраивается между ног Озаки, которая чрезмерно томно вздыхает и прогибается в спине. Отчасти банально, но всё же приемлимо. Акико ведёт влажными от слюны пальцами по животу Коё, спускаясь к голому лобку, залезая в кружевные трусики и нащупывая совсем немного набухший клитор. — Раздвигай ноги шире, — шатенка бьёт свою временную пассию по ногам. — Работай пальцами активнее, — на лицах обеих пошлая улыбка с небольшим отливом ненависти, что различим в этой темноте спальной комнаты. Коё приподнимается на локтях и стягивает с Йосано чёртову рубашку, а потом высвобождает чужую грудь из оков немного жмущего бюстгальтера. Это видно по красным полосам, расползающимся по коже. Женщина с алыми волосами обводит языком ареолы чужих сосков, пальцами сжимая грудь. Как пошло, но приятно. Акико круговыми движениями массирует чужой клитор, ненавязчиво пытаясь показать Озаки, что той стоит начать ублажать и её саму. Но один из лидеров портовой мафии, кажется, издевается. Не стонет, не начинает тяжело дышать и просто ухмыляется. Но через примерно десять минут тихо шипит и всё же лезет пальцами под чужую юбку, начаная ублажать Йосано прямо сквозь ткань нижнего белья. Та совсем тихо стонет — лишь ради того, чтобы появился небольшой, но азарт в этой своеобразной игре с телами друг друга. Озаки касается чужих губ своими, начиная целовать совсем без нежностей. Это укусы, это страсть, это смелость и отсутствие стыда у двух женщин, чьи цели едины лишь в радиусе одной постели. Коё чувствует пульсацию внутри, кусает собственные губы, ощущая, что Акико ускоряет свои движения. Всё тело горит, трусы промокают, а тело расслабляется на кровати. Мафиози отталкивает партнёршу на другую сторону кровати, раздвигает её ноги и проводит по клитору языком, начиная делать эти движения регулярными. Достаточно. Озаки отстраняется и начинает нежиться в одеяле, чувствуя, что Йосано снова начала курить в спальной. Но Коё не препятствует, ведь после секса с красивой женщиной запах табака лишь добавляет изюминки в обстановку вокруг. — Ты разучилась лизать. — Тебе кажется, Йосано. — Нет. Я же не кончила.