Письмо

— Чудесная ЛедиБаг! Она по привычке подбросила СуперШанс в воздух. Красная в чёрную точку помада распалась на сияющие лучи очищения и начала исправлять разгром в Париже. Пока СуперШанс приводил город в порядок, ЛедиБаг быстро начала осматриваться, проверяя, все ли жертвы акумы в порядке. Все. Особенно… — Адриан? — девушка подошла с парню, с озадаченным выражением хмуро осматривающего окружающую его обстановку. Он повернулся к ней, слегка порозовел и отвёл глаза в правый верхний угол. — Ох, ЛедиБаг! Я… Я очень рад тебя видеть. Ты снова спасла Париж! «Но без меня», — дал себе Адриан мысленный подзатыльник. Надо же было очередной марионетке Бражника напасть на площади именно на него в первую очередь! И он не смог помочь своей леди, которой было бы наверняка намного легче управиться с акумой, будь Кот Нуар рядом… — Да… — ЛедиБаг выглядела не менее смущённой. Но, решительно тряхнув головой, она продолжила: — Твой дом довольно далеко отсюда. Мне не помочь тебе добраться? Сказала и сама опешила от своей решительности. «Но мне давно стоило сделать хоть что-то», — мысленно успокоила себя она. И тут же душа съёжилась, опасаясь ответа. Адриан смутился ещё больше. — Ох, ЛедиБаг… — запинаясь, начал он. — Это… Это так мило с твоей стороны — предложить мне… Я-я не вувренен, что смогу пирнять твоё пердолжеине… — от смешавшихся в голове мыслей язык Адриана совсем не слушался. «Я чувствую себя Маринетт!», — взвыл его мозг. Но тут отчаянно краснеющую друг перед другом парочку заметили журналисты. — ЛедиБаг! Адриан Агрест! Ответье на пару вопросов! — девушка с микрофоном понеслась к ним на всех скоростях, держа на прицепе оператора с камерой. ЛедиБаг не стала думать дальше. Отпихнув всё стеснение куда подальше в сознание, она обняла Адриана за талию, выпустила йо-йо и мигом взлетела на ближайшую крышу. Перелетев два или три квартала, ЛедиБаг приостановилась. Писк серёжек дал о себе знать. Исчезла третья точка. — Ох, Адриан, боюсь, я не успею принести тебя домой, — с грустью заметила ЛедиБаг. — Успеешь! — отчаянно ответил ей Адриан. Ему очень, очень не хотелось расставаться со своей леди на этой крыше. Так хотелось побыть с нею подольше… — Ты так уверен во мне? — мягко и смущённо спросила ЛедиБаг. Стеснение и неловкость вернулись к ним в одно мгновение. Но времени на это не было. ЛедиБаг, теперь намного осторожнее и нежнее, обхватила Адриана и взлетела. Оба пытались не сосредотачиваться на мысли, что их тела слишком близко находятся. Пока они удирали от корреспондентки, это было намного проще. Теперь же головы пары были заняты лишь этим фактом. ЛедиБаг действительно успела. Она влетела в открытое окно комнаты Адриана и бережно поставила его на пол. — Спасибо, — поблагодарил её полностью пунцовый Адриан, держащийся из последних сил, чтобы не взвыть от смущения и счастья. ЛедиБаг выглядела не лучше — ещё разобраться надо было, где начинается маска и кончается лицо. Она уже собиралась выскочить в окно (причём без йо-йо), как Адриан, хлопнув себя по лбу, подскочил к своему письменному столу, быстренько порылся в нём и достал конверт. — ЛедиБаг, постой! — попросил он и протянул его ей. — Это… Это тебе, в общем. Если до этого Адриан был уверен, что краснее его лицу не стать, то после собственных слов он почувствовал, что обманывал сам себя всё это время. Зато теперь можно было с точностью сказать, где у ЛедиБаг лицо, а где маска. Потому что вся поверхность кожи стала откровенно малиновой. — Что это? — выдавила она из себя, мысленно избивая своё лицо пощёчинами. «Я веду себя как последняя идиотка!» — Мой подарок, — с таким же напряжением в голосе ответил Адриан. — Тебе. Давно сделал, но не было случая отдать. Возьми. ЛедиБаг уже открыла рот, чтоб вежливо отказаться, но тут пропищала предпоследняя точка. — Ох! — схватилась она за серёжку. — Спасибо, Адриан! ЛедиБаг быстро схватила письмо, пулей вылетела в окно и, в полёте достав йо-йо, взлетела над Парижем. Адриан подошёл к окну и мечтательным взглядом проводил её. Плагг, который всё это время прятался запазухой, ехидно посмотрел на своего подопечного и произнёс: — Ты заметил реакцию ЛедиБаг на твоё письмо? Адриан очнулся от своих грёз и недоумённо посмотрел на квами. — А что не так было с реакцией ЛедиБаг? Я был слишком озадачен тем, чтоб не умереть от смущения в её присутствии… — он в ужасе вытаращился на Плагга. — Ты хочешь сказать, что оно ей не понравилось?! Плагг ударил себя лапкой по мордочке. — Адриан, ты — дурака кусок. Дай мне сыра, я без него тебя совершенно не выношу.

***

Маринетт мчалась домой так быстро, будто за ней попятам бежал сам Бражник со всеми акумами впридачу. Тикки едва успевала за ней лететь. Ворвавшись в дом, Маринетт не поздровалась со своими родителями и на прежней скорости кинулась к себе в комнату. Отбросила письмо на письменный стол, плюхнулась себе на кровать и забилась в самый дальний угол, с ужасом глядя на конверт. Они теперь были в противоположных углах комнаты, но этот факт Маринетт не успокаивал. Тикки, влетев в комнату, с большим недовольством посмотрела на открывшуюся ей картину и приблизилась к Маринетт. Та на квами никак не отреагировала. — Маринетт, — вздохнув, обратилась к ней Тикки. — Тебе обязательно нужно успокоиться. Это всего лишь письмо, и в нём не может быть ничего плохого! Это же подарок, подарки от друзей злыми не бывают. — Тикки, ты не понимаешь, — медленно ответила ей Маринетт, не отрывая взгляд от письма. — Я… Я просто взяла его. Просто. Взяла. Это письмо вообще не моё, я не имею права его читать! — и Маринетт ткнулась носом в подушку. Тикки опешила. — Как это — не твоё? — Так! — донёсся глухой голос из подушки. Тикки пришлось подлететь ближе, чтобы слышать Маринетт. — Адриан писал это письмо не мне, а ЛедиБаг! А я… Я не смогу ему ответить! Потому что… ох, вот потому что вот так! Тикки села на подушку и положила лапку Маринетт на голову. — Могла бы и раньше сказать, — мягко сказала она. — Если для тебя это так важно, я могу тебя превратить в ЛедиБаг для того, чтоб ты смогла прочесть письмо. Маринетт повернулась лицом к квами. — Это жульничество. Я не имею права пользоваться способностями ЛедиБаг в своих целях. И потом, это всё равно останусь я… — Маринетт, — прервала её Тикки. — Если Адриан не знал, что ЛедиБаг — это ты, и писал письмо ей, то это не значит, что оно не адресовано тебе. Шпионы, например, имеют несколько имён, и большая часть их окружения знает только какое-нибудь одно, на которое адресовывает письма. И это так же не значит, что шпион не имеет права читать письмо, адресованное ему, только потому что оно адресовано только к одному имени! Просто прочти! — Но, Тикки, ЛедиБаг — не просто ещё одно моё имя, — печально заметила Маринетт. — Это устойчивый образ, в который верят парижане, и я лично в реальной жизни ему не соответствую! — Кто тебе сказал такую глупость? — пискнула квами. — Неужели все эти печальные мысли только из-за письма? Ох, Маринетт, я обещаю тебе, что ничего плохого не случится, если ты просто встанешь с кровати и прочтёшь его! Оно твоё! Маринетт с самым несчастным видом оторвалась от подушки, нехотя подошла к столу, уселась с ногами во вращающееся кресло и из-за коленок начала прожигать письмо взглядом. Тикки терпеливо за ней наблюдала. Маринетт протянула руку, тыкнула пальчиком конверт. Он дружелюбно прошуршал. Будто ужаленная, Маринетт мгновенно отдёрнула руку. Прошло минут десять, прежде чем Маринетт перешла от тыканья письма к полноценному взятию его в руку. Возьмёт — положит обратно. Возьмёт — положит… Ещё десять минут — и конверт остался в руке Маринетт насовсем. Тикки облегчённо вздохнула и подлетела к ней. — Позволишь прочесть вместе с тобой? — мягко просила квами. — Да, — выдохнула Маринетт и попутно отметила, вскрывая конверт: — Странно, кстати, что письмо нигде не подписано. — Ничего странного, — возразила Тикки. — Адриан же наверняка рассчитывал отдать тебе его лично в руки. — Действительно, — удивилась Маринетт собственной недогадливости. И достала письмо из конверта. Оно оказалось обёрнутым в ещё один лист, на котором было написано: «Прочти тогда, когда у тебя будет плохой день». Маринетт и Тикки переглянулись. — Ну, по крайней мере, мне не нужно будет отвечать, — произнесла Маринетт.

***

Маринетт тяжело ввалилась в комнату и устало бухнулась прямо на пол, плюнув на возможную грязь. Как же она устала. Быть главной помощницей и секретарём дома Агрестов чересчур… Утомительно. Особенно если перед работой ты сдавала два экзамена в университете, чуть не попала под машину и оказалась под дождём без зонта. «Хорошо, что Париж ещё спасать не приходится», — по привычке подумала Маринетт. Париж уже давно спасён. Уже семь лет никакие акумы ни на кого не нападают. Бражник просто… исчез. Вместе с Маюрой, которая под конец стала появляться всё чаще и чаще. А через день после Последней Битвы под дверью Мастера Фу оказались две коробочки с камнями Павлина и Мотылька. И записка всего с одним словом: «Простите». Маринетт сразу же тепло простилась с Тикки и вернула камень Мастеру Фу, перед этим недвусмысленно намекнув Коту Нуару, что ему стоит прогуляться на левый берег по конкретному адресу. И больше она своего напарника не видела. О чём жалела не раз. Ей очень, очень не хватало в жизни человека, похожего на Кота. Пусть его каламбуры были нелепыми, пусть его ухаживания были надоеливыми, а комплименты частенько раздражающими, но… Но они были ей нужны. Сколько часов в одиночестве она проплакала, осознавая, что всё могло измениться, поддайся она на его уговоры о раскрытии личностей…? И в этот день она нуждалась в Коте особенно остро. Его поддержка была нужна ей, как никогда. Алья занята свадьбой с Нино и не может помочь совсем, Адриан утонул с головой в делах отца, уехавшего куда-то в Азию (он слишком тяжело воспринял смерть Натали), и это сама Маринетт ему помогает. Причём и зарплату ещё за это получает. «Надо. Разобраться. С мусором», — шевельнулась тяжёлая мысль в голове. Маринетт со стоном встала и подошла к коробке, в которой валялась всякая бумажная ненужная чушь, заботливо собранная мамой в её комнате — Маринетт сама попросила её об этом. Но она же не ожидала, что сегодняшний день будет катастрофой! Маринетт уже схватила коробку, как вдруг глаз зацепил странный пустой конверт. «Что это?» — удивилась Маринетт, поставила мусор на место и взяла конверт в руки. — «На рекламку не похоже, слишком белое письмо. И почему не подписано, что это мне?» Маринетт открыла конверт и вынула письмо. Оно было завёрнуто в ещё одну бумажку. В голове шевельнулось ощущение дежавю. Перевернув бумажку с письмом, Маринетт увидела надпись… «Прочти тогда, когда у тебя будет плохой день». …И её мысли взорвались фейерверком. Она совершенно забыла про него. Сначала положила в секретную коробочку к дневнику и боялась поддаться искушению прочесть «не в плохой день», потом поняла, что не стоит так сильно зависеть от простого письма, а дальше… Всё завертелось, закрутилось, и мысли о том трогательном подарке для супергероини стёрлись. И от кого подарок-то был! От первой любви! И от её нынешнего работодателя и самого близкого друга… Маринетт хихикнула, вспомнив, как она пыжилась и сомневалась об этом письме. «Бедная Тикки, как она со мной натерпелась», — с теплотой вспомнила она свою квами. Интересно, Мастер Фу сильно удивится, если она завтра, после стольких лет, придёт к нему на чашечку чая, поболтать? Может, он даже разрешит увидеться с Тикки… И почему она не хотела зайти к Мастеру раньше? Тряхнув головой, Маринетт вернулась к мыслям о письме. И тут же невесело отметила: «Как же вовремя оно попало ко мне. Хуже дня я и припомнить не могу. Самое время прочесть. Но сначала…» Маринетт положила конверт и письмо на стол, взяла коробку и пошла к лестнице.

***

Адриан потирал виски, задумчиво смотря на бумаги. Как же сильно он устал от этих дел. Эгоистичные мысли о том, что Маринетт не стоило отпускать так рано, всё активнее жужжали в голове, и даже на то, чтоб отогнать их, у Адриана не было сил. Дверь в кабинет с шумом распахнулась. Адриан дёрнулся и чудом удержался от того, чтоб встать в классическую стойку Кота Нуара. «А рефлексы-то никуда не делись», — некстати отметил он. На пороге стояла Маринетт. Вся взмыленная, со сломанным зонтом в руке, мокрая от дождя, идущего весь день — в общем, будто из дурдома сбежавшая. Её испуганно-дикие глаза во всю смотрели на Адриана. — Ты! — воскликнула она и ткнула в его сторону каким-то конвертом. Адриан с ужасом выскочил из-за стола и подбежал к Маринетт. — Что случилось? — с нарастающей тревогой спросил он. Маринетт пихнула ему в руки конверт и молча рухнула в кресло для гостей. Адриан, недоумевая, открыл конверт и вынул оттуда письмо, обёрнутое в лист бумаги. А на листе написано… Адриан дёрнулся как от удара током. А потом медленно развернулся к Маринетт. Та смотрела в потолок с абсолютно безучастным видом. — Маринетт, откуда это письмо у тебя? — тихо спросил Адриан. Ему очень, очень не хотелось думать, что его секретарь… задумала что-то нехорошее. И с этой целью выкупила или даже выкрала письмо. Ибо он помнил каждую строчку, которую написал в этом письме ЛедиБаг. Но к истинному ответу Адриан не был готов. — Ты сам мне его дал, — тихим, бесцветным голосом ответила Маринетт. Мозг Адриана взорвался.

***

— Значит, ты и есть ЛедиБаг. Они молчали около часа. Майские сумерки ещё сильнее сгустились в комнате, тучи им лишь помогали. Маленькая настольная лампа плохо освещала помещение. Адриан очень долго думал над тем, чтоб высказать вслух то, что он сейчас сказал. Маринетт, продолжая смотреть в потолок, кивнула. И, немного погодя, произнесла: — А ты, значит, Кот Нуар. Безответно влюблённый в свою леди. Адриан зажмурился на секунду и снова открыл глаза, продолжая смотреть на лицо Маринетт. — Ты же прочла письмо. Маринетт вдруг улыбнулась. Её улыбка засияла, как солнце, которого сегодня так не хватало. — Адриан, — мягко окликнула она его. Оторвав взгляд от потолка, Маринетт взглянула Адриану прямо в глаза. — А ты когда-нибудь задумывался над тем, что, возможно, не один Кот Нуар безответно влюблён? Адриан промолчал. Его мозг превратился в камамбер и отказался работать дальше. Маринетт закрыла глаза и выпрямилась в кресле. Она встала, подошла к Адриану, который следил за всеми её движениями, и остановилась буквально в десятке сантиметров от него. Продолжая улыбаться. — Вспомни четырнадцатилетнюю Маринетт, Адриан, — нежно попросила она. — Милую неуклюжую честную девочку с двумя аккуратными хвостиками. Она постоянно заикалась в твоём присутствии, помнишь? Помнишь, как она неловко падала, несла неразборчивую ахинею, творила дичь, отчаянно смущаясь? Как ты думаешь, почему она так вела себя именно когда был рядом ты? Адриан молчал. Мозг всё ещё притворялся, что он сыр. — А вела она себя так, — с сияющими глазами закончила Маринетт. — Потому что глупо, по-детски была влюблена в тебя, мсье Агрест-младший. И, перевоплощаясь в супергероиню, спасающую Париж, она не могла выгнать тебя из сердца и дать шанс Коту Нуару, который питал к ЛедиБаг такие же неразделённые чувства, как она питала к Адриану. Ужасно глупо звучит, правда? — Да, — выдавил из себя Адриан. У его мозга не было никаких шансов остаться камамбером. — Я… И молчание. Только дождь по стеклу стучал. Маринетт погасила улыбку и опустила глаза в пол. — Лучше скажи мне, мсье Агрест-младший, — тихо прознесла она. — Любит ли Адриан свою ЛедиБаг до сих пор? Нравится ли Коту Нуару его леди после того, как она, наконец, сняла перед ним маску? Немного помолчав, она поспешно добавила, увидев, что Адриан уже хочет ответить: — Если ответ «нет», у меня будет просьба не выгонять меня с работы, пока я не найду новую. Как только я отыщу, я сама приду с заявлением… — Да. Адриан сказал это слово ещё тише Маринетт, но она прервалась на полуслове и посмотрела ему в лицо. Адриан заглянул ей в глаза и повторил громче: — Да. Да, мсье Агрест-младший помнит, какой была Маринетт раньше. Да, Адриан до сих пор любит ЛедиБаг. И да, Кот Нуар всё ещё без ума от своей леди, теперь зная, какая замечательная она под маской. Маринетт шумно сглотнула, не отрывая взгляда от изумрудных глаз. Адриан помолчал и продолжил, увидев, что Маринетт переваривает услышанное и не хочет говорить: — Но у меня тогда тоже будет вопрос, мадмуазель Дюпен-Чен. Любит ли Маринетт Адриана Агреста так же сильно, как тогда? И не разочаровалась ли ЛедиБаг, узнав, кто скрывается под маской этого назойливого влюблённого каламбурщика Кота Нуара? — Да, всё ещё любит так, как раньше. Нет, не разочаровалась, — на одном дыхании выговорила Маринетт. Снова тишина. Дождь, видимо, усилился, ибо барабанил по окну с большей силой. …Они смотрели друг другу в глаза очень долго. Маринетт и Адриан. ЛедиБаг и Кот Нуар. Они нашли друг друга. Они всё это время, все эти семь лет были так близко друг к другу. Но так далеко… …и теперь они имели полное право стать ближе настолько, насколько хотели… Прекратив поцелуй, Маринетт и Адриан одновременно с облегчением рассмеялись. — Предлагаю завтра навестить Мастера Фу и наших квами, — закончив смеяться, сказала Маринетт. — Поддерживаю предложение, — ответил Адриан. — И к чёрту все бумаги.