Воха и Лёха

Все началось еще давно, когда наш герой начал осознавать, что вся его жизнь - сплошной пиздец, которому нет ни конца ни края. Разве можно нормально и беззаботно влочить свое жалкое существование, если твои родители объебосы-тираны-алкаши, которые за маленькую оплошность будут гнобить тебя до конца ебаного дня уж точно. В общем, обычная неблагополучная семья, ничего особенного. Все это началось еще когда Вова пошел в садик, а именно к этому периоду времени он начал более-менее осознавать, в каком дерьме находится. Да, Вова, до Вохи еще далековато. Так вот. Первый день в садике, в который, к слову, наш герой пошел только в пять лет. Нет, не потому что не было мест или денег, а потому что родителям Вовы было в принципе поебать на его существование, но после одного неприятного инцидента, а именно после того, как наш герой уронил телевизор, после чего получил нереальных пиздюлей и вердикт о том, что "Я лучше буду платить каждый месяц эти сраные пару тысяч, чем терпеть этого пиздюка без всякого отдыха", было решено, что "этот пиздюк" будет ходить в садик. Придя в садик, Вова мягко говоря удивился количеству ему подобных, но быстро влился в коллектив. Несмотря на то, что друзей у героя было много, среди них выделялся Антон. Именно он первый подошел к новенькому и спросил заветное: "Привет. Как тебя зовут?", а после протянул руку и предложил дружбу. Спустя несколько дней интерес к новенькому, конечно же, прошел, но определенный круг общения, все же, сформировался. Теперь эти шесть-десять часов в день могли считаться лучшим временем в жизни Вовы, потому как чем старше он становился, тем жестче было давление со стороны родителей, их постоянные упреки о том, что: "Ты делаешь все не так, а вот у тети Зины Валерочка ну просто золото, а ты настоящий урод, Вова, лучше бы ты не рождался! В смысле ты не просил, чтобы тебя рожали?! Какая же ты скотина! Когда же ты поймешь, что всю жизнь нам испортил, ушлепок ты мелкий?". Обычно после этого Вова просто молча уходил в свою комнату и закрывал дверь, после чего со всех сил начинал колотить все, что попадется ему под руку. Однажды он сломал руку таким образом, но к врачу его "очень заботливые" родители не пустили, поэтому пришлось заматывать руку первой попавшейся тряпкой, а с утра вместо школы ехать в травмпункт, ну а днем получать пиздюлей за: "Мне позвонила Лариса Валерьевна и сказала, что тебя сегодня не было в школе. Где ты был?", после чего, не дожидаясь ответа и не обращая внимания на загипсованную руку, уворачиваться от ударов поварешкой. И это еще далеко не самый жесткий закидон от них, но все же наша история совсем о другом.

***

Через полтора года Вова пошел в школу, и на удивление оказался в одном классе с Антоном, чему первый, конечно же, был несказанно рад. А классу к восьмому наш герой стал понимать, что Антоха непростой парень, потому как в нем были видны задатки прирожденного лидера, вожака стаи. Он был действительно мудрым, несмотря на свой юный возраст, человеком. Нередко ему приходилось вступать в словесные перепалки с другими, а иногда даже в драки(в которых, к слову, он был также безупречен), но нет, не потому что Антон был задирой, а потому что отстаивал своих друзей, знакомых, а иногда даже незнакомых людей. Он просто терпеть не мог, когда кого-то слабого загоняли в угол, пресовали, заставляли вывернуть карманы, угрожали и тому подобное. Вначале он заступался за Вову в садике, когда до него на улице докапывались дети из групп старше их на год-два, затем в школе ставил на место одноклассников, если они позволяли колкость в сторону его лучшего друга, а после, когда Антон стал старше, это просто вошло в привычку. К тому же он был из довольно обеспеченной семьи, может быть, именно поэтому являлся круглым отличником и любимцем всех учителей, возможно, поэтому некоторые от зависти все время лезли на рожон и пытались вывести его из себя. Конечно же, это никому сделать не удалось. В девятом классе Антон уже был авторитетом всея школы, духовным наставником и гуру для всех, даже тех, кто учился в десятых и одиннадцатых классах. Все же оставались те, кто считал его выпендрежником, но количество таких людей составляло подавляющее меньшинство. Очень странно, что при такой популярности Вождь школы номер 131 решил покинуть свои владения после девятого, при такой-то востребованности. Как говорится, летная школа сама в себя не поступит. Но это было дело его родителей, конечно. Вообще, Вове казалось, что в подобных Антоновской семьях, за ребенка решали все, кроме него. На удивление, на выпускной Сэнсэй тоже не пошел, зато пить пивко с Вовкой побежал с радостью несмотря на то, что на выпускном ему бы точно "перепало"(а на их районе и особенно в школе также как и авторитет среди других, секс на выпускном считался настоящим сокровищем, при потере которого ты автоматически становишься "сраным лохом" или "днищем". И вообще, как сказал один гопник из 9Д: "Кто не с нами, тот под нами", поэтому детям, которые не имели авторитета, приходилось прибиваться либо к Антону и Вове, его законной правой руке, либо к гопникам, коих к девятому классу практически не осталось). Но Антон имел право забить на этот, как он считал, бред, поскольку даже пусть оно так, уважать меньше его из-за такой мелочи никто бы не осмелился.

***

На улице было уже довольно прохладно и темно, когда Вове удалось отмазаться, и под аккомпанемент возгласов о том, что он сука и неблагодарный урод, все же забраться на крышу, где его уже часа полтора ждал Антон с ящиком пива. — Опять? — устало выдохнул Антон, протягивая другу бутылку. — Не опять, а снова, — Вова взял бутылку и сел рядом. — И мне к двенадцати надо быть дома, а то все, пиздец. Следующие полчаса они сидели молча, потягивая пивко. — И как ты без меня, справишься? — Антон потрепал черные густые волосы на голове друга и мягко улыбнулся. — Я не хотел тебя оставлять, но ты понимаешь, мои предки не лучше твоих в каком-то смысле. А в летную школу набирают уже после девятого. — Хватит это повторять все время, ты уже говорил про перспективы этого места. Протяну как-нибудь. Два года — не двести лет. — наигранно хехнул брюнет, перебивая собеседника. — Тем более теперь я не дам себя в обиду из-за твоих ежедневных нравоучений, да и не думаю, что ко мне кто-то полезет, ты же уже преподал кому надо пару хороших уроков, Учитель. — теперь Вова уже искренне заулыбался. — Но в крайнем случае ты всегда можешь пригрозить им своей бицухой, — уже пьяный и немного не соображавший выпускник нежно взял товарища за плечо и провел ладонью по всей руке, но взяв кисть и поднеся ее к губам, получил в ответ на свои действия ошалевший взгляд соседа(да, эти ребята были еще и соседями). — Атоха, ты че, бля, творишь? — громко, чуть не взвизгнув, прошипел Вова. Дело в том, что у соседей под крышей, то бишь на последнем этаже, все время были открыты окна, особенно сейчас, в начале лета; а эти самые соседи были не самыми доброжелательными, поэтому чуть что вызывали ментов. После того, как ребят уже вытаскивали с крыши и везли в бобике благодаря "самым лучшим на свете" соседям, не очень хотелось сдавать самих себя, поэтому перед тем, как залезть на крышу, парни всегда ставили телефон на "вибро"(если ставить на решим "без звука", не дай Бог им проворонить звонок от мамы Вовы, которая могла позвонить в любой момент(да, у нее был номер Антона на всякий случай), иначе неделя без интернета, месяц без улицы... Короче говоря, на что фантазии хватит. Гиперопека плюс постоянные упреки с щепоткой ненависти создавали просто гремучую смесь под названием Мамка Вована. Отец был менее агрессивным и более пассивным в плане "воспитания". Ему практически было похуй, и единственное, что он мог сделать - это отпиздить тем, что первое под руку попадется. И то это происходило обычное в состоянии алкогольного или наркотического опьянения)и общались в полголоса. — Тшш... Щас же при-и-дут и п-пиздец. — заикаясь и смотря в светло-карие глаза прошептал Антон. — Ну ты, рыжий, совсем ебанулся! — засмеялся в себя Вова. — Ты че, пидор что ли? — Ну я это... Хуй его з-знает. Проверить хотел... — Я тебе подопытная крыса что ли, Антох? — возмущенно прошипел Вова. — Да не, Вов, просто... — Антоха покраснел и отвернулся, чтобы не было видно выступающего румянца. — Да ладно, я тебя от этого не перестану уважать. Просто как-то не айс быть подопытным, да и ты мне как батя стал, понимаешь? Не могу же я с батей своим, блин, целоваться, ты меня тоже пойми. Прости, но твоих любовных делах я тебе не помощник, не, Антох, прости. — Вова отполз подальше и встал, моментально протрезвев. Вот так они пробыли без движения минут пять. Антон смотрел снизу вверх испуганными глазами и боялся что-либо говорить, а Вова смотрел на него так, будто тот кого-то убил прямо на его глазах. Первым нарушил молчание Антон. — Вов, слушай, — он встал и начал медленно подходить к собеседнику, словно к самоубийце, стоящему на краю крыши, — Я ни в коем случае не хотел тебя обидеть, просто не знаю, что на меня нашло. — убедившись в том, что Вова никуда не двинется, подошел и крепко обнял его, прижав к себе крепче. Безусловно, оппонент начал вырываться. — А нук-ка отпусти! — кряхтя шипел он. Антоха просто заржал в себя, — Если ты будешь использовать МНОЙ ЖЕ купленный ДЛЯ ТЕБЯ абонемент в спортзал, то станешь моей первой сучкой. — он перевернул бедолагу так, что тот врезался лицом в дверь, которая вела к выходу с крыши и уперся своей задницей прямо между ног Антона. Естественно он блефовал. — Ты че творишь, бес?! — Вован пытался вырваться, но все его попытки, конечно же, оказались тщетными. Антон ослабил хватку еще раз сказав что-то про абонемент в качалку. — Да ладно, че ты, яж шучу, ты не в моем вкусе. — совсем отпустив свою жертву со смешинкой в голосе сказал Антон. Еще где-то час парни выяснили отношения и сошлись на том, что Антохе нравится худощавый парень в очках и обтягивающих черных джинсах из 10А, и что он доебался именно до Вовы, так как тот его самый близкий друг и уж не скажет никому о его "странности". Безусловно, Вован не стал скандалить с другом, а просто молча выслушал историю о его(пока что)неразделенной любви. — Ну а ко мне-то зачем было целоваться лезть, раз тебе уже кто-то нравится? — подытожил диалог интересующим его уже больше часа вопросом Вова. — Знаешь, Вов, — Антон почесал затылок, — Я думал, ты мне втащишь, чтобы я о такой херне не думал больше, вернул с небес на землю, так сказать. Я, честно говоря, даже вообразить не мог, что ты отнесешься к этому... С пониманием. Кстати, это еще одна причина, по которой я не пошел на выпускной. — М? Если тебе нравятся мужики, как это может быть связано с выпускным? — Ну-у-у, — Антон замялся, — Ко мне класса так с седьмого девки липнут, а на выпускном представь, что было бы? Они будут в говнище, тем более все более-менее приличные девочки с нашего класса пойдут в десятый, так что на выпускном было бы подавляющее меньшинство хороших. Поэтому не, я не хочу быть изнасилованным какой-нибудь шалавой, хах. Лучше приберегу свой первый раз для Жени. — чтобы не палить свой снова выступивший румянец на щеках, парень отвернулся. — Так ты знаешь как его зовут? — брюнет оживился. — Это же уже пол дела! Подойди к нему, поговори, позови куда-нибудь... — Ага, а вдруг он гомофоб? А еще хуже расскажет всем... Блин, Вов, как быть? — рыжий запаниковал. — Бляяяа, как можно думать о своей репутации, когда речь идет о чем-то большем, Антох, а? — он осуждающе посмотрел на друга. Ты вот вроде... Нет, даже не вроде, ты ахуеть какой умный пацан, но иногда такой тупой, что хочется тебе врезать посильнее. Но, похоже, о том, что ты такой, знаю только я. — Не такой уж я и умный, Вов. Эту "славу" я получил не из-за большого процента ума и уж тем более не из-за оценок, которые никак не определяют этот самый процент. — А из-за чего тогда, м? — собеседник заинтересованно наклонил голову. — Из-за того, что ты в меня веришь. — выдохнул рыжий. — А? Что? Аха, да не гони ты! Я верю в тебя, конечно, но не помню, чтобы когда-то говорил тебе об этом. — А кто со мной все это время, а? Кто меня вечно наталкивает на путь истинный, м? Вот даже сейчас, минуту назад ты выдал абсолютно, казалось бы, очевидную вещь, но я бы даже думать не стал о таком, пока ты об этом не сказал. Ты - моя путеводная звезда, понимаешь? — Кхаа, что? — Вова подавился пивом от неожиданности. — Ты даешь мне идеи, а я направляю их в массы просто перефразировав и разбавив кучей воды. Разве ты не замечал этого? — удивился Антон. — Че? Аха, неа. Какие идеи? Да ты совсем пьяный кажись... — Да ну тебя. Антон молча встал и направился к выходу с крыши. — Эээ, подожди, братан, ты куда? — Вова встал и направился за другом. — Ты время видел? Уже половина двенадцатого. — Ооо, ну все, идем. — парень обошел товарища и первым направился вниз по лестнице. Спустившись до нужного этажа бывшие одноклассники попрощались, пожимая друг другу руки и обнимаясь, после чего разошлись по квартирам. На удивление, появление сына никто не заметил, и парень проскользнул в ванную. Смывая с себя остатки этого дня, он вспоминал минувший разговор с Антоном, пытаясь не на трезвую голову что-то анализировать. "Путеводная звезда? Я? А он совсем был пьяный? Или это я такой пьяный, что ничего не понял? Или он был такой пьяный, что говорил так, что даже сам себя не понял? А если этот Женя из 10А прикрытие, и он положил глаз на меня? А что, если мы оба геи? А если мы не геи?" — и еще тысяча и одна подобная пьяная мысль заставила ржать его в голос от своей тупости. От таких мыслей захотелось скорее избавиться, поэтому Путеводная Звезда решила сделать водичку на пару десятков градусов холоднее. После отрезвляющего душа он получил коронное "Иди спать" от матери и закрыл дверь в комнату. Где-то час Вова пытался уже более-менее трезво оценить ситуацию и таки пришел к выводу, что все те вещи, в которых он убеждал Антона, последний выпускал другим под собственным лозунгом, в котором действительно было просто больше воды. Но Вова слишком сильно любил своего товарища, чтобы быть против подобных вещей. К тому же ему было довольно комфортно, оставаясь в тени и смотря на то, как некоторые его гениальные идеи о добре, зле, понимании и так далее проникают в массы, пусть даже и не от его имени, но все эти мысли тут же забылись потому как думать уже больше ни о чем не хотелось, глаза слипались, веки каменели, и Владимир Путеводная Звезда погрузился в царство Морфея на никому не известный срок.

Спустя четыре года

На самом деле, не вдаваясь в подробности, мало что изменилось за эти несколько лет. Два друга детства стали совершеннолетними, возмужали, стали самостоятельными, поумнели. Антон-таки пересилил себя и после того разговора с Володей на следующий же день написал ВКонтакте Жене. Слово за слово, и они уже граждане другой страны. На самостоятельно заработанные средства на различных подработках везде, где только можно летом Володе, наконец, удалось снять более-менее нормальную квартиру и, наконец-то, съехать от родителей-наркоманов, оборвав с ними любые виды связей вплоть до смены номеров и даже фамилии, чтобы уж наверняка. Конечно, все эти процедуры заняли немалое количество времени, но, поверьте, оно того стоило. Немного надорвав свой зад, пареньку за каких-то три каникулярных месяца удалось добиться нереальных, как ему казалось, успехов и вырваться из дерьма, в котором он жил на протяжении восемнадцати лет. Но действительно ли пришел конец этому дерьму? Первый день в институте(в который, к слову, Вове удалось поступить на бюджет из-за, опять же, надрывания своей задницы и вполне удачного уворачивания ее от гнета предков) был довольно насыщенным. И не из-за того, что в первый день трудно ориентироваться, искать кабинеты, бегать из корпуса в корпус, а из-за того, что на Вову натолкнулся его старый школьный товарищ вместе со своими знакомыми и начал расспрашивать, как он да что, спросил про Антона, которого "уже давно не видно". Пришлось объяснять, что Антоха, как в самых лучших фильмах, ушел в закат, то бишь уехал "доучиваться" за границу с Женей из тогда уже бывшего 11А, что у него все хорошо и что летом он приедет его повидать. Ни у кого даже мысли не возникло о том, что Антон-гроза быдла получал с Женьком визу не для того, чтобы учиться за границей, а чтобы официально зарегистрировать великий союз влюбленных сердец. — Между прочим, они поженились благодаря мне. — совершенно случайно вырвалось у Вовы, который тут же выпучил глаза и окаменел. Все же разговоры по вечерам с самим собой дали негативный отклик в реальной жизни. — Что? В смысле, кто женится? — слегка прихирел Олег, тот самый школьный товарищ. К слову, за этим диалогом наблюдала уже небольшая толпа заинтересованных людей. — Никто. — с каменным лицом ответил Володя. Конечно же его раскололи как орех. Конечно, он легко мог держать секреты, но если кто-то начинал его пытать, слова сами срывались с его губ. — Так это, выходит, ты его на это подтолкнул? — спросил кто-то из толпы. — Выходит, что так. — твердо ответил Вова, готовя кулаки и вспоминая все напутствия Антохи о том, что если ситуацию нельзя решить словами, то у него есть небольшая горка мышц, натренированная за семь лет в спортзале, которую легко можно пустить в дело. — Красава. — тот парень вышел из толпы и протянул руку для рукопожатия. С опаской герой протянул ему руку, но, к его удивлению, ее просто пожали. Когда он решил посмотреть на лицо этого подозрительного гражданина, то увидел там Валеру. Того самого Валеру, сына тети Зины. Непроизвольно лицо брюнета сморщилось, он сразу же начал ловить флешбеки - слова его мамаши о том, какой Валерочка хороший и тому подобное. Валера увидел это, и под видом того, что после рукопожатия должно быть братское объятие, сказал, что они обсудят "это" позже, после чего отстранился и попросил номер Вовы. На всех следующих парах Вове спамили СМСками по типу: "Какой ты классный парень", "Таких очень мало сейчас", кто-то предлагал сходить погулять, кто-то звал к себе домой, но за весь день так и не удалось выяснить причину этого спама. Из-за чего все это? Из-за того, что он сказал "Дерзай" другу, который сомневался в своей натуральности? Ответ на этот вопрос появился только вечером, когда на экране телефона загорелось "АНТОН" вместе с приятной мелодией звонка. — Алло? — Привет, Вов, давно я тебе не звонил, а? На работе загрузили, но сегодня пришлось уйти пораньше из-за одного звонка. — невозмутимым обычным и совсем не рассерженным голосом повествовал Антон на другом конце провода. Так он ничего не знает? — Здоров. Какого звонка? — постарался также невозмутимо ответить Володя. — Видимо, ты все же проболтался о нас с Женей, и... — собеседник не успел договорить. — Слушай, братан, я совсем не хотел, правда. Я просто ахуел от того, что там происходило. Ну знаешь, первый день, волнение, и тут меня окружает шайка этого Олега, ну, ты его знаешь, и просто они начали спрашивать про меня, тебя, и... — теперь перебили уже его. — Да ладно, не парься ты. Я все знаю. Че ты так волнуешься-то? Надеюсь ты не дрожишь там, на другом конце провода, а? Мне как раз-таки и позвонил Олег, спросил как дела, как Женя, расписали нас или нет. Я, конечно, прихуел сказочно от выброса в атмосферу такой информации, но на тебя я зла не держу. Знаю же, что ты то еще трепло. Скажешь "А" и сам не заметишь, как до "Я" дойдешь. Хахах. — Но ты же боялся, что кто-то узнает кроме меня?.. — Эй, а ты не помнишь, что говорил мне четыре года назад? Как мои чувства могут стоять ниже репутации? Тем более кто мне что сделает, я в другой стране. — на том конце провода слышалось лошадиное ржание. — Угомонись ты уже! Так что, ты не обижаешься? — с надеждой в голосе поинтересовался Вова. — Да с чего бы мне обижаться? Единственное, что я сказал Олегу, так это то, что если бы не ты, то я не был бы собой сейчас. — Да о чем ты таком говоришь, Антох? — в голосе Вовы уже четко были слышны нотки негодования. — Ты так ничего и не понял за все это время? — Ты напился там что ли, а? Ан... — но его снова перебили. — Послушай. Помнишь еще тогда, на крыше, я тебе сказал, что ты моя путеводная звезда? Не знаю почему спустя так много времени мы не возвращались к этой теме, но теперь-то уж точно время пришло. Вспомни, когда тебя толкнули в садике на улице в первый раз, что ты сказал? Ты сказал мне: "За что?", и в следующий раз, когда это повторилось, уже Я сказал ему то же, что и ты, только немного перефразировав. И он больше к тебе не лез, ведь так? Я не вижу смысла перечислять абсолютно все ситуации из наших жизней, но головой всегда был ты, Вова. А я просто шея, которая двигает голову в нужном направлении. Все мои нравоучения были ТВОИМИ же мыслями, но переделанными мною, понимаешь? Все это время я был копией твоего оригинала, и только в последнее время я понимаю, как сильно копировал тебя. Я рассказал об этом всем Олегу, а он, я не сомневаюсь, другим. Моя "слава" исключительно твоя заслуга, но я понял, как низко это было. У меня было все, о чем мечтали дети, даже больше, но и этого, видимо, было мало. В общем, не злись на меня сильно, верь в себя, и я надеюсь, что теперь ты пойдешь еще дальше. Спасибо тебе за все. Еще пара секунд молчания, и на том конце провода раздалось: "Абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позже". Находясь в состоянии глубочайшего шока, Вова просидел в оцепенении еще несколько минут, а потом просто кинул телефон куда-то в стену. На удивление, он не сломался, так как еще через пару минут раздалась привычная мелодия звонка. С уже почти умершей надеждой, брюнет подбежал к телефону и увидел там незнакомый номер. "Может быть, у Антона просто села батарея?", — подумал он, от чего стало намного лучше, а надежда на это породила слепую веру. — Алло?! — Вов, привет. Это Валера. — Чего тебе? — со всей злостью, которая только могла быть в тот момент, спросил Володя. — Скажи адрес, я приеду, выпьем, поговорим... — Валера не успел договорить, как Вова положил трубку и скинул адрес по СМС. Через несколько минут раздался звонок в дверь. Валера пришел с тремя бутылками коньяка, закусками и каким-то пиздюком лет четырнадцати, мнущимся за дверью. — Кто это? — Это мой двоюродный брат. Леха. Пусть он зайдет? За ним приедут скоро, у него ключей нет. — То есть ты, — Вова посмотрел на пакет с бутылками в руке Валеры, — Хочешь пить при РЕБЕНКЕ? — он снова начал ловить флешбеки из своей старой жизни. — Я не ребенок! Мне семнадцать! — чуть ли не завизжал из-за двери пиздюк и зашел в квартиру. Он оказался чуть ли не на голову ниже парней и смотрел на Вову своими бледно-голубыми глазами так возмущенно, как будто тот вытравил шутку про его мамку. Почему-то так вышло, что компанию Вовану составили неплохие люди( в чем он до последнего сомневался), и он невообразимым образом напрочь забыл про Антона и их разговор. Возможно, коньяк сделал свое дело, а возможно за пару минут получилось настолько сильно возненавидеть некогда лучшего друга, это уже известно только ему. Они разговаривали ни о чем, об обычной повседневной рутине. Об учебе, работе, образовании, дальнейших планах на жизнь, а когда алкогольное опьянение дошло до достаточной кондиции, начались душевные разговоры. Внезапно у Лехи, который, к слову, не пил, зазвонил телефон, и он ушел в другую комнату. — А что там ты там хотел мне са-сы-ск-а-азать, мн? — заикаясь и путая слова пробурчал Вова. — Ммм? — как корова промычал в ответ Валера. — Та-а-ам ещ-щ-е, в ин-н-ституте? Валера пробурчал что-то нечленораздельное, но примерный смысл был в том, что от своей мамаши-наркомаши он тоже съехал. Сначала к своей тете, а потом, подкопив, стал тоже снимать, но только не квартиру, а комнату у какой-то бабки, которая заранее предупредила, что даже родственников не пустит к нему, но зато это было недорого, да и звать было некого, так что пришлось согласиться. — Она-а так ах-у-уела, когда я ск-к-казал, что съе-э-эзжаю, — последнее слово он прорыгал, — А потом знае-э-эешь что она потом ска-аэ-эзала? — Ммм? — взвыл Вован. — Что-о-о-то про то, что я му-у-удэак и чтоб-э-э я ей больше не-е-э звонил, — тут он заржал, — А я эахаха... Как будто собирэ-э-эался, хаэха. — тут он в очередной раз срыгнул, но уже прикрыв рот руками. — Бле-еэ-вать? — также прорыгал Вова. — Ммм! — утвердительно замычал собеседник и, шатаясь и ударяясь об стены, побежал в ванную. Из соседней комнаты вышел Леха. В его глазах проглядывались нотки паники. — Малой, ты-ы че-ео-е? — пьяно выдавил из себя. — За мной не приедут. — очень тихо. — Че-щ-щего? Сх-ху-уяли? — Мама в аварию попала... — еще тише. — Мне из скорой позвонили... Сказать что Вова ахуел - ничего не сказать. — И ч-ч-е-е мне с-с тобой-й делат-т-ть? — Да ты-то тут вообще при чем? — удивленно спросил парень. — А к Ва-а-алере нельзя-я-я-я, он живе-ет с бабой Яго-э-эй, — пожал плечами. — Да знаю я. — буркнул парень, и тут Вова заметил, что на его глазах наворачиваются слезы и трясутся губы. "Да он же сейчас расплачется!" — Ну-у, тшш, иди сю-юда-а. — похлопал по дивану. Парень молча подошел и сел рядом, а брюнет просто взял и обнял его, прижимал к себе как своего сына и пьяно бормотал что-то про то, что он может остаться жить здесь навсегда и что все будет нормально. — Ну че-о-е тут у вас? — Валера вышел из ванны практически трезвым и выпучил глаза. — Бля, вы бы подождали, пока я уйду, а-э-а-э? При мне-то не надо-о, ну вы будьте люде-э-э-ми, — он пошел в сторону коридора. "Покурить вышел, наверно", — подумал Вова, так что когда хлопнула дверь, он даже не пошел ее закрывать. Спустя несколько минут тело под ним засопело - Леша уснул, а в кармане кофты у него завибрировало. Проход в карман был доступным, так что через несколько секунд у Вовы в руках был айфон пиздюка. Нажав на кнопку разблокировки, пьяный парень еле как смог прочитать СМС от пользователя Валера: "нг заубадь отписматься когдва пришеалшь дмой,,,а то опятб позывлоню тыоей ммке м она дачь теба пизюедлй)))*". Как только ему удалось понять, что написал этот пьяный придурок, телефон выключился. — Черт бы побрал эти й-йэбучие айф-фы-о-оны. — взревел Вован и отрубился.

***

Парень проснулся на том же диване, где и уснул. Башка болела просто жутко. Повезло, что первый день учебы пришелся на субботу, так что сегодня можно было хотя бы не париться о том, что кто-то куда-то опоздал. Когда со стороны кухни послышались чьи-то шаги, глаза Вована слегка округлились, и он моментально сбросил с себя все остатки сна, готовясь к чему-то ужасному. — Ты кто, бля, такой? — все с такими же круглыми глазами спросил брюнет, когда Леша подошел к нему и протянул стакан воды. — Ты не помнишь? — удивленно. — Не-а. — Ам... Ну, если коротко, то мы с братом вчера пришли к тебе, чтобы... — Ааа, сука, вспомнил, — схватился за голову, — У тебя там мама в аварии, да? — Мне позвонили, она в больнице, тяжелое состояние, но с ней все будет хорошо, наверно... — Так у тебя же это... Мобила села? — Зарядка лежала в портфеле, я его в коридоре оставил. — Ууу, башка болит, — взвыл Вова, — Так а че ты домой не едешь? — Ключи не нашли, у нас были одни на двоих, потому что мы недавно переехали, просто когда она не дома, я дома, а когда... — Все, я вспомнил. Не продолжай, — перебил его брюнет, — Оставайся на столько, на сколько хочешь. Мне все равно скучно одному, но! — Но что?.. — Арендная плата. — А... Я не работаю... — Ты знаешь о таком понятии как "платить натурой"? — Знаешь, а-э, ты, конечно, ничего, — Леша окинул его оценивающим взглядом, — Но я так не могу, я лучше посплю где-нибудь на улице... Вова заржал в голос, — Я не об этом. В общем, будешь мне готовить, убирать, у меня на это сейчас совсем нет времени из-за подработки. В общем, будешь моей импровизированной женушкой. Я помню, что ты вчера говорил, что у тебя кончается школа в... Аэмэ... Тринадцать тридцать? Так что весь день у тебя свободный. Денег на проезд, еду и так далее я буду давать, так что... — Я согласен! Спасибо! — чуть ли не закричал Леша и повис на шее спасителя, обнимая его. — Ну-ну, попридержи коней, пиздюк, я тебе не предложение сделал, — засмеялся "спаситель", но все же обнял парня в ответ. — Вообще-то предложение... — отпустил его шею. — Но не руки и сердца же, — схватился за голову, — Аааау, голова. Через минуту Леша пришел с таблеткой и еще одним стаканом воды. — Вау, у тебя хорошо получается, спасибо, — Вова улыбнулся, потрепав парня по светло-русым волосам. — Спасибо, — тот в ответ нежно улыбнулся и ушел на кухню. Вова же отправился в ванную смывать с себя запах перегара. Оказывается, завтрак уже давно был готов. Начал отрабатывать арендную плату еще до начала договора. Хитрый пацан, че уж тут говорить. — Приятного аппетита, — все также улыбаясь произнес парень, — Я не повар, конечно, но надеюсь, что стандартный омлет и кофе тебя устроят. — Шпашибо. Вполне фебе фкушно, — да-а, это было отменно. Он уже и не помнил когда такое ел, потому что обычно его ежедневный рацион состоял из Роллтонов или Дошираков. — Я бы мог сделать тебе другой омлет, но подумал, что на нашем уровне отношений это было бы не очень... — Кхааа, чего?! — у бедного Вована вся еда вывалилась изо рта, а кофе полилось из носа от такого заявления. — Хах, я же пошутил, извини. Леша потянулся за тряпкой, которая лежала чуть дальше тарелки Вовы, как вдруг последний перехватил его руку и сильно сжал, процедив сквозь зубы, — Еще один подобный выкидон, и будешь платить уже другой натурой. — Понял. Принял. Обработал. — отчеканил парень, а затем, взяв-таки тряпку, вытер со стола все испражнения рта и немного носа собеседника. На самом деле, он уже несколько лет страдал от спермотоксикоза, "выпуская пар" только на второсортную порнуху. На отношения у него просто не было времени в связи с постоянными подработками и учебой, поэтому в свои полные девятнадцать лет, Вован оставался позорным, как он сам думал, девственником, все больше ловя себя на том, что парни ему больше по вкусу, чем носительницы противоположного пола. А тут еще этот Леха. Молодой, симпатичный, заботливый парень. Хотя последнее явно являлось не из бескорыстного желания, а из желания присесть на шею и построить там временное гнездышко. На долю секунды брюнет вспомнил о том, что Антон тоже когда-то в себе сомневался, и что есть силы ударил кулаком по столу. Бедный Леша подпрыгнул от неожиданности и отошел подальше, пока не уперся в стену. — Ч-ч-что с-случилось?.. — испуганно пробормотал последний. — А... — Вова вернулся к реальности, — Не бойся, я просто задумался и вспомнил кое что... Точнее кое кого. — М? Что? — не без интереса спросил парень. После нескольких минут уговоров(а этот черт довольно настойчивый!), сговорчивый Вован все же поведал пацаненку историю про него и Антона, даже вдался в подробности, чего он никогда не делал ранее при рассказе подобных длинных историй. Парень оказался очень понимающим собеседником, это было видно по его выражению лица, при этом он не перебивал и не задавал лишних вопросов. — Так ты теперь Воха? — Что? — Ну смотри. Тебя зовут Вова, а твоего друга... — Бывшего друга. — перебил его Воха. — А твоего бывшего друга Антоха. Если соединить первые буквы твоего имени и две последние от его имени, получается Воха, — пацан заулыбался, — А мне нравится. И тебе Воха подходит больше, чем Вова, а, что думаешь? — Ну Воха так Воха. — доедая свой завтрак, вынес вердикт бывший Вова. — А я еще знаешь чего не понял-то, Вох. А в чем был смысл всего этого? — Мм? — Ну... Репутация эта ваша — Да я сам хер его знает в чем прикол, не вдумывался в это никогда. Но типа чем больше людей за тобой идут, тем больше шанс на успешное будущее, что ли. Да пох. Не я это придумал, не мне это объяснять, — протараторил Воха, — А ты-то сам поел, а, пиздюк?

Спустя полгода

За это время Воха понял, что без Антохи ему жить гораздо проще. Теперь никто не обременяет его тупыми идеями о сплочении и единстве, никто не названивает по ночам(и поебать, что разные часовые пояса и когда у одного в разгаре день, другому с утра на экзамен)с просьбой поговорить о Женечке-обижульке, который опять ушел из дома потому что его ебырь случайно его обидел. Да и вообще Вован понял, что Антоха оказался той еще мразотой, которая дико наебывала его рассказами об их "дружбе", а первый просто слепо верил в это, не имея настоящих друзей, которые как раз-таки появились после того, как второй, наконец, навсегда ушел из его жизни. За те полгода, которые они прожили вместе с Лешей, многое изменилось в плане их общения. Его маму давно выписали, но благодаря появившемуся из ниоткуда красноречию Вохи, удалось убедить, что если ее сыночка будет жить без нее, то так будет даже лучше. Они вроде и общались как самые лучшие друзья, но с обеих сторон, а особенно со стороны "женушки" просачивались неоднозначные намеки по типу того, как было с омлетом. Сначала Воха их игнорировал, сосредотачиваясь на учебе, но когда напор с обратной стороны стал усиливаться, то лучшей защитой стало нападение, и нападающий охладил свой пыл на какое-то время. Но "какое-то время" прошло тогда, когда Леша привык к "подкатам" и снова загорелся идеей взять инициативу совратителя в свои руки. Скрывать тут нечего, Леша Вове начал нравиться уже совсем не как друг примерно через неделю их совместной жизни. Конечно же, сначала квартирант этого не замечал, продолжал исполнять свои "супружеские" обязанности в виде глажки, стирки, уборки, готовки и всего, что обычно делает женщина в суровых русских семьях. Но вскоре Леша начал замечать неоднозначные полухищные взгляды со стороны арендодателя и решил "поиграть" с ним, не упуская случая эротично выгнуть спину, протирая пыль, случайно ойкнув что-то уронить и посильнее нагнуться, выпятив при этом пятую точку прямо перед выпученными глазами временного хозяина квартиры. В общем, намеков было достаточно, но внезапно для самого зачинщика, Воха стал подыгрывать ему иногда присвистывая, когда тот нагибался или "случайно" взять за ягодицу, когда тот что-то уронит. Но несмотря на это парни продолжали общаться как обыкновенные хорошие друзья, и к юбилею их совместного проживания - полугоду эти игры в мнимую семью уже обоим надоели.

***

Воха как обычно пришел с подработки в двенадцатом часу вечера, как ни в чем не бывало открыл входную дверь, а там, напротив входа, стоял Леха в одном фартуке, едва прикрывающем его гениталии. Сохраняя как можно более невозмутимый вид, Вова разулся, снял куртку и вопросительно посмотрел на стоящего перед ним аборигена. — Добро пожаловать домой, дорогой, — в своей обычной манере начал Леша, — Я так сильно по тебе скучал, — парень подошел вплотную к пришедшему домой и обнял его одной рукой за шею, повиснув на ней. К слову, это было уже не по сценарию. Пришлось схватить этого олуха за талию, чтобы он не рухнул на пол, и его едва прикрытые прелести не вывалились наружу. — Дорогой, я, конечно, все понимаю, — Вохина рука скользнула чуть ниже талии и приземлилась на, черт возьми, голую ягодицу, чего уж точно не ожидал дорогой "муж", — Но это уже ни в какие рамки не лезет! — он оттолкнул бедолагу так, что тот, пошатнувшись, чуть не упал. Вохины опасения насчет того, что даже стрингов на парне нет подтвердились, когда на долю секунды он увидел его причендалы. За эту же долю секунды его всего буквально передернуло, как будто он лежал в ванной, в которую закинули включенный фен. Внизу живота пробежала стая мурашек, но все же в последнюю секунду получилось совладать с собой и ошалевший взгляд сменился на осуждающий до того, как Леша успел что-либо заметить. — Да че ты творишь-то, а, Вох? — парень подошел к нему и также осуждающе посмотрел на него снизу вверх, но поскольку он был на голову ниже, то ничего, кроме смешка у Вохи не вызвал. — Знаешь, я и не думал, что ты настолько тупой, что можешь над таким смеяться. — с детской обидой выдавил из себя парень, и скрылся из вида, сверкая голым задом. Воху еще раз передернуло, только в несколько раз сильнее, чем минуту назад. Несколько секунд он стоял в оцепенении не зная как поступить. Он знал Лешу достаточно неплохо, чтобы примерно предугадать его дальнейшее поведение. Парень был достаточно ранимым, так что если пойти его успокаивать, то тот устроит скандал. Если забить на это, то он сам придет и как ни в чем не бывало начнет непринудительную беседу. Или принудительную, как этот цирк с приходом домой. Ситуация зависела только от его настроения. И если Воха знал Леху достаточно хорошо, то сейчас он просто испортил его парню, что, в принципе, было очевидно. Сдвинувшись с места, выбор Вохи все же пал на комнату, в которой, собственно, сейчас находился Леша. "Горе-муж" уже хотел постучать в немного приоткрытую дверь, как вдруг увидел, что происходит в другой комнате: Парень стоял около зеркала, спиной к двери, так что сразу смотрящую на него голову, торчащую из дверной щелки он бы не заметил. Далее все произошло слишком быстро. Стоящий у зеркала Леша мягко взялся за одну из двух веревочек, которые создавали бантик на талии, который сдерживал на его хрупком гладком теле этот фартук, который уже сам Вова хотел с него снять. Стоит ли говорить, что только смотря в сторону Леши в последнее время, у его "муженька" уже заметно приподнималось его достоинство? Разведать обстановку так сказать. Но все же солдату Вохи уже быстрее хотелось оказаться на или в горячей точке его товарища, так что очевидным был тот факт, что между ног у хозяина квартиры уже все дымилось только от того вида, который открывался ему из дверной щелки. Леша поднял свои тонкие, чуть ли не белые, как и вся его кожа, нежные руки и положил их на шею, после чего наклонил свою голову и снял с нее последний элемент, который удерживал нем противный мешающий фартук - тонкую петельку. Фартук мягко упал на пол, освободив безупречное, пусть и без единого намека на мышцы, ровное тело парня. Посмотрев в зеркало, Вова увидел приподнятый член парня и чуть не поперхнулся собственной слюной, когда почувствовал резкое и неприятно нарастающее давление в штанах и сильный прилив тепла внизу живота. Отражение в зеркале произвело от бедер до плеч такое движение, будто на нем было невидимое платье или длинная футболка, которую оно сняло прямо сейчас и вытянуло руки над головой, будто потягиваясь. Тут Воха заметил, что взгляд отражения остановился на двери, и оно расплылось в нежной улыбке. — А я тебя вижу. — поворачиваясь к двери, прозевал Леша. Вова просто оцепенел. То ли от стыда, то ли от неожиданности, но он просто не мог пошевелиться и молча наблюдал, как голый силуэт становится все ближе и ближе к нему. — Вох, а ты знаешь как правильно разговаривать с низкими людьми? — все также улыбаясь и оглядывая его сверху вниз чуть ли не прошептал блондин. Судя по всему, этот вопрос был риторическим, поскольку парень, не дожидаясь ответа, медленно опустился на колени и также медленно, словно дразня, расстегнул пряжку ремня брюнета. Пару секунд спустя, на пол следом за штанами упали боксеры Вовы, оставив его почти беззащитным. Алое лицо того, что выше, покраснело еще сильнее, когда на него снизу посмотрели голодными глазами и взяли в руку сразу же дернувшийся, слегка посиневший на конце от возбуждения, член. Проведя по стволу вверх и вниз пару раз и убедившись в том, что если его будут дразнить и дальше, он просто разорвется на части, Леша провел языком по головке. Тело у Вохи сразу же пробила крупная дрожь, в глазах помутнело, и, чтобы не упасть, пришлось одной рукой надавить на плечо Леше, а другой опереться о стену. Снизу с еще большим напором продолжали дразнить языком головку, но теперь уже обхватив ее губами. Теперь ноги Вохи начали становиться ватными, и чтобы на них удержаться, пришлось еще сильнее сжать плечо Леше, что прозвучало для него как призыв к более существенным действиям. С каждым движением его рот все больше и больше вбирал в себя немалое достоинство, и он решил помочь себе рукой. Обхватив чужой ствол губами, лаская его изнутри языком и водя по нему рукой снаружи, парень дарил другому непередаваемое наслаждение, которое то плавно, то резко, как и движения снизу, разливалось по каждой клеточке заведенного до предела тела, которое через пару мгновений уже само толкалось бедрами навстречу этому наслаждению, которого было все еще недостаточно для приближающейся разрядки. Когда голову Леши сверху обхватили чужие властные руки, то он, закатив глаза от удовольствия, вбирал в себя всю длину уже самостоятельно толкающегося внутрь его ротовой полости члена Вовы. Он нещадно трахал его горло, изредка вынимая ствол, когда понимал, что Леша вот-вот начнет задыхаться, но подобное поведение только сильнее заводило все еще стоящего на коленях парня, который тем временем уже давно оглаживал, а после надрачивал свой член, слегка постанывая. Все это время Воха тяжело и надрывисто дышал, издавая громкий полухрип-полустон при каждом сильном толчке. Эти звуки заставляли закипать кровь в жилах Леши, поэтому после очередного, он слегка приподнялся, до упора насаживаясь ртом на ствол Вовы и выгибаясь, кончил себе на живот, при этом чувствуя, как в его рот стекает густая, со слегка горьковатым привкусом, жидкость, а давление с его головы уходит. Отдышавшись, Леша сел на край кровати, стоящей рядом и начал поправлять волосы, после чего взял со стола чистую салфетку и протер ею живот, а еще одной, на всякий случай, рот. — Думаю, на сегодня будет достаточно, Вов, — не смотря на парня, спокойным голосом, как будто они просто ужинали вместе, сказал Леша, — Ужин на плите, еще не должен остыть, так что... Парню, как всегда, не дали договорить. Воха подлетел к нему так, будто то место, на котором он стоял за секунду до этого, было раскаленными углями. Теперь уже он упал на колени и схватил недоумевающего блондина за голову по обе стороны, потом еще несколько секунд смотрел ему в глаза, после чего второй хотел что-то сказать, приоткрыв рот но не успел, потому как Вохины губы мягко накрыли его, ненавязчиво вылизывая щелку между губами. Леша еле слышно засопел и обхватил чужую шею, притягивая его к себе. Они еще долго лежали и целовались, напрочь забыв не то что об ужине и душе, да и вообще обо всем и обо всех, и только под утро заснули в одной кровати. Утром за столом Воха решил поинтересоваться: — Леф, а мфы фипа втвишаемша? — не дожевывая еду спросил он. — Ммм? Не понял. — Я говорю, мы теперь вместе или как? — А ты хочешь? — с надеждой в голосе. — Да я думал мы уже, — брюнет пожал плечами. — Ура-а, — чуть ли не завизжал от счастья Леша и получил от теперь уже его парня поцелуй в лоб и полюбившиеся за полгода теплые "отцовские" объятья. Жизнь действительно стала налаживаться, когда Воха решил перейти на заочную форму обучения. Теперь у него была настоящая работа и более гибкий график, но делал он это уже не ради себя, а ради того, с кем он уже долгое время делил постель. Спустя девятнадцать лет в жизни у этого человека наконец-то появился смысл, который, подобно маленькой свечке во мраке, будет еще долго согревать его душу и сердце.