But under the mask... you.

После увиденной картины во дворе школы, Тэхён словно превратился в сплошную глыбу льда, но, тронь её – она тут же растает и рассыпется без остатка. Внутри будто на месте и без того тёмной дыры образовалась новая, которая в разы больше. А на что он надеялся, собственно? Что Чонгук за эти два года никого не найдёт себе после того, как с ним поступил любимый и близкий человек?.. Тэ в беспамятстве развернулся обратно ко входу школы и на ватных ногах вновь зашёл в помещение, не оборачиваясь. Тут и там сновали ученики, спешащие каждый на свой урок... В какой-то момент, пока Тэхён шёл по направлению к уборным, на него налетел кто-то, но Ким даже сперва не обратил на это внимания, смотря перед собой совершенно пустым взглядом. — Эй, смотри куда идёшь! - тут же окликнул его почему-то до боли знакомый голос, после чего Тэ всё же взглянул на парня напротив, который потирал ушибленный лоб. — Чимин? - неверяще отозвался Ким, отчётливо видя перед собой друга, который заметно изменился, но всё также остался узнаваем. Парень тут же поднял свою рыжую голову, встречаясь со взглядом шоколадных глаз, после чего его взгляд моментально принял удивление.

(Прим. автора: образ Чимина спустя два года вы можете посмотреть после этой главы, в конце, примечаниях автора)

— Тэхён, ты ли это? - с недоверием поинтересовался Пак, разглядывая сильно изменившегося парня напротив, на что Тэхён лишь кивнул в ответ, вымученно улыбаясь. — Как ты тут оказался? - Чимин всё же признал своего друга, крепко обнимая того, а затем снова глядя в его глаза. — Отец умер... Вчера похороны были, - отрешённо произнёс Ким, опуская взгляд вниз. Перед глазами так и стоял образ целующегося Чонгука, который как назло не хотел испаряться. — Ты неважно выглядишь, - заметил тэхёново состояние Пак, после чего подхватил парня под руку, ведя куда-то. — У меня урок последний закончился. Пойдём к нам с Джунни домой, там ты нам всё и расскажешь...

***

По правде говоря, Намджун, увидев своего давнего лучшего друга, сразу же обрадовался, встретив того крепким объятием. И Чимин, и Джун действительно были рады видеть Тэхёна, хотя это и было для них слишком неожиданно, ведь они уже и не думали, что когда-нибудь встретят его. Оба сразу же стали спрашивать у парня, как у того дела, после, узнав о смерти отца, выразили ему свои соболезнования. — Да-а, ну и сильно же ты изменился, - похлопал Намджун своего друга по плечу, разглядывая того и замечая, что тот довольно-таки изменился, будто повзрослел слишком. — Вы тоже, - выдавил из себя улыбку Тэхён, отмечая новый выбеленный цвет волос старшего Кима, которому несказанно шла такая причёска. К слову, сам Намджун действительно изменился, также обретя более мужественные черты лица, стал ещё красивее.

(Прим. автора: образ Намджуна спустя два года вы можете посмотреть всё в тех же примечаниях в конце главы)

— Рассказывай, как ты жил всё это время? - поинтересовался Чимин, наливая в стакан для Тэхёна новую порцию свежего чая. Все трое сейчас сидели на уютной кухне, где пахло всякими специями и максимальным комфортом. — Это долгая история, - с лёгкой усмешкой ответил Тэ, нарочно избегая болезненную тему. — Лучше, расскажите мне, что изменилось, пока меня не было здесь. — Ну-у, - протянул Пак, косясь на Намджуна, — мы с Джунни всё также живём вместе, как видишь... — Я недавно сделал ему предложение, а он всё так и не ответил мне, - ухмыльнулся старший Ким, стреляя в рыжеволосого парня пристальным взглядом, от чего тот отвёл свои глаза в сторону. — Вижу, ваши отношения перешли на новый уровень, - на этот раз искренне улыбнулся Тэхён, радуясь за своих друзей. — Я же сказал, что отвечу тебе после того, как закончу школу, - пояснил Чимин. — Кстати, да, у Чимин-и уже в этом году выпускной, - кивнул Намджун. — Это хорошо, - отозвался Тэ, отпивая глоток горячего чая, который имел очень приятный мятный вкус. — Ты сам-то чем занимаешься? — Я работаю местным композитором, - тут же ответил старший, так же пробуя душистый напиток. — Иногда даже выступаю сам. Уже два альбома выпустил, есть свои фанаты. — Отлично, - тепло улыбнулся Тэхён. — Всё так, как ты и мечтал. — Ага, - согласился Джун, кивая. — А ты как? Стал ли ты знаменитым художником, как хотел? — К сожалению, нет, - вздохнул Тэ, опуская взгляд. — Я был вынужден унаследовать бизнес отца в Штатах. — Я что-то слышал об этом, - хмыкнул старший. — Когда ты так внезапно покинул страну, я искал тебя, а твоя мама тогда сказала, что ты уехал учиться и помогать господину Киму с его компанией... — Вы злитесь на меня? - тут же перебил Тэхён своего друга, спрашивая то, что так давно хотел узнать. — Думаю, у нас нет повода злиться на тебя, потому что у тебя была особая причина совершить такой неожиданный поступок, - ответил Чимин, присаживаясь рядом с Намджуном, который кивнул в знак подтверждения слов своего парня. — Я должен был попрощаться с вами, - прошептал Тэ, не в силах поднять своего стыдливого взгляда на двух друзей, которые казались так непривычно далеки, но в то же время по-прежнему оставались родными и близкими. — Всё в порядке, Тэхён-а, - успокаивающе отозвался Намджун, погладив приунывшего друга по плечу. — Я так виноват перед всеми, кого оставил, - Ким почувствовал, как его глаза стало предательски пощипывать от непролитых слёз, но он изо всех сил старался сдерживаться. — Ты не виноват перед нами, - заверил парня Чимин, пытаясь хоть как-то приободрить друга, но тот уже не мог остановиться... — Но я виноват перед ним, - тихо произнёс Тэхён, не в силах поднять своей головы из-за давящей на него вины за то, что он совершил два года назад. — Ты уже видел его? - удивлённо отозвался Чимин, глядя во все глаза на Кима, который лишь коротко кивнул в ответ. — Чонгук очень сильно изменился за это время, - встрял Намджун, задумчиво смотря в сторону. — Чего только с ним не случалось... — У него кто-то есть? - решил всё же озвучить Тэхён мучающий его вопрос, хотя он уже заранее знал ответ. — Да, - согласно кивнул Чимин, а у Тэ будто в сердце дрелью просверлили, от чего то стало обильно кровоточить. Он ведь знал ответ, тогда почему же от такого просто «да» так больно внутри? — Этого стоило ожидать, - с горькой усмешкой произнёс он, поднимая голову и прикрывая глаза. Захотелось исчезнуть. Впервые так сильно захотелось закрыть глаза и больше никогда их не открывать. — Позволь рассказать тебе, чтобы ты всё понял, - отозвался Намджун, после попросив Чимина ещё заварить чая, потому что разговор обещал быть долгим. — Когда ты так неожиданно уехал, с Чонгуком что-то случилось, его будто сломали... — В тот день он позвонил мне после того, как нашёл твою записку. Он не мог поверить в правдивость слов написанных на бумаге, - поддержал разговор Пак, кладя в заварник лепестки чая и мяты. — Как сейчас помню, он сорвался, хотя я умолял его быть сдержанным... - рыжеволосый замолчал, тяжело вздыхая. — Он поссорился с отцом, даже подрался с ним, - продолжил Джун, но Чимин тут же перебил его. — В тот день он сбежал из дома, весь побитый и сломленный... Он не видел перед собой дорогу, по которой бежал, потому и не заметил приближающуюся машину... - Пак на секунду осёкся, продолжая, — Хорошо, что водитель не бросил его и отвёз в тяжёлом состоянии в больницу, - внезапно всхлипнул парень, вспоминая тревожные моменты случившиеся с его другом. — Он чудом остался жив, хотя без серьёзных травм не обошлось, - с каждым последующим словом Тэхёну становилось до невозможности больно, хотя, казалось бы, куда больнее, раз в душе и так две зияющие чёрные дыры и впридачу кровоточащее сердце. — Ему делали операцию на одно колено... — Хорошо, что Юнги-я взял на себя все расходы... - снова всхлипнул Чим, вытирая подступившие слёзы. — Юнги? - тут же спросил Тэхён, услышав знакомое имя. — Да, помнишь, он в нашей параллели учился, ещё диджеем всегда на школьных праздниках был, - стал пояснять Намджун, отпивая глоток горячего чая, который налил ему Чимин. — Это он был за рулём в тот вечер... Совпадение, не так ли? — Я думаю, что Юнги-я был тогда послан самим Богом, потому что если бы не он, то Чонгук бы точно умер, - с нескрываемой гордостью произнёс Пак, от чего Тэхён почувствовал характерный укол зависти. — Он нашего Чонгукки на ноги поднял, операцию оплатил, с реабилитацией помог, - также стал расхваливать старший Ким Мина, а Тэ становилось ещё хуже и хуже от осознания того, что Чонгуку было так плохо, а его не было рядом с ним. — Чонгук ведь совсем жить не хотел, как тряпка был... — А Юнги-я не отходил от него всё время, разговаривал с ним, помогал ему, - тепло улыбнулся Чимин, продолжая, — а через полгода, когда Чонгук-а проходил последние месяцы реабилитации после той сложной операции, он переехал к Юнги, потому что не захотел возвращаться в свою старую квартиру. Так они и стали парой... Как вспомню впервые за долгое время светящиеся глаза Чонгука... — Потом он решил заняться собой, несмотря на все запреты, - с усмешкой приметил Джун. — Записался в боксёрскую секцию, в секцию по плаванию и вообще в зале стал проводить всё свободное время. — Только вот, он танцевать больше не сможет, - мрачно отозвался Чимин. — Травма на колено в последствии аварии была слишком серьёзной, поэтому врачи сказали, что он... — Но ведь он свои танцы всё равно не оставил, говнюк, - ухмыльнулся старший Ким, перебивая рыжеволосого, потому что ему было больно видеть своего парня таким грустным. — Хорошо, что у него есть Юнги, который каждый раз даёт ему подзатыльник, когда Чонгук-а выделывается, - тепло улыбнулся Пак, посмотрев в ответ на своё светловолосое чудо. — Я... Я рад, что у него всё хорошо, - если бы Намджун и Чимин знали, как Тэхёну было трудно говорить эти слова сквозь толстый слой боли, которая теперь уж точно осела внутри него и её ничем уже не растопишь. — А ты? Ты же тоже нашёл себе кого-то, пока был в Штатах? - с надеждой произнёс Джун, глядя на своего лучшего друга, который готов был вот-вот упасть в пропасть, но Тэ изо всех сил старался не подать этого. — Нет, - выдавил из себя Тэхён вымученную улыбку. Как же ему сдохнуть хочется... Он как-никогда раньше почувствовал себя лишним. Он не должен был приезжать, потому что сделал себе этим лишь больнее, хотя и без того он практически не был рад своему существованию, ибо его жизнь была разрушена... А кто её разрушил? Отец? Нет. Тэхён сам разрушил всё, когда струсил и уехал куда подальше, даже не удосужившись побороться за то, что у него в тот момент было. За свою любовь. — Да быть такого не может, - нахмурился Чимин, видя, что Тэ действительно говорит правду, хоть в такое и сложно было поверить. — Только не говори, что ты всё ещё лю... — Я пожалуй пойду уже, - резко встал с места Тэхён, от чего аж стол немного пошатнулся. — Засиделся я у вас, - Киму больше всего на свете не хотелось продолжать этот разговор, который кроме боли ничего больше не приносил. — У тебя есть куда пойти? - поинтересовался вдруг Намджун, также поднимаясь со своего места, чтобы проводить друга. — Может, останешься ещё на чуть-чуть? - предложил Пак, следуя за своим парнем. — Нет, но спасибо, - тут же ответил отказом Тэ, подходя к двери. — Я пойду домой, мне сейчас нужно позаботиться о маме... — Хорошо, передавай ей наши соболезнования, - скорбно отозвался Намджун, оглядывая ещё раз своего друга, который выглядел как какой-то призрак, от которого осталась лишь телесная оболочка, внутри всё давно уже умерло... — Заезжай к нам, когда время будет, - дружелюбно произнёс Чимин, легко похлопав Тэхёна по плечу. — Мы всегда будем тебе рады. — Да, спасибо, - отрешённо ответил Тэ, после чего попрощался с друзьями и поспешил покинуть их квартиру, которая так и искрилась семейным уютом и теплом, что так чуждо было Тэхёну. Наконец, выйдя на улицу и вдохнув свежего воздуха, Ким почувствовал себя чуть лучше, хотя это было только на несколько минут, он это знал, потому что дальше будет только хуже, ибо мысли о том, что Чонгуку хорошо без него... они вернутся и будут точить своё лезвие об и так израненную тэхёнову душу. Как бы хотелось закрыться от всех эмоций и чувств, чтобы не знать боли... Даже всегда более-менее ободряющие слова Сокджина сейчас казались такими далёкими... Кстати, о Сокджине, тэхёнов телефон уже оповестил своего владельца о двух пропущенных вызовах от Джина и ещё о трёх от Хосока, который даже смс успел написать о том, что они с Сокджином уже приехали и ждут Тэхёна в аэропорту. Но, посмотрев на экран своего мобильника, Тэ не почувствовал ничего, ни беспокойства за друзей, ни ответственности за то, что он обещал их забрать, потому что они были впервые в этом городе и не знали окрестностей. Тэхён снова вернулся к тому, от чего так пытался убежать...

***

Этот день был самым обычным для Чонгука, как и все остальные. Утренняя пробежка; завтрак, который заблаговременно приготовил Юнги, рано убежавший на работу, потому что в больницу поступил пациент со сложными ранениями, потому старший хирург и позвонил своему главному помощнику, чтобы тот срочно ехал на операцию; затем Чонгук быстро собрался и отправился на своём мотоцикле в школу, благо он её заканчивал уже через месяц, а значит осталась самая малость поднапрячься. Первые и последующие уроки прошли как обычно спокойно, а вот последний... Когда в класс неожиданно зашёл директор, а за ним ещё кто-то, Чонгук в то время как раз отправлял смс Юнги, чтобы тот ждал его у входа школы, так как тот проезжал мимо, решив заглянуть к своему парню на несколько минут. Улыбаясь хорошему настроению, Чон слишком резко поднял взгляд на вошедших, после чего встретился с шоколадными глазами, которые будто специально всё это время выискивали его... Улыбка с лица Чонгука сразу же испарилась, а сам он неверяще уставился на парня, в котором узнал того, кого так старался забыть, и у него уже почти получилось, только вот он снова увидел его сейчас... Чону хватило всего секунды, чтобы в нём сразу же разгорелись нотки раздражения и даже ненависти. Зачем, чёрт возьми, он появился сейчас?! Чонгук ведь только-только смог придти в себя, начал жить дальше... Как же хорошо, что вскоре прозвенел спасительный звонок, благодаря которому Чонгук вылетел из кабинета как ужаленный, после чего на всех парах помчался к выходу из школы. По пути ему даже показалось, что до боли знакомый голос звал его, но Чон так и не обернулся, потому что ему незачем было оборачиваться к человеку, который предал его. Наверное, из-за такого сильного порыва чувств, что взбушевались в Чонгуке, он, не ведая, что творит, подскочил к уже ждущему его Юнги, после чего без слов припечатал его губы своими, да так, чтобы выбежавший за ним Тэхён увидел это. Пусть знает. Пусть знает, что он не должен был вот легко появляться в чонгуковой жизни, перед этим так просто и без оглядки покинув её. — Воу, - произнёс Юнги, как только младший отстранился от него, открыв глаза и не увидев никого на том месте, где практически только что стоял Тэхён. — Это было слишком резко, - не смог сдержать улыбки дымчатоволосый, глядя в растерянные глаза напротив.

(Прим. автора: образ Юнги вы можете посмотреть в конце главы, в примечаниях автора)

— Я просто был рад увидеть тебя, - Чон сказал первое, что пришло в голову, оправдывая своё взбунтовавшееся поведение. Адреналин после случившегося до сих пор пульсировал в висках. — Мне нравится, - усмехнулся Юнги, слегка улыбаясь уголком губ. — Я тоже рад видеть тебя, хотя последний раз это было сегодня утром, когда я пытался разбудить твою ленивую задницу. — Аха, - отрешённо хмыкнул Чонгук, отводя взгляд в сторону. Перед глазами всё ещё стоял навязчивый образ старшего брата... А он изменился, повзрослел. — Чтож, я всего на несколько минут забежал, - отозвался Мин, отходя на один шаг назад от младшего, который так и продолжил смотреть в одну точку. — Соджун-хён попросил помочь в больнице с некоторыми пациентами после обеденного перерыва, - сообщил парень, после взглянув на Чона. — Ты уже обедал? - заботливо поинтересовался он. — Нет ещё, - хмыкнул тот, мимолётно встретившись с Юнги взглядом. — Что-то не так? - не смог не заметить перемену в настроении своего парня дымчатоволосый. — Всё в порядке, просто урок выматывающий был, - сразу же нашёл оправдание Чон, наконец, посмотрев Мину прямо в глаза, а после улыбнувшись ему. — Я в кафе недалеко от зала пообедаю. — Хорошо, - кивнул в ответ парень, даря такую же лёгкую улыбку. — Ты только допоздна не будь, потому что я хочу сегодня приготовить ужин. — Ужин при свечах? - тут же предположил Чонгук, играя бровями, тем самым стараясь отвлечь себя от других навязчивых мыслей. — Эй, твой парень в кои-то веки решил побыть романтиком, не порть всю малину, мелкий извращенец, - Юнги легонько стукнул кулаком о чоновское плечо, на что тот усмехнулся. — Ладно, я постараюсь придти вовремя, - подмигнул Чон, после чего чмокнул парня в щёку, попрощался с ним и, сев на свой мотоцикл, помчался навстречу ветру, вновь охваченный мыслями о недавнем происшествии...

***

— Блять, зачем сейчас надо было возвращаться?! - рявкнул Чонгук, в который раз со всей силы ударяя кулаком по боксёрской груше, которая тут же отлетела в сторону, возвращаясь на место, чтобы снова стать жервой жесткого удара. — Сидел бы там, где был всё это время, мудак! - злость на определённого человека никак не хотела утихать, хотя, казалось бы, за эти два года Чон похоронил какие-либо чувства, которые касались его старшего брата. — Ненавижу, сука! Как же я тебя ненавижу! Зачем ты вернулся?! Чтобы снова обмануть меня?! Гори в аду, блять! - и снова непрекращающиеся удары по страдальческой груше, в лице которой Чонгук яро представлял тэхёново лицо, которое так и маячило перед глазами. Ей богу, Чон уже почти забыл его, каждый раз отбрасывая мысли о нём к чёрту. Он ведь начал свою жизнь с чистого листа, с человеком, который стал для него новым домом, который заботился о нём всё это время и никогда не бросал, в отличии от некоторых; с человеком, которого Чонгук уже почти полюбил всем своим сердцем... — Айгу, не сойти мне с этого места, если я вдруг заговорю с этой сволочью! Уж лучше выпрыгнуть с самолёта без парашюта, чем снова столкнуться с этим чёртовым предателем! - Чон уже даже весь вспотел, пока дубасил ни в чём не провинившийся предмет. — Даю слово, что не быть мне Ким Чонгуком, если я снова пойду на поводу у этого лжеца! - стал клясться темноволосый, в который раз обрушивая кулаки на боксёрскую грушу. Наконец, после часа изнурительной «драки», Чонгук настолько выдохся, что уже даже не было сил думать о каком-то там появившемся так внезапно чёрте с его шоколадными глазами. Довольный собой Чон спешно направился в другую часть зала, где находился огромный бассейн, в котором он любил плавать, после чего он привычно спустился в воду и оставшееся время стал совершать характерные кульбиты в воде, ещё больше отпуская всякие ненужные мысли, полностью заостряя своё внимание на тренировке своего тела. За очень отвлекающим занятием Чонгук и не заметил, как время постепенно подошло к вечеру, после чего он всё же вылез из бассейна и, приняв быстрый душ, заодно и переодевшись в раздевалке в чистую одежду, Чон собрался домой, который находился не так далеко от зала, потому поездка на мотоцикле заняла всего несколько минут. В приподнятом настроении, Чон поднялся на нужный этаж в их с Юнги квартиру, после открыв дверь своим ключом и тут же услышав звуки доносящиеся из кухни, куда он сразу же последовал. И правда, на кухне уже во всю вертелся Мин, который в этот момент что-то нарезал, при этом стоя к Чону спиной, весь юнгиевский вид был полностью сосредоточен на овощах под ножом, которые он аккуратно нарезал. Поэтому дымчатоволосый не заметил, в какой момент младший подкрался к нему, чтобы внезапно обнять парня со спины, от чего Юнги резко встрепенулся и от испуга тут же прошёлся острым лезвием по пальцу, чуть не отрезав тот. — Айщ, какого чёрта, Чонгук?! - фыркнул Мин, видя, как из порезанного пальца сразу же брызнула кровь. — Кто просил тебя пугать самого Мин Юнги, когда он готовит? — Прости, Юнги-я, - виновато отозвался Чон, перехватывая миновскую руку с травмированным пальцем, который он тут же погрузил в свой рот, чтобы хоть как-то остановить алую жидкость, чувствуя при этом солоноватый привкус металла. — Чёртов вампирёныш, - усмехнулся дымчатоволосый, наблюдая за младшим. — Ранку нужно обработать, а не высасывать из неё всю кровь, как это сейчас делаешь ты. — Я готов обработать её своей слюной и... языком... — К чёрту иди, Чонгук-а! - тут же вспыхнул Юнги, резко выдирая палец из чонового рта. — Послал же мне Бог такого гиперизвращенца! — Уж кто бы говорил, Юнги-я... - с усмешкой приметил Чонгук, явно намекая на что-то, о чём Мин моментально вспомнил и покраснел ещё больше. — Айгу, уйди уже в туман куда-нибудь, не мешай мне готовить! - как можно строже фыркнул дымчатоволосый, отчего наоборот выглядел как брыкающийся и встающий на дыбы котёнок. — Ладно-ладно, - поднял вверх ладони младший, тем самым сдаваясь. — Я пока пойду быстренько уроки на завтра сделаю. — Вот, иди лучше делом займись, - хмыкнул в ответ Юнги, открывая верхнюю полку, где находилась небольшая аптечка. — Я позову тебя, когда всё будет готово. — Так точно, мой семпай, - отдал честь Чонгук парню, на что тот снова фыркнул в ответ уходящему Чону. — Я твой хён, имей уважение к старшему! - после чего Юн услышал хихиканье в ответ, поэтому не смог не улыбнуться сам себе. Чонгук, как всегда, неисправим. Как же Мину посчастливилось встретиться с этим несносным мальчишкой, хоть и при таких весьма неблагоприятных обстоятельствах, которого он хотел первое время чуть ли не на руках носить, хотя вышло всё в точности да наоборот... Но, Юнги влюблён, поэтому готов своей любви, своему парню, позволить всё что угодно...

***

Когда же все уроки были сделаны, а ужин разложен по тарелкам, Мин окликнул младшего, который уже через две минуты сидел за столом, оглядывая всякие аппетитные блюда, которые Юнги успел приготовить за такой короткий промежуток времени. Честно, Чонгуку действительно повезло с Мином, потому как тот не только вытащил его, грубо говоря, из болота того дерьма, что на него свалилось, – любимый человек предал его, внезапно бросив, а ещё родители не приняли, выгнав из дома – но ещё Юнги возложил всю заботу о Чонгуке на себя, помогая ему после случившейся аварии, из-за которой он чувствовал себя виноватым перед младшим, а после неожиданно для обоих открылся парню, ощутил прилив неизвестных ныне чувств, о которых он после рассказал Чону, а тот принял его, потому что сам нуждался в этом, потому что рядом со старшим он чувствовал себя защищённым и по-настоящему нужным. Кроме того, все обязанности по дому после чонгуковой реабилитации Юнги взял на себя, который принял парня в свою обитель, а ещё он отлично готовил и плюс ко всему был отличным доктором, хотя и был так молод. А ещё Мин не настаивал и не требовал от Чонгука чего-то, ожидая, когда тот сам откроется ему, и ведь открылся, хоть и после годовщины их знакомства. Зато этот момент Юнги никогда не забудет, когда Чон сознался в том, что в его жизни был человек, который разбил ему сердце, бросив; в тот момент чонгукова стена рухнула, обнажившись перед Мином, который даже в ту минуту не оставил его, наоборот обняв его крепко настолько, как только смог, после ещё долго успокаивая лишь своим присутствием, потому что большего Чонгуку и не нужно было, именно поэтому он открылся старшему, впустив его в своё сердце, в свою душу как единственного самого близкого и родного человека. — Ты руки мыл? - строго поинтересовался Юнги, отвлекая Чона от своих мыслей, которые касались дымчатоволосого парня. — Конечно, хён, - согласно кивнул младший, даря Мину свою самую лучшую улыбку. — Чего это ты вдруг вспомнил, что я твой хён? И улыбаешься ты как-то странно, - заподозрил что-то неладное старший, садясь напротив парня. — Просто я очень влюблён в своего парня, - просиял Чонгук, глядя прямо в юнгиевские глаза. — О, твоему парню, должно быть, повезло, - с ноткой гордости отозвался Мин. — Очень повезло, потому что я очень хочу поблагодарить его за приготовленный ужин, - произнёс Чон, сразу же хитро сощурив глаза и склонив голову чуть набок. — Поэтому сперва я съем этот ужин, а после доберусь и до своего парня... После последних чонгуковых слов Юнги аж подавился водой, сделав перед этим небольшой глоток, после чего стал кашлять, прикрыв рот своим кулачком и посмотрев на младшего слегка стушевавшимся взглядом. — Чонгук, - хотел было отругать старший этого негодника, но после передумал, принимая его же правила игры, — ты сперва съешь всё это, - Юнги обвёл взглядом стоящие на столе блюда, — а уже потом переходи к чему-то другому... — К чему-то очень интересному, - добавил Чон, снова поигрывая своими бровями. — Ешь уже, - тут же отвёл взгляд Мин, чтобы не покраснеть ненароком от такого чонгукова взгляда, которым тот на него смотрел. Как ни странно ужин двух парней прошёл весьма спокойно, в некоторых моментах Юнги рассказывал о чём-то новом, что произошло у него на работе, а Чонгук делился тем, как у него обстояли дела в школе, при этом он специально не стал упоминать о сегодняшнем случае, снова пытаясь игнорировать мысли об одном определённом человеке, который всё же хотел влезть к нему в голову, но Чон так и продолжал сопротивляться, вместо этого он обратил всё своё внимание на парня напротив, который улыбался ему своей тёплой улыбкой, что было на редкость, ибо Юнги всегда старался держаться невозмутимым, но рядом с Чонгуком вся его броня "чёрствого сухаря" размякала, и он превращался в уютного и пушистого котика, что так нравилось Чону, потому что в такие моменты Мин был действительно настоящим собой. После плотного и вкусного ужина Юн отправился мыть посуду, а Чонгук ещё какое-то время посидел за столом, наблюдая за действиями старшего, после чего он поднялся со стула и медленно подкрался сзади, обнимая дымчатоволосого парня за талию, после поворачивая его лицом к себе, несколько секунд глядя в его глаза и осторожно накрывая его губы своими, сразу же получая положительный ответ на поцелуй. С Юнги Чонгуку тепло, уютно, комфортно и плюс все подобные прилагательные, но есть одно «но», которое мешает парню окончательно отдать ему своё разбитое сердце, чтобы Мин подлечил его и склеил, а также оберегал и защищал... и Чонгук, правда, почти готов был доверить его старшему, но, если бы не внезапное появление того, кого он так яро пытался забыть... Ну вот, опять... стоило лишь Чону углубиться в мысли, как в уме снова появился он. Гнать. Срочно нужно гнать его подальше от себя. Поэтому Чонгук только углубил поцелуй, подхватив худоватого парня под бёдра и усадив того на кухонную тумбу, изо всех сил отвлекая всё своё внимание на чувственные губы человека, который готов отдать всего себя Чонгуку, уже отдал, но он и не догадывался, что не сможет взамен получить от Чона того же... И, если вечер и ночь младшего Кима проходили в компании близкого и такого податливого Юнги, от которого он мог брать всё что угодно, то в это же время старший представитель семьи Ким забывался уже в котором стакане крепкого алкоголя, сидя в каком-то клубе, в последствии дойдя до того самого состояния нестояния, на что местный бармен, будучи добрым и понимающим человеком, позвонил по первопопавшемуся номеру на тэхёновом телефоне, после чего в клуб приехал встревоженный Намджун, сразу же забрав друга, который был в тот момент лишь одним сплошным куском тела, после чего Джун отвёз его к себе домой, где не менее обеспокоенный Чимин уложил Тэхёна на довольно-таки большой диван, перед этим услышав всего четыре единственных слова, произнесённые хоть и заплетающимся языком, но зато таким голосом будто эти слова исходили из самой глубины души помятого парня, который, казалось, окончательно сломался... — Чонгук, пожалуйста, прости меня...