***
Сосенка ковырялся в своём телефоне, сидя в гостиной, что-то обсуждал со Звёздочкой, чего я практически не понимал. Они говорили про… мемы? Что это вообще такое? Мейбл звонко смеялась, показывала что-то на своём телефоне Сосне, и он тоже подхватывал её смех. Самая большая глупость в моей жизни — я начинал ревновать Сосну к мобильнику. На телевизор я вообще внимания не обращал — мне было как-то фиолетово на происходящее на экране. Мой мальчик — ну, уже почти завоеванный со всем прилегающим — веселился из-за чего-то еще. — А ты чего грустишь? — поинтересовался Сосна, всё же посмотрев на меня. — Не понимаю прикола, наверно, — пожал плечами я, закусив нижнюю губу. — Чувство, будто я из прошлого века выполз. — Так ты, получается, вообще ничего не помнишь? Просто я думала, что ты забыл только людей и свою личность, — прищурилась Звёздочка. — У меня есть то, над чем я поработаю при написании Квалификационной работы. Значит, она всё-таки по психам ориентированная. Хоть где-то мой мозг меня не обманул. Диппер протянул ко мне руки, и я сразу же пересел поближе к нему, попав в теплые объятия. Сосна потерся носом о мою щеку, довольно зажмурился. — Надо будет с тобой фильмы посмотреть какие-нибудь. К примеру, про космос, — мурлыкал он. Звёздочка ткнула меня под бок и показала мне «большой палец». — А потом я расскажу про мемы. Кстати, где твой телефон? Вдруг получится зайти к тебе в фейсбук. Я протянул ему бесполезный кусок пластмассы и стекла, что вечно таскал с собой. Сосна без проблем снял пароль с мобильника, нахмурил брови. Пока он был занят, я старался как можно больше поцелуев оставить на его скуле. Я даже не заметил, как Мейбл куда-то пропала. Сосенка глянул на меня, из-за чего я до ушей залился краской. — Не получается. Ну, может, потом получится войти? Вдруг вспомнишь что? — Он прикрыл ресницы, склонил голову набок. — Хочешь поцеловаться? — Хочу, — шепнул я, сведя брови на переносице. — Поцелуешь? Он без слов аккуратно чмокнул меня в губы и сразу же отстранился. Я сам придвинулся к нему еще ближе, поцеловал еще раз. Он же усмехнулся, оставив на моих губах три поцелуйчика. Какой же он еще ребенок… Как я его люблю…Глава 7. Спагетти.
30 декабря 2018 г., 21:37
Сосенка, сидя напротив меня, аккуратно зачерпывал мороженое маленькой ложечкой. Я неприлично долго пялился на него, держа в руке высокий стакан с молочным коктейлем. Сосна глянул на меня из-под ресниц, мягко улыбнулся, а затем и вовсе засмеялся. Только в этот момент я отвернулся. Кафе стало для нас чуть ли не любимым местом для посиделок. Особенно нам нравились гирлянды, висящие над головами, и ненавязчивая музыка, что западала прямо в сердце. Сосенка всё же обнял ложечку губами, избавив её от холодной сладости.
— Может, ты хочешь чего-то более весомого? Стейк там, или пиццу?.. — старался завести какой-никакой разговор я.
— Я думал, такое можно и дома поесть. Но, если уж ты угощаешь… — Он сделал глубокий вдох, опустил реснички.
Это был удар под дых. Денег у меня оставалось впритык на оплату света в моей квартире — работу мне так и не давали, кроме какой-то пресловутой раздачи листовок на морозе в центре города. Я и понятия не имел, кто я и чем должен был заниматься по жизни. И, честно говоря, я уже слышал рыдания моего кошелька. Всё же я только улыбнулся самому милому мальчику на свете и продолжил:
— Конечно, я тебя угощаю. В конце концов, должен же я хоть как-то ухаживать за тобой.
— Так это свидание? — покраснел Сосна, оставив ложку в мороженом. — Ты бы хоть предупредил меня…
— Да, это свидание. — Что я вообще нёс?
Свидание по моим расчётам должно было проходить в кинотеатре. С кучей ведер попкорна и литрами пятью газировки, как минимум. И чтобы это был ужастик: Диппер бы боялся страшных моментов, а я бы держал его за руку и успокаивал. А потом, конечно, он бы поцеловал меня в благодарность за мой героизм. А дальше свадьба, дети… И что в итоге? Я всё похоронил.
— Тогда позови официанта, — произнес Сосна, вытянув одну руку вперед и положив её поверх моей ладони. — Закажем, значит, чего-нибудь более питательное, а потом и гулять пойдем. Да? — И я не мог отказать ему, потому что, Господи, его глаза просто сводили меня с ума. Эти прекрасные карие озёра с отражающимися в них гирляндами, эти пышные темные реснички… Как перед ним можно было устоять? Но вот его улыбки… это ведь настоящие пытки — когда он так смотрит на меня и улыбается, да ещё и говорит что-то ангельским голосом…
Через полчаса я уже сидел и нервно перебирал последние сто долларов, накиданные десятками. Это провал. Сосенка намотал на вилку спагетти с фрикадельками под томатным соусом, подставил под вилку ладошку, а затем поднёс это — слишком дорогое, мать его — лакомство к моему рту. Я уже успел съесть абсолютно безвкусный салат, что заказал из расчёта на низкую стоимость.
— Прекрасно, — как можно спокойнее сказал я, прожевав.
— Вот и я говорю! Это превосходно! Знаешь, я бы мог есть эти спагетти каждый день на завтрак, обед и ужин! Ну ты просто посмотри на них! — Он с детским восторгом наматывал на вилку новую порцию, а в конце накалывал на зубчики шарик из мяса. — Я душу за них продам. Решено.
— Если хочешь, я буду их тебе готовить, — завороженно шепнул я, глядя на радостного Сосенку. Он зачесал мягкие кудряшки себе за ухо, его глаза заблестели. Точно пытка…
— Не стоит так напрягаться ради меня. Я могу и потерпеть, — тихо ответил он.
— Я сам этого хочу, — послышался мой голос. — Каждый день. Хочешь?
— Билл… — фыркнул он. — Ты очень упертый, да?
Я только засмеялся. Всё же, с парой десятков баксов ради такого было не жалко распрощаться… Я мог ещё заработать, в конце концов.