Я буду скрипкой в твоих руках

Открыв глаза и поежившись, Динка села на холодном песке. Практически светает, и уже скоро нужно возвращаться. Рядом, положив под голову одежду, дремала Светка. Она была такая нежная и открытая, что Диана, не выдержав, снова прилегла рядом и, оставив легкий поцелуй на плече, обняла завозившуюся Сурганову и притянула ближе к себе. — Ты замерзла? — прошептала Динка куда-то в шею, лениво выводя узоры на танцующем под ее пальцами животе. — С тобой замерзнешь, — хихикнула Света, ловя Дианину руку, которая стремилась покинуть отведенные ей пределы. — Динка, откуда такая прыть? Как в молодости… Договорить ей не дали мягкие губы, забирая все Светкины слова и мысли себе. Чуть отстранившись, Диана с удовольствием наблюдала, как Светка тянется к ней, притягивая вновь. Ничего не изменилось. Они чувствовали друг друга, как никого и никогда больше. Ласки, поцелуи, прикосновения, все это было до боли знакомо, но всегда, словно в первый раз. Невозможно привыкнуть к тому, что всегда идет из недр души. Каждый раз — как первый, каждый раз — последний. Света, увидев Динкины глаза, прижалась к ней, вдыхая запах утра и моря. Сладкая горечь туманила сознание, а тело плавилось от желания. Тоска и страсть смешались, убивая и окрыляя. Рассвет с каждой минутой окрашивал небо, согревая первыми лучами восходящего солнца двух одиноких влюбленных.

***

— Мама, а куда мы сегодня пойдем? — спросил Артем, пережевывая ароматные блинчики, пожаренные заботливой Светланой. — Не знаю, а куда вы хотите? — Света, а Вам бы куда хотелось пойти, — спросила Марта задумчивую Светлану. — Я хочу погулять по городу, — предложила Светка, ласково улыбаясь детям. — Вы со мной? — Даааа! — хором ответили малыши, бросившись собирать в дорогу свои рюкзаки. Когда топот босых ног удалился, Арбенина подошла к Светке и, притянув ее к себе, поцеловала, не обращая внимание на тарелки в ее руках. — Динка, ты чего, разобьем ведь, — вырывалась Сурганова, но больше для приличия. — Я не могу без тебя! — прошептала Диана, вновь целуя такие мягкие и желанные губы. — Динька, дети, — шепнула Света, выворачиваясь из крепких объятий, продолжая как ни в чем не бывало убирать со стола. — Так, ну-ка показывайте, что вы взяли с собой в поход, — деловито спросила Арбенина и принялась изучать содержимое детских рюкзаков. Сурганова, улыбаясь, наблюдала за копошащимися детьми и Динкой, становившейся с ними озорным ребенком. — Вы идите, а мы с мамой соберемся и придем к вам, — подмигнула малышам Света и, закрыв за ними дверь, притянула Арбенину к себе за ворот рубашки, целуя глубоко и требовательно. — Ты сводишь меня с ума, — шептала она, положив голову на худое Динкино плечо. — Мы ведь сможем? — Диана смотрела в родные серые глаза, вкладывая в этот вопрос слишком много. — Мы все сможем, родная, а теперь нужно идти, — и последний раз, коснувшись влажных губ, Света отправилась в комнату. Прогулка по городу легко и весело убила время до вечера. Дети были в восторге от развлечений и огромного количества мороженого, которое им разрешила есть Света. — Мама сегодня странная, — шептал Артем на ухо Марте, доедая уже третью порцию. — Все разрешает. — Да уж, мы три штуки съели, а она даже не заметила, — задумчиво проговорила Марта. — А еще отпустила нас самих на аттракционы и даже не смотрела, как мы катаемся. — Значит что-то не так, — констатировала Марта и уверенно направилась к Светлане. — А где мама? — Сейчас придет, — ответила Света, пытаясь улыбнуться девочке. — А что с ней? — В смысле? — Она сегодня весь день странная, да и Вы тоже. — Почему мама странная? — спросила Света, доставая из сумки салфетки и протягивая их перепачканному Артему. — Да она на нас внимания не обращает, — сказал Артем, вытираясь салфеткой. — Мама просто немного устала, — сказала Света и, приобняв детей, направилась в сторону фонтана. — Она и на Вас внимание не обращает, — сказала Марта, — Может что-то случилось? — Не знаю, Мартиша, думаю, мы скоро все узнаем, — вздохнула Света и, оглядываясь по сторонам, стала искать в толпе знакомую фигуру. Дети болтали ногами, сидя на лавочке у фонтана, и слушали Светлану, которая рассказывала им что-то очень смешное. — А вот и я, — весело крикнула Динка, плюхнувшись рядом. — Пошли скорее, я кое-что покажу. Дети, увидев мать снова в хорошем настроении, вскочили, и вся дружная компания направилась вглубь центральной улицы. — Динка, что с тобой? — спросила Света, ловя своими пальцами горячую ладонь Арбениной. — А что со мной? — без эмоций ответила Диана, убирая свою руку. — Я не понимаю твоего поведения. — Давай потом это обсудим? Сурганова вздохнула и покорно шла рядом, не произнеся больше ни слова. Все и так было понятно. Динка металась между правдой и вымыслом, реальностью и повседневностью. Сейчас они, словно семья, гуляют с детьми по солнечной Италии, а уже завтра будут дома и совершенно непонятно, как вести себя дальше и что правильно — сердце или разум? Как объяснить себе и друг другу, что чувствуешь? Как удержаться там, от того, на что тут хватает смелости? И стоит ли держать себя в руках? Сурганова понимала Динку, ведь она и сама стала заложником таких же мыслей. Так не хотелось уезжать, так не хотелось заканчивать эти внезапные каникулы. Диана подвела всех к ничем не примечательной улочке. Извилистая и узкая, она, обрамляемая с двух сторон старыми жилыми домами, вела, кажется в самое небо. Песочный цвет домов ярко контрастировал с лазурной полоской неба, вырывающейся из-под векового кирпича. Дети медленно подходили ближе и во все глаза смотрели на шикарный вид, открывающийся им с каждым шагом. Город, словно на ладони, утопал в солнечных лучах, купаясь в синеве моря, обнимающего горячие камни. Внизу, под ногами был обрыв. — Это место называется «Дорога в небо». У итальянцев есть поверье, что именно в этом месте можно сделать правильный выбор. Говорят, нужно разбежаться в начале улицы и бежать сюда. Подбегая, нужно принять решение. Если оно верное, ты успеешь затормозить, а если нет… — осеклась Диана и посмотрела на Сурика. — А если нет, упадешь вниз? — спросил Артем, заглядывая вниз, крепко держа мать за руку. — Да, сын. Но я надеюсь, я сделала правильный выбор, — и развернувшись, Динка побежала в начало улицы. — Арбенина, стой, даже не вздумай, — крикнула Сурганова, но Динка была уже далеко. — - Дети, отойдите от края, сейчас будем ловить вашу сумасшедшую мать, — попыталась пошутить Сурганова и, отодвинув детей как можно дальше от обрыва, всматривалась в стремительно приближающуюся фигуру. «Не отступлю, не отпущу», — молотком стучало у Арбениной в висках, когда она неслась по каменистой улочке. Казалось, что она бежит к морю, к солнцу, к жизни. Мелкие камешки летели из-под ног и казалось, что расстояния осталось еще много. В одно мгновение осознав, что до пропасти остается пара шагов, Диана, начала резко тормозить и заваливаться назад. Сурганова как в замедленной съемке видела летящую Динку и, не думая, схватила ее за руку и попыталась остановить. Арбенина поймала Светину ладошку, но бежала она слишком быстро. Практически падая назад, Динка остановилась у края обрыва, на долю секунды прикрыв глаза, облегченно вздохнула. Вдруг правая рука потяжелела так, что Арбенина вновь полетела в пропасть, и только крики детей морозом прошлись по коже. Все случилось в долю секунды. Света, поймав Динку, оступилась и полетела вниз. Арбенина вовремя придя в себя, дернула Светку на себя, буквально вытягивая из пропасти. Сурганова, до смерти испугавшись, приземлилась на тяжело дышащую Диану и, больно ударив кулаком по плечу, со слезами на глазах прокричала: — Что ты творишь? Диана, все еще мертвой хваткой сжимая побелевшие пальцы, прижала Светку к себе и судорожно прошептала: — Не отпущу! Ты слышишь? Не отпущу!